Ради яйца

Эпиграф: http://ficbook.net/readfic/2369379/6440599 Последнее, что я помню – это яркая вспышка и ужасная боль в голове. Потом, спустя неизвестное количество времени, я помню, что не мог дышать. Словно я был под водой. В какой-то момент я резко вдохнул и сразу стал хватать ртом драгоценный воздух. Боль в голове всё не проходила, но в тот момент мне было ещё всё равно. Я дышу! Я жив! Постепенно сквозь шум крови в ушах я начал различать обеспокоенные голоса, которые переругивались между собой. Попытавшись открыть глаза, я тут же понял, что это бесполезно. Меня окружала темнота. Судя по тому, что окружающие меня люди хорошо ориентировались, видеть не мог только я. Видимо, ослеп. От чего? Не помню. Отлично, можно приписать в диагноз амнезию. Секунду, я мыслю, следовательно, достаточно хорошо пришёл в себя. Я попытался застонать, и у меня получилось. Окружающая меня звуковая суета усилилась, но я по-прежнему не мог различить ни слова. На рану на голове полилась холодная вода, и я дёрнулся от боли. Что за садист мне «помогает»? Я попытался поймать этого помощника за руку, но не вышло, однако моя рука всё же поднялась, и издевательство прекратилось с невнятным вскриком. Наконец, я смог расслышать слова. - …чуть не поцарапал! - Он же не в себе, а ты его ещё водой поливаешь. - Надо рану промыть. - Промыли уже, бинтовать надо. Словно по команде мне на голову опустилась тканевая повязка. Я вздохнул с облегчением и попытался заговорить, но из горла вырвался только хрип. - Тише, тише, Вам надо беречь силы. Вы меня слышите? Понимаете? Поднимите руку, если да. Я послушно поднял руку, и со стороны послышался облегченный вздох. - Уже хорошо. Вы не реагируете на мои движения. Не видите? Снова поднял руку. - Хреново… А хуже всего, что у Вас течка началась. Среди нас все омеги, опасности нет, но никто и не сможет донести Вас до безопасного места. Попытаетесь заговорить? Нам нужен Ваш совет, что делать. Я выдохнул и, немного напрягшись, заговорил. - Я… не понимаю, - мой голос пугал меня самого. - Течка? - Да, течка. Скорее всего цикл сдвинулся от сильной встряски организма. - Что это? - В смысле? – удивился мой собеседник. – Что именно? - Течка. Парень замолчал, видимо, совсем растерявшись. Через пару минут он тяжко вздохнул и заговорил, видимо, со своими товарищами. - Тяжелая амнезия. Вряд ли он подскажет, куда его можно отнести или кому поручить. Придется тащить к кому-то из нас на время. Так, те, у кого есть альфа, сразу отпадают. Из остальных кто ближе всего живет? Каждый из присутствующих, похоже, стал называть какие-то незнакомые мне места. Я несильно зажмурил глаза, пытаясь хоть что-то знакомое услышать. Ничего. Следовательно, я далеко от дома. Очень далеко, похоже, вообще в другой стране, потому как называния были категорически не похожи на привычные мне. Наконец, кто-то вздохнул. - Ну, давайте ко мне. Хотя я не умею ухаживать за больными. - Ничего, мы просто вызовем доктора. Скинемся. А он уже скажет, что делать. Давайте все вытаскиваем, у кого сколько есть. Мда, негусто… - Ко мне отнесем, - влез вдруг чей-то до сих пор молчавший голос. - Эм… Синх, прости, конечно, ты не говоришь о своем альфе, но ты… меченый. Представляешь, что с ним будет, когда он придет домой и напорется на запах течки? Ты в итоге будешь не единственным его омегой. - Он не вернется, - как-то отстраненно твердо уверил парень. – Я живу с бетой-врачом на самой окраине. - Ох… Ну, если только ты не против. Это был бы лучший вариант, конечно. - Тащите уже. Я пойду вперед, предупрежу его. Судя по звукам, парнишка встал и ушел. Остальные с горем пополам по несколько