Beauty and the Beast

— Почему ты не позвонил в звонок??? Я мог серьёзно тебя поранить, — Тэхён бегает по квартире в поисках аптечки. — Я хотел, но дверь опередила меня, — Чонгук больше не чувствует дискомфорта на лице. Регенерация снова помогает ему. Он лишь следит за парнем, который бегает вокруг него и что-то бормочет себе под нос. — Я точно видел синяк. Это всего лишь синяк, не шишка, но убрать его все же стоит, — шепчет светловолосый и находит аптечку в ящике прикроватной тумбы. — Всё хорошо, я не пострадал! — Так я тебе и поверил, — Ким вернулся с мазью, которая Чонгуку больше не нужна. — Я в п-порядке, — настолько заботливого человека он видел только в Хосоке. Ровно до этого момента. — Ты…— Тэхён склонился к лицу младшего, внимательно осматривая. — А-а где синяк? — Я же говорил, что всё хорошо, — пожимает плечами темноволосый, судорожно сглатывая. Их лица очень близко. — Тогда сделаем вот что, — Ким касается щёк парня ладонями и поддается вперёд, оставляя еле ощутимый поцелуй на кончике носа. — Чтобы наверняка. — Н-наверняка?.. — неуверенно задал Чон, совершенно не понимая необходимость данного поцелуя. — В детстве всегда говорят, если поцеловать ушибленное место, то оно обязательно заживет! Тебе не говорили? — светловолосый отстраняется, возвращается в комнату и убирает мазь обратно в аптечку. — Нет, не говорили, — Чонгук поднимается из-за кухонного стола, неловко кашлянув. Сейчас сердце выпрыгнет из груди. Он всё ещё не может поверить, что снова находится в этой квартире. И они совершенно одни. — Бэмби, — Тэхён быстро вернулся на кухню, скрещивая руки на груди. — ты специально это делаешь? — Ч-что? — Закрываешь глаза чёлкой. До приезда Чонгук попросил старшего переделать его прическу, чтобы та скрывала внезапное свечение глаз. Он не может сдерживать этот дефект. — Нет, не специально, — соврал темноволосый. — Мне нравятся твои большие глазки, — Тэхён прошёл за спину Чонгука и начал заплетать в хвост ещё и длинную челку, которая больше не защищала глаза. — Поэтому не прячь их от меня, пожалуйста. Но слова Тэхёна пронеслись мимо ушей Чона. Он начал прикрывать глаза ладонями, что Киму не шибко понравилось. — Сейчас посмотрим, — Тэхён встал напротив Чонгука, тут же нахмурил брови и коснулся тыльной стороны чужих ладоней, опуская. Но глаза парня оказались закрыты. — Чонгук-ки, посмотри на меня. — Не могу… — Почему? — Ким хочет, чтобы парень рядом с ним был настоящим. Да, он просит слишком много за такое короткое время их знакомства. Но это время растянулось на несколько лет. Словно они знакомы уже давно и готовы приступить к новому этапу «отношений». Но Чонгук не собирается отвечать на заданный вопрос. — Хорошо, не открывай. Но тогда я больше не буду тебя целовать, — хитро улыбается светловолосый, скрещивая руки на груди. Это запрещенный прием, на который Чонгук легко попадается, распахнув секунду назад сомкнутые веки. — Попался. — Ты обманул меня? — Чонгук смотрит обиженно, будто вот-вот и заплачет. От такого у Тэхена закололо в груди. Этот парень слишком милый. — Вовсе нет, — Ким подходит ближе, обнимая Чонгука за шею, и поддается вперед коротко целуя. Чон обнял светловолосого за талию и, тем самым, не дал ему отстраниться. Чонгук начал отвечать на поцелуй, невольно растягивая губы в улыбке. Тэхен это, несомненно, почувствовал. Ким хочет отстраниться и прийти в чувства, но Чон крепче сжимает его в своих объятиях. Повторяется то, что было той ночью. Тэхен сжимает темные волосы на загривке, а Чонгук с напором целует, не понимая собственных чувств. Внутри все горит и крепко сжимается. Что ему делать? Что он сейчас