Schlattbur drabbles

Мир был намного более туманным, чем пять дней назад. Голова Уилбура кружилась, зрение расплывалось и путалось. Пять дней назад он в последний раз спал. К тому же это был последний раз, когда он ел. Итак, он сидел, у него слишком кружилась голова, чтобы вставать, все его тело было слабым и дрожащим, когда он держался за подлокотники своего стула. Он чувствовал ловушку. Вне ловушки.   Еще одно уведомление от Дискорда прозвучало с его компьютера. На то, чтобы даже нажать кнопку питания, потребовалась вся его энергия, но он справился, просматривая текст и пытаясь разобрать расплывчатые слова. Это было от Фила, и это определенно было не единственное сообщение. Он понял, что даже не проверял свой Дискорд несколько дней... черт, они, должно быть, беспокоятся. Дерьмо.   Он быстро пролистал свои сообщения, остановившись на том, у которого больше всего уведомлений.   Шлатт. Он отправил Уилбуру в общей сложности двадцать семь сообщений, еще одно всплывает, когда Уилбур нажимает на него. schlatt- 23:46 pm: уилбур?? я вижу ты онлайн   Уилбур моргнул, решив проверить предыдущие сообщения, прежде чем ответить, прокрутив до первого.   schlatt- 7:17 pm: эй, эй, эй   schlatt- 7:18 pm: втф что ты замышляешь?   schlatt- 7:52 pm: привет?   schlatt- 11:34 pm: если ты проигнорируешь меня, я буду зол   schlatt- 4:24 am: ну правда ты в порядке?   schlatt- 8:56 am: Уилбур?   schlatt- 12:34 pm: ты меня пугаешь, уилбур   schlatt- 3:08 pm: пожалуйста, просто напиши одному из нас, если ты жив и здоров, мне все равно кому, только одному из нас   schlatt- 6:56 pm: уилбур???   Выскочило еще одно уведомление. Шлатт снова написал ему.   schlatt- 11:48: уилбур, я вижу, ты в сети, пожалуйста, блять, ответь Он почувствовал, как его живот скручивает, в нем нарастает тошнота. Его голова раскалывалась, а компьютерный свет только усугублял ситуацию даже в темном режиме. Он положил пальцы на клавиши, но не мог даже придумать, как ответить. Как он мог объяснить, что происходит? Он даже не мог этого понять.   Он нехотя нажал на клавиатуру.   wilbur- 11:50: эй   Через несколько секунд он получил еще один звон, почти заставивший его подпрыгнуть.   schlatt- 11:50: черт возьми, уилбур, какого хуя происходит ты в порядке   Он глубоко вздохнул, туман в мозгах делал почти невозможным составление связных предложений. Было ли это его сердце, которое он слышал?   wilbur- 11:51: не знаю   schlatt- 11:51: что ты имеешь в виду? тебе нужно, чтобы я кому-нибудь позвонил? ты в безопасности?   Уилбур заметил, что его глаза начинают закрываться, и он подпрыгивает, чтобы снова проснуться. Блять, он в безопасности? Ему казалось, что он вот-вот упадет и умрет прямо здесь и сейчас. Но он не хотел помощи - он не нуждался в помощи.   wilbur- 11:53: нет, не звони никому явпрядке   schlatt- 11:53: ты уверен? потому что ты даже не можешь правильно набрать "я в порядке"   Он вздохнул про себя, раскачиваясь взад и вперед, как ребенок, чтобы не терять бдительности.   wilbur- 11:54: я в порядке, вс норальо я ппрось устал   Впервые с тех пор, как они начали переписываться, Шлатт ответил не сразу. Последовала пауза, пауза, которая сильно испугала Уилбура. Если это было возможно, его сердце как-то начало биться еще быстрее.   schlatt- 11:57: могу я тебе позвонить? Уилбур почувствовал, как его глаза расширились. Он даже не был уверен, сможет ли он поговорить прямо сейчас, особенно со Шлаттом - кем-то, кого он действительно заботил, что они думают о нем.   wilbur- 11:59: да   Какое-то время он ждал в нервном молчании, ерзая рукавом свитера, мысленно бежа.   Затем сквозь тишину прорвался знакомый звук звонка. Он глубоко вздохнул, крепко зажмурил глаза и нажал “принять”.   “...Уилбур?”   Он съежился, свернувшись калачиком.   “Привет,” слабым голосом ответил он.   Шлатт на мгновение замолчал, эмоции нельзя было прочесть через звук.   “Что происходит?”   