Не менять

      Для Тен-Тен платья всегда были самым страшным кошмаром. Неудобные, непрактичные, сковывают по рукам и ногам и смотрятся нелепо. Ни пробежаться, ни прыгнуть, ни сесть невозможно, не беспокоясь о том, что от одного неверного движения ткань может задраться вверх или и вовсе порваться. Хуже платьев были лишь ещё более мешающиеся распущенные волосы, которые так и хотели влезть в глаза, закрыв обзор. И как назло все эти ужасы неизбежно собирались воедино во время праздников. Потому что «не будешь же ты и на миссии, и на дружеские встречи ходить в одном и том же»? Именно из-за этих слов Ино сейчас ей приходилось мириться со всем, что в обычной жизни Тен-Тен никогда ни за что бы не стала совмещать.

***

      В помещении было душно. Даже открытое окно и морозный зимний воздух не делали ни на долю лучше. Развешанные вокруг новогодние украшения, которые всего несколько часов назад создавали хоть какое-то праздничное настроение, теперь казались слишком нелепыми и только ещё больше мешали Тен-Тен открыть слипающиеся глаза и заставить себя натянуть улыбку. Впервые в жизни она так сильно ненавидела подобные дружеские встречи перед праздниками. И так же сильно ненавидела Ино, которая, несмотря ни на какие отговорки, притащила её сюда в этот день…       — Ну почему ты такая кислая, а? — стоило только о ней вспомнить, как Яманака тут же появилась в поле зрения, весёлая и раздражающе жизнерадостная. — Праздник ведь! — У кого-то, может быть, и праздник, — буркнула Тен-Тен, со стуком ставя стакан воды, который держала в руках, на стол. — А у кого-то — первый вечер в деревне после затяжной миссии. Который вполне мог бы быть гораздо спокойнее, но по чьей-то милости… — Всё-всё, не продолжай, — Ино замахала руками, предвидя гневную тираду, которая разразится в её сторону, если она не остановит собеседницу. — Я уже поняла, что ты не в восторге и всё такое, но это ведь всего один вечер. Завтра отдыхай сколько влезет, а пока от коллектива не отрывайся. Тем более, я знаю, как поднять тебе настроение, — Ино понизила голос и наклонилась, чтобы слышать её могла только Тен-Тен. — Посмотри-ка налево. Девушка тяжело вздохнула. Всё это с самого начала ей не нравилось, а заговорщицкий тон Ино не сулил ничего хорошего. Но голову она всё же повернула и тут же стиснула зубы, пытаясь подавить желание накричать на подругу. В другом углу комнаты сидел Неджи. Тоже один, тоже с самым скучающим видом, но усталости в нём наблюдалось куда меньше, чем в напарнице. Тен-Тен даже немного позавидовала ему: хотя миссию выполняли вместе и выкладывались одинаково, юноша, несомненно, выглядел куда бодрее. Похоже, гении и в самом деле талантливы во всём: даже изматываются незаметно, а пустой взгляд в никуда лишь добавляет таинственности и красоты в и без того идеальный образ. — Ой, а засмотрелась-то как, — ехидный смешок Ино самым наглым образом вернул Тен-Тен в реальность. — Кто? — чуть помедлив, она отвела взгляд от юноши и наконец повернулась к подруге, с лица которой не сходила улыбка. — Не строй дурочку. Понятно ведь, что ты. И попробуй только сказать, что его присутствие тебя не радует. — А должно? — уточнила Тен-Тен, едва скрывая подступившее к горлу раздражение. Она уже понимала, к чему клонит Ино, но меньше всего хотела, чтобы Яманака об этом догадалась. Поэтому продолжала делать вид, что эти слова всё ещё остаются для неё загадкой. — Сама посуди, — пустилась в объяснения Ино, — он сидит один, ты тоже одна. И по обоим видно, что вы откровенно скучаете, а присоединяться к общему веселью не собираетесь. Хороший предлог, чтобы побыть вдвоём один вечер и немного сблизиться, не