Хогвартс читает "Гарри Поттер и проклятое дитя"

Последняя глава и спать! -сказал директор и взял книгу. Гарри вернулся из напряженного дня в Министерстве поздно вечером, тоскуя по своей постели. Тернер времени все еще не был найден. Конечно не найден, он у твоего сына.-сказал Симус. Русалочий народ был настолько трудным, насколько это было возможно. А Альбус… … Ну что ж, Альбус, как всегда, был упрям и невыносим. Несмотря на целый день встреч и принятия решений, несмотря на то, что он работал усерднее, чем ему приходилось месяцами, худшей частью Дня Гарри, несомненно, был его разговор с Альбусом. Никакого нового понимания достигнуто не было. Его сын, казалось, был полон решимости продолжать презирать его. Гарри закусил губу. Джинни обняла его. Все будет хорошо.-сказала она. Он, Гарри, вероятно, не справлялся с делами так хорошо, как мог бы. Может быть, он мог бы быть мягче, более понимающим. На самом деле, оглядываясь назад, он не мог понять, почему ждал, пока его сын вступит в контакт. Он и сам мог бы протянуть руку, чтобы обнять ее, Будь проклята его гордость. Даже если бы Альбус решил оттолкнуть его, он бы знал, что перепробовал все. -Альбус просто хочет знать, что его любят, — сказала Джинни. -Он должен это знать, Гарри. Ты должна убедиться, что он это знает.» Но показать Альбусу свою любовь оказалось труднее, чем казалось. Все девушки подобно призракам зло посмотрели на Гарри. Тот вздрогнул. Когда каждое его движение, казалось, излучало глубокое отвращение, Гарри обнаружил, что ему очень трудно выразить свою привязанность к младшему сыну и, несомненно, самому трудному ребенку. «Это мысль на завтра», — твердо сказал себе Гарри. Его сын был в безопасности в Хогвартсе. Защищен в Слизеринском общежитии. Возможно, дуется, но тем не менее в безопасности. Он мог бы попробовать еще раз завтра. Он будет пробовать снова каждый день до конца своей жизни, если это позволит ему достучаться до Альбуса. Это только еще сильнее будет мучить ребенка.-сказала Минерва. Гарри поднялся по лестнице как можно тише, чтобы не разбудить Джинни. Он снял свою министерскую одежду, переоделся в футболку и Маггловские пижамные штаны и забрался в постель рядом с женой. Гарри и Джинни покраснели. Джинни выглядела умиротворенной, заметил Гарри с некоторым облегчением. Красиво, мирно и так же, как всегда. Если бы он не боялся разбудить ее, то быстро поцеловал бы в лоб. Именно в такие дни Гарри по-настоящему ценил присутствие Джинни рядом с собой. Быть в состоянии вернуться домой к человеку, который действительно понимал его, с которым он мог быть полностью самим собой. Больше не знаменитый Гарри Поттер. Просто обычный Гарри. Гарри снял очки, положил их на прикроватную тумбочку, бросил на жену последний взгляд и через несколько мгновений провалился в сон, растворившись во сне.… +++ Гарри увидел надгробный камень. Гарри, вот все у тебя не как у людей, даже сны.-сказали Рон и Драко. Могильный камень, покрытый букетами цветов. Розы, гвоздики и белоснежные лилии. Их было так много, что было удивительно, как они не забрели на другие могилы, видимые в настоящее время на большом кладбище. В маленькой детской руке он держал букет собственных цветов. Они были из тех, что можно купить на дешевой заправке, завернутые в мятый пластик и уже слегка помятые. «Тогда продолжайте, — произнес знакомый, довольно неприятный голос. — Положи свои гротескные цветочки, а потом пойдем.» Рядом с ним стояла тетя Петуния с длинной шеей и светлыми волосами, выглядевшая, как обычно, так, словно ей что-то было противно. Это еще что? Тетя никогда не вела меня на кладбище.