Ледяной ветер на этой высокой крыше

- В остальном, всё в порядке. - медсестра пожала плечами и, развернувшись, вышла. Чонгук глухо простонал, глядя на Тэхёна едва не с болью в глазах. - И это она назвала нормальным! - воскликнул он, - Меньше читать прямо перед экзаменом?! Это шутка какая-то? - Дешевле, чем в больнице. - Тэхён вяло улыбнулся, но улыбка переросла в гримасу. Он обвёл взглядом школьный медпункт, в который они явились с утра, на ходу сочинив легенду. Конечно, здесь Чонгуку не сказали ничего нового, зато не потребовали присутствия официального опекуна. - Я тебя сам вылечу, не парься. - Ну нахер. - хохотнул Чонгук, - Лучше к шаману пойти. - Засранец. - Тэхён подался вперёд, оперевшись локтями о бёдра, - Спать хочу, жесть. - Извини. - Чонгук отвёл взгляд, не увидев, как нахмурился Тэхён, - Сейчас мне, если честно, стыдно перед тобой. - За что? - Ну... за всё. Тэхён прикусил щёку изнутри. Стыдно ему... Какая чушь. - Чего стыдиться? - фыркнул он, - Не смеши. Прекрати уже чувствовать себя виноватым за чужое дерьмо. - А ты явно не из тех, кто говорит "пусть плохая, но она твоя мать, зато живая". - Чонгук перевёл взгляд на Тэхёна и произнёс это писклявым голосом, - Странный ты. - Кто бы говорил, чудак. - усмехнулся Тэхён, - Скоро урок, лежи здесь, я вернусь сразу после него. Зарядка на телефоне осталась? Могу набрать тебе, что бы ты хоть слушал. - Ага, прям тысяча процентов. - Чонгук скорчил недовольную мину, - Я тоже пойду на урок, сейчас никак нельзя пропускать программу. Тэхён хотел было возразить, но шаги позади заставили его умолкнуть и резко обернуться. В проёме стоял директор. Он сверлил Чонгука нечитаемым взглядом, игнорируя присутствие Тэхёна. Чонгук приподнялся, кое-как сползая с постели. - Как это произошло? - без приветствий начал директор. - Упал. - тут же выпалил Гук, - Скользко на улице. - Упал? - вскинул бровь мужчина. Не поверил. - И где же ты упал, скажи-ка? - Уже сказал. На улице. Директор кивнул, задумчиво посмотрел сначала на него, затем на Тэхёна и, не сказав больше ни слова, вышел. - И что это было? - Тэхён нахмурился, обернувшись к побледневшему Чонгуку. - В литературе это называется "визит вежливости". - хмыкнул тот, подхватывая рюкзак, - А так я бы назвал это очередными неприятностями. Видно же, что я ему поперёк горла. - Дай. - Тэхён выхватил рюкзак, проигнорировав протесты Чонгука, и засеменил с ним к выходу, - Что планируешь делать? Как домой сегодня вернёшься? - Мне бы хоть этот день пережить, потом подумаю. - хохотнул Гук, - Ёнсан же не успел пропитаться ко мне симпатией? - Ему на это жизни не хватит. - Тэхён закатил глаза, думая о том, как бы оградить Чонгука от одноклассников.

