Ледяной ветер на этой высокой крыше

- Сто процентов исключат. - Да конечно исключат, а как же? - Мне его даже жаль. Для нашей нации остаться без образования хуже смерти. Тэхён сжал ладони в кулаки и развернулся, впившись в застывших у окна учеников разъярённым взглядом. - Закройте пасти, гиенья вы стая! - ядовито прошипел он, - Слетелись сюда, как стервятники! Пошли вон! - А ты чего раскомандовался?! - воскликнул Джуён, - Совсем страх потерял? - Страх? - ухмыльнулся Тэхён, - перед кем? Перед вами, что ли? - Ты... - начал было стоявший до этого молча Ёнсан, но дверь позади Тэхёна распахнулась. Он резко обернулся, встретившись глазами с завучем. Та молча кивнула ему, приглашая в кабинет. - Я? - тихо спросил Тэхён, растерявшись. Но ответа не последовало и он зашёл за завучем. В просторном кабинете на несколько столов было очень светло. Тэхён сразу выцепил Чонгука взглядом, встретившись с его полными отчаяния глазами. Не обращая внимания на сидевших вокруг него учителей, он подсел к нему на банкетку, но ему указали другое место. Директор, сидевший за своим столом с озадаченным видом, посмотрел на одного, на другого, затем тяжело вздохнул и кивнул завучу. - Ты отказываешься ставить подпись на заявлении? - ледяным тоном спросила она, глядя на Тэхёна сверху вниз. Тэхён, не прерывая зрительного контакта с Чонгуком, сжал дрожащие от волнения ладони. - Отказываюсь. На некоторое время вновь воцарилась тишина. Чонгук смотрел на Тэхёна со смесью страха, облегчения и благодарности. Сам же Ким испытывал только отвращение. Отвращение к людям, окружившим их, двух школьников того возраста, когда самое малое давление может оказать влияние на неокрепшую психику. Тэхёну хотелось кричать. Кричать на всех и каждого, потому что он увидел в Чонгуке своё отражение - беспомощность и отверженность, тяжесть давящего мира, которому нет сил противостоять. Его собственная мама погибла от рук чудовища и у Тэхёна нет возможности отмстить, Чонгук стал объектом презрения и его жизнь готовы загубить даже те, кто, казалось бы должен ему помочь, взрослые люди, педагоги с многолетним опытом. Тэхён мог бы поклясться в ощущении шероховатости удавки, которую им обоим накинули на шеи. Но вместе со всеми этими чувствами пришло одно незнакомое. Похожее на любование первым цветком, появившимся из-под снега. Не сразу он понял, что это чувство тепла, которому, как ему казалось, больше не осталось места. - Ты понимаешь, чем это грозит? - низкий голос директора оборвал молчание и размышления Тэхёна, в которые он невольно погрузился. Тэхён перевёл на него делано равнодушный взгляд. - Конечно. - невозмутимо ответил он, - Это означает, что Чонгук сдаст экзамены и сможет поступить в университет. - Мы уже предложили ему перевод в другую школу. - произнесла одна из учителей, - Где-нибудь в маленьком городке. - Лучше бы предложили ученикам не смотреть видео, которое им смотреть не положено по закону. - Тэхён поднялся, - Скоро занятие, нам нужно в класс. Вы позволите, директор? - Чонгук покинет школу. - ответил тот, глядя Тэхёну в глаза, - Ты никак на это не повлияешь. - Школьные правила меняются не за один день, верно? - Разумеется, но ты много не учитываешь. - Чего, например? Коррупции, которая всё решает? - Ким Тэхён! - рявкнул директор, моментально растеряв спокойствие, - Что ты себе позволяешь?! - Директор! - возглас Чонгука заставил всех синхронно обернуться к нему. Тёмные глаза заблестели от злости. - В чём вы меня обвиняете?! Хотите исключить из школы перед выпускными экзаменами, знаете, что за этим последует, но за что? За то, к чему я даже не причастен?! - Чон Чонгук! - директор вскочил, громко хлопнув по столу ладонью, от чего женщины дружно охнули, - Твоя мать снялась в фильме для взрослых и это уже разлетелось по всей школе! Ты вообще помнишь, где ты учишься?! То, что твой отец оплачивает твоё обучение не значит, что здесь место сыну подобной особы! - Извините, что не родился с золотой ложкой в заднице! - рявкнул Чонгук, багровея. - Пошёл вон. - сквозь стиснутые зубы произнёс директор, - Ты отстранён от учёбы на три дня. А ты! - он перевёл пылающий взгляд на Тэхёна, - Если сейчас же не подпишешь заявление, я свяжусь с господином Ли! - Если у вас нет его номера, я продуктую. - нагло ухмыльнулся Тэхён и, схватив одной дрожащей рукой рюкзак, второй Чонгука, направился к выходу.