человек сразу подняли меня, заставив закусить губу от боли, которая разлилась по всему телу, и понесли. Вскоре непрекращающаяся боль меня утомила, и я отключился. Очнулся уже в душистой постели, окруженный смешанным ароматом самых разных трав и еще какой-то фармацевтики. Из запомнившегося мне разговора я сделал вывод, что меня таки притащили в дом врача. Я не мог видеть, но чувствовал, как щеку печет солнышко, а боли в теле больше вообще не было. Приятное открытие. Я осторожно повернулся и начал разминать свои мышцы. Потягиваться не рисковал, но разогнать кровь все-таки очень хотелось. Со стороны тут же послышался шорох и ко мне кто-то подошел. - Уже проснулся? – послышался мягкий приятный баритон. - Да, - мой голос без вчерашнего хрипа оказался тоже очень приятным, но гораздо выше – альтом. – Сколько я проспал? - Чуть больше суток. Маловато для твоих повреждений, но ты сейчас в принципе должен быстро лечиться, благодаря течке. Ты какое-нибудь недомогание чувствуешь? - Тело затекло. Во рту сухо. И… кажется… - я вдруг осознал, что между ягодиц мокро. Неужели у меня диарея, и я… Признаваться не хотелось, но я осознавал, что сам с этой проблемой сейчас не справлюсь. – Кажется, я обосрался… Стыдно было настолько, что я прошептал эти слова, чувствуя жар на щеках. Собеседник, кажется, улыбнулся. - Синх сказал мне, что у тебя ужасная амнезия, и ты даже не знаешь, что такое течка. Похоже, сон память нисколько не подправил. У тебя там мокро, да? – с этими словами мужчина откинул одеяло с моих бедер, а я спрятал красное лицо в подушку. Как-то до сих пор не обращал внимания, что я в постели голый. – Да, это просто смазка. Как бы тебе попонятнее объяснить, без врачебных терминов… Ты знаешь, что такое течка вообще? - Я знаю, что, когда у суки начинается течка, она постоянно хочет секса, а все кобели в округе сходят с ума. - Угу. Ты использовал несколько слов, которых я не знаю, это странно. Мог бы предположить, что иностранец, но ты слишком чисто говоришь на нашем. Ладно, в целом именно так и происходит. Только у нас течки случаются у омег, а с ума от нее сходят альфы. Вот сейчас не сочти за домогательство, но прислушайся к своим ощущениям. Этот врач неожиданно… засунул мне палец в задницу! Я сначала ойкнул от неожиданности, сжался, а в следующую секунду потерял крышу. Я рванулся навстречу его руке, которая приносила такое потрясающее удовольствие. Почему так мало?! Еще, хочу больше, глубже. Он тут же убрал руку, а я всхлипнул, завозившись. Это ненормально, ненормально, ненормально! Ребра аж стянуло от желания, я снова хватал ртом воздух, словно задыхался, хотя никто и ничто не мешало мне дышать, кроме меня самого. - Что… происходит? – кое-как просипел я. - Твой организм, наконец, сообразил, что он достаточно восстановился, чтобы явить тебе все прелести течки. Судя по всему, это твой второй день, максимум третий. Обычно цикл идет от трех до семи дней. - Семь дней?! – простонал я. – Я не выдержу… Это что-то ужасное. Я же дышать нормально не могу! Я как… как течная сука! - Не знаю, кто такая сука, но ты точно течная омега. Тебе повезло, что Синх взял тебя к нам. Мало того, что я врач, я еще и бета, то есть не реагирую на твою течку, а ближайший дом, где живет альфа, находится от нас на километре. Он почувствует тебя, но не настолько сильно, чтобы терять крышу, и сможет себя проконтролировать. А тебе придется терпеть. Не смей только ничего в себя запихивать! Может показаться, что это приносит облегчение на некоторое время, но это только иллюзия. Потом накроет такая волна, что ты не то что девственность себе сорвешь, разорвешь там все