***

Хон Джэсоп смотрел на панораму города за окном своего офиса и наслаждался тишиной, воцарившейся на время обеда. За пределами кабинета почти не осталось сотрудников и гул, присущий рабочему процессу, исчез, позволив директору остаться наедине со своими мыслями. Планы его рухнули, а это создавало проблемы. И проблемы большие. Перед грядущим соглашением с американскими партнёрами Хон Джэсоп получил невероятный сюрприз, такой, о каком и не мечтал, но сюрприз этот, увы, обагрился кровью, что сильно омрачало радость от него как такового. Хон Джэсоп всегда жил в гонке. Сколько себя помнил, он гнался за успехом в школе, в университете, на работе, в любви. Сплошная гонка во всём, ни минуты на передышку, ни поблажек своему уставшему телу и разуму. Быть первым во всём, а если не первый, то стремиться им стать. Отец воспитал в нём стальной стержень, а мать пыталась привить сыну добродетель. Преуспели оба. Джэсоп вырос целеустремлённым, стойким, всегда стремящимся занять вершину, но не забывая и голосе совести, которая временами помалкивала, позволяя ему идти на некоторые ухищрения. Но никогда на настоящие преступления. Джэсоп провёл ладонью по лицу, тяжело вздыхая. В сложившейся ситуации ему бы не помешала та решительность, способная отодвинуть совесть на второй план и голыми руками придушить того, кто этого заслужил в полной мере и даже немного больше. - Господин Хон. - раздался за дверью голос Ким Миён и следом три коротких стука. Его секретарь, молодая женщина лет тридцати, тихо вошла в кабинет и опустила перед Джэсопом конверт. - Курьер доставил. С пометкой "лично в руки". - Тогда он сам должен был отдать. - улыбнулся Джэсоп. - Поставлю ему не пять, а три звезды. - усмехнулась она и, дождавшись кивка, вышла. Джэсоп подхватил конверт и аккуратно вскрыл. На плотном листе, сложенном вдвое, была всего одна строчка. "Родство подтверждено". Джэсоп заглянул внутрь и выудил маленькую фотографию. На снимке мужчина и женщина, юные и счастливые, держали на руках свёрток с младенцем и лучезарно улыбались в объектив. На обороте фотографии значилось три имени. Ким Тэджун. Со Ынхи. Ким Тэхён.

***

Мин Юнги вошёл в отдел хранения улик и, весело присвистывая, направился к полкам с нужной ему датой. В голове ни одной мысли, лишь навязчивая мелодия гёрлз-бэнда, крутившаяся с самого утра. Вот надо было ему включить радиоволну с к-поп? - Но мы рождены быть одинокими, да, мы рождены быть одинокими, - он подошёл к нужной полке и подхватил коробку с уликами по текущему делу, - да, мы рождены быть одинокими. - стащив её, он развернулся уйти, но взгляд его остановился на имени и остаток припева он проговорил тише, механически, словно спрашивая самого себя, - Почему же мы тогда продолжаем искать любви? На вставленном в пластиковый держатель клочке бумаги значилось имя Со Ынхи. Недолго думая, Юнги поставил свою коробку возле ног, вытащил коробку с именем погибшей и, усевшись прямо на полу, принялся в ней рыться. Расфасованная по пакетам одежда, окровавленная простынь, телефон жертвы, наручные часы, скомканные салфетки, потрёпанная записная книжка и пачка сигарет с кровавыми отпечатками. - Херня какая-то. - фыркнул Юнги, - И это улики? - Эй, Шоколадный Барыга. - раздался над ним голос, заставив Юнги визгливо вскрикнуть. - Что делаешь? - лучезарно улыбнулся Сокджин. Мин поднял сердитый взгляд на напарника, одной рукой держась за сердце. Сокджин был его напарником уже много лет, но настоящими друзьями им стать так и не удалось. Сокджин был по природе своей слишком спокойный, медлительный и молчаливый для неугомонного Мин Юнги, не сидевшего на месте больше минуты. Этот меланхоличный человек вызывал у Юнги тоску и желание поскорее избавиться от его общества, дабы не погрязнуть в размышлениях, ведь Сокджин имел свойство говорить мало, но по делу. Ёрничал он, не смотря на это, довольно часто, что создавало двоякое впечатление о его натуре. Но больше всего Юнги не любил взгляд Сокджина, пронзительный и