***

Мин Юнги остановился у входа в картотеку и тяжело вздохнул, закатив глаза. Он и раньше замечал за собой склонность к навязчивым мыслям, но всегда умел с ними бороться, порой благоудшно позволяя им взять над собой верх и успокоиться на ближайшие разы. Это же он позволил и мыслям о сыне несчастной Со Ынхи. Раз уж не выходят из головы никакими способами, значит нужно прогнать их через себя и на этом уже успокоиться. Как с песнями, что заседают в голове до момента, пока не прослушаешь их на повторе. Тихо пискнул электронный замок, щёлкнула дверь. Юнги вошёл в картотеку и быстро зашагал к компьютеру, желая избавиться от этого поскорее. Старый компьютер нехотя загудел и засиял символом полиции Южной Кореи, установленным в качестве заставки. Юнги всегда веселил этот фальшивый патриотизм. Ну кто задастся вопросом, чей же это компьютер, сидя в картотеке участка, куда хода никому нет? Для чего такие пафосные знамёна? Или это попытка создать видимость веры в бравое дело? Бравое. Ха. Юнги, ожидая загрузки программы, усмехнулся. Как и все мздаимцы, он посмеивался над символической честностю, но внутри чувствовал себя измазанным несмывающейся грязью. И как совесть не усыпи, деться от этого чувства никуда не получится. Оно, в отличии от той же совести, не вопит, не взывает к праведным поступкам. Оно безмолвно липнет к коже ядовитой смолой и проникает сквозь поры внутрь, отравляя кровь в венах, органы, разум. Незаметно так, скромно. - Посмотрим. - пробормотал Юнги, - Со Ынхи. - он вбил имя в поисковик и нажал на отчёт патологоанатомов, - Смерть наступила... тра-та-та... ага, в результате остановки сердца. Так... так... перелом всех рёбер?! - он присвистнул, откинувшись на спинку скрипучего кресла, - Ого, рваные раны на щеках. Ну и ну. Реально чудовище. - он хмыкнул и прокрутил ролик мышки, - Половые пути... жесть, стереть он её хотел, что ли? - Юнги поджал губы и покачал головой. Повидавший за годы службы увечья в разы хуже, Мин Юнги не растерял ни брезгливости, ни жалости к потерпевшим. Он не был жесток по своей натуре и с радостью бы занимался каким-нибудь прибыльным бизнесом, если бы решение властного отца не привело его к службе в отделе тяжких преступлений, где жажда наживы и борьба с собственными демонами перевешивали жалость и сострадание. - Так. - он пролистал вниз, дойдя до фотографий, - Твою ж! - Юнги машинально отвернулся, но измождённое лицо Ким Тэхёна под веками заставило его вернуться к просмотру, - Ну и псих этот Ли Кванджун. Мельком просмотрев все фотографии из морга, Юнги кликнул на стрелочку и вернулся в основную папку, нажав на протокол задержания. Буквы перед глазами мелькали вперемешку с фотографиями из морга, но он силился ознакомиться со всеми данными. - Блять... - Юнги провёл ладонью по лицу, - Так он видел мать в таком... Блять. К горлу подкатил комок. Сын, ставший свидетелем подобного зверства над родным человеком. Мальчишка, чудом не сломавшийся. Совсем юный, но уже мужчина. Юнги неотрывно смотрел на имя Ким Тэхёна, всё глубже погружаясь в раздумья.