-сказал Гарри. Лили и Джеймс бледные обняли сына. Они поняли чии могилы снятся Гарри. — Я уже ненавижу эту убогую деревушку, не знаю, почему мне даже пришла в голову эта мысль — Годрикова Лощина, скорее безбожная лощина, место явно кишит нечистотами.» Все побледнели. Они поняли о чем будет говорится дальше. Римус, Сириус и Северус подбежали к Джеймсу и Лили, чтоб убедиться, что те живы. Эсмеральда понимала почему Сев дорожит Лили, но она очень ревновала. Ее волосы слегка окрасились синим. Только когда она произнесла эти слова, Гарри понял, что они действительно стоят в Годриковой лощине. Там была церковь с ее яркими каменными стеклянными окнами, а на небольшом расстоянии Гарри мог видеть коттеджи. Под нетерпеливым взглядом тети Гарри побрел к могиле. Но что-то было не так. Что то было не совсем понятно… -Сейчас, Гарри… У меня нет на это времени. У Дадди сегодня детеныши, а ты же знаешь, как он не любит опаздывать.» «Тетя Петуния, ” отважился храбро произнести Гарри, и его голос прозвучал более пронзительно, чем обычно. — Мы ведь их последние родственники, верно?» «да. Ты и я.да.» — И… они не пользовались популярностью? Вы сказали, что у них нет друзей?» ОНА ЧТО ТЕБЕ ПРО НИХ НАГОВОРИЛА?! ЖА Я УБЬЮ ЕЕ! -крикнули Римус, Сириус и Сева. Тетя Петуния раздраженно фыркнула, ее ноздри неприятно раздулись, и она стала еще больше похожа на лошадь, чем обычно. — Лили пыталась… благослови ее Господь… Она пыталась… это была не ее вина, но она отталкивала людей… самой своей природой. Все дело было в ее настойчивости, в ее манерах, в ее манере держаться. И твой отец-несносный человек-чрезвычайно несносный. Никаких друзей. Ни один из них.» АХ ВОТ КАК! НУЖНО К НЕЙ СХОДИТЬ, ОНА ЖЕ НЕ ЗНАЕТ ЧТО МЫ ВОСКРЕШЕНЫ? ВОТ ЕЙ СЮРПРИЗ! -сказал Джеймс. Гарри нахмурился. «Итак, мой вопрос — почему здесь так много цветов? Почему на их могиле повсюду цветы?» Петуния огляделась вокруг и с некоторым удивлением заметила букеты цветов. Неужели она не видела их раньше? Они были прямо там. Они были там все это время. Гарри наблюдал, как его тетя наслаждается зрелищем. Она казалась взволнованной, ее глаза начали плыть. Тетя Петуния подошла к могиле, словно в трансе, и тихо села рядом, глядя на имя сестры, приоткрыв рот. Тут все услышали всхлипы. Повернувшись на звук все увидели Лили. Ее волосы упали на лицо, по щекам катились слезы. Милая…-прошептали Джеймс и Северус и оба бросились обнимать Лили. Мам, ты чего? -спросил Гарри сев на колени перед Лили и положив голову ей на колени. Никогда еще Гарри не видел свою тетю такой мягкой, такой человечной, почти детской. Он смотрел, как она сглатывает слюну, опустив глаза и разглаживая свое бледно-голубое платье в цветочек. А мы с Туней так хорошо общались. Что случилось потом? -плача спросила Лили. Ну, тетя Лили, вы чего? Туня просто вам завидует. Она же обычная, а вы особенная.-сказала Эйлин. Регулус просто выгнав Гарри сел на колени Лили и обнял ее. Та обняла его в ответ. Через час, когда Лили успокоилась директор продолжил. — Ох. Да, ” довольно тихо ответила тетя Петуния. — Ну, я полагаю, что их немного. Должно быть, его сдуло ветром с других могил. Или кто-то решил подшутить. Да, я думаю, что это более вероятно, какой-то молодой мошенник, у которого слишком много времени на руках, ходил вокруг, собирая цветы со всех других могил и откладывая их здесь-» «Но они все помечены своими именами, — смело заметил Гарри, подходя ближе, чтобы прочитать написанные от руки заметки. «Лили и Джеймс, то, что вы сделали, мы никогда не забудем… Лили и Джеймс, ваша жертва…» -Я чую вину, в воздухе витает зловоние вины, — раздался высокий, холодный, чистый голос. Это еще кто? -испуганно спросила Эйлин прижавшись к Эсмеральде и Северусу. — Убирайся отсюда!» — Вдруг завопила тетя Петуния, вскакивая на ноги и обращаясь к Гарри. — Убирайся оттуда!» Тетя схватила его за руку и оттащила от могилы, заставив Гарри споткнуться. Он удивленно раскрыл ладони, но ни один букет цветов не упал на землю. Они уже исчезли.