Нежные прикосновения...

      Шесть утра, моросил дождик, был небольшой ветер который не так сильно нагибал деревья, кусты, траву. Было довольно атмосферно находится возле всего этого, особенно когда ты смотришь на это всё в тепле. Конечно не в тепле объятий твоего возлюбленного или возлюбленной, укутавшись тёплым пледом и попивая горячий чай, кофе, какао. Вся эта прекрасная погода находилась в Москве, во дворе школы леди. Там и началась история любви двух прекрасных леди, скрывая это всё много лет, месяцев, дней, часов, минут, секунд…       Мария Владимировна Третьякова, она сидела в своём кабинете подписывая ненужные документы, как же иногда утомляло делать каждый день одно и тоже. Берёшь черную ручку с куча стопок бумаг и взмахом подписываешь каждую. И у каждого белого листа должна была быть печать или подпись Марии. Организм требовал свежего воздуха и немного сна, хотя бы на минут пять выключится от мира и закрыть глаза. Абсолютно на всё. Девушка уже отложила стопку довольно «важных» документов и выдвинулась к двери кабинета. Открыв дверь, Марию повстречал длинный коридор, через который она могла пройти на улицу и вдохнуть свежести. Третьякова открыла входную дверь и тут же сделала глубокий вдох и выдох. Всё же на улице хоть и был небольшой ветер и дождь, девушка тряслась не в себя, но пыталась этого не показывать. Сзади послышались громкие шаги, это была Лаура Альбертовна Лукина. — Мария, вы вся дрожите, — заметила Лукина, — погодите… Лаура сняла с себя тёплый, приятный на ощупь, да и пахнущий духами от которых кружилась голова, настолько они были привлекательными для Маши. — С-с. спасибо — голос Третьяковой дрожал, но уже находился в тёплом пространстве. Лаура Альбертовна слегка приобняла сзади Владимировну, что бы всё так же отдавать своё тепло и пытаться во всю согреть свою на данный момент — подругу. — Не побоюсь у вас поинтересоваться, — тихо спрашивала Лукина, почти шёпотом, — почему вы стоите здесь? У Марии по всему телу пошли мурашки, она не ожидала, что Лаура Альбертовна сможет вот так просто подойти к ней сзади и шепча на ушко спрашивать обыкновенные вопросы. Это немного возбудило Машу Третьякову. — Мне не хватало свежего воздуха, простите… — на автомате извинилась Мария, даже не поняв почему так произошло. — Ладно, — простыми словами, почти не трогая ответила та.       Так две леди простояли ещё минуты три или пять в полной тишине. Вдруг Лаура раз обняла Маню, та повернулась к ней лицом к лицу. Это было довольно близко и обе дамы этой ситуации не ожидали, они улыбались друг другу искренней улыбкой. Их глаза — были искренне выражены как и улыбка, щёки — горели как помидорки, а губы были очень близки к друг другу. Мария Третьякова не ожидала следующих движений от Альбертовны, что даже сумела мило простонать. Лаура довольно резко — как показалось Маше, взяла её за щёки и всё таким же спокойным голосом ответила, прикусив губу. — Зайди ко мне в кабинет через пару минут, — она отпустила её и развернувшись удалилась с поле видения Мани. Не прошло и пол минуты, как девушка побежала к ней в кабинет, перед дверью поправив волосы и бирюзовый пиджак — который отлично сидел на ней. Имея в своём разуме этикет, девушка постучалась и только после вошла, хотя она могла бы данного действия и не делать. — Лаура, вы хотели меня виде… — не договорила Маня, как её тут же перебили. — Знаю, садись на стул, нам нужно кое что важное обговорить, — ответила Альбертовна. Мария Третьякова была в ступоре, что первые с ней заговорила Железная Леди на «ты», это маленькое и безобидное действие от Лукиной, так же смог задеть её чувства к ней. Безусловно в хорошем смысле. Как только Лаура начала свою безусловно строгую как думали многие — речь, послышался щелчок. Звук того самого щелчка исходил из двери, обе были в недоумении. Даже Мария которая была зациклена только на словах своей давней подруги, услышала этот непонятный звук. Маша встала со стула и медленной походкой, слегка с опаской подходила к тёмной двери. И тут… Третьякова дёрнула за ручку двери — она никак не открывалась. Девушку охватила паника, она не знала что можно сделать в данной ситуации, ведь она имела фобию в запертых пространствах. Её только утешал тот факт, что находилась она там не одна, а со своей любовью всей жизни… Любовью… всей жизни… Марию вновь бросило на слова, остановив свой слегка пугливый взгляд на Лауре. — Ну, — была в недоумении Лукина, — что? — Извините, Лаура Альбертовна, — пугливыми глазами говорила Маня, — дверь видимо заклинило, ветер либо ещё что… — Дурочка, ну какой ветер? Нас точно кто то закрыл, нас решили подставить. — вслух произнесла свои мысли Альбертовна. У них никак не получалось найти хотя бы какой нибудь выход из ситуации. Всё напрасно, Мария уже сидела на том самом тёмном, огромном диване, сложив руки и смотря в пол. Она теряла надежду, но посмотрев на Лауру Альбертовну и задав тот же вопрос которым задавалась и та девушка. — И что будем делать? — Пока что помолчи и дай мне сосредоточится, — слегка грубо ответила ей брюнетка.