Эй, Староста!

      Надеяться на продолжение сказки было глупо? Да. Юнги здорово наревелся придя домой после уроков на следующий день. Чонгук игнорировал его присутствие, будто ничего не произошло. И это не самое ужасное. Родителям всё же попался. Так страшно ему с ними ещё не было, отец был ужасно зол и запер в комнате. — В моём доме такого не будет! И ты должен хорошенько подумать над своим поведением. Не смей позорить нашу фамилию.       Он и не хотел позорить, всего лишь ощутить свободу. Свобода. Это слово вызывало совсем не радость, скорее ненависть. Именно оно сделало так, что с парня родители не спускают глаз, не может позволить лишний час пройтись по улице, привозит в школу и забирает оттуда отец, даже подумывают отдать психологу. Юнги ужасно злит слово свобода и Чонгук тоже. И эти чувства раздражают, эти воспоминания о его крепких руках на талии и горячие губы. Обидно, становится обидно, что он готов его простить и снова отдаться чувствам, только бы тот подошёл и объяснился. Это ведь так легко, только почему-то он не подходит.       Последней каплей стал тот брелок, который был подарен Чонгуку, лежащий перед школой. Юнги разозлило это, ведь игрушка была подарена не для того, чтобы её вот так выкидывали. Она была от самого сердца, чтобы согревала и приносила не только удачу, но и счастье. Добравшись до класса он кинул его в парня, болтающего с друзьями. — Чон Чонгук, потрудись объяснить, какого черта это лежит где-то на земле? Раз уж не хотел его, то мог просто вернуть. Или ты боишься ко мне подходить? Неделя, Чон, ровно неделю ты игнорировал моё существование! И теперь я вижу вот это? — он уже не обращал внимание на заинтересованные взгляды со стороны и перешептывания. — Юнги, подожди, давай не здесь. — он уже встал и хотел взять того за руку. — Нет, у тебя было время подойти и поговорить, но ты этого не сделал! И я сейчас вообще не хочу слушать твои оправдания. — глаза медленно наполнялись слезами, а голос дрожал. — Знаешь, Чон…твоя свобода полное дерьмо. Ты не игрушку выкинул, а мои чувства. — после этих слов он развернулся и ушел, рассталкивая людей, которые пришли посмотреть на «шоу». Чья-то боль для них просто повод для смеха.       Уже на улице он дал волю слезам. Просто бежал без определённого направления куда-то, только бы не быть в ненавистном месте. Ему сейчас так наплевать на учёбу и родителей, с ними разберётся позже.       Чонгук вовсе не урод, который играется с чувствами других и никогда бы не стал пользоваться, после чего бросать человека. Но именно таким предстал перед Юнги. Перед тем, кто открыл для него новые чувства, каких не испытывал до этого. И он не совсем помнит, когда именно, но в тот вечер поцелуй был между влюблённой парой. По этой причине Чон избегал разговора и взглядов всю неделю, хотя видел его разбитое состояние. Чонгук испугался, что эти чувства мимолётные и он будет виной разбитого сердца Юнги. Решение, что лучше оставить всё без разговоров и внимания казалась хорошей, пока тот не подошёл к нему. Он был удивлён и хотел увести парня от чужих глаз, поговорить, а после увидел слёзы и застыл, не смог ничего выдавить в своё оправдание, даже успокоить не смог. Он за ним выбежал еле отвязавшись от одноклассников, только поздно уже,  его не было. Не успел. Долго сверлил телефон взглядом и позвонил, несколько раз, но никто не взял. Домой к нему заявился, но никого не было. Так и уехал, решив подождать с разговорами. Было решено не напортачить как в первый раз.       Юнги вернулся через пару часов, проторчал в парке и замёрз. Уже вечером объяснил родителям поступок сказав, что плохо себя чувствовал и поэтому ушёл. Кажется поверили, это радовало. Только сейчас осознание произошедшего настигло его чувством стыда. Он уже представлял как все будут смеяться и каждый раз про это напоминать. — Это ужасно…чёрт, чёрт…как ты мог поддаться эмоциям, Юнги? — всё повторял себе парень в пижаме, обнимая колени. Внезапно его прервал звук чего-то ударившегося в окно. — Что это?..