Какой хороший вопрос - на который у него не было ответа. Он печально пожал плечами, как будто Шлатт мог видеть. Он чуть не рассмеялся над этим, безумно улыбаясь про себя.   “Мммм... я не знаю... просто устал. Хорошо, хорошо. "Мне жаль, что я проигнорировал тебя".”   Шлатт громко вздохнул. “Звучит неважно, Уилбур. Я не виню тебя в том, что ты игнорируешь нас, но, пожалуйста, расскажи мне, что происходит. У тебя все нормально? Ты болеешь?”   Уилбур крепче обнял себя, натягивая рукава на руки, чтобы согреть их. Говорить было трудно, а слова выходили невнятно и запутанно.   “Нет, я не болею. Я просто... Я немного не спал. Я немного... немного... просто... устал. Не спал, э... да. Я также голоден. Я... сонный. Грудь болит.”   Шлатт хранил смертельное молчание, настолько, что Уилбур подумал, что он, возможно, отключил звук.   “Уилбур, сколько времени ты не спал? И ел?”   Вздохнув, он закрыл голову руками. “Всего… четыре дня? Четыре дня. Для того и того. Четыре... четыре дня. Недолго.”   Шлатт издал звук, представляющий собой смесь печального стона и вздоха.   “Это очень долго. Черт возьми, как ты еще жив? Пожалуйста, ради бога, поешь и поспи. Ты умрешь, если еще нет.”   Уилбур поворчал, скривившись. “М-м-м. Я должен. Было бы лучше. Должен умереть. Не... неважно.”   “Не говори так, блять. Уилбур... Уилбур, я думаю, мне нужно кому-нибудь позвонить. Кто-то должен тебе помочь.”   “Нет-нет-нет-нет-нет. Хорошо. Я в порядке. Просто позволь мне... я могу это исправить.” Уилбур был неразборчив и запутался в своих словах до такой степени, что даже не был уверен, что Шлатт сможет его понять.   “Ты можешь встать, Уилбур?” Уилбур неуверенно бормотал себе под нос. Решив, что есть только один способ узнать, он попытался подняться со стула.   Когда его зрение вернулось, он снова был в кресле, его тело было значительно слабее, а голова кружилась.   “Уилбур? Пожалуйста, черт возьми, скажи что-нибудь.”   Он слегка застонал, выпрямившись. “Э... н-нет. Я не могу... стоять.”   Шлатт облегченно вздохнул. “Черт возьми, ты буквально пять минут молчал, Уил. Ты, блять, отключился?”   Он почувствовал, как его лицо вспыхнуло от искреннего смущения.   “Я-я думаю. Я как бы просто... я полагаю? Я не знаю. Я-я не могу... не могу думать... хорошо.”   Американец молчал, но Уилбур слышал, как он печатал на другом конце провода.   “Шлатт ...?” Спросил он все еще тихим и жалким голосом.   “Фил придет, хорошо? Он придет, чтобы помочь тебе. Он будет через час. Просто оставайся пока в своем кресле, хорошо?”   Уилбур моргнул, пытаясь обработать эту информацию. Фил. Идет к нему домой. Помощь. Поможет ему. Хорошо. Ага. Хорошо.   “Ммммкей,” был его очень изощренный ответ. Он закрыл голову руками, чтобы мир перестал вращаться. Он знал, что говорит Шлатт, но не мог сосредоточиться на словах. Через несколько секунд он услышал, как Шлатт слегка повысил голос, напугав его.   “Уилбур? Поговори со мной, пожалуйста, Уил.”   В ответ он издал еще один легкий стон, грудь невероятно сильно заболела. Его вот-вот вырвет? Что у него вообще было, чтобы его вырвало?   “П-прости. Не могу... не могу думать... верно. Головокружение. Мне тошно.”   Шлатт снова печатал. Некоторое время он молчал, скорость и интенсивность набора росли.   “Все нормально. Я должен тебя кое о чем спросить, хорошо? Ты принимал какие-нибудь таблетки или что-нибудь пил?” Блять. Откуда он знал все?   “Я-я... пил... раньше.”   “Хорошо. Когда было раньше?”   “...примерно пять часов назад.” Дыхание Шлатта явно прервалось. Уилбур почувствовал, как в нем поднимается стыд, все его тело страдает от боли. Он не должен был ему рассказывать, но это было правдой. Он принял... кучу таблеток и все равно пил последние два дня. Это было единственное, что заставляло его чувствовать себя лучше. Он не мог заснуть, не мог даже заставить себя проверить свои сообщения, поэтому обратился к единственным известным ему удобствам.   