Нулевой элемент

      Чашка дешёвого черного кофе с парой капсул тайленола и горячий душ окончательно прогнали мой сон. Последние две недели казались особенно нереальными. После прошлой неудачи, свой новый план я решила подготовить куда тщательнее, собрав больше информации и обзаведясь более приличной экипировкой.       Отдохнув после утренней пробежки и наспех позавтракав, я решила двинуться в публичную библиотеку. Их компьютерный зал, забитый древними допотопными железками, особой популярностью не пользовался, поэтому можно было совершенно невозбранно и даже относительно приватно собрать всю доступную по местным кейпам информацию. Та же империя имеет серьезный, внушительный ростер паралюдей, и имена многих из них были на слуху. Такие как Крюковолк еще и обладали мрачной, пугающей славой. Так что если не пораскинуть мозгами самой, то мне, безо всяких сомнений, с радостью помогут это сделать.       И в этот раз точно стоит подобрать защиту, даже если придется потратить на это последние сбережения. Худи, треники и платок на лице обеспечивают очень сомнительную защиту анонимности, защиты же физической не дают никакой. Проверять свою силу в качестве щита мне пока совершенно не хотелось. Смерть в темном коридоре подпольной арены от случайного удара ножа в спину не занимала места в списке моих планов. Во время прошлого визита в компьютерный зал библиотеки, я прочитала несколько статей о местном «ночном» мстителе Призрачном Сталкере, взяв пару её идей на заметку. Хоккейная маска, за неимением лучшего, послужит неплохой защитой лица, а байкерскую черепаху можно приспособить для не сильно сковывающей движения защиты тела.       Вопрос оружия был на порядок сложнее. В нынешнем состоянии, я могу обидеть разве что ребенка. Нет смысла даже думать о рукопашных схватках, как минимум до тех пор, пока не разберусь с воспалением. Следовательно, любое холодное оружие будет для меня совершенно бесполезным, даже без учета того, что я понятия не имела как им правильно пользоваться. Если добавить к уравнению мое зрение, то очевидно, что стрелок из меня ещё паршивее. Даже простой тазер будет пустой тратой денег.       Контактный, впрочем, может пригодиться. Если денег на него хватит.       Полуденные улицы были пусты - сейчас по ним шатались или безработные, или заблудившиеся туристы, умудрившиеся свернуть с набережной на неправильную улицу. Взрослые уже давно сидели на работе, студенты — в колледжах и вузах, а подростки — в школах.       — Сейчас я и сама бы не отказалась туда вернуться, — мрачно пробурчала я себе под нос, неторопливо вышагивая в сторону библиотеки.       С одной стороны, я была рада покончить с прогнившим Уинслоу, сучьим Трио и безразличием школьной администрации. С другой — унизительно, что я так и не получу хотя бы полное среднее образование. Да и не все уроки были ужасны. Информатика у миссис Нотт мне нравилась, и от того лишь паршивее было осознавать, что я там больше никогда не появлюсь. ****       Как же несправедливо, что я не могу подавлять свои эмоции по щелчку. Что я не могу выдавить их наружу, перенаправить в другое русло, подальше от себя. Будучи парачеловеком, владея недоступной простым людями силой, просто необходимо сохранять свою голову холодной, а агрессию жестко держать под контролем. Неспособные контролировать себя кейпы всегда заканчивают плохо. Даже по официальной статистике кейпы-одиночки прекращали быть таковыми в течение полугода, максимум года. Кто-то присоединялся к банде, кто-то вступал в Стражи или Протекторат, кто-то «пропадал без вести». Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понимать, что это значит. Все это лишь мотивировало держать свои эмоции в руках, а силу - на коротком поводке.       И тем не менее, сейчас я была буквально в бешенстве.       