Ледяной ветер на этой высокой крыше

Me: он даже мой летний домик отнял Чон Чонгук: вот урод Чон Чонгук: я так и знал, что он не будет слушать старикана. Тэ, не парься, до экзаменов всего-то осталось, сдадим и свалим нахуй Me: тебе это доска предсказаний нашептала? Чон Чонгук: ты заебал, нормальная у меня задница! лучше включи башку и думай, что будешь делать. что Ли Кванджун вообще от тебя хочет? я не очень понимаю, зачем ты ему нужен под боком Me: он хочет контролировать меня, что бы я не рыпался, боится, что я правду о маме открою. хорошо ещё телефон при мне, а то пиздец был бы. Чон Чонгук: не накаркай. ладно, главное, он не помешает тебе сдать экзамены. а ты старика видел? он тебе сказал что-нибудь? Me: не видел, сразу к себе ушёл. Гук, я не могу дышать с ним в одном доме. я хочу убить его. Чон Чонгук: держись, держись. эта сука палучит по заслугам Me: пАлучит?! живо садись за корейский, иначе я надеру тебе доску предсказаний и задушу тебя своими руками! Чон Чонгук: ㅠㅠ Тэхён отложил телефон и сделал глубокий вдох, давшийся ему с трудом. В груди горело, но он уже не различал, кажется ему это пламя или тело действительно дало сбой. Ли Кванджун забрал его прямо с занятий. Распрощавшись с директором самым любезным образом, он приобнял оторопевшего пасынка за плечи и велел пойти в класс, забрать рюкзак. Тэхён брёл словно в тумане. Он видел побелевшее лицо Чонгука, но всё остальное слилось для него в одно яркое пятно. Потом, уже дома, он долго отмывался в душе от прикосновения чудовища, словно от мазута, раздирая кожу на плече до боли. Но ни душ, ни несколько часов уединения не способствовали улучшению. Тэхён бродил по комнате, точно запертый в клетку дикий зверь, не находя себе места. Мысли его то и дело возвращались к учёбе, но он не смог заставить себя взяться за неё, чувствуя ко всему остальному огромную вину. Переписка с Чонгуком смогла отвлечь, но ненадолго. Больше всего Тэхёна тяготило звериное желание кроваво расправиться со своим мучителем. После несостоявшейся встречи в летнем домике прошло мало времени, но Тэхён успел прийти в себя, однако сейчас жажда покончить с Ли Кванджуном овладела Кимом с новой силой. - Блять! - рявкнул Тэхён и бросился к окну, распахнув его настежь. Холодный воздух моментально заполнил собой всё и Тэхён, едва не перевешиваясь через подоконник, с наслаждением вдохнул во всю силу лёгких. - Мам... - он прикрыл глаза, шепча едва слышно, - Ты ведь слышишь меня, да? Мам, я стал ужасным человеком. Ещё немного и я стану убийцей. Ты же сможешь меня простить? Сможешь? Обнимешь меня на другой стороне реки Сандзо? - он поднял веки, позволив горьким слезам скатиться по щекам, и посмотрел на затянутое тучами небо. Безмолвные просторы не дали ответа, но Тэхён улыбнулся, почувствовав, будто снова обращается к маме, снова может услышать её мягкий голос. Несколько мгновений ожидания, пусть и притворного, сумели погасить пожар ненависти, превратив в тлеющие угли отчаяния. Тэхёну хватило и этого. Он не слышал ни открывшейся двери, ни приближавшихся шагов. Едва не вскрикнув от неожиданности, когда на его плечо легла ладонь, он отскочил в сторону, больно ударившись о раму открытого окна. - Осторожнее. - плотоядная улыбка тонких губ заставила оторопеть. Ли Кванджун стоял в шаге от Тэхёна и улыбался. Это был высокий мужчина невероятной красоты. Острые черты лица, не характерные их расе, словно нарисовал талантливый художник, добавив такие же острые скулы, идеально прямой нос и чётко очерченные губы, как нельзя лучше подходившие по пропорциям. Под прямыми бровями блестели большие карие глаза с опущенными вниз длинными ресницами, что придавало