Я ненавижу до любви

      Любовь к себе росла и достигла того уровня, когда, вместе со злобой и ненавистью, Лауритц решился переступить через свои принципы. К чёрту этого Ютула. Если он не смог оценить его тело, его самого по достоинству, то это сделает тот, кто готов тратить деньги, лишь бы посмотреть «элитный» контент. И когда в чате появилось новое приглашение уединиться в привате — какой упрямый, ух — парень дал согласие. Короткая чёрная юбка с белой полосой, чулки и тонкая рубашка, а рядом игрушка. Если удивлять, если покорять, то с эффектом! Закончив эфир для всех, Сайер переключил окошко и расположился поудобнее. Его лица всё ещё не было видно, он готов раздеться, трахнуть себя на камеру, но точно не засветить себя полностью. Тем более, его глаза были слишком красными, и никакая тушь тут не помогала. Слёзы дело такое... «Рад, что ты согласился» Лауритц коротко издал смешок, потянулся к колонкам и включил музыку погромче. Дома никого не было, можно было шуметь сколько душе угодно. Он встал на ноги, потянулся вверх, складывая руки над своей головой, а после медленно опустил их, касаясь пальцами пуговиц рубашки. Закрытые глаза помогали ни о чём не думать и просто действовать, под музыку плавно снимая с себя верх одежды и отбрасывая белую ткань в сторону. Надо бы проколоть соски... На телефоне мелькает экран с чатом, чтобы пока Лауритц находился спиной к камере, он мог смотреть на сообщения и выполнять просьбы. Нагнуться, прогнуть спину, пройтись ладонями по своим бёдрам, едва задевая юбку. Член начинал реагировать на лёгкие ласки, и совсем скоро ткань кружевного белья натянулась. Кожу покрыли мурашки, а на лице замелькала довольная улыбка. Будь он котом, то точно был бы навалерьяненным. Качая бёдрами из стороны в сторону, парень спустил себя юбку, перешагнул через неё и снова нагнулся, упёрся руками в подвинутый стул и выпятил зад, чтобы зритель смог восторженно посмотреть на обтянутые кружевом ягодицы. «Как же ты хорош, детка» Лауритц посмотрел на экран и тихо прыснул. Он это и так знает. За мимолётным стоном, прозвучавшим из-за касания пальцев между ягодиц, последовал шумный вздох. На щеках растёкся румянец, потому что осознание того, что это всё происходило для кого-то (а, главное, для незнакомца), — стало отчётливым. Но бежать было уже некуда, если уж начал, то будь любезен закончить. Ноутбук переместился на стул, а сам Лауритц залез на кровать, раздвигая свои ноги и поднимая задницу кверху, плавно скользя грудью по простыням. Трусики медленно опустились с ягодиц и тоже оказались где-то на полу, и к растянутой недавними ласками дырочке прижались подушечки смазанных пальцев. Шумный вздох и томный стон прозвучали одновременно, пальцы скользили внутри свободно, и уже было совершенно всё равно на обстановку. Хотелось просто растягивать это удовольствие точно так же, как растягивалась задница; хотелось, чтобы наслаждение растеклось по телу, как и смазка стекала со стоящего члена. Дотянувшись до вибратора, Лауритц упёрся локтём в кровать и приподнялся, обернулся через плечо назад, чтобы посмотреть, как игрушка начала проникать внутрь, заполняя собой. Музыку пришлось сделать потише, потому что зритель захотел послушать стоны, а Лауритц и не был против. Запрокидывая голову, он крепко держал пальцами вибратор за его основание и потрахивал себя мерными, неспешными движениями, ощущая как волны сладкой неги расползались по пояснице и выше. Колени скользили по постели, то сминая, то разглаживая её, на висках появлялись капельки пота, которые размножались по всему телу, стоило мощности прибавиться, а концу игрушки упереться в самую чувствительную точку. «Оставь его» Лауритц убрал дрожащую руку, вцепился