Schlattbur drabbles

Уилбур просил, Уилбур умолял. Он рыдал, кричал, крепко держался и позволял его груди трястись с каждым вдохом. Он просил Шлатта, умолял его никуда не уводить. Он был в порядке, действительно был. Единственное, что с ним было не в порядке, - это постоянный поток паники, перехватывающий горло, и учащенное дыхание. "Я…я должен отвезти тебя куда-нибудь, ты ранен и просто не...с тобой что-то серьезно не так, Уил." Яростно покачав головой, Уилбур глубоко вздохнул. "Я знаю, знаю, все так. Но п-пожалуйста, отпусти меня домой. Я знаю, что это плохо, но я могу это исправить, обещаю, что смогу." Шлатт растерялся. Он не знал, что ему сейчас делать. Сделав паузу, он облизнул губы, на мгновение отвел взгляд, прежде чем повернуться и встретиться с плачущими глазами. "Хорошо. Я...Я скажу тебе, что мы будем делать. Ты пойдешь со мной в мой дом. Я не могу оставить тебя в покое, но я не хочу, чтобы тебя насильно отправили в какую-нибудь странную больницу или что-нибудь в этом роде. Но ты должен позволить мне...позволь мне помочь тебе, хорошо?" Уилбур медленно моргнул, позволяя этой мысли утихнуть. "Хорошо." И они так и сделали: Шлатт практически нес Уилбура к своему дому, прогулка была длинной и тихой.  Иногда Уилбуру приходилось останавливаться, у него кружилась голова, и он был близок к потере сознания. Шлатт был настолько терпелив, насколько мог, позволив Уилбуру успокоиться, прежде чем помогать ему. Пришли они в скромный дом. Он не был огромным или что-то в этом роде, но определенно содержался в хорошем состоянии. Оказавшись внутри, Уилбур огляделся, понимая, что на самом деле никогда не видел его внутри. Он был оформлен...странно, но неплохо.  Шлатт пригласил его в гостиную, проведя краткую экскурсию, прежде чем помочь ему сесть на диван.  Уилбур ненавидел чувствовать себя обузой, ненавидел, как Шлатту приходилось помогать ему делать такие простые вещи, но он чувствовал себя таким слабым на ногах.  Объяснив, что ему нужно взять кое-что, Шлатт оставил его одного на диване. Его поразила странность ситуации.  Шлатт, который должен был стать его врагом, помогал ему. Не просто помогал ему, он был ... добр. Более чем добр к нему. Паника в груди сменилась болезненной тоской. Он прижал ее как можно глубже, тяжело сглатывая. Ему не нужно было делать это еще более странным. Через несколько минут Шлатт вернулся, вырвав Уилбура из транса.  Он неуклюже сел рядом с ним. "Итак...твои порезы...определенно нуждаются в медицинской помощи, а я не врач или кто-то еще, но у меня есть кое-что, чтобы помочь, хорошо?" Уилбур кивнул, понимая, как тяжело становится концентрироваться на словах. "Хорошо, отлично. Так что...я знаю, что у тебя на руках есть, но есть ли у тебя еще?" Боже, это отстой. Ему было так неловко, так стыдно за себя. Он уставился в пол, не в силах встретить внимательный взгляд. "Да, есть. По всем ногам и торсу. То есть буквально повсюду. Однако большинству из них помощь не нужна". Медленно он закатал штанину, обнажив только икры, которые уже показывали бесчисленные порезы на разных стадиях заживления. Шлатт попытался не обращать внимания на то, как его глаз подергивался. Блять, это было так плохо. Он не думал, что все будет так плохо. Сопротивляясь желанию полностью сломаться прямо сейчас, Шлатт медленно кивнул. "Ладно...я...я нанесу этот антисептик на те раны, что у тебя на руке, и перевяжу их, хорошо?" Уилбур снова кивнул, словно побитая пластинка. "Знаешь, тебе...не нужно этого делать." Ответа не последовало, Шлатт прикусил язык. Он знал, что будет выглядеть жестоким, если скажет то, что хочет, поэтому держал это при себе, решив вместо этого сосредоточить свое внимание на порезах. Было странно чувствовать себя так.  Уилбур никогда не видел, чтобы кто-нибудь замечал его порезы, не говоря уже о том, чтобы перевязывать его, особенно с такой осторожностью. Спустя мучительно долгое время Шлатт покончил с руками. Некоторое время они сидели в молчании, понимая ситуацию. «Я...как плохо у тебя на торсе и ногах?» "Не так плохо. Серьезно. Они действительно не так плохи, как другие". Шлатт не поверил ему ни на секунду.  Маленькая, ужасная его часть была в ярости, что Уилбур солгал ему. Но он держал это в секрете, задумчиво напевая в ответ. "Хорошо. Я...тогда оставлю их в покое.  Тебе нужно поесть, так что я тебе что-нибудь принесу. Уилбур открыл было рот, чтобы возразить, но передумал. Шлатт был так добр к нему, что не мог этого отрицать. Уйдя на этот раз надолго, Шлатт вернулся с чем-то вроде бутерброда с индейкой. Уилбур слегка улыбнулся, удивленный предложением. "Да, да, я знаю, это трагично, ты можешь смеяться. У меня в доме сейчас ничего нет, так что это было или хлопья." Улыбка Уилбура стала шире, он слегка покачал головой. "Нет-нет, это прекрасно. Просто немного смешно, вот и все." Шлатт фыркнул, снова сел рядом с ним и протянул ему тарелку.  