взгляду выразительности и шарма. Густые чёрные волосы были всегда идеально уложены, чёлка открывала высокий лоб. Регулярное посещение зала обеспечило Ли Кванджуна потрясающей фигурой. Весь его облик был словно создан для мировых подиумов и звания самого красивого человека планеты. Только для Тэхёна это был уродливый зверь. Вместо рта он видел окровавленную пасть с острыми клыками, вместо глаз - окутанные мглой пустые глазницы, а вместо рук лапы с когтями. Буйное воображение воспалённого сознания не только искажало образ перед глазами, оно подкидывало видения того, как эта грудь навсегда застынет, испустив последний вдох, как этот блеск в глазах померкнет. Тэхён несколько раз моргнул, избавляясь от наваждения, и медленно отошёл подальше. - Почему не занимаешься? - Ли Кванджун стоял с руками в карманах домашних брюк, всем своим видом демонстрируя полную расслабленность. - Не твоё дело. - ощетинился Тэхён. Он знал всё, что будет дальше. Ли Кванджун наиграется в кошки-мышки, а уж потом даст себе волю. И будет больно. - Убирайся. - Сыно-ок... - мужчина усмехнулся, покачав головой, - Куда же мне убраться из собственного дома? - За что ты её убил? - выпалил Тэхён прежде, чем успел подумать. Сердце его заколотилось с новой силой, когда глаза Ли Кванджуна утратили игривый блеск, сделав насмешливую улыбку пластмассовой. - Ты не слышал о результатах расследования? - прошипел он, - Я невиновен. Тэхён коротко хохотнул, тело задрожало от злости и вновь закипевшей ярости. - Грязный ублюдок, думаешь, твой продажный пёс Мин Юнги сможет убедить меня в этом? - оскалился он, окончательно сдирая с Ли Кванджуна маску, - Меня, видевшего всё своими глазами? - Ты... - Лучше скажи, что тебе от меня надо и чем не устроил договор с папашей. Ли Кванджун ухмыльнулся, но глаза его по-прежнему оставались холодными. - Я сам буду распоряжаться своим ребёнком. - вкрадчиво произнёс он, вытащив руки из карманов и закатив рукава. Тэхён напрягся, тело замерло в ожидании боли. - А заодно научу его манерам. - Будь ты проклят, мерзкая тварь! - взревел Ким и бросился первым. Успех первой и единственной драки с подготовленным мужчиной Тэхён повторить не смог. В одно мгновение он оказался на полу со сбившимся от удара дыханием. Перед глазами всё поплыло, новые удары посыпались на него градом. Из-за шума в ушах он не слышал ни одного слова, ни одного ругательства, которым одарял его мучитель. Лишь почувствовал, как его схватили за волосы и приподняли, тут же отбрасывая на кровать, но даже её мягкость не облегчили боль в худом теле. Тэхён глухо простонал, инстинктивно сжимаясь в клубок. Дыхания не хватало, каждый вдох отзывался болью в груди и рёбрах. Казалось, пытка на этом кончилась, но Тэхён понял, как сильно ошибся, когда Ли Кванджун опрокинул его рюкзак и схватил зарядку, отбросив блочок в сторону. - Уйди... - прохрипел Тэхён, предприняв бесплодную попытку отпихнуть Ли Кванджуна. - Я научу тебя вежливости! - рычал тот, снова хватая Тэхёна за волосы. Силой он выволок Кима на середину комнаты и стянул с него футболку. Пара мгновений и кожа запылала под ударами шнура с наконечником для входа. Тэхён закричал изо всех сил, пытаясь прикрыться руками, но силы оставляли его с каждым новым хлёстким ударом. - Ты жалкий червяк. - Ли Кванджун, остановившись, опустил подошву на щёку Тэхёна, вдавив его в пол едва не до хруста, - Запомни это. - Чтоб... - Тэхён попытался прочистить осипшее горло, - Чтоб ты сдох, больной ублюдок... - И как только ты доучился до выпуска с таким крошечным мозгом? - усмехнулся мужчина, дыхание которого было ровным, не сбившимся, - Поражаюсь. - и снова воздух рассёк шнур от зарядки.