думаешь? — Мы и так достаточно были вдвоём во время миссии, — отрезала Тен-Тен. — Пора бы и отдохнуть друг от друга. Ему от меня так точно, — добавила она чуть тише и опустила глаза. — А почему только ему? С каких пор нахождение с товарищами по команде стало для него в тягость? Что-то случилось? — Да ничего не случилось! — воскликнула Тен-Тен и вскочила с места, прожигая Ино взглядом. — Просто… Зачем мне лишний раз мозолить ему глаза? Кто тебе вообще сказал, что моё общество может быть ему приятно вне миссии, где ничем, кроме как полезным инструментом, я не являюсь? Кто сказал, что меня интересует что-то кроме товарищеских отношений? И вообще… Не твоё это дело! Тен-Тен развернулась и собралась было отойти, но споткнулась и едва не упала. Ино за её спиной снова приглушённо засмеялась. — Поосторожней, дорогуша, — прикрывая изящной рукой улыбку, посоветовала она. — Не забывай, что сегодня туфли у тебя на каблуках. — По твоему же совету, — буркнула себе под нос Тен-Тен и вслух произнесла: — Спасибо, разберусь, — а затем быстро, насколько это позволяла обувь, вышла из комнаты, хлопнув за собой дверью. — Смелее тебе надо быть, — уже на выходе донёсся до неё голос Ино. — Если так и будешь бегать от себя, счастья не найдёшь.

***

Выйдя на веранду, Тен-Тен немного успокоилась. Здесь было гораздо прохладнее и куда более тихо. Можно было спокойно постоять в полном одиночестве, предавшись собственным мыслям. И никто бы не помешал, пытаясь вставить пару слов и сделать «как лучше». — Ино невыносима, — пробормотала Тен-Тен и закрыла глаза, всем телом ощущая лёгкие порывы зимнего ветра, проникающие сквозь небольшие щели в тонких стенах. Она не злилась всерьёз. Обижаться на Ино было бы попросту глупо и нецелесообразно. Яманака всегда говорила то, что думает, и винить её за это не было смысла. И, возможно, в некоторых вещах она даже была права.       «Если так и будешь бегать от себя, счастья не найдёшь».       Тен-Тен горько усмехнулась. Она вроде бы и так не особо бегает: вон, стоит, не шевелится, догоняй — не хочу. Только чему догонять? Чувствам? А если их нет? Если Неджи для неё — друг, и этого хватает с лихвой? Если она уже давно убедила себя в этом и другие варианты даже не рассматривает? Выходит, бегать не от чего? Или она уже убежала?       — Почему ты ушла? — Неджи, как и всегда, оказался рядом незаметно. Тен-Тен непроизвольно дёрнулась и открыла глаза.       — Я думала, что привыкла к шуму. Как оказалось, ещё нет, — вспоминать о разговоре с Ино не хотелось. Да и Неджи, наверняка, понял, что дело было не в шумной компании, а в одном лишь неугомонном человеке. И спрашивать дальше он, к счастью Тен-Тен, не стал, просто став рядом.       Повисшая тишина отчего-то совсем не казалась гнетущей или неловкой. Тен-Тен вдруг словила себя на мысли, что это молчание ей даже нравится. Спокойное, ненавязчивое, приятное. Как если бы она была одна, и всё равно ощущения не те. Казалось, что не будь здесь Неджи, всё было бы по-другому. И неприятных мыслей было бы больше.       — Впервые вижу тебя в платье, — только сейчас она заметила, что всё это время юноша смотрел не на небо, не куда-то в сторону, а на неё.       — Ино посоветовала, — Тен-Тен тяжело вздохнула, вновь вспоминая удивительно щедрую на одежду и слова подругу. — Жутко неудобная вещь. Ходить в нём невозможно и короткое такое… Вечно задирается, — словно в подтверждение этих слов, край чёрной юбки, так и норовивший подняться к середине бедра, был беспощадно дёрнут вниз. — Кто вообще придумал так бездарно тратить ткань?       — А мне нравится, — задумчиво протянул Неджи, не отрываясь глядя на девушку. Она удивлённо вскинула брови, а затем недоверчиво свела их к переносице.       — Я в тебе разочарована, Неджи, — бросила Тен-Тен таким тоном, словно эта мелочь и в самом деле смогла кардинально изменить её мнение о товарище. — Как это, — она выразительно провела рукой сверху вниз, демонстрируя свой внешний вид, разительно отличавшийся от привычного, — может нравиться?       — Я говорю не о платье, — всё также непоколебимо ответил Неджи, и Тен-Тен окончательно потеряла нить происходящего.       — А о чём же тогда?       — О тебе.       Тен-Тен так и застыла в полусогнутом состоянии, продолжая сжимать в руках краешек ненавистного платья. Затем медленно выпрямилась и посмотрела на Неджи. Его лицо оставалось всё таким же непроницаемым и безразлично-холодным, как и всегда. Словно ничего не произошло, словно это и не он говорил. Но только что прозвучавший голос, без сомнений, принадлежал именно ему.       — Ты что, пьян? — Тен-Тен озвучила первую пришедшую на ум идею, хотя никак не могла вспомнить, чтобы за весь вечер Неджи хоть раз притронулся к саке или чему покрепче. Но подобное поведение и слова были для него просто невообразимы, из-за чего ударивший в голову хмель был единственным разумным объяснением.       После этих слов его лицо, до этого остававшееся непроницаемым, мгновенно переменилось. В глазах отразилось удивление, которое, впрочем, больше походило на испуг. Мимолётный и практически незаметный. Губы чуть приоткрылись в попытке ответить, но тут же вновь сомкнулись в тонкую линию.       — Да… Наверное, — с запинками проговорил Неджи и, не глядя на девушку, отвернулся. — Пьян, конечно… Вообще, не слушай меня. Это… всё неправильно. Прости. Пьян… Конечно… Как иначе…       Он ещё что-то бормотал, уходя, и через несколько минут Тен-Тен снова осталась на веранде одна, в растерянности пытаясь осознать произошедшее. Сделать это, как назло, не удавалось…

***

      Едва скрывшись из поля зрения Тен-Тен, Неджи с размаху прислонился к стене, больно ударившись позвоночником. Раздражение и злость на самого себя тонкими нитями пронзали всё нутро, казалось, до самых костей и держать себя в руках становилось всё сложнее. Как же так? Впервые в жизни он решился сделать девушке комплимент, а в итоге выставил себя круглым дураком. И это гений клана Хьюга! Позор да и только.       Пьян… Конечно, о чём же ещё она могла подумать! Сколько раз за всю жизнь он сказал ей хоть что-то, не относящееся к миссии или делу шиноби? Ни разу, а то и меньше. Вот она и подумала, что дело в алкоголе. А что взгляд ясный и тон самый серьёзный — не так важно. Потому что сам он позорно сбежал, стоило только крохотному шансу на провал показаться на горизонте. Сбежал, как последний трус.       — Что, отшили красавца? — насмешливый голос Кибы, раздавшийся рядом, сделал только хуже.       — Умолкни, — сквозь зубы процедил Неджи, сжимая руки в кулаки. Отшили… Какое, однако, грубое, но пугающе точное слово. Ему ведь и в самом деле прямым текстом сказали, что в трезвом виде даже малейших проявлений симпатии от него не ждут. Значит, и ни в каком другом тоже…       — А на меня-то чего взъелся? — не унимался Инузука. — Я разве виноват, что ты решаешь взяться за дело всерьёз раз в восемнадцать лет и сдаёшься после первой же неудачи?       — Кто сказал, что сдаюсь? — слова всё ещё давались с неимоверным трудом. Кипящие внутри чувства так и норовили вырваться наружу. Но он продолжал держаться. Потому что давать слабину не привык. Тем более из-за таких мелочей.       — Иначе ты бы стоял не здесь, — признавать это не хотелось, но в речи Кибы сегодня было как-то уж слишком много правильных слов. — Такими темпами оглянуться не успеешь, а её уже кто другой уведёт. А ты так и останешься ни с чем.       