ею же в одеяло. Он змеёй прогибался ежесекундно, со сладкими стонами сжимая в себе вибратор, напрягая ягодицы и изнывая. Ему было запрещено трогать себя. Почему он вообще его слушает? Ничего же не случится, если рука ляжет на напряжённый ствол и заскользит... Ох, как же хочется! Но Сайер продолжил держать свои руки при себе, лишь закатывая глаза и высовывая язык с начинающими звучать всё громче стонами. Возможно, если бы можно было увидеть его лицо прямо сейчас, то к договорённой сумме прибавилось бы ещё пару сотен, но Лауритц удержал эти мысли про себе. Его зубы сжимали простыни, и сил терпеть более не было, вибратор слишком удобно «лёг». «Развернись ко мне» Поднимаясь на руках и медленно разворачиваясь к камере, Лауритц упал сразу на спину и с широко разведёнными ногами демонстрировал себя такого открытого, показывая и свой подрагивающий член, и плотно обхватывающие игрушку края ануса. «Если встанешь на колени, можешь довести себя до финиша, так уж и быть ;)» Этот смайлик... Словно какой-то вызов, который Лауритц несомненно принял — конечно, ему хотелось получить разрядку, потому что перед глазами начинало всё плыть. Колени разъезжались, ягодицы пришлось напрячь, чтобы вибратор оставался на месте — он слегка скосил, переставая стимулировать одно место, но возбуждения от этого меньше не стало. Перед камерой мелькал живот и член, который Лауритц быстро обхватил ладонью и заскользил по всей длине. Хватило нескольких движений, чтобы на головке появились белесые капли спермы, стекающие следом по стволу. Тело парня в момент ослабло, но пальцы продолжали скользить вокруг головки и размазывать семя под совпрождение частых стонов со скулежём. «Повторим как-нибудь?» Лауритц опустил затуманенный взгляд на экран ноутбука, четырхнулся, потому что некоторая часть семени попало на клавиатуру, но быстро, пускай и не совсем впопад клавишам, ответил: «Ппоссмотриим» Отключая связь, Сайер увидел уведомление о пополнении кошелька и с довольной улыбкой упал на кровать, наконец освобождая свой зад. Вот что такое, значит, новый опыт.

***

Лауритц перестал обращать внимание на своих «бывших друзей». Даже брата стал часто избегать. В школу он приезжал на машине Оскара, возвращался домой также, а зачастую и вовсе оставался у кого-то на ночь. Спал ли он с кем-то? Ответ на этот вопрос был тайной. Впрочем, как считал сам парень, это никого не должно было ебать. С Фьором ситуация накалялась. Для остальных они вели себя очень даже сдержанно. Даже улыбались друг другу и поддерживали какие-то разговоры между собой. На людях. На глазах у других. Но любому подходящему моменту, во время которого можно прыснуть ядом, они были очень рады, и не упускали такой возможности. Фьор, всё-таки, был зол за тот меткий удар по яйцам, а Лауритц ждал любой подставы, поэтому каждую секунду оглядывался по сторонам и чувствовал напряжение в себе и вокруг себя. Никто другой этого не замечал и ладно. Но бездействие Ютула заставляло ощущать себя в опасности. А может тот просто ждал? Выжидал. Того момента, когда можно было бы схватить спокойно проходящего мимо Лауритца за рукав и утянуть за угол, где бы их никто не увидел. От такого Сайер даже вскрикнул, но его рот тут же накрыла чужая ладонь. Уголки губ Фьора приподнялись в недоброй усмешке. — Тише, тише, малыш, ты же не хочешь, чтобы нас услышали? — наблюдая, как страх в глазах своей жертвы сменился на спокойствие, Ютул медленно убрал руку. — Тебе не хватило прошлого удара? — прошипел Лауритц, кося взглядом в сторону и понимая, что сбежать ему сейчас не удастся — его зажали слишком плотно. — Зачем же сразу бить? Я, может, поговорить хотел. — И о чём же нам с тобой разговаривать? — Что ты делаешь