Выходя из очередного магазинчика торгового центра я чувствовала удовлетворение от проделанной сегодня работы - плечо приятно оттягивали лежащие в сумке вещи и пометки. Я была бы вполне довольна прошедшим днем, если бы не увидела знакомую рыжую шевелюру одной знакомой предательской суки. Она прогуливалась по торговому центру, сияя и слушая увлеченно рассказывающую о чем-то Софию. Они шли рядом, буквально касаясь друг друга плечами, а их руки оттягивали пакеты с лейбами местных бутиков. Эмма звонко смеялась, София довольно ухмылялась, показывая подруге на экран телефона.       Я же в этот момент закипала, пытаясь задавить ненависть, удержать рвущуюся из груди ярость.       Эти суки были в списке тех, кто испортил мою жизнь. Из-за них, я сейчас на самом дне. И вот они, буквально в десятке метров от меня, в прямой видимости. Всего-то руку протяни, нащупай их поля массы своим сознанием и толкни, окутав ладонь сгустком азуритовой тьмы. Они ведь даже не умрут, ты просто переломаешь им кости. Возможно, с определенной долей везения, сломаешь хребты, приковав к коляскам. Это будет честной платой за сытую и успешную жизнь.       Эмма выглядела счастливой, слушая лепет излучающей довольство Софии.       — Конечно, блять, они счастливы, — тихо пробормотала я, — они ведь победили. Они получат образование, будут жить в теплом доме и работать на солидной работе. Может, откроют свой бизнес. Это ведь я сдохну в переулке после очередной неудачи, держась за вскрытое пузо.       Мой взгляд остановился на Софии. Что-то в ней неуловимо изменилось с последней встречи, что-то с ней было не так. Я потрясла головой, уставившись в дальнюю стену. Когда мой взгляд снова вернулся к ней, я увидела, как она нервно шарит глазами по толпе вокруг. Что-то почувствовала?       Встретив ее задумчивый, нахмуренный взгляд, я резко повернула в сторону. Сомневаюсь, что она меня узнала, но не стоит лишний раз искушать судьбу.       Шагая в сторону мотеля по темной, освещенной лишь редкими уличными фонарями, улице, я мысленно перебрала приобретенное снаряжение. Бинокль, абсолютно необходимая для наблюдения мелочь. Наплечники, нарукавники и армированный жилет дополнят темную толстовку и спортивные штаны. Новенькие мягкие кроссовки с упругой подошвой сделают мой шаг тише. Поверх тонких, но плотных тканевых перчаток шикарно сядет отобранный у головорезов из АПП кастет. Удар у меня все равно будет как у девочки, но зажатый кулаком кусок стали точно добавит впечатлений.       Заглянув в сумку, я осмотрела последнюю покупку. Винтажная темно-синяя хоккейная маска посмотрела на меня своими темными провалами глаз в ответ. Маска мне не нравилась, но она защищала и макушку, и затылок, являясь даже, скорее, полноценным шлемом.       И цвет ее казался мне вполне подходящим. ****       Заброшенное, старое здание с новенькими, пластиковыми окнами и обилием граффити толком и не охранялось. Судя по всему, имперцы полагались на репутацию своего босса, не заморачиваясь излишней работой. Самого же Крюковолка в здании не было, в чем я была уверена абсолютно точно. За шесть часов наблюдения, среди зашедших что через основной вход, что через черный ход, я не увидела никого, подходящего под его описание. Когда начались сами бои, пробраться внутрь оказалось не так уж сложно. Стоящий у соседнего, запасного входа и болтающий по телефону придурок даже вякнуть не успел, когда я приложила его о стену, а после метко двинула ногой по затылку. Собачий лай просто оглушал, поэтому я даже не волновалась, что меня могут услышать. Вырубив в коридоре тем же методом ещё одного лысого дылду, я открыла незапертую дверь единственного похожего на кабинет помещения.       Вывернуть замок у стоящего в углу сейфа было делом техники, а встретивший меня запах свежих купюр мигом поднял мне настроение. Даже без подсчёта сумма выглядела внушительно. Этого точно должно хватить на то, чтобы въехать в свои апартаменты и припеваючи жить несколько месяцев, как только я найду способ достать поддельные документы. Главное тихо и очень быстро свалить отсюда.       