… Внезапно надгробие изменилось. Он начал превращаться прямо на глазах у Гарри, имена его матери и отца исчезли, ужасная белая рука поднялась в воздух, вырвалась из камня, но почему-то не сломала его. А затем фигура начала расти, в большой, зазубренной, странно человеческой форме, которая оставила Гарри в тени, нависшей над ним, заслоняя солнце. Все побледнели от страха. Северус и Эсмеральда прижали к себе Эйлин, а Рег прижался к Лили. — Я так и знала, — спокойно заметила тетя Петуния, как будто эта фигура не поднималась перед ними из могилы и не превращала мир в лед. Как будто она не почувствовала угрозу всего несколько мгновений назад. Как будто она просто забыла об этом. — Это опасное место. Чем скорее мы покинем Годрикову лощину, тем лучше.» Тетя Петуния снова схватила его за руку и потащила прочь. Но Гарри извивался в ее объятиях, отчаянно желая увидеть, понять, что происходит. Волдеморт стоял перед ним, окутанный тьмой и смертью. — Ты все еще видишь моими глазами, Гарри Поттер?» Гарри повалился на спину, барахтаясь в грязи. Тетя Петуния исчезла. Как и коттеджи, и цветы, и витражи. Остались только он и Волдеморт. АХ ТЫ С**КА! ДАЖЕ ПОСЛЕ СМЕРТИ НЕ ДАЕТ ГАРРИ СПОКОЙНО ЖИТЬ!!! -крикнули все. Плащ Волдеморта развевался, хотя ветра не было совсем, а затем внезапно из него вырвался мальчик, задыхающийся, испуганный, темноволосый мальчик, протягивающий отчаянную руку. — Папа!» — Завопил Альбус Северус Поттер. — Папа!» АЛ! -крикнули хором испуганные Гарри и Джинни. Гарри попытался подняться на ноги, но застрял на месте. Что-то удерживало его. — Он идет, — прошипел страшный, гулкий голос. Он идет. Он идет… Воздух наполнился криком. Крик, который был его собственным. «Гааарри Поттттер, ” прошептал чей-то голос. Безошибочно узнаваемый голос. Голос Волдеморта… +++ Гарри резко проснулся Слава Богу.-прошептали все. и тут же сел на кровати, тяжело дыша. Его шрам горел. Он не мог сказать, была ли боль настоящей или просто еще одним остатком его кошмара. Он был слишком горяч. Все его тело было покрыто потом. Его темные волосы прилипли ко лбу. — Люмос, — послышался усталый голос справа, и в темноте рядом с ним появилось лицо Джинни. Ее рыжие волосы были в некотором беспорядке растрепаны. Ее глаза были полузакрыты со сна. — Я не могу.…» — Гарри поймал себя на том, что говорит, сбрасывая простыни и вылезая из постели. Он схватил очки и дрожащими пальцами надел их. «Гарри? — Что ты не можешь?» — Отозвалась Джинни. «Гарри, ты кричал. Ты кричал…» Это было уже слишком. Он все еще чувствовал присутствие Волдеморта, даже сейчас. Джеймс жал кулаки. Эта безносая тварь даже после смерти мешает его сыну жить. Гарри почувствовал себя захваченным, как будто все его тело было занято. Он не чувствовал себя в безопасности. Он не мог просто так лежать. Он ничего не мог поделать. Мысленным взором он все еще видел Альбуса, который звал его. Гарри бросил на жену короткий взгляд и тут же исчез. Он побежал за Алом.-сказала Герми. После этого Ал говорит что Гарри плохой отец.-прошептала Джинни. Нахмурившись, Джинни заставила себя встать с кровати, схватила свою одежду и последовала за мужем вниз по лестнице, держа палочку в руке, чтобы догнать его. Он всегда уходил на кухню в моменты стресса, и, как она и ожидала, войдя в комнату, она обнаружила, что окно широко распахнуто, а Гарри сидит за кухонным столом и глубоко дышит. «Гарри? — Гарри? Что это? Ты же кричала…» «Они не остановились, — выдохнул Гарри. — Эти сны.» Все побледнели. Они понимали что сны снятся не просто так. Джинни с трудом подавила свою тревогу. Не было ничего хорошего в том, что они оба разваливались на куски из-за того, что вполне могло быть совершенно нормальным кошмаром, вызванным стрессом. Кто-то должен был остаться под домашним арестом, и прямо сейчас этот человек не мог быть ее мужем. Она подошла к Гарри и положила руку ему на плечо. Он тут же положил на нее свою липкую ладонь. — Вряд ли они сразу остановятся, — успокоила его Джинни, как часто успокаивала Лили после собственных кошмаров. «Это было очень напряженное время, и-» Гарри с досадой вырвался из ее успокаивающей руки. Джинни была не столько обижена, сколько поражена тем, каким Альбус-ЭСК был этот жест. Говорю же, у вас характер похожий и поэтому вы не можете уладить отношения.