Хогвартс читает "Гарри Поттер и проклятое дитя"

- Я читаю! - сказал Люпин. Студент был мертв, а Хогвартс находился в состоянии шока. Минерва Макгонагалл пережила один из самых напряженных и тревожных дней за все время своего пребывания на посту директора Хогвартса. Со времен войны, много лет назад, она никогда не чувствовала себя такой встревоженной. Ранним утром Минерву вызвали из школы, где она искала Альбуса Поттера и Скорпиуса Малфоя, на поле для квиддича, где профессор Лонгботтом, по-видимому, заметил зловещее зрелище-лежащего без сознания студента. Невилла и Минерву передернуло. Минерва не ожидала, что это будет Крейг. Она боялась, что это будет один из пропавших мальчиков, и что ей придется связаться с Драко Малфоем или Гарри Поттером, чтобы сообщить ужасную новость. Ей и в голову не приходило, что потерявший сознание студент мог быть не без сознания, а скорее мертв. И все же мертвый Крейг Боукер-младший определенно был мертв. Минерва распознала признаки смертельного проклятия в тот момент, когда она подошла достаточно близко, чтобы увидеть, как бедный мальчик застыл в момент растерянного шока, его глаза все еще были полуоткрыты. - Я бы не смогла смотреть на это, - сказали все девушки зала. По крайней мере, его смерть была мгновенной, сказала себе Минерва, подавляя желание заплакать (в конце концов, как директриса Хогвартса она не могла позволить себе роскошь плакать). Это было бы неожиданно и безболезненно. Крейг, возможно, не страдал. Тем не менее Минерва послала за мадам Помфри, но Поппи Помфри вмешалась слишком поздно. Невилл Лонгботтом, который первым заметил Крейга на обратном пути после заслуженной ночи в Хогсмиде, с серьезным видом наклонился, чтобы закрыть мальчику глаза. - Мы не будем паниковать, - наставляла Минерва своих спутников. — Безопасность детей крайне важна. Мне нужно, чтобы вы сохраняли спокойствие. Но даже отдавая распоряжения, Минерва с трудом сдерживала слезы. - Да тут любой не сможет сдержаться, профессор сильная женщина, - сказали Лили и Молли. Она послала Крейга на поиски. В тот вечер она позволила Крейгу сопровождать ее. Вместо того, чтобы отправить его спать, она была рада, что Крейг Боукер-младший был рядом с ней, смешной, напыщенный, чрезмерно формальный мальчик, каким он был. Минерва закусила губу. Альбус незаметно взял ее заруку (он думал что незаметно, а на самом деле от глаз Сириуса Блэка ничего не уйдет). - Я так и знал что они встречаются. Решили тряхнуть стариной, - ехидно прошептал Сири. Минерва планировала сделать его префектом Слизерина. Может быть, даже староста, со временем. Она всегда питала слабость к Крейгу. Он был благонамеренным, хотя и довольно раздражающим присутствием в школе, всегда готовым протянуть руку помощи, возможно, слишком готовым бросить своих сокурсников, когда они нарушали правила. Минерва видела в Крейге частичку собственной добросовестности, в его решимости делать все хорошо и тщательно. - Минерва, с ним все будет хорошо, - прошептал директор. Минерва благодарно улыбнулась. Невилл Лонгботтом, выглядевший изрядно потрепанным, вызвался отправиться прямо в гриффиндорскую башню, чтобы охранять детей. Минерва с благодарностью приняла его предложение. Поппи Помфри, несмотря на свои ужасные рыдания, вызвалась добровольно поселить тело Крейга в больничном крыле. Послали за оставшимися профессорами, префектов разбудили и попросили пока посторожить двери их общих комнат. Инструкции были разосланы всем сотрудникам школы. В замке не осталось ни одного взрослого. Все они были необходимы для защиты детей. - Это хотя б лучше чем то что было на третьем курсе, - прошептала Дафна. Минерва не планировала, что ей когда-либо придется организовывать последствия такого кризиса, и все же она была полна решимости сделать все как следует. Именно в такие моменты задавался тон, и если она вела с паникой, за ней следовал хаос. Тело Крейга левитировали в больничное крыло в ужасающей тишине. Его поместили в оцепленную кровать, со всех сторон установили экраны, чтобы защитить других раненых или нездоровых учеников от вида их мертвых сверстников. - Это правильно. Не стоит травмировать психику детей, - сказали Молли и Цисси. Началось патрулирование, профессора и сотрудники группами бродили по периметру школы, защищаясь от любой внешней угрозы. С Министерством связались немедленно, как того требовал протокол. Минерва чувствовала бы себя гораздо более полезной, присоединившись к коллегам в этом молчаливом акте защиты, но как