***

- Если честно, я думал ты не придёшь. - Чонгук вяло улыбнулся. - С чего бы мне? - Тэхён вскинул бровь и опустил рюкзак. Чонгук усмехнулся, усаживаясь обратно на шершавую поверхность крыши. - Ты себя видел? Рожа вечно кирпичом, как будто тебе насрать на весь мир. - он выудил из рюкзака учебники и тетради. - Обосрать весь мир не получится, но могу хотя бы обоссать глобус. - пожал плечами Тэхён и уселся рядом, доставая учебные материалы, - Так, я взял пауэр-банк и термос с кофе. - Я тоже. - Вообще, тупая была идея здесь встречаться, холодрыга страшная. - А где ещё встречаться? - Чонгук раскрыл учебник и развернул тетрадь, вооружившись ручкой, карандашом, линером и стикерами со смешными мордочками зайцев. - А ты прям подготовился. - хмыкнул Тэхён и покосился на свою ручку с искусанным колпачком. - Не хочу идти по стопам мамаши и сниматься в порнухе. - ответил спокойно Чон, листая до нужной страницы, словно произнести это не стоило для него ровным счётом ничего. Тэхён поджал губы, мысленно похвалив Чонгука за стойкость перед собственным унижением. - Правильно, что не хочешь, а то с твоей смазливой физиономией драть будешь не ты, а тебя. Чонгук в ответ рассмеялся, казалось, вполне искренне, кивнув. С юмором и самоиронией у него проблем явно не было и Тэхёну это понравилось. - Она знает? - осторожно спросил он. Чонгук ответил не сразу, делая вид, что увлечён поиском страницы, которая всё никак не находилась. - Знает. - Что говорит? - Что директор наш лицемерный говнюк, который наверняка уже передёрнул на её зад. Тэхён невольно открыл рот, заливаясь густой краской. Больше спрашивать он ничего не решился и схватился за учебник под понимающий смешок Чонгука. - Ты видел? - спросил Чон, подняв взгляд. Тэхён встретился с глазами напротив и покачал головой. - Во-первых, я такое не смотрю. Но не потому что моралист, а потому что не до того было, если честно. Буйство гормонов пришлось на чистку сортиров и мытьё полов в доме Ли Сонге и его чудища-сынишки. Во-вторых, меня нет в общих чатах, поэтому я бы даже случайно не увидел это. Чонгук улыбнулся сжатыми в тугую полоску губами и опустил взгляд на белоснежные страницы. - Откровенный разговор для тех, кого даже приятелями не назвать. - Вот именно. - кивнул Тэхён, - Так что давай, развешивай уши и внимай, что мы сегодня проходили. Учиться на крыше, где ветер трепет не только волосы, но и страницы, оказалось куда неудобнее и холоднее, чем они ожидали. Горячий кофе спасал, но не надолго, поэтому через два часа, когда сумерки сгустились над вечно неспящим Сеулом, держать навесу телефон со включённым фонариком стало совсем нестерпимо и они засобирались по домам. Войдя в дом, Тэхён надеялся на такую же удачу, какая улыбнулась ему вчера, но та вильнула хвостом и своенравно умчалась к кому-то другому - в коридоре второго этажа его встретил Ли Сонге. Сердце ухнуло куда-то вниз, брови сошлись на переносице. Старик же изучал лицо Тэхёна с безразличием. - Звонил директор школы. - произнёс он и в его голосе Тэхён с облегчением не услышал ни капли раздражения, - Жаловался. - Он больной ублюдок. - процедил Тэхён, кое-как удержав на языке "как и твой сынишка, старый ты мудень". - Больной это точно, раз решил беспокоить меня из-за какого-то мальчишки. - кивнул старик с подобием улыбки, - Меня попросили повлиять на тебя, знаешь? - в ответ Тэхён молча кивнул, ожидая возможности улизнуть в свою комнату, - Мне плевать на школьные разборки, так что не бойся, нотаций не будет. Твоя главная задача - соблюдать наш договор и больше не совершать ошибок. Тэхён едва не подавился очередным выдохом. Конечно, без комментария ситуация с Мин Юнги остаться не могла. И пусть реакция старика куда более спокойная, чем он мог мечтать, всё же под ложечкой засосало. - Ты меня понял? - Ли Сонге снова улыбнулся, дождался кивка и зашагал к лестнице на другом конце коридора. - Твою ж... - Тэхён шумно выдохнул и бросился к себе. Выудив из гардеробной большой серый чемодан, он наспех покидал в него часть вещей и все учебники с тетрадями, что лежали на рабочем столе. Настало время перебраться в летний домик, перешедший по договору, о котором напомнил ему старик, на пять месяцев в его распоряжение. Тэхён застыл на пороге, осмотрелся, не оставил ли чего-то, словно забыл, что комната также остаётся за ним, и взялся за ручку двери, мельком глянув на принесённый Жаклин ужин.