сегодня вечером? — вопрос прозвучал так... нежно? Фьор даже перестал улыбаться, просто смотрел в голубые глаза. Из-за этого Лауритц растерялся. Что происходит? — Ты головой ударился? — выдавил он наконец, стараясь сдерживать порывы эмоций. — Думаешь, после того, что ты сделал, я захочу проводить время с тобой? — А может попробуем начать всё с начала? Сайеру вдруг стало очень страшно. Он спал? Нет, Фьору нельзя было доверять, слишком тот был продуманным, слишком умел играть роль влюблённого и невинного. Наверняка это очередная ловушка, чтобы попытаться вновь растоптать. — Иди к чёрту, — зарычал парень и отпихнул мудака от себя. — Даже не смей меня трогать и вообще говорить! — Разве я не заслуживаю ответа? — голос спокойный, тихий. — Просто не хотелось бы прерывать тебя от твоего занятия. — П-прости? — недоумённо взглянул на Ютула. — Что? Ах, точно, я совсем забыл, — Фьор вытащил телефон, прижал Лауритца к своему боку, не давая даже дёрнуться, и включил запись. Запись экрана ноутбука. — От-откуда это у тебя?! — вскрикнул Сайер, узнавая в этом кусочке видео вчерашний перформанс перед камерой. — Откуда?! — О, поверь, я тоже очень удивился, когда увидел это положение родинок на лобке, — не отрывая взгляда от экрана, Фьор увеличил кадр. — Смотри, прям как у тебя... М-м, знаешь, мне ничуть не жалко тех денег, которые я тебе перевёл за такое выступление. Не знал, что ты любишь трахать себя на глазах незнакомцев. Если бы не крепкая хватка, которая до сих пор прижимала к боку, Лауритц бы точно сейчас свалился на пол. Жизнь его не любит. Судьба над ним насмехается. Ему удалось вырваться из хватки, но в следующее же мгновение он оказался снова прижат к стене. — Что такое, малыш? Разве ты не рад увидеть своего главного зрителя? — снова насмешка. — Ф-фьор Ютул... зависает на сайте веб-кама... — попытался огрызнуться парень, но вышло слишком неуверенно. Чувствовалось, как сейчас слёзы могли потечь по щекам. — О, это ничего, когда ты — обыкновенный зрителей, а когда кое-кто выклячивает свой зад на показ... Ты уже задал жару на вечеринке, как думаешь, люди обрадуются новому видео с тобой? — Там не ясно, что это я! — с последней надеждой проговорил Сайер. — Нет моего лица... — Хм-м, а ты прав, — кивая головой, Фьор провёл кончиком носа вдоль овала лица, вдохнул сладкий запах и прижался своими бёдрами. — Но ведь мы-то будем знать, что это ты, малыш. Хотя, я могу и не выкладывать, однако это будет стоить немало. — Тебе не нужны деньги, — сжимая одной рукой свой рюкзак, а второй плечо «противника», Лауритц зажмурился. — Верно, ты у меня умный мальчик, не так ли? — Фьор перехватил чужую руку за запястье и опустил на свой пах. В этот момент глаза Сайера распахнулись, он уставился на довольно усмешку и единственное, что смог сделать — закричать. На крик из-за угла выглянуло несколько подростков, и дабы уладить ситуацию Фьор схватил кричащего за щёки и прижался к губам в поцелуе. Вот теперь точно всё перевернулось вокруг, и Лауритц вообще поплыл, хватаясь пальцами за затылок наглого парня то в попытке отстранить, то прижать плотнее. Решив, что влюблённая парочка просто развлекается, ученики пошли дальше по своим делам. — Ты пытаешься быть сильным, Ло-Ло, — усмехнулся Фьор, отстраняясь от влажных губ и вытирая большим пальцем размазанную помаду. — Как думаешь, у тебя получается? Не дожидаясь ответа, он развернулся на пятках и, как ни в чём не бывало, направился в другую сторону коридора. В этот момент ноги перестали держать, и Лауритц медленно сполз по стене вниз. Наплевав на укладку, пальцы зарылись в волосы и сжали их. Пришлось подавить желание резко дёрнуть их, вырвать к чертям. Сильный ли он? Сильный ли он, мать вашу?!