тяжёлый, не взирая на видимую лёгкость. - Напугал, блять! - нахмурился Юнги, - Чего тебе? - Пришёл за уликами. - пожал плечами тот, продолжая улыбаться. И смотреть. Своими большими карими глазищами, будто в душу заглядывал. - А то пока тебя дождёшься. - Вот и бери свои улики. - Юнги подпихнул к нему отставленную коробку, не поднимая взгляда. - Так чем занят? - спросил Сокджин более серьёзно. Юнги вскинул бровь и уставился на напарника в упор. Сокджин не имел привычки лезть не в своё дело. Он никогда не задавал лишних вопросов, не давал советов, если его не просить, ничем не интересовался и, казалось, лишь апатично взирал на всё происходящее вокруг него. Временами Юнги готов был отдать все свои деньги, лишь бы узнать, что творится в голове такого человека, как Ким Сокджин. - Просто заглянул. - проворчал Мин, поднимаясь, - А что, нельзя? Это же наше с тобой дело. - Это дело твоё и шефа, вы же за него деньги получили. - усмехнулся Джин, подхватывая коробку. - Эй, ты сам отказался от своей доли! - воскликнул Юнги. - Я не продаюсь. - Сокджин снова пожал плечами, произнеся это без какого-либо укора, просто как факт, и направился к выходу. - Все продаются, мой хороший. - ухмыльнулся Юнги, вытащив записную книжку Со Ынхи и просунув её под пояс за бомбером, - Просто не всегда за деньги. Миновав отдел, Мин вышел на внутреннюю парковку, дошёл до машины и, усевшись поудобнее, выудил книжку. Небольшая, оформленная в традиционном стиле. Юнги выудил из бардачка медицинские перчатки, вытащил книжку из пакета и принялся листать страницы. - Доктор, школа, доктор, магазин... - бормотал он в полголоса, - Ателье, магазин, портной... А что поинтересней будет? Он принялся изучать записи тщательнее, но те состояли лишь из номеров телефонов врачей, учителей и портных. С середины книжка пустовала, но Юнги изучил каждый листок, добравшись до фарзаца. Плотный лист, приклеенный к картоу, отходил в углу и был вздут чуть ниже. Юнги задумчиво покрутил книжку, закрыл и потянулся к пакету, но резко остановился. Припухлость идеально прямоугольной формы. - Опачки! - Юнги с улыбкой вернул книжку на колени, раскрыл её и осторожно потянул уголок, - Есть! - не удержался он от громкого возгласа, выуживая затёртую визитку.

***

- Твой план - говно. - Чонгук смотрел в сторону своего подъезда, жуя нижнюю губу от напряжения. Тэхён, не отходивший от него ни на пол шажка, хмыкнул, перехватил оба рюкзака, свой и Чонгука, поудобнее, и мягко подтолкнул его в спину. - Заглохни. Ты сам отказался возвращаться в чимчильбан. - Да, но это потому что у нас нет на него денег! - воскликнул Чонгук, снова остановился и уставился на Тэхёна с возмущением. Ким глубоко вздохнул и мягко улыбнулся. Весь день прошёл в заботах о Чонгуке, что спасало его от мыслей об отчиме, за что Тэхён был искренне благодарен ничего не подозревающему Чонгуку. - Давай ты сначала поправишься, а потом мы решим все наши проблемы, ладно? - Рассуждаешь как старая бабка, честное слово. - цыкнул Чонгук, но послушно направился к подъезду. К огромному облегчению ребят, в квартире никого не было. Они расположились в крошечной комнате Чонгука, поужинали рамёном в пластиковом стакане и принялись за учёбу, разговаривая в полголоса. Тэхён заметил, как Чонгук, лежавший на кровати, то и дело бросал на дверь напряжённые взгляды. Опасался услышать возвращение матери? Тэхён поджимал губы и невольно сравнивал две разные вселенные, в которых они жили. Тэхён чувствовал себя в безопасности рядом с мамой. Чонгук с опаской косится на дверь. До чего же это неправильно, ребёнку избегать того, кто должен его любить больше всего на свете. Словно моряк, покидающий порт в ужасный шторм. Наступила полночь, но никто, ни мама Чонгука, ни кто-либо из её друзей не пришёл. Ближе к часу Чонгук уснул с книгой на груди. Тэхён улыбнулся, глядя на него, и, выключив свет, пересел за рабочий стол, опустив голову на сложенные руки. Едва устроившись поудобнее, он тихо ругнулся под нос и поднялся. Убрал