чувствует? — Б-Бэмби, стой… Остановись… — шепчет светловолосый между поцелуями, на которые со стыдом отвечает. — Чонгук-ки… А-ах… И Чонгук останавливается. Смотрит на смущенного парня ярко-желтыми глазами и пытается понять то, что он услышал. — Хен… — Мне нужно отойти. Н-ничего не говори, хорошо? Я сейчас вернусь, — Тэхен запинается и очень нервничает. Отстраняется и покидает кухню, преодолевая коридор и попадая в ванную комнату. Все случилось настолько быстро, что Чон не заметил как остался один. Он услышал лишь хлопок двери. Огонек в глазах медленно гаснет. Сознание возвращается. Но Киму сложнее прийти в норму. Этот не сдержанный стон крутится в его голове, будто издевается. — Боже, как стыдно… — Тэхен набирает больше холодной воды в ладони и сразу умывает ею лицо с надеждой вернуться к прежнему состоянию. Лицо горит, тело и руки не слушаются его. Они хотят выйти и продолжить то, что так хорошо начиналось. — Не думай об этом, Ким Тэхен. Он забудет это очень быстро. И тебе тоже нужно забыть. Сейчас тебе надо взять себя в руки и выйти к нему. Ким говорит с собственным отражением, касается холодными ладонями горячей шеи и судорожно выдыхает. Еще совсем немного. — Хен? Ты в порядке? — слышится за дверью. Тело от одного голоса начинает реагировать, пропуская через себя табун мурашек. Нет, он выйдет еще не скоро. Ближайшие пятнадцать минут точно. — Д-да! Все хорошо, Бэмби. Подожди меня на кухне, пожалуйста, — еле как отвечает светловолосый, глаза прикрывая. — Хорошо, — снова слышит он, убеждаясь в том, что парень наконец уходит. Чонгук не стал расспрашивать брата о происшедшем. Но и Тэхену об этом так же не напомнит. По реакции было понятно, что Ким не захочет говорить на эту тему. — Чаю? — Хорошо, спасибо, — Чонгук следит за действиями Тэхена и замечает, что тот совершенно не смотрит на него. — Я бы хотел посмотреть на твой универ. Я могу это сделать? Ты проведешь мне экскурсию? — Экскурсию? Там ничего интересного. Просто как большая школа, — Ким по-прежнему не смотрит на него, заваривая чай и подавая на стол недавно купленный торт. Стыдно смотреть после того, что он напредставлял в ванной. — Но я и в школе не был… Тэхену сейчас хочется очень сильно себя ударить за это. Он совсем забыл, что Чонгук на домашнем обучении и совершенно не видел реальный мир. — Хорошо, я покажу тебе, — в качестве извинений согласился Ким. — Но разве тебе можно выходить и свободно гулять по улице? — Нет, нельзя… Но может у меня получится что-то с этим сделать. — Бэмби, это очень опасно, — Тэхен решился поднять взгляд, замечая в чужих глазах твердую уверенность. — Ты не боишься? — Нет. Мне не страшно, пока со мной близкие люди, — Чонгук принял сладкое угощение и ароматный напиток, напоминающий чай. Тэхен отчего-то покраснел. Входит ли он в круг его близких людей? — Ты останешься сегодня на ночь? — Не могу. Кое-кто волнуется за меня, — вздохнул Чонгук, попивая горячий чай. Здесь он намного вкуснее чем дома. — А этот человек…н-ну…кто он тебе? — Тэхен задал ну очень глупый вопрос человеку, который был заперт в четырех стенах больше двадцати лет. — Моя семья, — пожимает плечами темноволосый. — И все? — О чем ты говоришь, хен? Что еще должно быть? — Чонгук оторвался от сладости и перевел внимание на старшего. — Вы не…вместе?.. — Что? — до Чонгука не сразу дошел вопрос Тэхена, но затем он залился ярким смехом, еще больше вгоняя светловолосого в краску. — Бэмби! Это не смешно! Х-хватит смеяться! — Ким слегка толкнул младшего в плечо, начиная громко возмущаться, при этом не сдерживая улыбки. — Хорошо-хорошо, — Чонгук перехватывает тонкое запястье, после переплетая пальцы. — Семья и только.

