На ребре конька

У меня нет стремления кому-то что-то доказать, я доказываю себе, что могу стать еще лучше и еще сильней с каждой тренировкой!

Покидая Лужники, Аделина была уверена, что больше не сможет смотреть такому прекрасному тренеру, который вкладывал в неё душу и надежды, в глаза. Потому что будет стыдно, тяжело, даже невыносимо. Костромская обещала... Обещала, чёрт возьми, что докажет титул двукратной чемпионки России , возьмёт золотую медаль и, в который раз, докажет, что Алла Георгиевна — самый лучший тренер для перспективных спортсменов. В глазах Аделины, естественно. А на деле не вошла даже в тройку, не оказалась на пьедестале. Показала второй по неудаче результат. Для спортсмена хуже всего именно провалиться. Это для них хуже, чем не выполнить установку тренера. Неоднократно им говорят, что второго шанса не будет, детские игры закончились . Что для победы ” хочу” — мало. Для этого нужно пахать до седьмого пота. Для этого нужно полностью и безвозвратно отдавать себя делу, болеть им. Хотя и этого , как оказалось, бывает недостаточно. По щеке спортсменки течёт слеза. Телефон взрывается от бесконечных звонков , смс и уведомлений из соцсетей. Аделина смотрит на экран телефона, который постоянно пополняется уведомлениями , и начинает ещё больше себя ненавидеть за такое позорное выступление. И от понимания, что родители читают всё это сейчас, узнают о скандальном проигрыше такой перспективной фигуристки не от нее, становится только хуже. До Центральной областной больницы Костромская добирается за каких-то двадцать минут. Выходит из такси, отдавая деньги , забирает сумку и идёт внутрь. У медсестры узнаёт, как Анжелика Костромская , где она сейчас и можно ли к ней. Сразу же оговаривает, что старшая сестра. Узнав номер палаты, бежит туда, хоть и на жалких пять минут. Ей просто необходимо узнать, что с частичкой души всё хорошо. А потом заливается слезами в плечо матери, получая поддержку и засыпая в машине по пути домой. Плачет Аделина навзрыд, готовая рвать волосы на голове . Делая родителям больно тем, что так сильно винит себя в том, что опозорила тренера. До хрипоты, доводя себя до исступления . Так, что мама боится, как бы у дочери не случился нервный срыв . Потому что сама проходила несколько раз через, примерно, такое же состояние, как то, в каком находится Аделина. На следующий день фигуристка не выходит из комнаты, отказывается есть, даже воду практически не трогает. Просто лежит, закутавшись в одеяле, и плачет. Аделина всегда очень тяжело переживала проигрыш . Но до этого поражения выливались в бесконечные тренировки, до двадцатого пота, если не больше. Это ещё сильнее пугает родителей. Через несколько дней Костромская выходит из комнаты на завтрак, обед и ужин. Ничего не говорит, не рассказывает, что думает делать дальше. Просто ест, моет за собой посуду и уходит обратно в комнату. Кажется, единственное, чему рада Аделина — что она уже закончила школу, а значит не нужно принудительно выходить на улицу и видеть людей. Этого ей сейчас хочется меньше всего. Костромской просто нужно время, чтобы придти в себя. Лёжа на кровати, смотря часами в потолок, Аделина Костромская действительно думает над тем, чтобы заявить об уходе из большого спорта. От своего первого и, кажется, последнего тренера она ушла, а нового искать не было ни сил, ни желания. Девушка была не уверена, что теперь сможет хотя бы вернуться на коньки. Много статей Аделина перечитала о том, что после таких громких поражений, у спортсменов начинается психосоматический страх льда. В частности, к элементу, который, по их мнению, был исполнен хуже всего. Где-то в душе, очень-очень глубоко, Костромская понимает, что это неправильно, так нельзя. Но не может ничего с собой поделать. Она определённо падает в эту психосоматическую бездну. Сама Аделина вряд-ли выберется, а родители уже не могут ей помочь. Кажется, на этой ноте Костромская Аделина Геннадьевна закончилась. Не справилась, не переступила, сломалась. Горецкая, когда Ада уже неделю не появляется на тренировках, приходит на порог семьи Костромских. Вид у неё очень обеспокоенный, потому что эта спортсменка стала Алле Георгиевне, как дочь родная. Дверь в дом открывает мама, а папа идёт к ребёнку, чтобы, как минимум, уведомить её, что в гости пришла Горецкая. От этого известия Аделина едва не падает . Нет, ни в глаза смотреть, ни находится в одном помещении с ней Костромская не может. По крайней мере, сейчас. — Папа, прошу тебя...