Доверие

      «Сложно, как же все сложно. Что я сделал не так? Где ошибка? Почему идеально отлаженная жизнь перевернулась с ног на голову? И нет возможности исправить. Что же делать? Рассказать все Пи Артиту? Нет, не вариант, он только-только стал справляться с работой, стал приходить домой не измученным, уставшим и за полночь, а довольным и спокойным, вовремя. И тут я такой, прости, Пи, у нас проблемы. Надо искать жилье, надо думать, где взять деньги, и вообще, я в полной заднице… Вот уж нет, как потом жить с этим? Скоро утро, надо идти за завтраком, а денег так мало». Конгфоб Суттилак, он же Конг, студент 4 курса инженерного факультета, студенческий номер 0062, лежал в кровати и глядел в потолок, стараясь не поддаваться хандре и черным мыслям. Повернув голову вправо, он с любовью и тревогой посмотрел на своего любимого. Пи Артит крепко спал, закинув одну руку на Конгфоба. Конг еще раз вздохнул, и аккуратно сняв с себя обнимающую руку, встал. Пора идти на фуд-корт за едой. Он уже знал, как поступит, Артит должен быть сытым и спокойным, поэтому, каша и молоко на завтрак, пара сэндвичей на ланч. Хоть почку продай, но это должно быть неизменным. Все купив, Конг пересчитал оставшуюся мелочь. Да и что там пересчитывать. Он отлично знал, что этих грошей не хватит, что бы поесть самому. Но, кофе он мог себе позволить, и это радовало. Обычное утро пары начиналось с того, что в семь часов утра Конг будил Артита, успевая переделать массу дел – принять душ, разогреть еду, погладить рубашки, собраться в университет, и собрать сумку старшего. Будить Артита, это была еще та работа. Пи не просыпался ни от поцелуев, ни от ласковых, но крепких толчков. Конг подходил к спящему раз пять, делая разнообразные попытки. И если за полчаса ему не удавалось продвинуться в этом нелегком деле, то приходилось применять последнее средство, которое всегда оставалось про запас. Одним из самых чувствительных мест Пи были его уши. Он никогда и никому не разрешал притрагиваться к ним. Только Конгфоб удостоился такой чести, и то, только тогда, когда они уже стали парой, и Конг мог беспрепятственно целовать своего любимого. Вот тогда он и обнаружил, что даже легкие касания губами к ушным раковинам, бросают Пи в дрожь, а прикусив мягкую, нежную мочку можно выбить и тихий сладкий стон. Однажды утром, вспомнив все это, Конгфоб решил тихонько дунуть Артиту в ухо, и посмотреть, какая будет реакция. И реакция его поразила. Артит проснулся почти в то же мгновение, зажал ухо рукой и набросился на младшего с бранью. Но результативность данного действия была на лицо. Только применялось оно в самых крайних случаях, потому, что Пи после этого был не в духе достаточно долгое время. Сегодня ситуация складывалась так, что пришлось применить «запретный прием» сразу же. Конгфоб должен был уйти из квартиры до того, как Пи Артит поймет, что он не будет завтракать с ним, и вообще не будет. Конг оделся, все подготовил, и наклонился над старшим. Все, как обычно, он подвис, залюбовавшись дорогим лицом, белой кожей, красивым разлетом бровей, аккуратным, милым носом и пухлыми, нежными губами, которые так и тянули прижаться. Но время поджимало. Конгфоб тихонько подул в ушко, так нечаянно выставленное наружу закуклившимся в одеяло старшим. Все следующие действия Артита были словно клонированы – распахнувшиеся глаза, прикрытое рукой ухо, сдвинутые брови и недовольное выражение лица. - Конг, ну сколько можно! Я сотню раз просил тебя, не делай так, мне неприятно! - Прости, любимый, я убегаю. У меня сегодня нет времени тебя будить. Вставай, завтрак на столе, обед в сумке, твои бумаги там же. Рубашка наглажена. Не опоздай на работу, созвонимся. Все, я ушел! И не дожидаясь реакции Пи, Конг выбежал за дверь. Артит ничего не понял, вчера Конг ничего не сообщал ему про ранние дела, ну да ничего, в обед они созвонятся, как всегда, и младший ему все расскажет. Он принял душ, высушил и уложил волосы, и подошел к столу. Поморщился, за три года отношений он совсем отвык есть в одиночестве. Без Конга еда была безвкусной и совсем пресной, не приносила удовольствия, а только насыщала желудок. Плохое начало дня. Работа сегодня не приносила обычного удовлетворения. Артит не мог сосредоточиться, мысли постоянно сбивались. Он пытался понять, что же произошло, почему ему не комфортно, почему с самого утра все наперекосяк? Пришло время обеда, и Артит вспомнил, что хотел позвонить Конгу, узнать, что у него там произошло. А Конг звонок не принял. И еще один. И еще. Восемь неотвеченных вызовов и пять непрочитанных сообщений. Это случилось впервые, и Артит не знал, как реагировать. Что могло произойти в жизни младшего, что он полностью игнорировал