***

Юнги хотел вернуться домой, пока младший брат его начальника в гостях, и он почти это сделал, если бы не звонок с неизвестного номера. Одно движение тонкого пальца по сенсорной панели и голос, который Мин меньше всего хочет слышать сейчас, раздался на весь автомобильный салон. «Мин Юнги, это ты? Если начнешь ворчать, то я не ошибся!» — Что тебе нужно? — прямо задал сероволосый и уже приготовился отключить вызов. «Да, это мой малы-ы-ыш…» Юнги узнает эти ноты в голосе. Пак Чимин пьян. Синеволосый всегда звонит ему во время «отдыха» и Юнги, сам того не замечая, всегда отвечает. На глупую кличку уже не реагирует. С пьяными бесполезно спорить. «Я просто соскучился, вот и позвонил…» — Но это не твой номер. «Не мой…» Послышался хриплый смешок на другой стороне. «Я одолжил его у одного громилы, который скоро найдет меня. Мой телефон сел, но я же не мог так просто сдаться!» — Где ты сейчас? — нет, Юнги совершенно не волнуется и ему откровенно плевать на сопливого Пак Чимина. Абсолютно. «Не знаю…не помню… Но не дома!» — Чей это телефон? — Юнги останавливается на светофоре, нервно постукивая пальцами по рулю. «Какой-то большо-о-ой парень оставил его на стуле и ушел. Я случайно увидел его и одолжил. Ой, кажется он вернулся за ним…» — Пак Чимин, скажи мне, где ты находишься?! — Мин начинает повышать тон. «Где-то рядом… Ой, здравствуйте!» — Пак Чимин! Чимин! Но никто ему уже не ответил. Светофор светит зеленым, позади шумят машины и недовольные возгласы их хозяев. Из-за Чимина создалась пробка. Развернуться не получится, но Юнги сможет сократить путь, проезжая через глухие улицы. Он не едет домой. Мин снова едет к нему. Пришлось преодолеть отметку скорости выше нормы, чтобы проверить все близкорасположенные к дому Чимина кафе, бары и «палатки» с закусками и соджу. В одном из таких заведений Юнги и нашел его с разбитой губой, ранами и ссадинами на руках. С одной стороны Пак получил заслуженно, но с другой — выглядит очень разбито. Чимин бы не стал просто так напиваться и ввязываться в драку. Юнги это давно понял. — Хреново выглядишь, — сероволосый сел рядом с не трезвым знакомым, притягивая к себе за подбородок и поднося к разбитой губе платок, внутри которого кусочки льда, взятые им с соседнего столика. — Малыш Мин, ты приехал! — Пак пьяно улыбается и лезет к старшему с распростертыми объятиями, которые тот сразу же отвергает. — Ты приехал, чтобы забрать меня??? — Заткнись и сиди смирно, — отрезает азиат, все еще держа прохладную ткань на опухшей губе младшего. — Значит я прав, — растягивая губы в ухмылке, прошептал Чимин. — Ты выпьешь со мной? — синеволосый полностью игнорирует вышесказанные слова старшего. — Нет, — Юнги отстраняется и хватает Пака за запястье, дабы подняться вместе с ним и покинуть клуб. — Почему? Почему никто не хочет пить со мной? — Чимин позволяет вести себя к выходу, но тут же останавливается, когда в голове щелкает одна неприличная мысль. Пак отдернул руку и схватился ладонями за худые плечи, спрятанные под темным пиджаком, разворачивая парня лицом к себе, попутно прижимая к стене и наваливаясь всем весом. — Какого хрена ты творишь? — Юнги пытается оттолкнуть Пака, но тот по телосложению вышел немного крупнее, да и силы по сути больше. — Малыш Мин, ну почему все так? — синеволосый склоняется к бледной шее, вдыхая любимый аромат. — Люди думают только об одном. Как бы трахнуть кого-нибудь и тут же бросить, полные самодовольной гордости за удовлетворение собственной потребности, — Чимин закусывает мочку уха, затем водит языком по набухшей вене на шее. Замечает мурашки и больше ухмыляется. — Отойди, — грубо кинул Юнги, приставляя дуло пистолета к чужому достоинству. — или я оставлю тебя без яиц. — Снова ты грубишь мне, — усмехнулся Пак, поддаваясь бедрами навстречу. — Где же твоя вежливость? — Чимин оставляет укус в основании шеи, пока ладонь касается чужих пальцев, сжимающих рукоять огнестрельного, и специально надавливает. — Ты ненормальный, — процедил Юнги, с силой прикусывая внутреннюю сторону щеки, чтобы не чувствовать пухлые губы на своей шее. Руку с оружием он не может убрать из-за чужой крепкой хватки. Повезло, что темное освещение и громкая музыка, отвлекающая людей, делает их практически невидимыми. — Но ты все равно приехал за мной, — парень мягко целует старшего в уголок губ и отстраняется, самостоятельно направляясь к выходу из клуба. И Чимин прав. Юнги приехал за ним стоило тому всего лишь позвонить. Он не знает, как Пак это делает. Мин посылает его на все четыре стороны, обращает весь свой многоэтажный мат, направляет на него огнестрельное, мать его, оружие, но при этом Чимин умудряется взять его под свой контроль. Чимин говорит и Юнги делает. Чимин касается, а Юнги с места сдвинутся не может. Чимин целует, а Юнги не дышит. Чимин. Чимин. Чимин. — Ты взял пистолет, чтобы защитить меня от того большого и злого парня? — Пак совершенно не сдерживает свою хитрую и такую довольную ухмылку.

