Новая жизнь, в которой...

      Простая смска. Но меня начинает трясти. С силой сжимаю телефон.       «Бутылка воды»       Под дождём иду в ближайший магазин. Вода с газом. Как он любит. Я мог бы взять обычную, но почему-то не хочется делать ему неприятно. Я не понимаю своих эмоций. Возвращаюсь обратно. Мокрый, с растрепанными волосами. Ратмир как всегда выглядит идеально. Рядом с ним какие-то парни, они внимают каждое слово парня, словно он какой-нибудь король, от настроения которого зависит судьба каждого. Алекс тоже тут. Его ненавистный взгляд заставляет смутиться.       Но, парень меня и пальцем не тронул за прошедшую неделю. Как и говорил Ратмир. Несмотря ни на кого, я отдаю парню бутылку, стараясь не соприкасаться с его пальцами. Кто-то из компании прыснул, скрывая свой смешок в кулаке. Для всех я теперь зверушка Ратмира, которая выполняет каждое его желание. В первую неделю это было невыносимо. Он дёргал меня каждые десять минут, показывая всем, как я подчиняюсь ему. Падать было некуда. Ден выловил меня на одной из перемен и сказал, что я сделал правильное решение. Его приободряющая улыбка заставила выдохнуть.       Капли дождя с волос упали на рубашку. Я смотрел на Ратмира, который с насмешкой разглядывал меня. Представляю, какое раздражение у меня на лице.       — Лицо попроще. Жалко выглядишь. — Алекс не сдерживался. От его смешков меня передёрнуло. Ратмир выглядел весёлым. Но, если смотреть прямо в его тёмные глаза, то начинает казаться, что это веселье наигранное. Холод. Безразличие. В этом взгляде не было ничего насмешливого. Словно ему всё равно. Ему наплевать на всё и это бесит только сильнее.       Наедине Ратмир ещё более невыносим. Тёмные глаза не выражают ни единой эмоции.       — Сядь. — Короткий приказ, от которого всё внутри замирает, но я упрямо продолжаю стоять у парты. Парень не смотрит на меня. Кольцо на пальце вызывает больший интерес у Ратмира. — Май, знаешь, ты раздражаешь меня своей непокорностью. Думаю, я скоро займусь этим. — Он на меня даже не смотрит. Ему всё равно, а я уже багровый от злости. — Последний шанс: сядь. — Его голос звенит в пустом классе.       Опускаюсь на стул, прожигая парня злым взглядом. Только сейчас он поднимает свои глаза на меня. Улыбается. Так искренне… По-детски. — Успокойся. Мордочку попроще. — Парень усмехается, а я теряюсь от его слов. Смешно. Всего лишь пара слов Ратмира и я не знаю как себя вести. — Веди себя более уважительно. Я пока что просто предупреждаю. — Стальной голос, от которого всё сжимается. Ну как он так может? Сначала говорить мягко, а потом как по щелчку показывать свою истинную суть. Лицемер. Как и большинство местных учеников. Я уже не удивляюсь.

***

      Я смог помириться с Якубом. Моему ликованию нет предела. Не то чтобы парень был слишком против мириться со мной, но я горд, что смог исправить ситуацию. За последнее время я понял, что Якуб — единственный человек, которому не наплевать на меня. Он единственный кто беспокоится, кто узнаёт как у меня дела… В момент становится грустно.       Не знаю, какое у меня было выражение лица, но робкие пальцы на плече заставили вздрогнуть. Ден смотрел немного обеспокоенно. Отмахнулся от него, сказав какую-то ерунду. Никаких мыслей нет. Друг вновь весело щебетал. Дети бегали по этажу, раздражая создаваемым шумом. Облокачиваюсь на плечо парня, слушая историю, как он все выходные думал, что же подарить девушке на Новый год. Точно… Уже почти середина зимы. Я этого даже не заметил. На улицах серые будни, ни мороза, ни снега. Это совершенно непривычно. Появляется странное чувство, что во мне пытаются прожечь дыру. Лениво открываю глаза и взглядом нахожу виновника. Ратмир недоволен. Хотя, ни разу не видел его искренне счастливым. Рядом с ним стоит Алекс, периодически зыркая на меня непонятным взглядом… Нет, однажды я, кажется, видел искреннюю улыбку Ратмира — когда я упал с лестницы. Он улыбался Алексу. Они меня достали. Что между этими двумя и почему меня это так раздражает? Почему я должен участвовать в их непонятных играх. Невольно вспоминаются слова Дена.       — Слушай, — Ден замолкает и слегка поворачивается ко мне. — а с кем поспорил Алекс?       Парень повторяет, что этого он не знает. Но, кажется, я знаю. Какой же я дурак! Сам лично упрощаю их спор. Злость закипает. Ничего, придумаю что-нибудь, чем можно будет им ответить.       Телефон оповестил о новом сообщении. Ратмир написал, чтобы я подошел к нему. Ну да, он не может опуститься до того, чтобы самостоятельно сделать пару шагов через коридор. Или же позвать меня вживую. Отлипаю от Дена.       Ратмир недоволен. Он зол, это можно понять по его левой руке, в которой он держит снятое кольцо. Я ещё давно заметил, что хоть голос, лицо и глаза Ратмир не выдают его эмоций, руки парня намного откровеннее — когда ему скучно, он лениво снимает и надевает кольцо, когда волнуется — прокручивает его, а когда полностью снимает и начинает крутить — Ратмир зол. Если бы я мог сдавать металл из его голоса, то уже давно разбогател бы. Алекс не стесняясь смотрит на меня с ненавистью. Парень не глядя достаёт из портфеля книгу.       — Отнеси в библиотеку. — Больше он не обращает на меня внимание. Обращается к Алексу, но я их уже не слушаю. Ратмир забирает собой всё моё свободное время, и это жутко раздражает.