Челюсти сжались до скрипа зубов. Светлые глаза угрожающе сузились, щеки покраснели от злости. Неужели у него совсем нет шансов? А у кого-то другого, кого-то, кто совсем её не знает, кого сама она не знает толком — есть?       — Только попробуй… — начал Неджи, но Киба его перебил:       — Ну почему снова я? Думаешь, мало в мире тех, кого она может заинтересовать? Тен-Тен у вас красавица, между прочим, а вы с Ли только глазами и хлопаете.       — Ещё одно слово, и…       — И что? Ударишь меня? — усмехнулся Киба. — А как же твоя извечная непробиваемость? А как же «насильно мил не будешь»? Или думаешь, что если не ты — то никто? Уже за неё всё решил, да? Пойми, она вряд ли будет ждать, пока ты смелости наберёшься.       Неджи замер, словно его окатили ледяной водой. Вся злость в мгновение куда-то улетучилась, уступив место привычной холодности ума. В самом деле — на кого злиться, если не на себя? Ведь это его нерасторопность привела к тому, что малейшие привязанности списываются на алкогольное опьянение. И как теперь это исправить даже представить было невозможно.       Неджи тяжело вздохнул и устало потёр переносицу. Как же всё это было сложно. И в корне непонятно. И ведь даже бьякуган, на который он привык полагаться практически во всём, здесь будет бессилен.       — Ну всё, не раскисай, — Киба ободряюще ткнул его в плечо. — Я это так… ради шутки сказал. Не принимай близко к сердцу. У нас ещё вся жизнь впереди! Если тянуть не будешь, сотню раз успеешь обратить на себя её внимание.       Неджи ещё плотнее сжал губы. Сотню… Ему бы хоть один раз успеть…

***

      Остаток вечера прошёл для Тен-Тен как в забытии. Мысли то и дело возвращались к в крайней степени странному разговору на веранде. Она не понимала ровным счётом ничего. Ни почему Неджи так отреагировал на её слова, сказанные больше в шутку, чем серьёзно, ни почему с его губ слетело такое нехарактерное для него «нравится», ни почему его вообще вдруг стало заботить её отсутствие. Догадок не было никаких, а Неджи так и не попадался на глаза, поэтому спросить у него самого не было даже шанса.       Тен-Тен упустила тот момент, когда все начали расходиться и опомнилась лишь когда вокруг уже совсем никого не осталось. Она недовольно закатила глаза. Всё снова повторялось. Хоть в числе тех, кто хотел присутствовать на подобных дружеских посиделках, она была на самых последних позициях, уходила всегда позже всех. Не потому что под конец входила во вкус, нет. Просто момент, когда событие подходит к логическому завершению, по какой-то причине всегда от неё ускользал.       Тен-Тен уже собиралась встать и уйти, как вдруг почувствовала, как кто-то коснулся её волос.       С самого начала захотелось выхватить кунай и направить на позволившего себе такую наглость человека. Наверное, во времена своего обучения в Академии, Тен-Тен так бы и поступила. Но годы миссий и тренировок не прошли зря, и импульсивные решения теперь мгновенно отметались. Поэтому Тен-Тен медленно открыла глаза и повернула голову в ту сторону, где по её предположениям был «враг».       Задумчивый вид сидящего рядом Неджи заставил её изумлённо замереть. Она была уверена, что Хьюга уже давно ушёл.       — Мягкие… — протянул юноша, внимательно рассматривая зажатую в пальцах прядь каштановых волос. — Красиво…       — Ага… Спасибо, — пробормотала Тен-Тен, безуспешно пытаясь словить его взгляд. Что-то было не так, она чувствовала это. Но что именно понять не могла.       — Ч-что ты делаешь? — пискнула девушка, когда Неджи оказался к ней так близко, что она могла почувствовать его горячее дыхание на своей щеке. Во рту вдруг резко пересохло, а сердце непонятно по какой причине забилось быстрее. Разум лихорадочно метался от мысли к мысли, но ни одна так и не давала чёткого ответа на вопрос, что и почему прямо сейчас происходит.       — Не злись, пожалуйста, — не дав ей опомниться, прошептал Неджи, и Тен-Тен тут же почувствовала на губах мягкое, практически невесомое прикосновение.       Душа ушла в пятки, но закалённый разум шиноби не был приучен поддаваться эмоциям. Тен-Тен начала судорожно озираться. Всё это не могло произойти просто так. Будучи в здравом уме, Неджи никогда не поступил бы подобным образом. Это было просто немыслимо. Должна была быть причина.       Причина нашлась быстро: на столе прямо напротив Неджи лежала опрокинутая в порыве действий бутылочка саке, теперь абсолютно пустая. Тен-Тен мысленно взвыла. «Ками-сама, ну зачем?..»       Тен-Тен хотела было отстраниться и отчитать Неджи за легкомыслие, — праздник праздником, но нужно же знать меру! — но переместившаяся на затылок рука не позволила ей этого сделать. Девушка застыла, не зная, как реагировать. Ждать, когда ему надоест? Когда он поймёт, что его действия не получат отклика? Или всё же ответить?       Но с другой стороны, ответить на поцелуй сейчас — всё равно, что воспользоваться тем, что Неджи в дребезги пьян и дал слабину. Это низко и подло, а наутро она ещё не раз пожалеет. Но с другой стороны, он всё равно почти точно ничего не вспомнит завтра. И неловкости вполне можно будет избежать. А если вспомнит… Просто перевести в шутку. В конце концов, им же не по десять лет! Так почему бы не позволить себе хоть раз в жизни получить удовольствие от непредвиденной ситуации?       Тен-Тен закрыла глаза и подалась вперёд, предоставляя Неджи всю свободу действий. Не хотелось ни о чём думать. Что будет завтра — не важно. Если она не сделает этого сейчас, жалеть будет куда больше.       Губы Неджи тёплые и на удивление мягкие, и с каждым прикосновением Тен-Тен всё меньше и меньше жалела о совершенном выборе. Даже находясь в подобном положении он умудрялся оставаться собой. Неджи целовал её нежно и ненавязчиво, не принуждая, но в то же время не оставляя даже шансов — и желания — к сопротивлению.       «Где ты так научился, гений? — с сарказмом подумала Тен-Тен, удивляясь тому, насколько, оказывается, холодный и необщительный Хьюга осведомлён в подобного рода вопросах. — Как там говорится? В тихом омуте?..»       Тен-Тен не заметила, как её руки сами собой потянулись вверх и коснулись оголённых ключиц юноши. Но стоило холодным пальцам дотронуться до его горячей кожи, как Неджи резко отпрянул, словно его обожгло огнём. В одно мгновение кровь отлила от его лица, и он мертвенно побледнел. Разум прояснился, остатки алкоголя улетучились, словно их и не было, широко распахнутые глаза смотрели предельно осмысленно, но в то же время испуганно и растерянно.       «Протрезвел», — подумала Тен-Тен и тут же почувствовала, как к сердцу подбирается непонятная досада. Ну почему именно сейчас? Всё ведь так хорошо было. А теперь... Что ей сказать? И надо ли вообще что-то говорить?       — Зачем ты ответила? — едва шевеля губами, произнёс Неджи. — Почему не остановила меня?       — А почему ты напился до такого состояния, что сам не смог этого сделать? — Тен-Тен сама удивилась тому, что смогла в подобной ситуации без запинки сказать такое длинное предложение. Более того, с явной претензией и укором, что в их общении мог позволить себе только Неджи и то только в самых крайних случаях. Но кровь уже ударила в голову, гнев и обида заполонили разум. Что значит «зачем»? Разве сам он этого не хотел? И почему ему до этого творить невесть что можно было, а ей нельзя позволить себе даже прикосновения?       