***

Юнги, присвистывая, поглядел в боковое зеркало своей машины, поправил "авиаторы", сидевшие и без того идеально, и выудил из кармана шоколадку, продажей которой занимался и из-за которой получил своё прозвище. - Ну, хорош. - заключил он, широко улыбаясь своему растянутому отражению в окне. Время близилось к восьми часам утра и вскоре из этих ворот должен показаться нужный ему автомобиль. Охранник уже был предупреждён следователем оповестить жильца комплекса "Hannam the hill", что его ждут. - Однажды и я тут поселюсь. - Юнги облокотился о свою машину и, приподняв очки, расплылся в ослепительной улыбке. Ровно в восемь часов к шлагбауму подъехал нужный Юнги автомобиль. Следователь с лёгкой улыбкой смотрел, как охранник подошёл к машине со стороны водителя, как что-то ему сказал, указав в сторону Мина, почтительно склонил голову и вернулся в сторожку. Машина выехала за пределы территории и остановилась рядом. Хон Джэсоп был высоким представительным молодым мужчиной, открытое приветливое лицо с мягкими чертами, с пронзительным взглядом маленьких тёмных глаз. Он подошёл к Мин Юнги и оба поклонились, обменявшись дежурными улыбками. - Доброе утро, господин Хон Джэсоп, меня зовут Мин Юнги, я следователь из отдела особо тяжких преступлений Сеула. - Следователь Мин, здравствуйте. - произнёс Хон, - Мне сказали, вы ждёте меня. - Верно, господин Хон. - Юнги улыбнулся шире, - У меня есть к вам разговор, но обсуждать столь щепетильный вопрос здесь вряд ли возможно. Хон Джэсоп озадаченно смотрел на Юнги, хмурясь. Его явно заинтересовал нежданный визит следователя из отдела убийств. Неудивительно, особенно если совесть чиста. - Могу я предложить вам ресторан на территории нашего комплекса? - сказал он, - Если вопрос не терпит отлагательств, я вполне могу выделить время. - Да, вопрос срочный, но ресторан для этого не нужен. - Юнги пожал плечами, - Мы могли бы побеседовать в моей или вашей машине, если вам это будет угодно. Желательно, конечно, в моей. Лицо Джэсопа выразило ещё большее смятение и он, кивнув, направился к пассажирскому сидению. - Итак, господин Хон, - Юнги уселся поудобнее и обернулся к собеседнику всем телом, насколько это было возможно, - не буду долго ходить вокруг да около, сразу к делу. Вы были знакомы с госпожой Со Ынхи? Глаза Джэсопа едва уловимо блестнули, но ни один мускул не дрогнул на бронзовом лице. - Я знаю это имя. - он кивнул, - Покойная супруга бизнесмена Ли Кванджуна. Юнги кивнул. - Верно. Вы это знаете наверняка, ведь вы главный конкурент, простите за просторечье, Ли Кванджуна. Но это не тот ответ, который я бы хотел получить. Были ли вы знакомы с ней лично? - Я думал, дело закрыли, вы ведь сами его вели и сами объявили Ли Кванджуна невиновным. "Увиливаешь, говнюк?" - подумал Мин. - Верно. И всё же? - Нет. - твёрдо и спокойно, - Лично знаком не был. "Спасибо, дорогой, теперь я знаю точно - врёшь." - Эх, выходит, - Юнги состроил невинное лицо и снова улыбнулся, - выходит, я зря вас побеспокоил. - Это весь разговор? - с сомнением спросил Хон Джэсоп, неверяще глядя на следователя. - Да, господин. - Юнги поклонился, насколько то позволяло пространство, - Ещё раз извините. - Всё в порядке... - растерянно проговорил мужчина, - У вас, если позволите, должны были быть причины расспрашивать о знакомстве госпожи Со именно со мной? - Да, разумеется. - Юнги вытащил телефон и, открыв галерею, показал сделанный на пути сюда скриншот, - Вот. На снимке