«Да»

— Нет. Я взял его на случай, чтобы добить тебя после того «большого и злого парня», — Юнги передразнил последнюю фразу Чимина, не отрывая взгляд от дороги. Мин решил отвезти Пака домой, чтобы не быть свидетелем убийства, если бы синеволосый решил добраться до дома пешком. — Какой злой малыш, — пьяно протянул Пак, глаза прикрывая. Усталость сразу навалилась тяжелым грузом на его плечи, заставляя медленно погрузиться в сон. — Жестокий Пак Чимин, — прошептал Юнги, прибавляя мощности на кондиционере. Возле губ все еще чувствуется тот поцелуй. Мин Юнги снова позволил Чимину разрушить личное пространство и ворваться еще глубже в сознание, создавая большой отпечаток в его памяти.

***

— У тебя отлично получается! Тебя точно никто этому не учил? — Тэхён восхищенно смотрит на свой портрет, который написал Чонгук, используя один из его свободных холстов. — Нет, — Чонгук смущённо улыбается и губу закусывает, поднимая взгляд на светловолосого. — Здесь не хватает красок. Но я ими ещё не рисовал. — Тогда самое время начать! — Тэхён взял с рабочего стола тюбики с акриловой краской разных цветов и палитру, чтобы Чон мог их смешать до нужного оттенка. — Не волнуйся, я помогу тебе! — Они похожи на тюбики с зубной пастой! — удивлённо воскликнул темноволосый, внимательно рассматривая краски.

