Демон-бог

      Я прикрыл глаза, отвлекаясь. Ее голос ворвался неожиданно, распаляя кровь и возбуждая. Я посмотрел на нее снова, изучая, подмечая все больше новых для себя деталей. Она была необычной, удивительной и до одури красивой. Каждое ее приближение вызывало трепет, пожар внутри и странное противоречивое желание подчиняться и обладать ею. Ее образ нимфы крепко врезался на подкорке сознания, и дракон внутри довольно заурчал, когда это невероятное создание оказалось вновь в поле зрения, а потом и в объятиях танца.       Я видел всполохи огня дракона и искры ее собственной магии, когда уверенно вел Дару в вальсе. Я знал, что неприлично близко прижимаю ее к себе, держа руку на ее оголенной спине, но я хотел ее, и было бы глупо не воспользоваться моментом, чтобы насладиться ее близостью, пусть и такой крошечной. Глаза цвета самых красивых цветов сверкали в бликах свечей, и невольно я не мог оторвать взгляд, чувствуя, как эта еще совершенно незнакомая мне девушка затягивает меня в пучину непонятных чувств и ощущений. Сила, что бурлила в ее крошечном теле, была настолько мощной, древней и необузданной, что даже пугала.       Бал закончился так же стремительно, как и тепло ее кожи, касающейся моей. Я выдохнул, чувствуя как сердце, что все это время неистово билось, наконец успокоилось, осушил бокал и отправился в место, где меня ждали уже очень давно.       Солярийский лес встретил меня, как и, впрочем, всегда, кромешной темнотой, и только маленький огонек пламени дракона, летевший рядом, помогал разглядеть хоть что-то. Я наконец смог задышать и не чувствовать себя уязвимым, слабым и бесконтрольно желающим подчиниться девочке. В груди начал разрастаться гнев, я хотел разобраться в первопричине такой реакции и обуздать это. Больше всего на свете я не любил подчиняться, и уж тем более быть слабым перед кем-то. Но о ней было так ничтожно мало информации, что это… — Валтор, черт бы тебя побрал! — громкий голос лунного короля отрезвил, напоминая где я. — Я и есть он. — Ты вообще слушал, что я говорил?       Я повернулся, встречаясь взглядом с фиолетовыми глазами. Совершенно неожиданно, ведь я никогда ранее не замечал их цвет. *** — Эйрис, напомни, о чем ты говорил? — немного виноватая улыбка с хитрым прищуром заиграла на губах Валтора. — Ты невыносим, — король отпил вина, чувствуя себя уставшим, он запустил руку в серебро своих волос и наклонил голову, — Нет, правда. Ты виделся с Мираэль? — Нет, — коротко и сухо. — Я видел ее пару лет назад в наших лесах, распугала маленьких фейри своей любовью к охоте. Рассказывала о пророчестве. — Мира? О пророчестве? Друг мой, тебе явно уже хватит вина, ты начинаешь нести пьяный бред. — Я тоже так подумал вначале. Но речь шла о Создателе. — О Великом Драконе? Зачем ей это? — Нет, не о нем, — Эйрис вздохнул, собираясь с мыслями – эта тема не особо была любима демонами, — Она искала информацию о Богине, создавшей всех живых существ, той, которую создал Дракон.       Взгляд Валтора стал тяжелее, и в его льдистых глазах явно читалось удивление вперемешку с недовольством. Ближе всех к этой богине были, конечно, народы фейри, или, как их еще называли, Высшие. И глупо было ожидать, что любопытная старая подруга не обратится к потомку Высших, к тому же, род Эйриса были прямыми наследниками той самой Создательницы или Создателя, точной информации не было, но они говорили обычно о женщине. — О чем было пророчество? — король молчал, — Я уверен, ты помнишь хотя бы часть этого ее рассказа. Я слушаю, иначе зачем ты начал это? — Да, помню, но отрывки, — он сделал еще глоток, — что-то про забытую силу, что вернётся под видом смертного. — Блять, ты серьезно? — на лице мага явно был скепсис, — Я подобное слышал тысячу раз за свою жизнь. — Я знал, что ты так скажешь. Налей мне еще вина. Хм, так вот, там было еще кое-что, что-то абстрактное, но это чертовски зацепило мое подсознание. “Лёд обратится в траву, мертвые воскреснут, призраки обретут плоть, а бессмертные умрут”, — Эйрис старательно не рассказывал всего, сам еще не понимая зачем, но взгляд демона становился все задумчивее. — Похоже на сюр, ты же понимаешь это? — О, я тоже так думал! Но у меня было целых два года на размышления, думаю, здесь есть связь кое с чем. — С чем же? — С Домино.