стояли трое, Хон Джэсоп, Ли Кванджун и Со Ынхи. Они дружелюбно улыбались в камеру, держа в руках по бокалу шампанского. - А, понял. - Джэсоп остановился взглядом на женщине, поджав губы, и вернул мобильник владельцу, - Это единственный раз, где мы пересеклись. Благотворительный вечер в фонде министра Кима из правящей партии. - О, слышал о таком. - кивнул Юнги, убирая телефон, - Фонд занимается по-настоящему добрыми делами. Если не ошибаюсь, помогают школьникам из бедных семей, верно? - Да. - Господин Хон, мне бы хотелось, что бы вы правильно поняли мои намерения. - улыбка слетела с лица Юнги, - Я объявил результаты расследования и закрыл дело, но женщина, Со Ынхи, погибла страшно, даже мне было не по себе, а я, как вы сами должны понимать, повидал многое. И я хочу быть полностью уверенным в том, что сделал, даже постфактум. Некоторое время Хон Джэсоп молчал. Он смотрел в пустоту с мрачным выражением и, казалось, совсем позабыл о присутствии следователя. Юнги ждал терпеливо. Он не подгонял, ничего не добавлял и молчал, смотрел на собеседника искоса. Наконец, Джэсоп заговорил. - Как бы ни огорчила меня смерть госпожи, мне нечем вам помочь, следователь Мин. - тихо, сказал он, - Увы, нечем. - Понимаю, понимаю. - со всей сердечностью кивнул Юнги, - Прошу извинить меня за беспокойство. - Надеюсь, вы узнаете правду, следователь Мин. - Хон Джэсоп поклонился и, не сказав больше ни слова, вышел. Юнги смотрел ему в след, глубоко задумавшись. Последние слова Хона прозвучали до того искренне, что он решил притормозить с выводами и запастись терпением. Когда машина Джэсопа скрылась из виду, он вытащил из нагрудного кармана визитку, найденную в записной книжке Со Ынхи. На обороте, под логотипом компании Хона, был написан альтернативный адрес электронной почты тем же красивым почерком, каким погибшая записывала всё остальное. С той лишь разницей, что почту она записала явно в спешке. - Значит, вы виделись тайно и ты дал ей визитку без почты, верно? - хмыкнул Мин самому себе, - Зачем скрываешь? Думаешь, меня подослал Ли Кванджун? Просидев в тишине ещё некоторое время, Юнги двинулся в путь.

***

- Вставай. Ну? Вставай! Сердитый голос Жаклин доносился до Тэхёна издалека, звучал, как что-то фоновое, включенное под беспокойный сон, врывающееся в образы и меняющее картинку. - Поднимайся! Тэхён! - Что тебе нужно, женщина? - проворчал Ким, нехотя покидая царство Морфея. Обратно в мир, где есть Ли Кванджун и боль. И Чонгук. - Что бы ты поднял свой зад и пошёл в школу. - ответила та, нависая над Тэхёном грозовой тучей. - С такой рожей? - он поморщился от боли, приподнимаясь, и посмотрел на Жаклин из-под нахмуренных бровей. - Да как тебе хочется. - пожала плечами та, стоя над ним, - Физиономию я тебе закрашу в два счёта, так что будь добр, кончай ныть и вали получать знания. Тэхён, ворча и кряхтя, сполз с кровати и поплёлся в ванную комнату. Отражение оставляло желать лучшего - на щеке красовался округлый синяк, переносицу рассекал лиловый след от собственной зарядки, подбородок и часть другой щеки украшали ссадины. - Сука. - процедил Тэхён. Вчерашний вечер он запомнил с трудом. Образы не вызывали в нём дрожи или страха, нет. Ведь всё это было привычным, только раньше боль делилась на двоих. Теперь же осознание, что мама больше не испытает подобного, было единственным успокоением, ведь хуже физических мучений для Тэхёна был только ужас от происходящего с ней. Сейчас этих оков не было и