— просит девушка, обнимая родителя и прижимаясь к могучей груди лучшего мужчины в ее жизни,— я не готова. Нет сил моих, чтобы посмотреть в глаза Алле Георгиевне. Придумай что-нибудь, пожалуйста. Я не выйду из комнаты. — Тише, девочка моя. Хорошо, солнце моё, я скажу, что ты плохо себя чувствуешь и уже заснула. Только побереги нервы, они очень долго восстанавливаются,— добродушно отозвался Геннадий Владимирович, поцеловав дочку в висок. — Отдыхай. Вернулся к дамам глава семейства через минут пять, сразу же сообщая, что Аделина нехорошо себя чувствовала и уже заснула. На все вопросы Горецкой о будущем их дочери, родители только качали головой и отнекивались : ” Мы и сами не знаем, что наше солнце собирается делать дальше. Но, честно говоря, всё плохо. Мы боимся услышать, что она бросает спорт. Но готовы принять любой выбор Аделины”. Родители сказали, как отрезали. Они явно дали понять, что свою судьбу их дочь решает сама, как скажет— так и будет. А Аделина сказала, что своё решение об уходе из штаба Горецкой не изменит. Это заставляет родителей ещё сильнее напрячься и уже даёт им почву для догадок, что Ада решила поставить точку в своей карьере. Потому что тренера девушка не ищет, а от старого ушла. Однако, как окажется уже в ближайшие дни, Костромской и не нужно искать нового тренера. Он сам найдёт ее . Точнее, нашёл в день проведения Чемпионата России. Этот человек видел не одно выступление Аделины, оценивал её, анализировал, а потому, когда она вышла на лёд в последний раз, знал — провал. Весь её вид кричал, что фигуристка душой и мыслями не здесь, концентрации абсолютно нет, а это — заведомо поражение. Так же он знал, что Аделина, которая никогда не подводила людей, выходила на лёд даже с травмами, если обещала выступить, уйдёт после такого поражения от своего тренера. Потому что сам прошёл через это. Но это уже совсем другая история. Может быть, и на неё когда-нибудь прольётся свет. Спустя две недели на пороге дома снова появляются люди. Два человека. Открывшему дверь Геннадию , высокий молодой человек говорит, что ему очень нужно поговорить сначала с ними, родителями, а затем, если получит добро, и с Аделиной. Костромской пропустил обоих мужчин в дом, после чего пригласил в гостиную, предлагая чай. Те охотно согласились . — Итак, я уверен, что у Вас много вопросов ко мне, в частности, что я здесь делаю, кто такой и зачем мне Аделина. Начнём, пожалуй, с главного. Я— Даниил Леонов, в прошлом фигурист -одиночник, а ныне — тренер . — Кажется, Даниил не любит ходить вокруг да около.— Так вот, я следил за ростом вашей дочери. Вы не можете не признать, что Аделина— прирожденный чемпион . О таких говорят, что они уже ”родились в коньках”. Да , это действительно так, у Аделины большое будущее, но сейчас она, как я понимаю, в состоянии саморазрушения, переживания ” подвела" , ” не справилась” и тому подобное? А так же я знаю, что она ушла от Горецкой, в принципе, именно поэтому я здесь. Мне очень хочется попробовать помочь ей справиться с этим и вновь вернуться на лёд. Я чувствую, что Аделина справится, просто нужно время и сильный толчок . Я готов с ней работать, только позвольте поговорить с ней. Геннадий и Алиса внимательно слушают гостя, думая об одном и том же, но разными словами. Когда он заканчивает, представляется отец, а следом мать. Последняя мнётся, потому что не хочет, чтобы на её ребёнка давили . Но, с другой стороны, если есть шанс, что кто-то поможет Аделине перешагнуть этот чемпионат России, то сделать нужно всё возможное. — Даниил Игнатьевич, я , признаться, не очень хочу, чтобы вы говорили с Адой без её желания, но я мать, и очень хочу, чтобы она продолжала заниматься делом, которое так любит. — Честно призналась женщина, после чего пошла с Леоновым наверх.— Аделина, можно? К тебе пришли и очень хотят поговорить. Пожалуйста. Уже через минут пять выходит Аделина. Волосы растрёпанные, вид побитый и морально уставший. Девушка поднимает взгляд на маму и мужчину рядом с ней. Просит пройти на кухню и идёт следом за ними . Просит мать заварить мяту , а гостя приглашает за стол. — Я Вас слушаю,— потеряно сказала фигуристка, смотря, вроде на Даниила, но и сквозь него одновременно. — Я— Даниил Леонов. Тренер по фигурному катанию, Аделина. Я пришёл, чтобы поговорить с тобой. И прошу просто меня выслушать,— Да. Этот человек явно не ходит вокруг да около. Мать Аделины делает дочери мяту и подаёт, после чего выходит из кухни,— Я знаю, что ты сейчас чувствуешь. Это ужасно, когда ты и тренер надеетесь на победу, а получается то, что получается. И исправить это уже нельзя. Но, Аделина, пойми, постоянно выигрывать — невозможно. Да, может, в этот раз ты показала не лучший результат, но ты можешь взорвать всех в следующий раз. Неужели ты никогда не проигрывала? Не пролетала мимо пьедестала, что теперь это стало причиной уйти от тренера, ничего не объяснив, а потом прекратить ходить на тренировки? Я считаю именно это безответственностью. — Извините...,— небольшая заминочка, потому что Костромская не знает, как его