Шлатт не спрашивал, но... у него были и другие дурные привычки. А именно те, из-за которых у него закончились повязки и жидкость для зажигалок.   “Ладно. Фил приедет... немного раньше, хорошо? Он будет через полчаса. Просто продолжай говорить со мной до тех пор.”   Уилбур кивнул, подтягивая ноги к стулу и стараясь сделать себя как можно меньше. Ничего не имело для него смысла, он чувствовал себя опрометчивым и бесполезным, поэтому просто сидел и неглубоко дышал.   “Уилбур? Мне нужно, чтобы ты отвечал мне, когда я говорю, хорошо?”   Он снова закрыл глаза, кивая, когда сказал. “Хорошо. Прости.”   “Не извиняйся,” почти прошептал Шлатт, печатая более отчетливо, “Все в порядке. Просто продолжай говорить со мной. Как ты себя чувствуешь? Все еще кружится голова?”   “Да,” сказал Уилбур, приглушенный свитером, “Головокружение и... сонливость... и... э-э…” Он замолчал, не в силах закончить собственное предложение. Становилось все труднее даже разобрать слова, которые говорил Шлатт.   Они говорили еще около получаса. Уилбур отвечал на основные вопросы, обходя на цыпочках те, что приносили ему боль, избегая каких-либо подробностей. В конце концов, он вошел в такой бред, а его речь была такой неорганизованной, что Шлатт даже не мог понять, о чем он говорит, что, похоже, очень его расстроило. Однако Уилбур был впечатлен тем, как нежно он звучал. Это было очень успокаивающе, особенно по сравнению с его обычным поведением. Это заставило его почувствовать себя особенным.   Прежде чем он понял, что пора, он услышал звонок в дверь. Шлатт как-то сделал и это? Он не был уверен.   “Хорошо, Фил здесь. Снаружи есть запасной ключ?”   Уилбур кивнул, положив голову на стол. “Ага. Под горшком.”   Несколько мгновений спустя его рука была на его плече. Он подскочил, очень испуганный. Как будто время прыгало вперед, он все время терял куски времени.   “Я сейчас здесь, Шлатт,” объяснил Фил, и Уилбур никогда не видел такого выражения на его лице, “Теперь можешь повесить трубку. Я пришлю тебе новости.” Затем Шлатт ушел, и Уилбуру внезапно помогли встать с места. Фил держал практически весь вес - несмотря на то, что Фил был ниже ростом, Уилбур определенно не был таким тяжелым. Фил задавал ему вопросы, но реальность Уилбура была слишком дезориентирующей, чтобы он даже начал отвечать.   Затем, по какой-то причине, он был в своей постели укрытый, когда Фил поднес ему ко рту соломинку. Инстинктивно он засосал ее, и вода впервые за несколько дней попала в его организм, посылая ему невероятное облегчение. До этого он понятия не имел, что хочет пить.   Внезапно ему предложили еду, от которой он сначала пытался отказаться, но в конце концов сдался, съев все, что ему приготовил Фил.   Фил был добр к нему, говорил приятные вещи и задавал ему вопросы, чтобы убедиться, что ему удобно, но Уилбур почти не мог отреагировать. Чтобы ответить, потребовалось слишком много усилий, энергии у него не было.   Когда Фил был доволен количеством потребляемой еды и воды, он накинул на него одеяло и сказал, что ему нужно закрыть глаза и отдохнуть.   Проблема была в том, что Уилбур... не хотел этого делать. Потому что он знал, что когда он это сделает... все изменится. Он бы не бредил. Он будет в сознании, и ему придется иметь дело с эмоциями, которые он подавлял в течение нескольких дней. Вся боль, которую он причинял себе, настигнет его, и наркотики исчезнут - две вещи, с которыми он не думал, что сможет справиться прямо сейчас. Но Фил был настойчив. Он дал ему таблетку, которую Уилбур не узнал, из-за чего ему было чрезвычайно трудно держать глаза открытыми, но, боже мой, он попытался.   Фил сидел рядом с ним, рассказывая ему истории мягким голосом, получая в ответ только легкое мычание и кроткие звуки. Но он продолжал, даже запустив руки в волосы Уилбура, сидя прямо на краю кровати с выключенным светом, за исключением тусклого освещения.   В конце концов, он больше не мог бороться с этим.   Нежный голос Фила внезапно стал далеким, и тьма затянула его.