Услышав её слова, исполненные нескрываемой злости, юноша побледнел ещё сильнее, что с ним тоже случалось крайне редко.       — Я... Я не думал... Всего одна пиала... — бормотал он, пряча лицо в ладонях, словно это могло скрыть перепуганный недоумевающий взгляд. — Я… Не мог предположить, что всё так обернётся. Тен-Тен, прости. Я...       — Сожалеешь? — уже мягче, но всё ещё с едва заметной обидой в голосе закончила за него девушка. Неджи сразу же вскинул глаза и повернулся к ней, чтобы возразить, но она продолжила сама, тихо, но твёрдо: — Не отвечай. Знаю, что сожалеешь. Я, наверняка, нахожусь на самых последних позициях в списке тех, кого хотелось бы поцеловать. Даже в пьяном бреду...       Тен-Тен печально повернулась к столу и взяла стакан воды. Немного повертев его в руках, снова поставила на место и откинулась на спинку дивана. Голова гудела так, словно это она только что выпила сосуд саке, а не Неджи или кто-то ещё из их компании. Почему всё так обернулось? Неужели так должен был закончиться предновогодний вечер? Похоже, с алкоголем их команде и в самом деле не везёт.       — Нет, — голос Неджи раздался в повисшей тишине слишком резко и громко.       — Что "нет"? — Тен-Тен медленно повернула голову в его сторону. Не хотелось слушать оправдания и извинения. И придумывать их тоже.       — Я не жалею, — повторил юноша, продолжая смотреть на неё так внимательно и уверенно, как смотреть мог только он.       Тен-Тен смерила его долгим взглядом и грустно усмехнулась.       — Ну что за бред... — протянула она, сокрушённо покачав головой. — Врёшь ведь прямо в глаза. И не стыдно? Хотя... кого я спрашиваю? Ты ведь, наверняка, ещё не протрезвел до конца, вот и несёшь чепуху...       — Это не чепуха, — с необычной для него горячностью произнёс Неджи и схватил Тен-Тен за руку, вновь заставляя повернуться к нему. — Поверь, во мне сейчас говорит вовсе не алкоголь. И раньше двигал мной тоже не он. Не только он, — поправился юноша и на секунду запнулся, но тут же снова собрался с духом и продолжил: — Как бы эгоистично это ни звучало, если бы у меня была возможность заново прожить этот вечер, я бы ничего не менял.       К Тен-Тен постепенно начало приходить понимание происходящего, и её губы медленно растянулись в улыбке. Всё это с самого начала было не случайно. И сказанные на веранде слова, и то, что после них он спешно ретировался, остаток вечера стараясь не показываться ей на глаза. Теперь всё это никак не вязалось с образом безразличного товарища. Да и связывать это не хотелось.       Во всём этом было нечто по-детски милое и до странности смешное. Кто бы мог подумать, что Хьюга Неджи способен бегать от неё, как от огня, из-за одного лишь неосторожно брошенного слова?       — Неужели всё оставил бы, как было? — Тен-Тен сама не до конца понимала, откуда в её голосе взялось столько игривости. — И неудачную попытку флирта на веранде? И побег после её провала? И выпитую бутылку саке? И пьяный бред про мягкие волосы? И…       — Перестань! — наблюдать, как краска медленно подступает к его щекам, как Неджи теряется и злится, отчего-то казалось очень забавным. — Не издевайся надо мной… Ты прекрасно понимаешь, что я имел в виду.       — Я понимаю, — улыбка на губах Тен-Тен стала мягче и нежнее. Она наклонилась ближе, и на щеке юноши загорелся лёгкий, практически невесомый поцелуй. А затем над самым его ухом прозвучал тихий шёпот:       — И я бы тоже ничего не стала менять.