Нулевой элемент

      В затуманенном сознании возникают размытые образы, постепенно складываясь в картины. С каждым новым вдохом, образы становятся всё чётче. В один момент, я различаю их явственно. Явственно до жути.       Длинный грязный коридор. Вокруг меня полно тел, но различимо лишь одно лицо.       Мое.       — Вот дерьмо, что у тебя с лицом, Тей? Получила пиздюлей, пока таскала дурь?       Я делаю то, что должна. Я делаю это, чтобы выжить.       — Твой папочка был бы очень огорчён, Тей.       Он мертв. Его больше нет.       — Хотя он ведь сам был не чист на руку? Был.       «Чего ты от меня хочешь?» — кричу я, но слова застревают в глотке.       — Ты и в его смерти виновато, уебище.       Ложь.       — Отброс. Неудивительно, что твоя мать покончила с собой.       Ложь, это был несчастный случай. Это была авария.       — Она видела, каким позором ты станешь. Ты убила её, Тей.       Ложь. Ложь. Ложь.       Туман окутал меня и я закрыла глаза. Образы сменились воспоминаниями.       «Ложь», — подумала я, дотягивая истлевший косяк в грязной комнате школьного туалета.       Постепенно мысли потеряли форму, утонув в облаках абсурда, выпутавшись из оков тоски и ненависти к себе. Дурацкая картина тонущих в облаках букв вызывает идиотскую улыбку. Тушу окурок о ладонь, чтобы вернуть концентрацию.       Целый час — слишком много для обеда.       «Выгляжу даже хуже, чем обычно», — думаю я, смотря в разбитое зеркало. Грива некогда красивых волос, ныне спутанных и разделенных на кончиках, стала чуть реже. Белки глаз неровно окрашены в красноватый оттенок. Лицо в отражении искривляется, когда я ощупываю синяк на правой скуле.       Вернувшись в кабинку, достаю перочинный нож, чтобы нарезать бумагу для упаковок товара, который после нужно разложить вокруг Уинслоу. Взгляд останавливается на грубо заточенном лезвии. Вряд ли мое исчезновение кого-то огорчит, верно? Всего одно резкое движение.       Тряхнув головой, решаю отвлечься и прогнать ненужные мысли. Достав ещё одну скрутку, поджигаю ее и глубоко затягиваюсь.       — Сосредоточиться на положительных мыслях, — вслух цитировала я советы с сайта психологической помощи, — а мрачные мысли выбросить из головы.       Докурив скрутку, бросаю окурок в унитаз.       — Всё, что у меня есть, это мрачные мысли.       Мир вновь укутался плотной пеленой, чтобы сменить одно воспоминание другим.       Выйдя из переулка, я устало потираю веки. Эти пачки были последними. Подняв голову, ловлю знакомый взгляд.       Хесс.       — Это твое, Хеберт? — спрашивает она, медленно сбрасывая в урну разрезанные пакетики.       Слова вновь застряли в горле.       — Ну не плачь. Я просто лишила тебя проблем. Это ведь незаконно.       Ты жизни меня лишила, София.       Я вновь погрузилась в мутную воду. Новая картина выплыла из глубины.       — Куда ты дела товар, тупая сука!? — прокричал Ламар, ударив тяжёлой рукой мне в живот.       — Барыги нас теперь кончат, — нервно протараторил Флойд, держа мои руки за спиной.       В доме мистера Фернандеса именно Ламар, чернокожий шестнадцатилетний парень, распоряжался разносом товара и контролем обстановки в доме. Мистер Фернандес же, бывший беженец из разрушенной Левиафаном Буэнавентуры, почти все свое время проводил на производственном складе в доках, контролируя упаковку.       Комиссия патронатной системы была обыкновенным фарсом, что не было секретом ни для кого. Приюты же стремились быстрее избавиться от лишних ртов, для экономии средств. Поэтому Барыги, подряжая своих людей, быстро и без особого труда набирали там дешевую рабочую силу. Управляющие кадры в такой системе росли сами собой, поэтому даже контролировать детей особой нужды не было.       — Парней они просто ебнут, а нас заставят отрабатывать, — проворчала Таиша, коренастая латиноамериканка, что была чуть взрослее меня. Сложив руки на груди, она добавила — заставьте и ее отработать, для вас. Также, как заставят нас.       — Нет, — сказала я, внезапно твердым голосом, — даже, блять, не думайте.       — Захлопни пасть, — проговорил Ламар, ударив меня по лицу. Расстегнув ширинку и достав что-то из кармана, он повернулся к державшему меня Флойду и кивнул ему, — Справедливо. Раздевай.       Нас было четверо, в переулке рядом с полуразваленным домом на границе заброшенной части Доков.       «Никто мне не поможет», — пришло осознание в мою в голову, — «Я совершенно одна».       Ударив затылком в лицо Флойду, я пнула Ламара в пах. Вот только Флойд не ослабил хватки.       — Хочешь по-плохому, сука? — севшим от боли голосом прохрипел Ламар, — будет по-плохому.       Тупой удар прошёл между ребер и что-то горячее потекло под одеждой. Довернув руку, Ламар резко дернул ее в сторону, вытаскивая нож.       Блять, как же я не хочу умирать.       Я закрыла глаза и…       …Огромные сущности заполнили мое восприятие.       Я не смогла бы объяснить, откуда я знала, что это — два разных существа, когда каждое из них одновременно существовало во множестве параллельных миров. Неизмеримые отражения двигались синхронно, занимая одно и то же пространство, но отличаясь характером движения и реальностями, с которыми они взаимодействовали. Каждое существо сворачивалось, разворачивалось, сжималось и растягивалось, не занимая ни больше пространства, ни меньше. Я не могла осознать увиденное, но чувствовала единый шаблон, систему…       …Пара двигалась в унисон, закручиваясь вокруг друг друга в двойную спираль. Каждый оборот разделял их всё сильнее и сильнее. Неисчислимое количество пылинок разлеталось от них по мере движения, оставляя широкий след рассеянных в пространстве тканей и энергий, которые окрашивали бездну пустого пространства в кильватере их спирального танца так, будто они были сделаны из невероятного количества песка и летели против шторма.       Когда они были уже слишком далеко, чтобы видеть друг друга, они начали общаться, и каждое сообщение было опустошительно и яростно огромно, выраженное энергиями взрывающихся сверхновых. Одно «слово», одно понятие на каждое сообщение.       Цель. Подтверждение. Траектория. Подтверждение.       Они снова встретятся в том же месте. В оговоренное время они прекратят свой разлёт и начнут заново сближаться, пока не встретятся вновь. ****       С хриплым вдохом я села на кровати.       Это, блять, что, был морфин?       Тихо простонав, я завалилась обратно в кровать. Последнее видение напрочь вылетело из головы. Сколько бы я не напрягала извилины, вспомнить его я не могла. Впрочем, сейчас это наименее важный вопрос. Куда важнее, например, понять где я.       Бросив взгляд по сторонам, я оценила окружающую меня обстановку. Судя по всему, я находилась в чьей то квартире и хозяин жилья явно был фанатом минимализма. Мягкие, нейтральные цвета, минимум декоративных элементов, рациональность и лаконичность. Каждая деталь словно расположена так, чтобы не цеплять взгляд. Великолепная звукоизоляция полностью гасила шум улицы. Пожалуй, просто идеальная комната для любителя проводить свободное время в тишине и покое. Потерев лоб привычным жестом правой руки, я ощупала все так же плотно сидящую на лице маску.       Вот только правой руки у меня быть не должно. Вновь сев на кровати, я с недоумением уставилась на вновь обретённую конечность.       Искусно выделанные пальцы из серого матового металла оканчивались прорезиненными подушечками. Полированные металлические суставы при каждом движении издавали еле слышное жужжание. На кисти виднелась штампованная надпись «Dragon Tech».       Натянув рукав, я разочарованно вздохнула. Канаты светлых, перекатывающихся словно живые, искусственных мышц не просто уходили под рукав больничного платья, они тянулись вплоть до плечевого сустава, заканчиваясь у ключиц. Это меня, в общем-то, не сильно удивило. Ублюдок Ли отрубил мне кисть и большую часть предплечья, но слишком уж плотно мышцы рук располагались на костях. Очевидно, наиболее логичным решением была полная замена руки.       — Понтовая вещь, да? — раздался знакомый голос со стороны дверного проема, — увы, это не работа Дракон. Просто Ящик Игрушек маркирует свои протезы как «легальные гражданские», подделывая номера под реальные, но честно спизженные аналоги.       Сплетница была одета в тот же черно-пурпурный комбинезон, со стилизованным глазом на груди, лицо все также было скрыто простой маской-домино. Её поза была расслаблена, но не почуять нервозность было невозможно. Из расстёгнутой кобуры на бедре выглядывала рукоять пистолета.       — Где я? — рассеяно спросила я, хмуро оглядывая вошедшую, — сколько я была в отключке?       — Мои апартаменты, — пожав плечами ответила она, — ты отрубилась на сутки с лишком, но протез пришлось ставить быстро, пока не начали деградировать нервные окончания. Руку будешь контролировать как родную, да и не придется сидеть на нейропозине, так что передай как-нибудь свою благодарность Риппердоку. Он берёт недёшево, но к работе относится как к искусству, даже готов был так внезапно сорваться к нам.       Риппердок — очередной технарь Ящика? Ни для кого не было секретом, что они активно переманивают технарей на свою сторону, но редкие имена становились широко известны. Ящик уверенно скрывал как своих членов, так и свои контакты. О них слышали все, но никому до сих пор не удавалось обнаружить ни их лаборатории, ни их склады. Впрочем, это было не удивительно. Ящик Игрушек почти единолично рулил кейповским черным рынком и, очевидно, обладал и нужными связями и необходимыми ресурсами.       Сплетница вошла в комнату, направившись к окну. Открыв шторы и осветив комнату ярким утренним светом, она села в кресло и обернулась ко мне, с комфортом открываясь на спинку.       — Эта штука… Она явно стоит куда больше, чем обещал мне за работу босс, — указала я левой рукой на протез.       — Считай это частью предложения. Ты справилась прекрасно и босс заинтересован в более… Долгосрочном сотрудничестве.       — Блять, — вновь откинулась на подушку, протянула я, — дай мне время, нужно привести себя в порядок.       Звонко рассмеявшись, Сплетница встала с кресла и указала на лежащие на прикроватной тумбе вещи.       — Должны тебе подойти. Могут оказаться коротковаты, но не думаю, что тебя это сейчас волнует, — пояснила она и вышла из комнаты, прикрыв дверь.       Встав с кровати и осмотрев предложенные мне вещи, я с удивлением опознала пижаму. Обыкновенные, мягкие и комфортные клетчатые штаны и бесформенная футболка мятного цвета. Сойдёт, хотя я бы и предпочла скорее вернуть свой костюм.        Вновь коснувшись маски, я мысленно выругалась. Есть ли вообще смысл держать ее на лице? Если я была в отключке целые сутки, то было полно возможностей заглянуть под нее. Не то чтобы моя личность была верным секретом, но официально в розыск, как Адскую Гончую, меня так и не объявили.       Возможно дело в том, что ее случай закончился кучей трупов, а в моем хотя бы кто-то сумел выжить. А может они все умерли, просто никому не было до них дела, а их тела так и лежат в том переулке. Я так и не нашла в себе ни сил, ни желания, чтобы вернуться и проверить это.       Дверь цвета лесного ореха, открывшаяся непривычно бесшумно, вывела меня в небольшой зал, совмещённый с кухней. Сплетница, сидящая за длинным барным столом, условно разделяющим гостиную и кухонную зону, что-то печатала на ноутбуке.       — Я заказала еду, — не оборачиваясь сказала она, — будет не скоро, но дела нам, в любом случае, придется обсудить сейчас.       Словно прочитав мой всё ещё рассеянный, непонимающий взгляд она указала пальцем на маску.       — У меня то проблем с перекусом не будет, а вот твоя маска полностью закрыта.       Фыркнув, я уселась на стул напротив Сплетницы.       — Ну, выкладывай.       — Босс готов спонсировать команду, — без лишних прелюдий начала она, — две штуки в качестве ежемесячного пособия, просто за то, что держимся вместе и готовы действовать. На деле… значительно больше, чем две тысячи. Каждая работа оплачивается отдельно.       — А я-то ему зачем? Я могу понять мелкие заказы, но к чему такая щедрость? — спросила я, указав на протез, — я обычный Бластер, далеко не самый сильный. Большая часть кейпов Империи раскатает меня в порошок, и я знаю, о чем говорю. Уже встречалась с Крюковолком. Уверена, Лунг меня даже не заметит. Если он хочет выбить банды с их территорий и удерживать районы, то от меня много толку не будет.       — Ты в одиночку расхуярила Они Ли, — пожав плечами сказала Сплетница, — этого вполне достаточно.       — Если ты не заметила, — помахала я хромом перед ее лицом, — он отрубил мне руку. Я истекала кровью, Ли меня почти убил.       — Душенька, — ответила мне она, — Ли опытный головорез с наглухо съехавшей крышей. Он заставлял целые группы кейпов съебывать в страхе, не получая ни царапины. Ты переломала ему ноги и заставила сбежать. А самый смак в том, что из-за тебя этот мудак надолго останется прикованным к постели.       — Это, конечно, просто ахуенно, но близняшки Кайзера раздавят меня как муху.       — А нам и не нужно встречаться с тяжеловесами. Корпоративный шпионаж, воровство документов, добыча информации для компромата, ограбления с порчей имущества и все в таком духе. Держимся под радарами, проворачиваем дела быстро и тихо, а затем также быстро и тихо уходим. Большего от нас боссу пока и не нужно.       Звучит заманчиво, да и не похоже, что Сплетница лжет. Но мой вопрос не потерял актуальности.       — Нихера не понимаю, я как сюда впишусь? Моя сила не совсем подходит под определение «тихо и незаметно».       Её улыбка стала ещё шире, как будто я только что сказала нечто забавное.       — Ты почувствовала Ли. «...будто пахнет пеплом», — спародировала мой задумчивый голос Сплетница, — точно Демон Ли. Это ведь не первый раз, когда ты почувствовала кейпа? Что ты чувствуешь, глядя на меня?       Завистливо я осмотрела её бюст. Пожалуй, чувствую я застенчивость.       Но в ее словах определенно был смысл. Перед встречей с Крюковолком я чувствовала кровь и сталь, каждое движение Оружейника казалось скупым и выверенным, а Сплетница…       — Я чувствую, как меня рассматривают под множеством линз. Каждый мой жест и каждое движение скрупулезно оцениваются, — сосредоточившись сказала я, переведя взгляд на её позу, — от тебя прямо несёт самодовольством и любопытством.       — Ладно, на этом хватит, — уже не улыбаясь сказала Сплетница, — блять, это было жутко. И никогда не делай так без костюма.       — Всмысле?! — не смогла я сдержать возмущения.       Мне новая фишка моей силы казалась классной.       — Глаза почернели, будто зрачки растянуло на белки. Маска может и скрыла бы, но мы сидим слишком близко, — положив ладонь на висок и слегка поморщившись сказала она и, подняв взгляд, добавила, — это было пиздец как стрёмно. Словно ледяной водой окатили.       Ну что же, лишняя деталь к моему и без того немаленькому списку.       — Ладно, поняла, — поймав взгляд Сплетницы сказала я, — и да, я согласна. Звучит адекватно, да и это лучшее предложение из тех, что мне поступали. Кто еще в команде, кроме тебя?       — Мрак. Тот парень, что вытащил тебя из стычки с Оружейником и помог разобраться с засадой АПП. Еще два кейпа — Регент и Сука. Последнюю ты можешь знать как Адскую Гончую, но при ней лучше её так не зови.       Последнее имя заставило меня непроизвольно дернуться. Её случай меня действительно интересовал, ситуация была практически идентична моей собственной. Конечно же я хотела бы с ней поговорить.       Судя по довольной ухмылке, Сплетница явно предвидела мою реакцию.       