его беспокойство? Все, работать было бессмысленно. Ни одной мысли в голове, кроме тревоги за любимого. Артит слепо пялился в монитор, не понимая, что там написано. Кое-как дождавшись окончания рабочего дня, он бросился домой. Дома его ожидала тишина. Все вещи были на тех же местах, что и утром, как он их оставил – грязная посуда на столе, брошенная на кровати футболка, полотенце на стуле. Значит, мало того, что Конга до сих пор нет, так он вообще не приходил домой с самого утра. Артит опять нажал кнопку быстрого набора, и вдруг услышал со стороны рабочего стола знакомую мелодию его любимой песни, которая стояла у Конга на его контакте. Он подошел к столу, поворошил лежащие бумаги и вытащил на свет телефон младшего. Тревога сменилась раздражением. И он сделал то, чего бы никогда не сделал, будучи спокойным. Но сегодня слишком много беспокойства вымотало душу, и он сорвался. Он позвонил Прему, своему другу, и бывшему сокурснику. Прем встречался с Вадом, который, в свою очередь, был однокурсником Конгфоба, и оба были не болтливы. - Алло, Прем? - Оу, Артит! Давно не слышал тебя, друг, как сам? - Все хорошо, скажи мне, Вад дома? - Угу, сидит вон, в игрушку залип, даже не слышал твоего звонка. - Давно пришел? - Давно, часа два как. - А ушел утром когда? - Да как обычно, а что случилось? Почему такие вопросы? - Не знаю, Конг сорвался с самого утра, до сих пор нет дома, и телефон забыл. - Хах, как придет спроси, не нашел ли он тебе замену! - Да ну тебя, мудак, я же волнуюсь, а твои шуточки не приносят успокоения, все, до встречи, пока. - Пока. Прем недоуменно покрутил в пальцах гаджет, и толкнул Вада в плечо. - Что там с Конгом? Мне Артит звонил. - А что с Конгом? Вроде все в порядке, был сегодня, правда, с последней пары ушел. Ну выглядит несколько уставшим, и обедать не стал с нами, а так все, как всегда. - Да, странно, Артит говорит, что его до сих пор дома нет. - Ну может к родителям пошел, или еще куда, я не в курсе. Хочешь, Эму позвоню, они лучшие друзья, может он знает? - Нет, не надо, вдруг действительно все в порядке, а мы поднимем бучу. Потом разгребай. Прем отложил телефон и занялся приготовлением ужина, однако, думая о том, что если Конг умудрится причинить Артиту боль, то он найдет способы показать, насколько младший не прав, и не только устные. Артит, поговорив с другом, обеспокоился еще больше. Никогда еще между ним и Конгом не было тайн. Доверие один из постулатов крепких отношений, иначе все зря, все разрушится в один момент. Артит полностью доверял младшему, и был уверен, что тот все объяснит, как только вернется домой. Но сердце сжималось от тревоги. Уже очень долго Конга нет дома, а вдруг что-то случилось? Стараясь не накручивать себя до появления паники, Артит занялся уборкой, сходил на фуд-корт за ужином, и принялся просматривать те документы, на которые не хватило внимания днем. Дверь открылась, пропуская Конгфоба, в десять часов вечера. Он вошел, стараясь не шуметь, старший мог уже отдыхать, уставая на работе, он иногда ложился рано. Конг разулся и прошел в квартиру. Артит спал, уронив голову на руки. Перед ним был включенный ноутбук, а рядом лежали какие-то бумаги. Конг подошел, нежно погладил кончиками пальцев по склоненной голове. - Пи, проснись. Ты ел? Иди в кровать, уже поздно. Артит открыл глаза. Потер затекшую, от неудобного положения, шею. Поднял голову и увидел Конга. Вскочил со стула, ухватился за широкие плечи. - Что случилось? Где ты был? Я волновался! - Ничего не случилось, Пи! Прости, мне надо было тебе сообщить, что я задерживаюсь. У меня была встреча с группой наставников. С третьего курса. Их лидер очень горячий и делает много ошибок, совсем, как ты когда то. Конгфоб чуть улыбнулся, всеми силами стараясь, что бы на лице не промелькнуло отвращение к самому себе. Его подопечный, лидер наставников с их факультета, действительно был таким, как описал Конг. Вот только сегодня они не встречались. Конг терпеть не мог врать, ему казалось, что все видят это на его лице, но выученная с детских лет способность при всех неприятных ситуациях надевать на лицо выражение полного отчуждения, как всегда выручала. - Хорошо, Конг, только, прошу тебя, в следующий раз, когда забудешь телефон и не сможешь вовремя попасть домой, позвони мне. Если бы я проснулся, а тебя все еще не было, я бы начал обзванивать больницы и морги. - Прости меня, любимый. Я постараюсь больше не огорчать тебя! Ложись спать, я в душ и тоже, очень устал сегодня. - В холодильнике ужин, разогрей и поешь! - Спасибо, я сыт. Последние слова Конг прокричал, уже скрываясь за дверью ванной комнаты, и уставился на себя в зеркало. Лицо искажала гримаса отвращения. Это опять была ложь.