***

      На улице похолодало. Я до сих пор путаюсь в однотипных двориках города. Ратмир прислал простое сообщение — жду к восьми. И адрес. Я не знаю почему иду к нему. Мог просто взять и послать его… Это слишком просто. У меня ужасное желание проучить этих уродов. Показать, что на людей нельзя спорить. А пока буду покорным, ищя его слабые места.       Дом просто огромный. Кажется, такие я видел только по телевизору в репортажах про богачей. Стало неуютно. Ратмир опустился до того, чтобы встретить меня лично, хотя, мне кажется, что в таком доме точно есть что-то вроде прислуги. Он смотрел с обыкновенной холодностью, словно сквозь меня. Парень ничего не говорит и разворачивается, уходя в дом. Я не понимаю, это знак, чтобы я шел за ним, или наоборот — чтобы проваливал? Стою на месте недолго. Не больше десяти секунд.       Догнать Ратмира я смог уже у двери. Раскрасневшийся и запыхавшийся — однозначно, теперь мой внешний вид не понравится парню ещё больше. Сам виноват — у него слишком большие шаги. Раздевшись, мы поднялись на второй этаж. Я разглядывал стены, подмечая какие-то незначительные детали, статуэтки или фотографии. На одной из них я и увидел улыбающегося Ратмира. Это было так необычно. Парень выглядел моложе, чем сейчас, и от этого улыбка искрилась детской наивностью и счастьем. Почему… Почему он больше так не улыбается? Думаю, даже если я задам этот вопрос, то в лучшем случае меня просто пошлют. Мы зашли в какую-то комнату. Что-то вроде отдельного небольшого зала. Только сейчас я понял, что никого не увидел, пока мы шли. Не было никаких звуков из других комнат или из кухни с залом. Словно поняв мою немую озадаченность, парень заговорил впервые за вечер:       — Сегодня дома никого нет и не будет. Нам никто не помешает.       Не помешает… Чему?! Я испуганно дергаюсь в сторону, за что получаю неодобрительный взгляд. Меня словно плитой прижало к земле. Парень саркастически улыбнулся. Совсем не так, как на фотографии. Делаю ещё два шага в сторону двери. Таких маленьких и робких, что самому хочется смеяться от своей нерешительности. Что я там хотел, отомстить? У меня ничего не получится, если я и дальше продолжу дрожать как осенний лист в компании парня.       — Если ты сейчас сделаешь ещё хоть шаг, то завтра в школу можешь не приходить. Целее останешься. — Это был не пустой трёп. Я чувствовал это. Глаза Ратмира казались черными от злости, а я всё продолжал дрожать. Если я его так бешу, зачем он заставил меня приходить сюда? — Ты сейчас так смешно выглядишь. Такой растерянный, но с жуткой злобой в глазах. — Он сказал что-то ещё, но намного тише, из-за чего я не смог разобрать фразу. Почему-то мне кажется, что она была уже не такой язвительной и мерзкой как предыдущие.       — На колени. — Его голос звенит. Я продолжаю стоять не шевелясь. — Вот сейчас тебе лучше не показывать свой характер. Я не в том настроении. — Зачем я это делаю? Поза унизительная, но я стараюсь компенсировать это своим взглядом, мысленно посылая парня на все возможные буквы.       Он окидывает меня снисходительным взглядом. Пальцы парня начинают медленно расстегивать пуговицы на своей рубашке. Чувствую как краснею. От злости. Что он делает?       — Вижу… С кем-то ты всё же смог подружиться. — Кажется, я даже физически могу потрогать злость, что исходит от парня. Ну да, во вселенной, где люди спорят друг на друга искренней дружбы не существует. — Или просто хочешь лечь под него, надеясь что Ден тебя защитит? — Парень смеётся, а меня передёргивает от его голоса. — Он ничего не сможет сделать против меня. — Ратмир подошел. Слишком близко. В таком положении я находился на уровне его живота. Рубашка расстегнута наполовину. Я вижу его грудь и мышцы пресса. Да, это не моё жилистое тело… Кожа парня выглядела бархатной, а мышцы под ней находились в напряжении. Думаю, на ощупь они тоже очень твёрдые. Он не был перекаченным, идеально балансируя на грани. Чёрт, о чём я думаю. Судорожно сглатываю и наконец поднимаю глаза вверх. Ратмир смотрит на меня. В его взгляде ничего нет.       — Полностью сядь на ноги. А стопы подогни под себя. — Суставам становится легче. Пока я не поменял положение, даже не замечал лёгкую боль в коленях. — Руки за спину. — Ратмир отходит, полностью снимая рубашку. Стараюсь не смотреть на его спину. Надо абстрагироваться. Приятный бежевый ковёр. Пушистый. Он наверное до безумия мягкий. Хочу погладить его, но думаю парню не понравится моё решение.        Парень громко хлопнул дверью, но не той, что позади меня. Оказалось, что в углу была другая, которую я не заметил в начале. Минута… Две… Он не возвращается. Бёдра начинали мельком дрожать от напряжения, а стопы немели от неудобной позы. Глубоко вдыхаю и понимаю, что вся комнатка пропитана духами Ратмира. Табачно-хвойные, такие же, как и тогда, когда я прижался к нему, падая. Я могу сбежать… Встать и уйти. Потом разобраться со всеми проблемами, вытерпеть пару избиений… Но я не могу встать. Не могу себя пересилить.       Ратмир вернулся. Спортивные штаны, тонкая футболка. Он выглядит совсем по-другому. Не нахальным ублюдком, идеальным во всём, а домашним пареньком. Возможно, в этом есть что-то милое. С замиранием я следил за каждым его движением. Но парень вёл себя так, словно меня нет в комнате. Ноль внимания. Он сел на мягкий диван, беря с маленького стеклянного столика ноутбук.       Он молчит. Я тоже. Ступы покалывает, а плечи начинает тянуть. Хочется дёрнуться, сбросить это напряжение, размять ноги и руки. Прожигаю Ратмира злобным взглядом, а тот даже не смотрит в мою сторону. Я не могу так сидеть. Дёргаю плечами.       — Продолжишь дёргаться, я возьму верёвку. — Меня срывает. Говорю слишком громко, от чего сам и пугаюсь уже через секунду. Все мои вопросы приходят только к одному: зачем всё это?       — У меня ещё есть кляп. — Такой же холодный голос. Крупная дрожь бьёт тело. То ли из-за позы, то ли из-за злости. Но намёк я понял. Мысли уходят в другую степь. Откуда у него кляп? Зачем? Надо как-то успокоиться, отвлечься. Пальцы рук почти касаются ковра. Мне приходится напрячь мышцы, чтобы его коснуться. Потом будет только хуже, наверное, даже руки не смогу поднять… Но мягкий ворс помогает расслабиться. Закрываю глаза и злобно выдыхаю. Почему-то вспоминаю маму. Она говорила, что в большинстве случаев человек не сможет досчитать до тысячи с первого раза. Я ни разу не пробовал этого.       Первый раз я сбился на трёх сотнях семидесяти шести. Во второй раз на двухсот с чем-то. Чёрт. Всё тело тянет, а спина словно стала каменной. Боюсь, завтра я костей не соберу. Хочется придушить Ратмира, заставить его так же стоять.       — От твоего сопения я не могу сосредоточиться. — Открываю глаза. То есть, я ещё и виноват. Он захлопывает ноутбук. — Вставай. На сегодня всё.       Обуваясь, я чувствую взгляд Ратмира на своей спине. Я ему щенок что-ли? Дрессировкой решил заняться? Всё тело стало деревянным, поэтому шнурки никак не хотели завязываться в аккуратный бантик. Сейчас, я даже начал задумываться, а что хуже — драка или подобное… Что это вообще было? Не прощаясь, ухожу, не забыв громко хлопнуть дорогой дверью.       Дома сразу же падаю на кровать, не раздеваясь. Всё тело болит. Но мысли остались там. Хочу его задеть, разозлить. Вывести на какие-нибудь эмоции. Отомстить. Я слишком мало знаю о нём. Чувствую себя второклассником, который пытается выбесить одноклассницу-отличницу, дергая за косичку. На Ратмира не хватает злости. Если Алекса я ненавижу, то с парнем этого не получается. Он меня бесит, но не делает ничего, чтобы как-то существенно мне навредить. Даже наоборот… Помог с ногой.       