побои вызвали лишь усмешку. - Давай, Клод Моне, приступай. - бодро сказал Тэхён, вернувшись в комнату с натянутой улыбкой. Жаклин лишь вскинула бровь и кивком указала на стул. - Давай, Ю Чжэсок, усаживайся. Тэхён хмыкнул и послушно занял место за своим рабочим столом. Жаклин действовала умело. Под её миниатюрными руками боли практически не чувствовалось, пальцы проворно летали над повреждённой кожей. Тэхён внимательно изучал её, игнорируя правила приличия. Жаклин была бы очаровательна, если бы перестала хмуриться. - Можно вопрос? - тихо спросил Тэхён. - Тысяча вон. - Даю две за честность. - Идёт. - Почему ты такая хмурая всегда? - Тэхён рискнул встретится с ней взглядом и улыбнулся, - Нуна, тебе бы пошла улыбка. У тебя с зубами проблемы? Или с настроением? - Когда это я тебе нуной стала? - хмыкнула Жаклин. - У тебя имя тяжёлое, так что лучше нуна. - пожал плечами Ким, - Тем более в твои обязанности явно не входит угощать меня сладостями и маскировать семейные драмы на роже. - Что-то ты больно разговорчив для того, кого вчера отделали по полной программе. - Как будто в первый раз. - улыбнулся Тэхён. Не признаваться же ей, что тело болит до скрипа зубов, а на душе настоящий кошачий лоток. - Да и когда есть цель, неприятности кажутся мельче. - Мне бы твою крепкую психику. - вздохнула Жаклин и на мгновение лицо её оттаяло. - Так что там с ответом на мой вопрос? - Тэхён снова поймал её взгляд. - Ты вызвался доплатить за честность, а не за скорость. - она улыбнулась уголком губ и похолопала его по плечу, - Готово. Иди. - Чудачка. - фыркнул Тэхён, на что Жаклин лишь усмехнулась.

***

- Ну и чего ты трубку не берёшь? - Тэхён хмуро глядел на главные ворота школы, злясь на то и дело подъезжавшие машины детей из богатых семей, загораживавших обзор, - Блять, тебя собаки сожрали? - рявкнул он в телефон, оповестивший о недоступности абонента. Настроение, и без того паршивое, стремительно катилось под плинтус, пока Тэхён, превозмогая боль, шёл по коридорам. И окончательно рухнуло при виде пустой парты Чонгука. - О, явился. - раздался насмешливый возглас Ёнсана, - А где второй? Тэхён растерянно смотрел на слившихся в одно пятно одноклассников, не зная, от чего внутри шипы тревоги вонзились во все имеющиеся внутренности. Развернувшись, он вышел из класса и направился к лестнице, успевшей опустеть к началу урока. Чонгук по-прежнему не брал трубку. Он то сбрасывал, то был недоступен, но Тэхён продолжал упорно набирать номер, попутно себя накручивая. Что могло случиться? Чонгук потерял телефон? Но тогда сам бы он был в школе. Его избили дружки горе-мамаши, будь она неладна? Вполне возможно, учитывая все обстоятельства. Может, он нашёл подработку? Нет, до экзаменов осталось совсем мало времени, Чонгуку хватит благоразумия не поступать так. Что же случилось? Не в силах больше ждать ответа, подгоняемый тревогой и страхом, Тэхён вскочил, скривился от зверской боли и рванул прочь из школы. Первым пунктом был дом Чонгука. Тэхён запомнил наизусть всё, вплоть до этажа и номера квартиры. Он нетерпеливо вдавил палец в звонок, прислушиваясь в промежутках. Прошло несколько минут, прежде чем ему открыли. Тэхён залился густой краской жгучего стыда и едва контролируемой ярости при виде матери Чонгука. Он не видел её в свой единственный визит сюда, не знал даже имени, поэтому оторопел, не сумев совладать с собой. Мама Чонгука выглядела довольно потрёпанной для десяти утра. Взлохмаченные чёрные