-сказала Цисси. Ее муж положил оба локтя на кухонный стол и обхватил голову руками. — Но я никогда не был в Годриковой лощине с петунией. Но это не так-» То, как Гарри потирал свою голову, было совсем не рационально. На самом деле, это заставляло его выглядеть немного расстроенным… — Гарри, ты действительно меня пугаешь, — сказала Джинни с колотящимся сердцем. — Он все еще здесь, Джинни, — объявил Гарри, поднимая голову и глядя на жену со страхом и смирением. В этой спокойной манере говорить было что-то такое, что пугало Джинни больше всего на свете. Любого это напугает.-сказал Северус, успокаивая своих детей. — Кто еще здесь? — она заставила себя спросить, хотя уже знала ответ. Она поняла это, едва взглянув на бледное лицо мужа. — Волдеморт, — подтвердил Гарри. Джинни поднесла руку ко лбу и вздохнула. Это было нехорошо. Эти сны не могли больше мучить ее мужа. Надо было что-то делать. Это был последний раз, когда она просыпалась ночью с Гарри, который кричал, как испуганный ребенок, и бежал на кухню. «Я видел Волдеморта и Альбуса, — тяжело продолжил Гарри. Джинни мгновенно вскинула голову. — А Альбус? . ” — Выдохнула Джинни, ее карие глаза сузились от тревоги. Гарри сглотнул и мрачно кивнул. Он закрыл глаза и наморщил лоб, видимо, пытаясь вспомнить свой сон. «Он сказал… Волдеморт сказал… ‘Я чувствую запах вины, в воздухе витает зловоние вины». Он разговаривал со мной.» Гарри стал тяжело дышать. Джинни и Лили обняли его. Вздохнув он обнял их в ответ. Гарри посмотрел прямо на жену, глаза которой светились то ли яростью, то ли ужасом. В этот момент его шрам начал гореть. Поморщившись, он протянул руку, чтобы коснуться ее. Джинни проследила взглядом за этим жестом, а затем ее лицо вытянулось. — Гарри, — выдавила она как можно более спокойным голосом, хотя костяшки ее пальцев побелели, когда она вцепилась в спинку кухонного стула. — Альбус все еще в опасности?» Гарри попытался взять себя в руки, но сердце бешено колотилось. Ему стало дурно. Его лицо побледнело. «Думаю, мы все такие, — признался он. Джинни закрыла глаза и испустила тихий вздох ужаса. Она заставила себя остаться на ногах и подошла к холодильнику, на передней стенке которого висела фотография, прикрепленная магнитами. На снимке ей улыбались трое ее детей. Лили лежала на спине Джеймса и смеялась, снова и снова петляя, запрокинув голову, рыжие волосы развевались на ветру. Джеймс высунул язык, а затем повернул голову, чтобы посмотреть на свою младшую сестру с большим братским обожанием. А потом, наконец, появился Альбус, стоящий рядом с ними, его темные волосы были взъерошены Джеймсом. Выражение его лица было совершенно комичным. Он выглядел одновременно раздраженным и довольным. Он с трудом сдерживал ухмылку. Все девушки стали всхлипывать. Через несколько часов когда все успокоились директор продолжил. Джинни протянула руку, чтобы дотронуться до фотографии, и услышала, как ее муж поднялся на ноги. «Я буду готов через две минуты, ” сказал Гарри. Джинни оторвала взгляд от своих детей. «Я свяжусь с профессором МакГонагалл, ” продолжил Гарри, успокоенный собственным планом действий. — Мне просто нужно проверить. Я должна быть уверена, что с ним все в порядке…» — Две минуты, — согласилась Джинни, глубоко вздохнув и направляясь к двери. Когда она выходила из кухни, Гарри дотронулся до ее руки. Но Джинни отстранилась. Опасаясь за своего младшего сына, она не могла утешить мужа. Конец.-глухо прошептал директор, под всхлипывания девушек.