по отцу звать,— Даниил Игнатьевич, но Вы не понимаете! Я обещала , обещала Алле Георгиевне золотую медаль! Я неоднократная чемпионка больших соревнований, серебряный призёр Олимпийских игр! А теперь неудачница, занявшая предпоследнее место ! Я не смогла исполнить какие-то тройные прыжки, не говоря уже о четвергом риттбергере. С трудом устояла на двойном лутце и получила худшие оценки за артистизм! Я подвела Горецкую . Алла Георгиевна уже несколько десятков лет воспитывает чемпионов, которые побеждают, приносят стране золотые медали. А теперь, из-за меня, мир будет считать, что она утратила былой запал. Что истратила себя, как тренер. Я не могу вернуться. Не смогу снова стоять на коньках. Простите. Вы зря тратите время, и приехали сюда Вы тоже зря. Аделина вскакивает изо стола, намереваясь уйти. Леонов был поражён, как всё в ситуации Аделины запущено. Потому что она слишком зациклилась на этом ” подвела Горецкую”. Но всё же ему было ещё, что сказать. Он предпочёл бы и не лезть во всю эту историю, но не смог пройти мимо, зная, что может попытаться помочь. — И ты просто так уйдешь? Какой пример ты подаешь своим маленьким товарищам по льду? Своим поклонникам, которые тоже занимаются фигурным катанием и хотели ровняться на тебя? Ты бежишь от проблем, а их надо решать!— Рубит с плеча, задевает одну из болевых точек. Видимо, знает, что это заставит её остаться и слушать, что он ещё скажет,— Знаешь, Аделина. Так называемую ”силу” даёт не победа, а борьба. Когда ты борешься и не сдаешься при неудаче— это и есть сила. Да, это сложно, часто опускаются руки и хочется всё бросить. Но проигрывать, во-первых, тоже нужно уметь. А во-вторых, проиграть может каждый, но доказать, что это простое стечение обстоятельств— не каждый. Я следил за тобой, за тем, как ты росла, добивалась, рвала всех, чтобы стать представителем страны на Олимпиаде, радовалась победам. Именно это даёт мне право сейчас сказать, что Костромская Аделина Геннадьевна не та фигуристка, которая бросит борьбу только из-за неудачного стечения обстоятельств. Тем более, у всего есть причина. Аделина слушает, но, кажется, не слышит. Настолько сильное внушение своей вины перед тренером не даёт ей увидеть истину, расслышать правду. Но теперь девушка хотя бы слушает и больше не спешит никуда сбегать. Возвращается за стол и, опустив взгляд в столешницу, думает над тем, что ей говорит Леонов. — Спорт —это не только травмы, победы, поражения. Спорт — это также мужество . Мужество, чтобы достойно признать поражение. Мужество, чтобы идти дальше, не оглядываясь назад, а из прошлых ошибок вынося уроки. Если ты, из-за одной неудачи, готова бросить дело, которое любишь, забыть мечты, к которым шла, то пожалуйста. Я настаивать, бегать и упрашивать не буду .— Заканчивает Данила, поднимаясь изо стола, роясь в кармане брюк, чтобы найти визитку и выкладывая её на стол.— Вот. Здесь дни и время, в которое тренируются мои ребята. Если ты готова сдаться без борьбы— пойму и осуждать не буду. Не имею права. Но если ты придёшь и, хотя бы, попытаешься побороться, тогда я постараюсь сделать всё, что в моих силах, чтобы ты вновь засияла. Прошу прощения, что потревожил. До свидания. Гость выходит из кухни, что-то говоря своему агенту, пока они одеваются, а после смотрит на родителей, уверяет, что теперь всё в руках Аделины и уходит. А Костромская неподвижно сидит на том же месте и смотрит на визитку. Кажется, какие-то шестерёнки в голове спортсменки начинают вращаться. Отойдя от сказанного Даниилом Игнатьевичем, Аделина смотрит расписание тренировок, понимает, что пересекаться с бывшим тренером не будет... Но визитка летит в мусорное ведро, а Костромская вновь закрывается в комнате.

***

За время, которое Аделина занимается самобичеванием, Анжелика отходит от наркоза и начинает отходить от операции . И когда родители рассказывают ей обо всём, что случилось, Костромская-младшая становится мрачной, но всё же обещает родителям не поднимать эту тему, когда из магазина поднимется сама Аделина. Но то, что сестра в курсе о последних событиях, фигуристка догадывается по взгляду Анжелы. Полным боли, переживания, надежды и... Мольбы. Вынести такую муку — невозможно. Ещё одна шестерёнка в голове Аделины сходит с места. Вот она садится в машину, вот выходит в центре Москвы. Подтягивает небольшую сумку и идёт в, наполовину стеклянное, здание. На автомате проходит знакомые повороты, здоровается со всеми, а потом заходит в раздевалку. Тренировка уже идёт, поэтому, кроме неё в комнате никого нет. — Даниил Игнатьевич, я пришла.— Говорит Аделина, как только появляется из входа на ледовую арену. Все фигуристы от мала до велика останавливаются, толпятся друг с другом и смотрят на своего, фактически, кумира.— Простите, опоздала.