***

После трёхдневного отстранения Чонгук вернулся. И началась настоящая травля. Скинутые с парты учебники или тычок в спину были только разминкой. Прошло всего две недели, но что Тэхёну, что Чонгуку они показались вечностью. С молчаливого поощрения учителей, всех, кроме учительницы Ким и одуванчика Пака, одноклассники и ученики параллелей словно сорвались с цепи голода и набросились на стол с изысканными явствами, обнажив своё уродливое нутро, так тщательно прятавшееся под масками красивых лиц. Без избиений обошлось всего четыре дня из двух недель. В остальные же либо Тэхёна, либо Чонгука вылавливали по одному и били по несколько человек разом. Когда же они были вдвоём, им хватало отчаяния давать сдачи, пытаться защитить себя. В одиночку не было ни одного шанса. Тэхён потерял счёт опрокинутым на них тарелкам еды, подножкам и попыткам сжечь их тетради. Школьная жизнь стала похожа на пытку, а подготовка к экзамену - передышкой, отдушиной перед возвращением из одного ада в другой. Для Чонгука пребывание дома тоже было не лёгким делом. Тэхён не вдавался в подробности, ждал, пока Чонгук сам захочет поделиться подробностями своей жизни. Между ними установилось то доверие, которого хватило для зарождения дружбы. Тэхён не мог сказать точно, сколько продлится эта дружба, но ему хватало и того, что было - человека, которому он мог доверять и кто доверял ему. Утешала их мысль, что скоро всё закончится. Издевательства можно и потерпеть. Что такое подростковая злоба против целого будущего? Сдать экзамены и поступить в университет - цель, которая стоит всего. Тэхён перевёл взгляд на окно летнего домика и с удивлением обнаружил падающий за ним крупными хлопьями снег. Едва улыбка тронула его губы, внутри всё сжалось от тоски. Его мама обожала зиму. Она любила каждый сезон, находя красоту как в осеннем золоте, так и в весенних ручьях, но зиму выделяла немного больше. У них была даже своя традиция - кто увидит первый снег, тот загадывает второму желание. Мама всегда загадывала что-то совсем лёгкое, иногда милое, например, выучить четверостишье из детских рождественских песенок или помочь ей приготовить сладости к столу, спеть для неё что-то или изобразить зайчонка, прыгающего под ёлкой. С возрастом желания её, разумеется, менялись, но всегда оставались тёплыми и уютными, если бы и можно было так их назвать. Тэхён вспомнил, что загадал в прошлом году, выиграв их шуточную гонку за первым снегом. На его слова о разводе с Ли Кванджуном она лишь грустно улыбнулась и обняла его, ответив что-то неразборчивое. Тэхён обернулся на звук тихо пискнувшего телефона и, скользнув взглядом по своей комнатушке в летнем домике, взял мобильник. Чон Чонгук: посмотри в окно! Тэхён хмыкнул. Me: вижу. рановато для снега, разве нет? Чон Чонгук: он быстро растает, но это фигня, зато красиво Тэхён не успел набрать ответ, как в комнату постучали. Он нахмурился. Беспокоить его не должны. За дверью стояла Жаклин со свёртком в покрасневших руках. - Привет. - с нескрываемым удивлением произнёс Тэхён, впустив служанку, - Что ты тут делаешь? Жаклин остановилась у входа и протянула свёрток Тэхёну. - Слежу за тобой по приказу господина Ли. - ровным тоном произнесла она и Тэхён вскинул бровь, на что получил смешок, - Шучу. Бабуля прислала из Франции какие-то сладости. - Почему сама не ешь? - Аллергия на сладкое. - А-а. - протянул Тэхён и отложил презент на стол, заваленный тетрадями, - Проходи. Чай или кофе? Жаклин качнула головой, глядя на Тэхёна в упор. Словно хотела что-то сказать, но хранила молчание. - Жаклин? - позвал Ким, когда пауза затянулась, - Всё в порядке? - Да, просто задумалась. - она накинула капюшон с пушистой оправой и развернулась к двери. - Спасибо! - бросил ей вслед Тэхён и сразу закрылся, - Вот же чудная.