Сколько бы я не рылась в нете, я так и не поняла, почему ее личность вообще была вскрыта. Даже по общедоступной информации становится очевидно, что ее случай — не простая жестокость и бессмысленное насилие. Возможно полиция не сразу поняла, что преступление было совершено кейпом? В конце концов, ни для кого не было секретом, что кейпы, лишенные тайны гражданской личности, проявляли склонность к много более… радикальному поведению.       — Познакомлю вас позже, а пока, — театральным жестом Сплетница сняла маску, — меня зовут Лиза.       Сняв маску, она тут же собрала свои светлые волосы в свободный хвост. И если эту лисью усмешку я уже видела, то веснушки на переносице стали забавным сюрпризом. Как, собственно, и цвет её подведенных черной краской глаз, на который я обратила внимание только сейчас — они были зелёные, как бутылочное стекло.       Черт, Лизу определённо можно было назвать красивой.       Моя самооценка плавала где-то между «уличным мусором» и «мешком с костями» на шкале привлекательности. Зависела она от настроения, а настроение у меня, как правило, было херовым. Лиза выглядела интересной, уверенной в себе, порядочной девушкой. А я… я была собой.       Выпрямившись и выровняв дыхание, я расстегнула крепления на затылке и шее и сняла маску. Картина перед глазами немилосердно размылась, напомнив мне об отсутствии очков.       — Ну, в общем, — сказала я, расчёсывая слегка отросшие волосы пальцами, — зови меня Валери́, или просто Ви.       Рано или поздно, мне нужно будет вернуться в социум. Я больше не могу быть Тейлор Хеберт, слишком много проблем и болезненных воспоминаний связано с этим именем. По крайней мере, я больше не могу ей быть без маски. Глубоко внутри, я все равно останусь той болтушкой и любительницей книг, дочерью профессора литературы и главы отдела найма Союза Рабочих Доков.       Валери — красивое и сильное имя, с древними латинскими корнями. К тому же, так звали мою бабушку, маму отца. Она была очень живой и умной женщиной и мне хотелось быть хоть как-то похожей на неё. По крайней мере, именно эти мысли были в моей голове, когда я закончила татуировку большой буквой V на горле.       Широко и неожиданно искренне улыбнувшись, Лиза положила руку мне на плечо и приобняла. Она была порядком ниже меня, отчего её душевный жест вышел слегка неуклюжим.       Но что действительно меня поразило, так это насколько приятными были её объятия. Слишком давно меня никто не обнимал.       — Есть одна просьба, — отстранившись, спросила я Лизу, — мне нужны новые документы. Полный набор.       К чему откладывать вопрос в долгий ящик?       — Это вполне возможно, — сказала она и достала телефон, начав поразительно шустро набирать сообщения, — выйдет не быстро. В идеале выждать месяца полтора-два, до следующего нападения Губителя, а после оформить тебя как беженку. Тогда хоть в Аркадию на GED документы подавай. Впрочем, чем быстрее поднимем вопрос, тем лучше.       Её невзначай брошенное предложение заставило мои мысли беспокойно роиться в голове. Возможность снять с себя лишний крест и всё таки получить образование звучала крайне заманчиво. Тем более что для получения GED, полного аналога диплома об окончании средней школы, мне достаточно договориться с директором, оплатить всё это мероприятие и, хорошо подготовившись, сдать группу тестов внутри школы.       Вопрос денег меня мало волновал впервые за долгое время, что было приятным изменением в моей жизни. Что действительно заставляло меня нервничать, так это необходимость возвращаться в школу, пусть и на короткое время.       — Нужно будет твое полное имя, — оторвав взгляд от телефона сказала Лиза.       И этот вопрос застал меня врасплох. О новой фамилии я ещё даже не думала.       — Ещё не придумала? — ехидно протянула Лиза, будто угадав мои мысли, — возьми девичью фамилию матери, как вариант.       Звучит неплохо. Да и вряд ли я придумаю что-то получше.       — Валери Аннет Лавер, — твердо произнесла я, не обратив внимания на странный взгляд, что кратко бросила на меня Лиза.