учебник с Чонгука, накрыл его половиной одеяла, и вернулся за стол, прихватив свою куртку, брошенную у двери. Но сон не шёл. Мысли кидались от учёбы к Ли Кванджуну, от него к матери, от неё к тому одиночеству, которое терзало его до появления Чонгука, и каждая из этих мыслей словно откусывала от него по кусочку, утоляя чудовищную жажду. В груди нещадно кололо и тянуло, но Тэхён упорно игнорировал это чувство, хмурясь в попытках отогнать от себя терзающие образы и просто уснуть. Даже стол и стул для уставшего тела казались царским ложе, но беспокойный разум лишал возможности насладиться отдыхом. Экзамены. Прежде всего экзамены. Потом всё остальное. Без образования не победить Ли Кванджуна по закону. Тэхён бы пошёл на незаконный способ расправиться с чудовищем, но это лишило бы его возможности предать огласке преступление отчима, превратив справедливое возмездие в банальную месть. Подобный расклад не устраивал Тэхёна даже при терзавшей его тяге вырвать из Ли Кванджуна все органы без анестезии. Нужно сосредоточиться. Тэхён улыбнулся своим выводам, подметив, насколько легче стал справляться с собственным гневом. О причинах же задумываться не стал. Звук открываемой двери заставил его вздрогнуть, резко подняв голову. Перед глазами замелькали цветные пятна, но он смог быстро и бесшумно скользнуть под стол в ожидании визита матери Чонгука в комнату сына. Прошло несколько минут, из коридора раздавались голоса, грозя разбудить Чонгука, шум возни, скрежет и глухие щелчки, но никто в комнату Чона так и не заглянул. Прошло ещё несколько минут, прежде чем Тэхён решился выползти из своего укрытия и замереть посреди комнаты, вслушиваясь в звуки снаружи. Шум возни на кухне сменялся тишиной, затем снова шум, тишина и шум. Тэхён переводил взгляд с мирно сопевшего Чонгука, очертания которого едва виднелись в тусклом свете из окна, на дверь и обратно. Он не мог решиться, что ему делать, сердце гулко билось в груди, а мозг крутил все шестерни в попытке сгенерировать оправдание своему здесь пребыванию. - Блять... - шепнул Тэхён, когда дверь в комнату напротив закрылась с громким хлопком. Раздались голоса, средии которых Ким различил два разных мужских голоса и тихий голос женщины, мамы Чонгука. - Блять! - Сейчас проверю. - раздалось снаружи и Тэхён, с несвойственными ему скоростью и ловкостью, юркнул обратно под стол ровно за мгновение до того, как дверь отворилась и комнату залил тусклый свет откуда-то из глубины коридора. - Малого нет. - объявил голос, моментально исчезнув. С бешено бьющимся сердцем Тэхён выполз из-под стола и сел между кроватью и стеной, с противоположной от входа стороны. Он обнял колени и лихорадочно соображал, зачем кто-то солгал о присутствии Чонгука. Для чего? Комната небольшая, Чонгука пропустить трудно, наверняка вошедший видел спящего парня. Зачем солгал? Это ведь мама Чонгука попросила проверить, дома ли её сын? Кому бы это могло понадобиться, кроме неё? А может вошедший действительно не заметил Чона? Может, он пьян или под чем-то запрещённым? Ответ пришёл неожиданно быстро. Из комнаты напротив раздались первые стоны. Многозначительные, громкие, выразительные. Совсем как те, что звучали на видео, показанное Чонгуку в школе, когда Тэхён отшвырнул мобильник Ёнсана. По спине Тэхёна пробежал холодок, дыхание перехватило от отвращения и ужаса ситуации. Он оторопел, но стоило Чонгуку, до этого не реагировавшему ни на что, начать ворочаться, Тэхён вскочил, отбросив куртку, осторожно опустился на кровать и приблизился к Чонгуку. Опасаясь разбудить его, он просунул одну руку под голову Чона, вторую согрел дыханием и опустил ладонью на ухо. Чонгук машинально перевернулся на бок, прижавшись лбом к груди Тэхёна с заботливо закрытыми ушами. - Прошу, только не проснись, ради всего доброго в этом мире! - одними губами произнёс Ким, жмурясь на особенно громких возгаласах женщины. Время тянулось бесконечно. Тэхён потерял ему всякий счёт, то и дело поглядывая в сторону окна - не