Выйдя из здания тем же путём, я быстрым шагом направилась по темной улице, не тратя время на то, чтобы снять маску. Этот район Доков был практически полностью заброшен, поэтому никто моим видом обеспокоен не будет. Единственные обитатели этих мест или слишком обдолбаны, чтобы обратить на меня внимание, или предпочтут не связываться с неизвестным кейпом.       Спустя всего десяток минут эйфория сменилась растущей тревогой. Слишком легко. Слишком быстро и слишком просто. Нервно перебирая мысли в голове, я пыталась успокоить безумно быстро бьющееся сердце. Не может такого быть, чтобы все прошло так гладко. Так просто. С каждой секундой я все сильнее чувствовала желание сорваться на бег. С каждым шагом, я все сильнее чувствовала вкус стали и вкус крови, а мою кожу раздражающе покалывало. Словно из-под кожи вот-вот норовят вырваться металлические шипы. Спиной чувствовала приближающуюся волну холодной как сталь ярости.       А потом я услышала рев мотора и скрип шин о потёртый асфальт. Резко развернувшись, я увидела, как из открытой двери потертого пикапа выпрыгивает на полном ходу чудовище, прямиком из самых страшных детских кошмаров. Огромная куча крюков и лезвий стремительно кинулась в мою сторону, приняв облик, отдаленно напоминающую форму собаки.       Крюковолк. Безумное месиво острой стали, буквально способное за жалкие доли секунды перемолоть человека в фарш.       Отбросив сумку в сторону, я попыталась задержать это порождение ада, сформировав перед его носом темный шар сингулярности. Бестия оторвала передние лапы от земли и оттолкнулась задними, только чтобы, яростно дергаясь, зависнуть в воздухе. Крюковолк не задержится надолго, но я должна успеть уйти. И я бы успела, не открой по мне огонь толпа его подчинённых. Окружив себя тонкой сферой своей силы, я завороженно смотрела, как пули резко меняют свою траекторию, войдя в область воздействия. Нырнувшие в землю пули поднимали клубы пыли, которые, вопреки моему ожиданию, спокойно проходили сквозь мой темно-фиолетовый кокон.       Это не манипуляция гравитацией, это словно… некий эффект, действующий на объекты, обладающие какой-то критической массой? Импульсом?       Ха, эффект массы. Звучит совершенно ненаучно, в меру претенциозно, но достаточно точно.       Вызванное непрерывным огнем напряжение резко спало и я удивлённо подняла голову. Окутанная лезвиями конечность прошла сквозь щит, медленно прижала меня к стене переулка и плотно сжала со всех сторон, лишив возможности двигаться. Даже дышать я могла с трудом, ощущая опасную близость бритвенно-острой стали.       — Это он, Марк? — скрипуче пророкотал оживший адский блендер.       — Да босс, — ответил, напряжённый, хриплый голос, — пока я отчитывался вам, он приложил меня о стенку своей силой и пнул по башке.       Просто, блять, чудесно. Идиотом был не сторож у черного входа, болтающий по телефону, идиотом была я.       — Что в сумке? — адресовала мне вопрос масса лезвий.       — Продукты из магазина, — яростно кивая головой сказала я.       — Марк, обыщи её сумку, — проскрипел Крюковолк, плотнее прижимая меня к стене охапкой лезвий.       — Да я с собой это принесла, не стоит так нервничать.       — Девчонка? Ну нихуя себе сюрприз, — шуточно удивилось стальное чудовище, бросив взгляд на открытую сумку, после чего добавило, — и богатая. Сумками деньги таскаешь. Откуда же ты их взяла?       Вопрос, очевидно, был риторическим. Пока подчиненные Крюковолка возились с содержимым сумки, его пасть держалась в опасной близости от моего лица.       — Босс, тут одиннадцать тонн, — бодро добавил непознаваемый лысый стахановец.       Долго же этот баран считал купюры.       Крюковолк, заметно расслабившись, начал обратную трансформацию. Чудовищная масса лезвий втянулась и открыла взору закрытое стальной маской волка лицо, голый торс и закрытые рваными джинсами босые ноги.       — Какое охуенное совпадение, девочка, — продолжал Крюковолк язвительно, — как раз та сумма, что полчаса назад была спизжена из моего сейфа.       — Поразительно, бывает же такое, — смотря честными глазами ответила я.       Судя по его скептическому взгляду мои навыки убеждения оставались на уровне дна. Ну, не особо-то я на них расчитывала.       На небритом и совершенно точно недовольном лице Крюковолка наверняка отражалась бы титаническая мыслительная деятельность, не будь его лицо прикрыто маской. Давление лезвий на мое тело слегка ослабло, позволив мне полной грудью вдохнуть пахнущий порохом воздух.       — Ты — кейп. И если я правильно понимаю, то ты именно та новенькая сучка, что недавно шумно обнесла мою любимую комиссионку на моей территории. Я видел тебя на камерах. Сколько ты там спиздила? Тонну? Полторы?       — Семьсот двадцать пять долларов и десять центов, — слабо ответила я, уже не пытаясь скрыть дрожь в голосе.       У Кроковолка была по-настоящему грозная репутация и, встретив его лицом к лицу, я прекрасно понимала откуда она взялась. После неясного раскола Империи и уходом из ее рядов Чистоты, он остался единственной козырной картой нацистов в этом городе. Если вспомнить, что вторая «козырная карта» могла стирать в порошок многоэтажки своими лучами, становится несложно предоставить, на что способен Крюковолк, перестань он сдерживать себя.       Возможно какой-никакой самоконтроль и позволяет этому живому блендеру избегать ордера на убийство. Контроль и периодическое участие в сражениях с Губителями. Сейчас же, когда моя жизнь полностью зависела от его прихоти, мне только и оставалось, что надеяться на его благоразумие.       — Выходит, ты уже мне торчишь почти двенадцать тысяч долларов, — спокойно проговорил Крюковолк, жестом приказывая подчинённым спрятать мою сумку с его деньгами, — и судя по всему, возвращать долг тебе нечем?       Вау, а он явно знает толк в финансовой математике. Деньги даже не украла, но уже их должна. Я просто прирожденная бизнес леди.       — Я всё верну, — проговорила я, смотря на него самыми честными глазами, — заработаю и верну.       — И как же ты их заработаешь? Опять у меня спиздишь? — нехитро пошутил он, выдавив пару усмешек из своих людей. Не то чтобы шутка была смешной, скорее они просто пытались при любой возможности вылизать задницу босса.       Наступившая тишина прерывалась только хриплым, еле слышным ворчанием живого блендера. Сейчас окутанной тонной лезвий, деформированной и огромной была только прижимающая меня к стене правая рука, поэтому я могла подробнее его разглядеть.       Выглядел Крюковолк как порно-актер восьмидесятых, задорно сверкая покрытой светлыми волосами крепкой грудью и периодически потрясывая гривой грязных светлых волос. Половина старых кассет, просмотренных мной в мотеле, утверждала, что в паре с накачанной силиконом блондинкой он бы и сейчас вполне приобрел успех на этом поприще. Другая половина просмотренных кассет, говорила, что его потерянным призванием было культовое гачимучи.       Наконец, придя к какому-то выводу и отстраненно хмыкнув, Крюковолк ослабил свой хват.       — У меня есть предложение, а у тебя нету выбора. Ты на меня поработаешь, — довольно заявил он.       — Но мне нужно вступить в Империю, верно? — спросила я кисло.       — Разбежалась. Место в Империи нужно заслужить, хер пойми кого мы не возьмём, будь ты хоть дважды белая. Мне на кой хуй нужны союзники, которым я не доверю спину?       — Справедливо, — с облегчением выдохнула я.       — Ты на меня поработаешь, — повторил Крюковолк, приводя свою руку в человеческий вид, — на меня лично. Одно дело, и мы в расчёте. Я тебе даже деньжат подкину, если хорошо справишься.       Я жадно, глубоко вздохнула и отошла от стены. Крюковолк жестом показал мне идти за ним и я, пожав плечами, пошла.       Это можно считать везением?