волосы обрамляли бледное лицо, не имевшее не только признаков чувств, но и следов красоты. Словно восковая маска. Но это было для Тэхёна куда легче вида, открывшегося ниже. Лёгкий шёлковый халат едва прикрывал грудь, вульгарным вырезом доходя до солнечного сплетения. Края его доходили почти до места, которому должно оставаться прикрытым. - Ты кто? - тихо спросила женщина, на что Тэхён мысленно выдал порцию отборного мата, произнеся совершенно другое. - Где Чон Чонгук? - спросил он, стараясь смотреть поверх плеча хозяйки дома. - Его нет. - последовал сухой ответ. - Вам лучше правду сказать, его нет в школе! - голос зазвенел от напряжения, разнесясь эхом. Но это не возымело никакого эффекта. Женщина лишь развернулась, не закрывая входную дверь, подошла к комнате Чонгука и заглянула внутрь. - Его нет. - произнесла она, возвращаясь, и хотела было закрыть дверь перед носом Тэхёна, но он, не сдержавшись, схватился за ручку. - Неужели вам плевать, где он? - процедил Ким сквозь стиснутые от злости зубы, - Он же ваш сын! Ни проблеска беспокойства в карих глазах, ни одна черта лица не дрогнула. Тэхён, поморщившись, развернулся и стремглав бросился на улицу, игнорируя ощущения в избитом теле. Теперь он точно знал, где искать Чонгука и жалел лишь о том, что не пошёл туда сразу. - Где увижу, там и придушу тебя, Чон Чонгук! - шипел Тэхён, поднимаясь на крышу. Ледяной ветер моментально принял в свои ласковые объятия. Тэхён окинул взглядом раскинувшийся внизу город и, накрутив шарф почти до носа, двинулся к вентиляционной шахте, у которой они всегда сидели. Здесь ветер доставал меньше всего, зато был красивый обзор и относительная тишина. - И что ты тут делаешь? - Тэхён опустился рядом с Чонгуком, усевшись к нему вплотную. Чонгук поднял голову с притянутых к груди колен и посмотрел на Тэхёна, вяло улыбнувшись. - Наконец-то. - с грустью произнёс он и уткнулся лбом в шарф Тэхёна. Ким растерянно хлопал глазами, но тут же обнял друга одной рукой, растирая предплечье сквозь толстый рукав куртки. - Гукки, не пугай меня. - Тэхён отстранился, схватив Чона за покрасневшие от холода щёки, и посмотрел в огромные, полные печали глаза, - Ну? Скажи, что такое? Ты плохо себя чувствуешь? Голова? Или дома что-то? - А можно не отвечать? - выступившие слёзы норовили сорваться. - Конечно. - Тэхён, подобравшись, притянул Чонгука к себе и крепко обнял, - Забей, потом расскажешь. Если тебя не вышвырнули из школы, всё остальное не особо важно. - Думаешь? - Чонгук горько усмехнулся, - Даже если твоя мать - шлюха? Тэхён невольно замер на этих словах, что не осталось для Чонгука незамеченным. - Почему ты так говоришь? - Тэхён попытался придать голосу спокойствия, - Да, она снялась в кино для взрослых, но ведь это тоже кино, просто м-м... откровенное. - Ты, блять, обдолбался? - воскликнул Чонгук, отстранившись. Тэхён прикусил язык, поняв, какую глупость сказал. Чонгук не сводил с него неверящего взгляда, пока не сделал судорожный вдох, что заставило Тэхёна поднять на него глаза. Догадался. - Ты... - Чонгук... - Что было, когда ты остался у меня?! - Чон вскочил, взволнованно дыша, грудь под курткой ходила ходуном. - Ничего. - Не ври! - Чонгук, пожалуйста. - Что тогда было?! - Отвали! - Тэхён поднялся следом, тоже перейдя на крик, - Что ты хочешь от меня узнать?! Что я всё слышал?! - он поморщился от боли, но не знал, какой именно, - Да, Чонгук! Слышал! И что? Мне... Дальнейшие его слова потонули в