До встречи в Вутае!

Два десятка лучших вутайских самураев под командованием прославленного офицера Моггета Рейна были готовы встретить солджеров в центральной части форта Тамблин. Всё началось с того, что не так давно одна из поисковых групп обнаружила прихвостней Шин-Ра… впрочем, это отнюдь не начало истории. Рейн задумался. Пожалуй, всё началось с повстанцев. Да, на территории Империи периодически вспыхивали мелкие недовольства, однако этот случай был чересчур громким. И Император вполне закономерно озаботился тем, как бы шпионы Шин-Ра (коих на территории независимого государства была уйма) не прознали об этих неурядицах — как-никак дело могло обернутся новой войной. Светлейшему Годо потом долго пришлось бы отмываться и доказывать, что он не спонсировал наглецов, посмевших выступить против мира. Уж кто-кто, а Рейн знал: может, условия договора для Вутая были не самыми лучшими, в чём-то они могли даже показаться унизительными, однако ничего другого Империя себе позволить не могла. Что ещё они могли противопоставить солджерам? Что ещё они могли противопоставить «беловолосому демону»? Кроме того, что Рейн был офицером, он был неплохим политиком, прекрасно осознавая важность мира с Шин-Рой на данном этапе. Хотя, признаться, Сефирота он ненавидел искренне и всей душой. Восстание следовало задушить на корню, и Рейн оперативно собрал отряд и выдвинулся. Оказалось, что паршивцы успели восстановить часть форта Тамблин и обосноваться там. Битва не была долгой, увидев лучших бойцов, бунтари побросали вилы и сдались. Моггет уже собирался делегировать их к Императору, как примчался гонец на загнанном чокобо. Он нёс плохие вести — юная принцесса пропала! Годо умолял найти её как можно скорее и использовать для этого любые методы. Рейн не на шутку перепугался. Поиски Юффи были для него больше, чем приказом Императора. И даже больше, чем долгом офицера и гражданина. Моггет не мог оставить девочку в беде, так как в своё время он лично охранял её. Ему даже довелось обучать Юффи — ей всегда нравилось воинское искусство. Так что Рейн распорядился, чтобы всех причастных к восстанию отконвоировали в ближайшую деревню для заключения в местную тюрьму до дальнейшего развития дела, а сам вместе со своим отрядом стал обыскивать окрестности, следуя древней поговорке неизвестного мудреца: «Начни с того, что имеешь». И каково же было его удивление, когда один из его ребят обнаружил солджеров на марше! И не каких-то там солджеров, а самого «беловолосого демона» и его правую руку — «каменного голема», Анджила Хьюли. «Где-то неподалёку должен быть и «огненный лис», его левая рука. Они всегда ходят неразлучной троицей, уж кому как не мне это знать», — Рейн сжал зубы, глядя в подзорную трубу. Он вспоминал о том, как сталкивался со всеми троими (хорошо не сразу) на поле боя, когда в Вутае ещё громыхали нескончаемые битвы. У себя на родине Моггет заслуженно считался лучшим, но эти солджеры вселяли в его сердце тревогу. Не страх — вутайские самураи не ведали страха — но всё равно становилось как-то не по себе от осознания, что ты, возможно, воюешь с существом нечеловеческого происхождения. И всё же Рейн до сих пор был жив — а это о многом говорило. Как минимум о том, что он мог противостоять прихвостням Шин-Ра, кем бы они ни были. Однако сколько он ни разглядывал местность вокруг, никого, помимо двенадцати солджеров, обнаружить ему не удалось. С ними был ещё кто-то, явно не похожий на накачанного мако человека. Он был в обычной одежде и в очках. Генезис в поле зрения так и не появился. Рейн пожал плечами и решил, что это лишь отвлекающий манёвр, и «огненный лис» вскоре обязательно будет здесь. Ирония состояла в том, что Рейн был прав, но Шин-Ра об этом пока не знали. — Все на позиции, — объявил он самураям. — Застанем их врасплох. За секунду воины растворились в удлиняющихся тенях, спрятавшись так, что теперь даже улучшенное мако-зрение солджеров не различило бы их. — …Чисто, сэр, — отчитался Зак перед Анджилом, отдав честь и ослепительно блеснув белыми зубами. — Лично проверял, — добавил Фэйр тихонько, подмигнув наставнику. Краешек губ Хьюли дрогнул — ему сейчас очень хотелось потрепать Щенка по нечесаной гриве, вечно стоящей торчком. Форт Тамблин имел интересное строение. Его окружала высокая внешняя стена с частыми башенками для стрелковых отрядов, а основную площадь внутреннего двора занимали каменные лабиринты, которых возможным захватчикам было бы не избежать, если бы те решили брать форт штурмом. Центральная часть казалась маленькой в сравнении с ними. Лабиринты были выстроены со всем мастерством. Их система сбивала с толку любого, даже самого подготовленного противника — вутайцы в этом весьма поднаторели. Коридоры были узкими и извилистыми, что мгновенно дробило большой отряд на много мелких, вживую воплощая принцип «разделяй и властвуй». Дальше было лишь делом техники и отчасти — времени. Кроме всего в стенах имелись потайные сквозные двери, позволявшие самураям беспрепятственно перемещаться по лабиринту. Кусок стены по нажатию на определённый камень поворачивался и становился горизонтально, открывая яму, в которой захватчиков поджидал небольшой отряд вутайцев. В своё время не один солдат Шин-Ра погиб в этих каменных джунглях. Форт Тамблин долго не сдавался, будучи грозным оборонительным пунктом. Он пал лишь перед смекалкой, храбростью и исключительной везучестью Зака Фэйра — ну и натренированные