Чёрт. Закрываю лицо ладонями, которые дрожат. Всё остальное время я так же лежал в постели с мыслями о великой мести. Настолько сильно меня поглотило это, что даже ответить на смс Якуба стало непосильной задачей. Мысли сменяли друг друга, поэтому я боялся что-то упустить, откладывая телефон и глупо смотря в потолок. В какой именно момент я стал засыпать не понял, упрямо смотря сонными глазами, стараясь не щуриться. Зевнув в пятый раз, я всё же решил оставить всё. С трудом перевернулся, стараясь не вздыхать от дрожи в мышцах. Казалось, что они дребезжат изнутри.       Просыпался я разбитым. Казалось, что ноги просто чугунные. Спина болела и от каждого движения хотелось жалобно заскулить. Забираю все свои слова и мысли обратно — Ратмир настоящий урод. Спустя час я смог добраться до ванной. Тело всё никак не хотело подчиняться, стараясь распластаться на какой-нибудь поверхности, а спина не гнулась. Зато осанка красивая будет. Сам смеюсь со своих мыслей и вздрагиваю. Я — смеюсь… Когда такое было в последний раз? Непонятное липкое чувство сковало всё внутри.       Из зеркала на меня смотрел взъерошенный парень с блестящими глазами. Когда я последний раз видел этот блеск? Вспоминаются времена, когда я в прошлом учебном году каждое утро собирался в школу и также смотрел в зеркало. Сейчас было не так. Парень в отражении был худее, намного. Светлые волосы отрасли, а с кухни никто не поторапливал. Да и не было уже той кухни, как и той ванной. Всё по-другому. Я забыл об этом. Обстановка никак не напоминала о прошлой жизни… На секунду показалось, что отец именно из-за этого и забрал меня. Нет, не думаю, что он поступил из чувства благородства.       Дёргаю за локоны у лица. Они действительно отрасли и слишком сильно. Взгляд опускается на грудь, а после и на выпирающие рёбра. Пальцы невольно их касаются. Каждое можно прощупать. Когда я в последний раз нормально ел?       От мелодии звонка вздрагиваю, словно меня окатили ледяной водой. Якуб. Улыбка сама появляется на лице. Но почему-то в зеркале она выглядела вымученной. Словно это обязательство, а не радость.       Он предлагает встретиться. Голос парня радостный, а я прикрываю глаза. Чтобы пройти не более десяти метров мне понадобился час, большую часть из которого я пытался размять мышцы, чтобы их хотя бы не хватало судорогой при каждом движении. Не хочу расстраивать друга, но всё же я отказываю. Явное недовольство заставляет поёжиться. Парень предлагает тогда встретиться у меня. Вспоминаю его приставания. Это неправильно. Не хочу, чтобы что-то подобное повторилось ещё раз. Я ещё не готов к подобному… Парень понятливо хмыкает и говорит, что я могу обратиться к нему, если что-то случилось. В груди появляется тёплота, которая обхватывает всё тело.       Что ж, я понял две вещи: Ратмир всё же добился какого-то результата своим наказанием и мне надо разобраться в себе. Если с первым всё понятно, то второе сулило мне жутким самокопанием. Заставляю выпить себя чай и съесть пару бутербродов. Выпирающие рёбра не слишком привлекательны. Медленно жуя что-то непонятное, думаю о Якубе. Парень безумно милый, нежный и заботливый. Я вижу его доброту, вижу взгляды и прикосновения, но у меня появляется странный страх перед ним. То ли шестое чувство, то ли просто неопытность. Но я понимаю, что за его заботу я обязан ему. Это значит, что я обязан отвечать ему, понимать… Это ведь так работает во всех отношения? Ты не можешь получать чего-то, не отдавая ничего в ответ. Даже если мне это неприятно — я должен. Возьму передышку в пару дней, а дальше буду делать всё, чтобы угодить Якубу. Думаю, это верное решение. Он мне нравится, значит, это «нравится» сможет перерасти во что-то большее. Думаю, это верное решение… Но почему-то сердце бешено бьётся, протестуя.