наступил ли рассвет? Ведь всё происходящее не кончалось. Мелькнула в голове мысль, что всё это является лишь работой женщины, подарившей Чонгуку жизнь, но этот недокаламбур не смог подавить в Тэхёне отвращения. Лишь усилил его и Ким выругал себя всеми знакомыми ему словами. Облегчение ему приносил лишь крепко спящий в его онемевших руках Чонгук. Казалось, его вообще ничто не способно разбудить, и Тэхён мысленно умолял его продолжать так же сладко спать. Он то и дело представлял, что бы было, очнись сейчас Чонгук. В лучшем случае происходящее завершилось бы поножовщиной. Воображая картину в красках, Тэхён не мог не ругать друга за совершенно идиотскую идею прийти домой и не мог не проклинать неизвестного лгуна, заглянувшего в комнату. Очередной стон заставил Тэхёна прикусить губу едва не до крови. Усталость боролась со страхом, занемевшие руки окончательно потеряли чувствительность и Ким заволновался, сможет ли дальше держать уши Чонгука закрытыми. Ночь близилась к завершению, как и силы Тэхёна, но на этот раз удача улыбнулась ему и всё прекратилось так же внезапно, как началось, однако Тэхён не спешил верить своему счастью, ведь за ночь перерывы уже были. Он терпеливо выждал несколько долгих минут и позволил себе отстраниться от Чонгука лишь тогда, когда рассвет полностью вступил в свои права, а с кухни раздались звуки. Измотанный, Тэхён спустился на подушку и прикрыл глаза. От усталости ему уже было безразлично, кто его здесь обнаружит и что за этим последует. Прикрывая отяжелевшие веки, он почувствовал, как Чонгук сквозь сон придвинулся к нему, утыкаясь лбом в плечо. Едва улыбнувшись, он провалился в долгожданное забытье.

***

- М-да, ну и видок у тебя. - Чонгук смотрел на Тэхёна полными удивления глазами, вскинув одну бровь. Тэхён не смог поднять головы, но сил хватило на демонстрацию среднего пальца, как доказательство несогласия с подобной оценкой. В конце концов, он был страшно доволен собой - в огромных тёмных глазах лучше видеть удивление, чем боль и чувство вины. - Отвали от меня. - улыбнулся Ким, - Или я тебя тупо покусаю. - Да ты для начала башку свою подними, потом покусаешь, если сможешь. - прыснул со смеху Чонгук, - Не, серьёзно, что с мордой? Ты выглядишь так, будто тебя всю ночь истязали. Тэхён тяжело вздохнул, жмурясь. Истязать-то, конечно, истязали, да только не его. Хотя, и на его долю выпало немало. - Ты можешь просто заткнуться? Я тебе даже заплачу за это, как только устроюсь на работу. Чонгук резко опустил голову в сложенные руки и глухо засмеялся. - Вижу, ты прекрасно себя чувствуешь. - Тэхён вяло улыбнулся и снова прикрыл глаза. - Я молод и полон сил, какое-то там сотрясение не свалит меня с ног. - Чонгук приподнял голову, поиграл бровями и лучезарно улыбнулся. Ради такой задорной улыбки стоило провести столь ужасную ночь, Тэхён точно знал. - Есть хочу. - Проглот, мы же обедали урок назад. - Тэхён кивнул на пятна на толстовке Чонгука. Издевательства со стороны одноклассников, как и ожидалось, не пошли на спад, но стали не столь изощрёнными, ограничившись узким кругом, в который по-прежнему входило опрокидывание на них остатков еды. Но на это уже никто из ребят не обращал никакого внимания, воспринимая как должное. - И что? - Чонгук обвёл взглядом класс, склонившихся над тетрадями и учебниками одноклассников, корпевших над предметом даже на перемене, и пожал плечами, - Хочу есть. - Ну так иди и поешь. - буркнул Тэхён, отворачиваясь. Голова кружилась, нещадно ныла, от усталости перед глазами всё расплывалось, стоило сделать резкое движение. - От меня ты чего хочешь? - Без тебя не пойду, так что поднимай свою жо... - звонок на урок заставил Чонгука стихнуть, чему Тэхён, не смотря на головную боль, обрадовался до широкой улыбки. - Есть на свете справедливость. - шепнул он, медленно поднимаясь. Все голоса моментально исчезли, ученики сосредоточились на уроке. Тэхён погрузился в повторение материала, мысленно похвалив их с Чонгуком, ведь общими усилиями