оглушительном хохоте. Чонгук смеялся, задрав голову к небу, и держался за живот, словно и правда услышал хорошую шутку. Из уголков глаз брызнули слёзы, но это не остановило истерику, а лишь усилило её. Тэхён преодолел несколько шагов, сделанных Чонгуком в приступе ужасающего веселья, и сгрёб юношу в охапку, крепко прижимая к себе. Смех моментально превратился в рыдания, сотрясающие худое тело. Набрав в лёгкие побольше воздуха, Чонгук разразился истошным воплем, сорвавшим голос и подкосившим ноги. Тэхён опустился на колени вместе с ним, не выпуская из рук. - Ну, ну... Гукки, успокойся. - бормотал он, - Успокойся, ты уже хрипишь. Пожалуйста. - Тэхён обхватил его лицо ладонями, но Чонгук жмурился, не желая открывать глаз, - Посмотри на меня. Чонгук, прошу, ну, посмотри. М? Пожалуйста. Взгляни на меня. Посмотри. Посмотри на меня, Чонгук. Но стоило просьбе исполниться, Тэхён едва смог выдержать взгляд глаз, полных боли. - Послушай меня. - начал он, приложив титанические усилия в возобладании над собой, - Мне всё равно. Понимаешь? Тебе стыдно, больно, но ты не должен прятать от меня взгляд. Её поступки - это её поступки, ты не имеешь к ним никакого отношения. Всё, что вас связывает - ДНК. Не больше. Она должна была стать мамой, а стала никем. Ты не обязан быть с ней связанным всю жизнь только из-за того, что она дала тебе жизнь, ты не обязан любить, не обязан быть рядом. Своим поведением она сама дала тебе выбор, быть её сыном или нет. Понимаешь? Подожди немного. Скоро экзамены, скоро наше совершеннолетие. Всё будет позади. - Вчера... - Плевать, что было вчера. - строго перебил Тэхён, - Забудь. Что бы там ни случилось, оно не стоит пропущенного дня учёбы. Без достойного образования можно оказаться в точно такой же яме и стать тем, кого презираешь. Так что сегодня кисни смело, а завтра в школу, как призывник в армию, понял? Чонгук снова зажмурился и, зайдясь приступом плача, вжался лицом в грудь Тэхёна. - Ну и плакса же ты у меня. - улыбнулся Тэхён, крепко обнимая, - Нельзя так нервы портить. А ты знал, что кишечник реагирует на все наши переживания? Мне как-то кто-то сказал, я сначала даже не поверил. А потом сам убедился. Жуть, да? Интересно, а правда, что наш желудок краснеет, когда мы сами краснеем? Типа, простите, мне так стыдно, что я аж внутри покраснел. Угарно. Я даже не помню, когда краснел в последний раз. - Тэхён прикусил кончик языка, ведь помнил утро прекрасно, - Вообще, я морально устойчивый человек, если подумать. А ты импульсивный. Ну, ладно, пиздёж, я вспыльчивый, но это редко. Ладно, не редко. Тэхён усмехнулся с собственной болтовни, но не остановился. Он продолжил говорить ни о чём, озвучивал любую ерунду, приходящую в голову, и продолжал до тех пор, пока Чонгук не успокоился в его руках, мирно засопев. Дрожь рыданий сменилась дрожью от холода, но Тэхён не спешил будить его, позволив воспалённому разуму получить спасительное забытье, пусть и во вред телу. Иногда это действительно нужнее. Но в его план ворвался телефонный звонок. Чонгук тут же отпрянул, хмурясь от громкости. - Извини. - Тэхён вытащил мобильник из нагрудного кармана куртки и посмотрел на экран. - Кто там? - спросил Чонгук, ёжась. - Не знаю, номер незнакомый. - Возьми, вдруг важно? - Кому я мог понадобится в этом ебучем мире? - хохотнул Тэхён, но на звонок ответил, - Ким Тэхён, слушаю. - Привет, малец. - раздался бодрый голос на том конце, - Это Мин Юнги, помнишь меня? Надо поговорить.