Весь предыдущий юмор покинул Уилбура, когда он посмотрел вниз, зрение практически исчезло. Он не мог этого есть. Он, блин, не мог этого сделать. "Это всего лишь бутерброд, - упрекнул он себя, - не ребенок. Он хороший, ты должен." Трясущимися руками поднял хлеб, приближая к себе. Его мысли метались, желудок бурлил, прежде чем он даже открыл рот. Вот черт, он не мог. Он не мог, нет, нет, нет. Его сердце бешено колотилось, выпригивало или бегало, казалось, без причины. Шлатт уставился на него, почти сразу заметив реакцию. "Хэй, Уилбур. Посмотри на меня." Повинуясь, он повернул голову, чувствуя, как на глазах выступают слезы. "Все нормально. Ты в порядке. Но ты должен есть, Уил. Ты серьезно заболеешь, если не съешь." Уилбур хотел возразить, что уже серьезно болен, но не мог даже сформулировать слова. Он просто встряхнул и слегка покачал головой, и позволил бутерброду упасть обратно на тарелку. «Уилбур, пожалуйста». Его сердце забилось быстрее, дыхание было невероятно частым и поверхностным. Ему казалось, что он больше не в собственном теле, как будто он смотрит плохой фильм. "Я-я не могу, я не могу, пожалуйста, пожалуйста, не заставляй меня-" Шлатт чувствовал себя застрявшим.  Он не знал, что делать. Что ему вообще было делать? Уилбур тут же умрет, если ничего не сделает. "Ты должен. Я обещаю, что тебе станет лучше, если серьезно. Как давно ты ел, Уил?" "Я не знаю. Три-четыре дня, может быть?" Шлатта могло вырвать. Он, блин, шутит? Он, должно быть, шутит. Это была просто ужасная, тщательно продуманная шутка. Просто не было других вариантов. "Уилбур". Его тон был резким и твердым, не оставляя места для споров. "Ешь. Серьезно." Наконец, слезы потекли по его бледным щекам. Он ничего не сказал, подняв бутерброд и уставившись на него, как на самодельную бомбу.  После внутренней битвы он нерешительно укусил. Его сразу же охватила тошнота, желудок грозил вырваться наружу, без какой-либо причины. Искренне задыхаясь от рыданий, он сглотнул, чувствуя себя отвратительно. В какой-то момент Шлатт нежно положил руку ему на плечо, одобрительно поглаживая и пристально глядя на него. "Это замечательно, Уил. Просто продолжай." Он не хотел продолжать. Он хотел тут же упасть замертво. Но он продолжил. После того, как он наполовину закончил, ему действительно пришлось остановиться, чтобы отдышаться, все его тело тряслось от рыданий. Он икнул, на мгновение закрыв глаза. "Ты в порядке? Скажи мне, что происходит." Шлатт казался настолько обеспокоенным, что Уилбуру было больно слышать. «Не могу, просто не могу.  Больно. Так больно. Половины достаточно? " Определенно не было. Шлатт грустно улыбнулся, глядя на едва тронутый бутерброд.  После долгого вздоха он снова перевел взгляд и встретился с отчаянными карими глазами. "Ага. Достаточно. Ты молодец, Уил. Серьезно. Ты действительно это сделал." Часть его знала, что это ложь, но ... похвала все еще утешала его, тепло разливалось по его слабому телу.  Шлатт убрал тарелку, но не ушел, а просто отложил ее в сторону. «Я знаю, что ты, вероятно, не хочешь оставаться здесь со мной, но...Я не могу позволить тебе пойти домой одному. Это просто...небезопасно." Уилбур слабо рассмеялся, обнимая себя. "П-почему бы мне не остаться с тобой?" Шлатта это застало врасплох. Он приподнял брови, пытаясь скрыть легкую самодовольную улыбку с лица.  "Я не знаю, Уил. Не...не ожидал этого от тебя." Несмотря на то, насколько жалко он себя чувствовал, что-то в присутствии Шлатта действительно утешало его.  Он был приятно удивлен, когда руки притянули его ближе, почти к коленям. "Это нормально?" Уилбур был снова ошеломлен, почти не находя слов. "Д-да" Шлатт улыбнулся про себя, поправляя его так, чтобы Уилбур лежал на нем, лежа на спине. Уилбур слегка повернулся, чтобы увидеть лицо другого человека, которого держали. Руки обвились вокруг него, удерживая его на одном уровне с мужчиной под ним. Обычно это было бы странным положением; но...что-то в том, как Шлатт держал его, было просто...идеальным, несмотря на ситуацию. Шлатт слегка приподнялся, чтобы угол был лучше. "Шлатт, я, э..." Уилбур изо всех сил пытался подобрать слова. Он чувствовал острую потребность сказать что-то стоящее, чтобы попытаться исправить ущерб своей репутации. Но он оставался жалким и дрожащим, неспособным придумать ничего, что могло бы объяснить этот беспорядок. Шлатт слегка приподнял брови. "Да?" "Н-неважно". Некоторое время они оставались в этой уютной тишине. Шлатт заметил, что Уилбур дышит медленно, гипервентиляция* больше не происходит. Фактически, его голова все еще была полностью прижата к груди Шлатта. "Уил?" Нет ответа. Он осмелился немного пошевелиться, переместившись так, чтобы видеть лицо собеседника. Его сердце трепетало, мозг замыкался. Уилбур спал на нем. В общем, Шлатт оставался так, пока тот спал, обнимая его и проводя руками по его волосам, проверяя его дыхание и пульс. Через некоторое время его паранойя утихла, и он позволил себе расслабиться на кушетке, позволяя собственным глазам закрыться. Шлатт не помнил, как засыпал, но он помнил, как просыпался - просыпался еще ближе к Уилбуру, прижимаясь к нему животом и лицом на изгибе шеи, он все еще спал. На улице стемнело, дом был почти черным. Уилбур был в безопасности. Это все, что нужно Шлатту. С ним он был в безопасности.