они не только смогли не отстать от программы, но и продвинулись немного дальше. Занятия перед экзаменами включали в себя мало новых тем, в основном это было повторение и штудирование пройденного, а так же подробные разборы и закрепление. Основные предметы и вовсе остались позади, ученики концентрировались лишь на профильных, которые помогут им поступить на желаемую профессию. Тэхён задумчиво листал учебник по "праву", заглядывая в места со стикерами. Вялыми движениями пальцев он поддевал стикер, пробегал глазами по выделенным строкам и повторял всё в уме. - Эй, Тэ. - шепнул Чонгук, - Открой двести тринадцатую страницу. - он кивнул на учебник Тэхёна, - Я, походу, вчера на этом месте уснул, потому что вот тут... - он указал пальцем на начало параграфа, - ничего не понял. Тэхён открыл нужную страницу и пробежал глазами по тексту. - Смотри, эта часть идёт как продолжение семнадцатого параграфа, тебе его нужно перечитать, тогда поймёшь. - чуть слышно ответил он. - Не понял, они что, не по порядку? - вскинул бровь Чон. - Ты не выспался? - Тэхён потянулся, щёлкнув друга в лоб, - Давай, соображай, в конце они часто идут так. Чонгук насупился и погрузился в чтение, на что Ким усмехнулся и обвёл класс взглядом, только сейчас заметив, что учительница Ким до сих пор не пришла. Но не успел он задаться вопросом, куда она могла запропаститься, как дверь открылась и молодая женщина появилась на пороге с озадаченным лицом. Она прошла к своему столу, поправила учебники, лежавшие и без того ровно, едва заметно вздохнула и подняла глаза, встревшись с Тэхёном взглядом. - Ким Тэхён. - в полголоса позвала она, привлекая всеобщее внимание, - Ступай к директору, пока мы не начали. Тэхён растерянно переглянулся с Чонгуком. - Что-то случилось? - спросил он. - Нет. - учительница Ким поджала губы, - Иди. Тебя ждут. Тэхён поднялся, чувствуя, как от выброса адреналина скрутило живот. Из кабинета он вышел на негнущихся ногах. Оставшись в одиночестве, он убедил себя, что директор снова заговорит о подписи на коллективном прошении. Эта мысль немного успокоила, поэтому к лестнице он шёл почти с лёгким сердцем, ведь ничего подписывать не будет, а других причин вызывать ученика посреди урока у директора просто нет. Разумеется, подпись. Разумеется. - Тэ! - знакомый голос окликнул его уже у лестницы. - О, а ты чего примчал? - Тэхён оглядел Чонгука, хмурясь, - Тебе нельзя бегать, болван, побереги голову. - Ой, заткнись. - Чонгук поравнялся с ним и начал подниматься, - У меня что-то хреновое предчувствие. - Да брось, сейчас опять наш великий и ужасный запоёт старую песню о репутации школы. - отмахнулся Тэхён, - Зачем ещё я мог ему понадобиться? - Хоть бы только это. - мрачно отозвался Чонгук. - Не нагнетай, а то реально подпишу. - Тэхён выдавил смешок, пихнув Чона в бок, но тот не реагировал, - Гук, серьёзно, ты чего так всполошился? - А я тебе не говорил? У меня же задница как шар с предсказаниями, никогда не ошибается. - Хах, какой шар! Ты себя видел, дрищ? Максимум, доска. Чонгук усмехнулся, но больше не сказал ни слова до самой двери администрации. Тэхён успел за это время привести мысли в порядок и настроиться на любого рода диалог с директором. - Ты возвращаться не собираешься? - Тэхён обвёл взглядом хмурое лицо друга. - Здесь подожду. - ответил тот, не сводя глаз с двери. Тэхён закатил глаза, улыбнулся и вошёл внутрь. Администрация школы кипела. Работы перед экзаменами у них было много, поэтому Ким не удивился отсутствию к себе внимания. Он посмотрел на пустующий стол директора и двинулся к его кабинету. Если директор не здесь, значит, в кабинете. - Директор. - Тэхён постучал, надеясь, что его будет слышно сквозь шум голосов, - Это Ким Тэхён. - Входи. Сделав вдох, Тэхён, полностью уверенный в себе и своей позиции касательно острого вопроса, зашёл в кабинет. Хотя, сам он выразился бы иначе, столкнувшись взглядом с улыбающимся лицом нежданного визитёра. "Как прыгнул в колодец к Имуги". - Здравствуй, сынок.