- он испугался, но решил не задумываться и быстренько лёг под одеяло. Снова эти звуки, момент стал напоминать сцену из ужастиков, которые он не одобрял. Парень зажмурился и шептал успокаивающие слова как мантру. — Это всего лишь ветер…или ветки дерева. Нет, Юнги, успокойся. — Юнги? — послышалось от окна. Парень раскрыл глаза и решил встать, все так же укрываясь одеялом. Подошёл медленно к окну и сдвинул шторы в сторону, чуть не пискнув от увиденного. Чонгук держался за наружный подоконник и смотрел на него, кивнув открыть. Расстояние до земли было не таким большим, но можно было бы сломать руку или ногу, поэтому Юн подумал и открыл, быть виновником такого не хотелось. Хоть и тот винил его в чем-то, но не настолько сильно. — Ты что делаешь? А если бы тебя увидели родители или ты упал? — недовольно сказал он, отступая назад, когда Чонгук всё же залез и закрыл за собой окно. — Ты волнуешься за меня? — не лучшее время для этого, но разбавить обстановку перед разговор нужно. — За себя. Чтобы мне снова из-за тебя не попало. Что тебе нужно здесь? — Юнги было не меньше неловко, поэтому кутался сильнее в одеяло и делал вид грознее. Правда выходило так себе. Ему приятно, что он пришёл. — Прости. Нет, не говори пока ничего, ладно? — Чон продолжил после его кивка, тяжело вздохнув. Было и неловко и страшно, будто бы перед мамой оправдываться собрался. — Я признаю, что поступил не хорошо, да, как мудак. Просто…хотел бы внести ясность, хотя мне следовало подумать об этом раньше. Я не собирался тебя бросать после поцелуя и избегать.  — Но бросил и избегал. Как трус. Как приду… — Юнги. — произнёс тяжело вздохнув и тот замолчал. Чонгук уже начал трогать игрушку в кармане и это немного успокаивало. Он вообще-то готовился, но сейчас, когда на него направлен разочарованный взгляд, теряется. — Я испугался. Испугался своих чувств, не каждый день влюбляюсь в парня, которого до этого вообще не воспринимал. Поцеловать я хотел, очень, но не подумал о том, что будет потом и что будет с тобой от этого. Прости, что вышло так. До этих занятий я про тебя думал только как о занудном ботанике, который дальше книг ничерта не видит, это правда, но как оказалось есть и другая часть, где ты открылся мне как парень мечтающий жить, принимая решения сам. — он подошёл к нему и вытащил брелок-талисман. — И его я не выкинул бы ни за что. Кажется он действительно помогает, хах…       Юн слушал его внимательно, немного показывая недовольство, но долго так не смог и опустил голову, пряча улыбку. Он понял свою глупость с игрушкой, но тот не меньше провинился. Этот парень способен заставить сердце биться чаще только одним своим присутствием, а тут чуть ли не в любви признался. — Ты дурак…- пробурчал тихо и уткнулся в грудь парня лбом, чувствуя как он опустил руку на спину и осторожно поглаживал. — Нам действительно стоило поговорить раньше…ты мне нравишься, Чонгук, очень. — И это взаимно…и мне хочется узнать о тебе больше, Юнги. — провёл рукой по волосам и улыбнулся. — Кстати, а эта толстовка на медведе…моя? — он забыл о том, что отдал его в тот день и искал долго, спрашивал у друзей, но вскоре бросил затею. — Ну…- Юн замялся и неловко посмеялся. — Да…прости, я не знал как отдать. Сейчас отдам. — Хахах…успокойся. — схватил за одеяло уже отошедшего от него на пару шагов Юнги и притянул к себе, прижимая к груди. Рукой повернул его голову к себе и заглянул в глаза. — Всё хорошо, Юнги. И начинай привыкать к моему присутствию, я собираюсь надолго остаться в твоей жизни.       А что Юнги? А он счастлив, он улыбается как дурак, потому что верит ему и хочет верить в это. Ведь ему не нужна свобода, если рядом не будет Чонгука.       Он улыбнётся и завтра, когда будет стоять у ворот школы, не решаясь идти дальше и почувствует тёплую руку на своей. — Всё хорошо, Юнги.       И дней наполненных улыбками станет больше, ведь всё хорошо. Всё хорошо, когда рядом есть тот, кто дарит радость и спокойствие. Тот, кто может убрать тревогу только взяв за руку и прошептав: «Я рядом».