«Такой милый…»

— Так ими удобнее всего пользоваться, — Ким подал парню кисточки, а сам сел за спиной, обвивая руками тонкую талию и умещая подбородок на плече. — А вот так ещё удобнее помогать. Чонгук чётко чувствует чужое сердцебиение где-то в районе лопаток. Да и своё тоже. Он смущен, но больше не волнуется. Ему теперь по-настоящему комфортно находится в объятиях Тэхёна. Ему нравится чувствовать биение чужого сердца, медленное умиротворенное дыхание в области шеи и тонкие запястья, мягко сжимающие его талию. Ему нравится бархатный голос, который диктует какие из цветов ему лучше смешать для получения нужного оттенка. Нравятся руки, которые касаются тыльной стороны его ладони и ведут в нужном направлении кисть. Нравятся светлые русые волосы, которые слегка щекочут его шею. Нравится, когда Ким хвалит его за хорошую работу и обнимает крепче, чуть покачивая из стороны в сторону. В этот момент Чонгук чувствует, как ярко улыбается Тэхён. Все волнующие его вещи исчезают, когда рядом светловолосый. Они забываются, когда он чувствует робкие прикосновения. Забывается и яростный крик отца, когда яркий смех заглушает его. Забывается всё на свете…рядом с ним. — И последний штрих…— Тэхён незаметно берет тонкую кисточку, окунает в получившийся фиолетовый цвет и ведёт короткую полосу по щеке Чонгука. — Готово! — Хен! — воскликнул темноволосый и развернулся, тут же оставляя ярко желтую полосу на носу старшего, в очередной раз вызывая у того яркий смех. — Да начнётся битва! — на этот раз Тэхён взял синий цвет и почти достал до Чонгука, но тот уклонился и даже умудрился оставить «метку» на его лбу. — Нечестно! — Это война! — Чонгук добавил ещё несколько ярких мозков на медовую кожу, вскакивая и убегая в другой конец комнаты. — А ну стой! — Тэхён растягивает губы в «квадратной» улыбке и встаёт следом, нападая на «врага». «Кровавая» битва длилась около получаса, после которой оба парня лежали без сил на прохладном полу и переводили неровное дыхание. Лицо, шея и даже руки обоих были испачканы в яркой краске. Тэхену даже удалось нарисовать длинные усы красного цвета на лице Чонгука. Из-за этого он не мог сдерживать громкий смех, после которого болел живот и мимические мышцы. — Я одержал победу над Вами, сеньор! — с итальянским акцентом произнёс Ким, приподнимаясь на локтях и смотря на Чонгука. — Мне следует отрастить усы? — Чонгук скорчил забавную рожицу, вопросительно поднимая брови. — Ты мне больше без них нравишься, — смеётся Ким. — Что? — Чонгук уверен, что ему не послышалось, но все равно решил уточнить. — Сейчас, — Тэхён снова взял фиолетовый цвет и перевернулся на живот, опираясь предплечьями о крепкую грудь темноволосого. Тонкая кисть мягко коснулась небольшого шрама на щеке Чонгука и повела изогнутую линию вниз, из которой вышла точно такая же, заключая шрам в небольшое фиолетовое сердце. Ким осторожно раскрасил его, стараясь не выходить за линии, после помог ему высохнуть, мягко выдыхая. — Это мой ответ. Посмотришь, когда будешь дома, хорошо? Чонгук не отвечает. Он завороженно смотрит на парня, боясь даже моргнуть лишний раз. Сосредоточенный Тэхён выглядит ещё красивее. Чонгуку кажется, что невозможно быть настолько красивым. Но Тэхён опровергает это собой. — Бэмби? — светловолосый переводит взгляд на Чонгука, который поддается вперёд и оставляет поцелуй на губах. Не смог удержаться. — Теперь ты тоже с усами, — прошептал Чон, растягивая губы в мягкой улыбке. — Пора нам избавляться от них, — в ответ шепчет Тэхён и нежно целует губы напротив.