одним порывом. - Но я… - я всхлипнул и стыдливо завернулся обратно в одеяло, скуля на одной ноте. – Я не могу… - Ты как маленький! Будто первый раз с этим столкнулся. - Для меня первый! Вы же врач, сделайте что-нибудь, умоляю… - Нет. Единственные препараты, которые помогают, очень вредны, проще сразу кастрировать. Терпи, омежка. Знаешь, что немножко помогает? Имитация минета. Я принесу тебе специальную игрушку, попробуй и поймешь. Я от возмущения сначала не нашелся, что сказать. Пока подбирал слова, облизал губы, чтобы потом не отвлекаться на их сухость, когда выдам тираду в ответ. И в этот момент понял, что… похоже, действительно станет чуть-чуть легче. Я обреченно вздохнул, прячась под одеялом с головой. - Хорошо… Принесите, пожалуйста, еще воды. - Она же у тебя на тумбочке над головой стоит! Тебе даже вставать за ней не надо, ты, что, не видишь? Я так удивился, что вылез из-под одеяла и уставился в темноту, откуда доносился голос врача. - А Синх Вам не сказал? Я же… не вижу, - на язык почему-то не легло слово «слеп». Страшно было даже думать, что это навсегда. - Не видишь? Вообще? – в свою очередь удивился тот и оттянул мое веко, повернув голову. Видимо, смотрел реакцию зрачка на свет. – И правда. Ты не помнишь, видел ли раньше? - Я вообще ничего не помню, удивлен, что говорить могу, не забыл язык, - я пожал плечами, стараясь как можно незаметнее ерзать, чтобы потереться бедрами об одеяло или простынь. Безумное желание просто убивало, я готов был завалить даже этого бету, хотя его легкий запах мяты меня совсем не будоражил. Но я просто ХОТЕЛ… - Хорошо, я напою тебя и схожу за той игрушкой. Через пару минут я жадно пил из кружки, придерживаемой врачом. А еще через время он положил что-то рядом со мной на кровать и отошел. Хлопка двери я за все это время не слышал, но как-то не обратил на это особого внимания. Не верилось, что я могу лежать где-нибудь в коридоре на всеобщем обозрении. Нащупав эту расхваленную игрушку, я со смущением понял, что передо мной фаллоимитатор. Причем… кхм, немаленьких размеров. В диаметре где-то добрых сантиметров пять, а в длину я даже говорить боюсь… Короче, до желудка точно достанет. Одним словом, врач точно мог не бояться, что я попытаюсь засунуть это себе в… в общем, вы поняли. Стесняясь самого себя, я сначала погладил силиконовое чудо пальцами, потом неуверенно лизнул. Хотелось заполнить и занять хотя бы рот, чтобы хоть какую-то страсть почувствовать. Нервно прикусив губу, я с трудом встал на четвереньки, уперев игрушку основанием в кровать. Пришлось немного повозиться, чтобы вслепую поймать ртом головку, но я справился. Однако меня тут же накрыла новая волна стыда, и я сразу бросил все, всхлипнув от ощущения собственной грязной пошлости. Я опять закопался в одеяло и попробовал просто подрочить. Вы пробовали когда-нибудь, будучи перевозбужденным, теребить соски? Простреливает чем-то приятным, заставляет ерзать и… просить большего. Я с досады так прикусил язык, что почувствовал вкус крови. Хотелось плакать от бессилия и стыда, но меньше всего я хотел унижаться до такой степени в собственных глазах. И так уже опустился до уровня уличной суки, проститутки с подворотни. Поэтому я кусал кулаки, но слезы сдерживал, хотя становилось все труднее терпеть зов тела. В конце концов ко мне снова кто-то подошел. По запаху и ритму шагов я понял, что не врач. Этот человек был легче, и походка у него была более легкая, он не так сильно топал ногами. А вот запах меня немного раздражал. Как можно так пахнуть?! Корица с апельсином… Почему меня это раздражало, я так и не понял, потому что корицу очень любил, а в