***

Чонгук поёжился от пронизывающего ветра и спрятал нос в вороте куртки. Тэхён издалека увидел пластырь на щеке и заторопился. После вчерашней короткой переписки во что мог вляпаться этот неугомонный?! - Что с мордой? - начал он, вместо приветствия. Чонгук закатил глаза, хмыкнул и отвернулся, зашагав в сторону ворот школы. - С мамашей по душам поболтали. - ответил он нехотя, видимо поняв, что Ким Тэхён не отстанет. - Ого. - выдохнул тот, - И что же ты такого сказал, что тебе физиономию украсили? - О, там особый повод не нужен. - Чонгук резко остановился, сделал глубокий вдох и, зажмурившись, выдохнул в беспросветно серое небо, - Наркотики. - Блять... - Она наркоманка. - Чонгук посмотрел на Тэхёна виновато, - Давно хотел тебе сказать, но боялся, что... - Что я отвернусь от тебя? - Тэхён вскинул бровь, - Путаешь меня со сбродом из школы? - Тэ, нет, просто... - Давай так. - Тэхён закинул руку на плечи Гука, встряхнув его посильнее, - Когда сам начнёшь колоть в себя всякую дрянь, тогда и поговорим. А пока что я не собираюсь судить тебя по поступкам пусть и родного, но отдельного от тебя человека. Идёт? Идёт. - Я думал, я должен ответить. - хохотнул Чонгук и просунул руку между рюкзаком и спиной Тэхёна, - Что у нас сегодня первым? Я вчера плохо подготовился. - Литература. - ответил Тэхён, лениво шагая по мокрому от прошедшего утром дождя тротуару. От вчерашнего снега не осталось и следа. - Потом не помню, надо бы расписание глянуть. По-сути, значения не имеет, мы же не в России. - Жаль. - Чонгук улыбнулся, - Смена обстановки была бы очень кстати. Кстааати... - Ты повторяешься. - улыбнулся в ответ Тэхён. - Ты замечал, что во всех классах окна с левой стороны? - Чонгук смотрел большими чёрными глазами, полными юношеского задора. Тэхён отогнал мимолётную мысль о том, что в их возрасте глаза всегда должны гореть, но для Тэхёна и Чонгука это всё равно что проблески солнца на затянутом небосводе. - Замечал? - Как-то не обращал внимания. - А догадываешься, почему так? - Нет. - Потому что все ученики - правши! И свет должен падать так, что бы им было удобно писать при дневном свете. - Чему так восторгаешься, если ты сам левша? - Просто прикольно. - пожал плечами Чонгук и тихонько рассмеялся. В школу они зашли под уже ставшие привычными косые взгляды. Миновав все коридоры без происшествий, они дошли до класса и уселись на свои места, теперь расположенные рядом. Тэхён, не получив в спину ни одного гадкого слова, поджал губы и огляделся. Ни до конца перемены, ни на следующей, никто не сказал ему ни слова, в основном придираясь к Чонгуку, да и то, в пол силы. На большом перерыве, отведённом для обеда, Тэхён предложил Чонгуку не идти в столовую, а подождать конца занятий и пойти в кафе, скромно отпраздновать первый снег, порадовав себя за старания и успехи в учёбе. Чон долго отнекивался, ссылаясь на отсутствие денег, но Тэхён убедил его, что сможет купить им по чашке кофе, а из еды будут французские сладости. Нехотя, но Чонгук согласился. С обеда ученики старших классов всегда возвращались пораньше. В основном для того, что бы успеть хоть немного уделить времени учёбе. Но сейчас они, обзаведясь развлечением поинтереснее, обступили парты Тэхёна и Чонгука полукругом. Тэхён до последнего старался не поднимать на них взгляда, но никак не комментируемые смешки заставили его напрячься. Желудок свело. Боковым зрением Тэхён уловил движение копавшегося в телефоне Ёнсана и в следующее мгновение, когда класс заполнился звуком стонов, перед ним опустился телефон. На нём шло видео под аккомпонемент насмешек и презрительного фырканья. - А его мамаша неплоха. - ехидно процедил Ёнсан. Думал Тэхён недолго. Бросив на окаменевшего Чонгука взгляд, он со всего размаху отправил мобильник в полёт. Устройство врезалось в соседнюю пустующую парту, но звук не прекратился. - Ебанулся?! - вскричал Ёнсан, бросаясь к мобильнику, но Тэхён не взглянул на него. Он не отрывался от Чонгука, смотревшего перед собой стеклянными глазами. - Думаешь, теперь можешь выёбываться?! - не унимался Ёнсан, - Запомни, возвращение папочки ничего не меняет! Тэхён замер, словно облитый холодной водой. Дождевой, протухшей, из канавы. Он продолжал смотреть на Чонгука, когда тот пришёл в себя и встретился с ним полными ужаса глазами. - Что? - Что слышал, сука. - Кёнсон отвесил ему подзатыльник, но Тэхён никак не отреагировал. Ёнсан оторвался от сдувания пылинок с телефона и посмотрел на Тэхёна с отвращением. - Ты что, совсем тупой? - процедил он, - В вакууме живёшь? - Повтори. - Тэхён сглотнул горький ком в горле, но дышать легче не стал. - Твоего отца сегодня утром выпустили.