бесконечными приседаниями на анджиловских тренировках ноги, безусловно, сыграли свою роль. Когда Зак подошёл к очередному повороту коридора, он зафиксировал боковым зрением движение стены подозрительно близко от себя. Стена явно грозилась убить его или как минимум оглушить, наподдав в череп. Не раздумывая (он вообще не был склонен к долгим размышлениям), он подпрыгнул и подтянулся, в мгновение ока оказавшись на ней. «Прикольный прыжок», — похвалил себя Зак, и только потом ему пришло в голову посмотреть вниз и догадаться, что это один из секретов, о которых его и предупреждал Анджил. Вутайцы, так толком и не понявшие, что случилось, были обречены, а Зак после всего заслужил похвалу от наставника. Но всё это было пусть и не так давно, и всё же в лучшие для форта времена. Сейчас он представлял собой весьма жалкое зрелище. После того, отряд Анджила всё же пробрался к центральной части, солджеры основательно тут «пошалили». Результатами стали полная зачистка и взрыв. Теперь весь внутренний двор был неравномерно усеян камнями разного размера — от валунов до щебня. Сквозь них уже несмело пробивалась растительность — плодородной вутайской земле не требовалось много времени, чтобы залечить нанесённые раны. Некоторые части лабиринта уцелели. Куски стен возвышались на фоне общей разрухи как-то зловеще, точно гнилые старушечьи зубы. Стремительно вечереющее небо прибавляло синевы к нерадостному пейзажу. Форт Тамблин теперь был не более чем воспоминаниями. И лишь там, где когда-то был фонтан со статуей Левиафана, виднелось уже довольно высокое молодое деревце, словно символизируя бессмертие и несломленный дух тех самураев, что терпеливо поджидали солджеров уже несколько часов. Однако центральная часть и вправду оказалась частично приведённой в порядок — по крайней мере, у неё были все четыре стены и крыша. Солджеры тщательно проверили всё внутри и снаружи, но ничего не нашли, да и неудивительно — отряд Рейна нашёл идеальное укрытие — яму под единственной уцелевшей стеной-обманкой. Сложно было по её довольно ветхому виду сказать, что она ещё функционирует, именно поэтому солджеры ничего и не заподозрили. — Хм… — только и сказал Сефирот. Будучи уверенным, что здесь обязательно что-то случится или найдётся, он никак не ожидал такого поворота. Однако показывать свою растерянность было не в его правилах, потому он твёрдо повёл отряд на самое высокое место, чтобы была возможность поймать сотовую связь. В данный момент таким местом являлась крыша центрального здания. — Можете попробовать позвонить, — Сефирот вздохнул и полез за далеко запрятанным мобильником. Только представить себе путь его поисков в немаленьком рюкзаке было тяжело, не то что проделать его. — Даю вам пятнадцать минут. Тут же раздались разнообразные мелодии включения мобильных телефонов — ребята наперегонки стали включать устройства. — Ловит! — воскликнул кто-то. — Я сеть поймал! Дальше голоса солджеров смешались в общий гвалт. В конечном итоге парни, конечно же, разошлись подальше друг от друга, чтобы спокойно поговорить по телефону — кто с матерью, кто с девушкой, кто с женой. Сефирот, наконец, заполучил свой телефон, буквально отняв его у не желающего делиться нужными вещами рюкзака. Сигнал сети был, хоть и слабый. «Ничего, мне много не надо», — решил генерал и, быстро пролистав последние вызовы, набрал Генезиса. — Абонент находится вне зоны доступа сети, — радостно сообщил ему приветливый женский голос. «Что за ерунда?» — не поверил Сефирот и набрал ещё раз — конечно, с тем же результатом. У него в голове не укладывалось, что могло случиться с телефоном рыжего, который был включён всегда и везде. — Анджил, — кликнул он полковника. Тот стоял рядом с Заком, они о чём-то тихонько разговаривали. — Позвони Рапсодосу. — Уже, — сказал Хьюли таким тоном, что Сефирот сразу понял — он тоже слышал слащавый голос ненастоящей девушки-автоответчика. Анджил вернулся к беседе со своим учеником — они были единственными, кто тратил время не по назначению. Им обоим некому было звонить, потому что ближе друг друга у них никого не было. «Хотел бы я, чтобы Клауд был рядом, — Сефирот опустил глаза подумав о своём любимом человеке. Однако мозг тут же услужливо подсунул воспоминание — тёмная комната, фотография в осколках на полу. — Мне нужно ему позвонить… извиниться… нет, лучше написать смс», — решил генерал, быстро набирая текст. Клауд делал вид, что увлечённо копается в своём телефоне, чтобы не вызвать подозрений — ведь настоящий Кансель должен был бы звонить своей девушке. Третьеклашка листал телефонную книгу уже третий раз, и как раз остановился на имени «Сефирот», когда… — Это бомба, она сейчас рванёт!! Клауд подскочил от испуга, в самое первое мгновение не поняв, откуда раздался крик. Он был занят тем, что пытался удержать телефон вибрирующий во вмиг вспотевших трясущихся руках — мобильник скакал из одной в другую, словно был живым. «Лайфстрим святой, я надеюсь, никто не слышал?» — Клауд обернулся и остолбенел, осознав, что сейчас на него смотрит весь отряд. Но самое главное — он ощутил на себе непонимающий взгляд зелёных кошачьих глаз. Страйф не стал дожидаться, пока генерал отдаст приказ, и просто стащил шлем с головы. На Сефирота смотрел измотанный от постоянного страха и больших нагрузок, лохматый и очень виноватый Клауд Страйф. — Клауд, дружище! А ты здесь откуда? — раздался в как-то внезапно наступившей тишине нервный смех Зака.