апельсинах вообще души не чаял, но почему-то хотелось даже рыкнуть на обладателя этой смеси. - Я могу тебе помочь, - узнал я голос Синха. Омега, если я правильно помнил. Такая же сучка, как я. Наверное, поэтому меня он раздражает сейчас, я, видимо, чувствую в нем конкурента. Плохо дело… я же могу реально нарычать, пока идет течка, а завтра она уже закончится, и я перестану на него так реагировать, но отношения уже будут испорчены. Я постарался улыбнуться, но, кажется, вышло вымученно. - Как? - Тебе надо, чтобы тобой кто-то руководил, - он взял с кровати фаллос, который я не додумался заныкать от посторонних глаз подальше. Я фыркнул, но усилием воли заставил себя промолчать и не сморозить колкость. Постарался только мягко произнести. - Я лучше сам. Неожиданно парень схватил меня за волосы и пребольно шлепнул сексуальной игрушкой по губам. - Соси. Я открыл было рот, чтобы мстительно цапнуть хотя бы ту же игрушку, но Синх оказался быстрее. Он тут же пропихнул ее между моих губ и заставил содрогнуться в рвотном позыве, когда головка уперлась в горло. Я попытался вырваться, но он за волосы придержал меня. - Если не будешь кусаться, я позволю тебе самому заглотнуть, не буду пихать это, идет? Пришлось кивнуть, чтобы мальчишка ослабил давление на горло, и я мог нормально вздохнуть. А еще пришлось признать, что, хоть я теперь и готов был придушить этого цыпленка, а его насилие реально помогло. Я даже поймал себя на мысли, что готов отдаться в его руки сейчас, так сильно мне хотелось почувствовать вторжение в свое тело. Желательно в месте, несколько отдаленном ото рта. Но приходилось мириться с тем, что есть. Я стал старательно обсасывать огромный член, даже не пытаясь взять его глубже. Боялся, что эта дрянь просто порвет мне глотку. Наконец, Синх не выдержал и снова толкнул фаллос глубже. - Хватит возиться, заглатывай. Дернувшись от его движения, я все же попытался осторожно насадиться. Язык рефлекторно закрывал горло, защищая его, но через некоторое время я смог заставить его вытягиваться вперед, чтобы открывать доступ. Вот тут и началось самое сложное… Любое движение этого гиганта в районе носоглотки вызывало рвотный позыв, тело пробирала дрожь, а глаза слезились от напряжения. Скоро пошли и сопли как последствие. Я шмыгал носом каждую секунду, но парень словно не замечал. Правда, скоро он не выдержал: - Забудь ты об этом, бери в горло, потом умоешься. И я забыл. Синх с такой силой нажал фаллосом на мое незащищенное горло, что тот скользнул дальше, заставив меня вцепиться пальцами в простынь, на которой я сидел на коленях перед своим мучителем, и попытаться застонать, только у меня ничего не вышло. Почувствовав свою победу, омега очень быстро впихнул игрушку еще глубже, крепко держа меня за волосы. Я метался так, что, казалось, вырву их себе с корнем. Наконец, я вдруг почувствовал ладошку парня у себя на лице и понял, что это финиш. Основание фаллоса имело твердый диск, который я даже не смог бы обхватит губами, он как бы ограничивал проникновение. И теперь я чувствовал его. То есть, весь этот монстр был внутри! Дышать было почти нечем, глаза слезились, а я только сжимал руками простынь и… терся задницей о постель. Голова кружилась то ли от недостатка воздуха, то ли от отвращения ко всей ситуации, то ли от наслаждения. Неожиданно меня начало просто трясти в волнах потрясающего оргазма. Синх по возможности быстро убрал фаллос, и я наконец-то смог вскрикнуть в пике наслаждения. Головокружение от этого не прошло, и я просто рухнул навзничь на постель, почти тут же уснув. Слишком много сил было мной потрачено для покалеченного организма.