директриса, ей выпало самое худшее задание: связаться с мистером Боукером-старшим, любимым отцом Крейга. - Да, а это будет трудно, - прошептали все. Минерва и раньше имела дело с мистером Боукером, после того как его брак распался и это повлияло на Крейга. Он был магглом, жена которого сбежала в Америку (из всех мест) с другим мужчиной, оставив его одного воспитывать Крейга. - Как мне его жаль. Хорошо что этого не будет, - сказала Гермиона. Минерва подумала, что он проделал потрясающую работу. Он был блестящим примером маггла, который стоял рядом со своим сыном-волшебником, несмотря ни на что. Несмотря на то, что он не понимал их мир полностью, он был постоянной поддержкой, учился обмениваться совами, делал все возможное, чтобы быть в курсе важных экзаменов. Он даже однажды лично посетил Минерву, чтобы обсудить варианты будущей карьеры Крейга и то, как ему лучше всего преуспеть в волшебном мире. - Я в шоке. Его отец такой молодец, - сказала Молли. Северус помрачнел и незаметно вытер поступающую слезу. Почему ему так не повезло с отцом? Он немного напоминал Минерве ее собственного отца-маггла, которого она очень любила. - Профессор полукровка?! - в шоке крикнул зал. Мистер Боукер приехал рано утром, еще до того, как проснулись студенты, такой же нарядный, как Крейг, в начищенных ботинках и магловском костюме. Известие о смерти сына мистеру Боукеру было одним из худших событий в жизни Минервы. Бедняга, обычно такой прямой и сдержанный, совершенно сломался при виде тела Крейга, и Поппи Помфри увела его, чтобы дать ему что-нибудь от стресса. Многие стали тихо всхлипывать. Казалось неправильным произносить формальную речь, которую планировала Минерва, и вместо этого она сделала все возможное, чтобы описать скорость Смертельного Проклятия и извиниться, хотя за что, она не была вполне уверена. Затем мистеру Боукеру предоставили собственную больничную койку, чтобы он мог успокоиться. Для него готовили помещение, чтобы он мог остаться в школе с телом сына, пока не будет дано разрешение перенести его в другое место. Дамблдор знал бы, как лучше с этим справиться, подумала Минерва. Его присутствие было бы обнадеживающим и в то же время авторитетным. Но Минерва чувствовала себя ужасно не в своей тарелке. - Тут любой будет так себя чувствовать, - сказал директор. Министерству потребуется заявление, и Пророку тоже. Несомненно, будет проведено расследование по поводу безопасности в школе. Профессора будут допрошены. Смерть ученика была ужасной вещью, и Минерве самой пришлось бы столкнуться с последствиями такого события, происходящего под ее руководством в школе. Она прекрасно понимала, что ее вполне могут лишить роли директрисы, хотя эта мысль причиняла ей боль. - Из-за этой гадины у профессора будут неприятности, - прошипели Сириус и Джеймс. В какой-то момент студенты должны быть проинформированы. Было бы неправильно будить детей, но приближался час, когда Минерве придется собрать своих учеников в Большом зале и объяснить им, что один из их сверстников мертв. А потом возникла не менее тревожная и, возможно, более насущная проблема. Что еще двое ее четверокурсников, Альбус Поттер и Скорпиус Малфой, до сих пор не найдены. Поиски школы оказались безрезультатными. После смерти Крейга Минерва больше всего боялась, что могут быть найдены еще два трупа. Она не была уверена, что ее сердце выдержит такое напряжение. Минерва тяжело вздохнула. МакГонагалл сидела в своем кабинете, собираясь напрямую связаться с Поттерами и Драко Малфоем, чтобы сообщить им о результатах обыска, когда в комнату ворвался знакомый серебряный олень Патронус. Он открыл рот и заговорил голосом Гарри Поттера. «Профессор МакГонагалл, Гермиона завтра проводит Внеочередное Общее Собрание. Она надеется, что вы придете. Мы слышали сообщения о смерти в школе. Пока мы говорим, авроров посылают на разведку. Пожалуйста, не делайте никаких заявлений, пока Министерство не даст вам разрешение. Мы опасаемся, что это может быть связано с исчезновением моего сына. Я пришлю детали по мере их получения. Пожалуйста, знайте, что Гермиона делает все возможное, чтобы защитить вашу позицию. Не говори с Пророком. Охраняйте школу. Прошу прощения, что сам не пришел к вам.» Голос Гарри исчез, и олень растворился в пустоте. Защищать свою позицию? Минерва недоверчиво нахмурилась. Никогда еще она так не злилась на своих бывших учеников. И это все, что она должна была передать? После смерти студента? Минерва жала кулаки и тяжело вздохнула, но быстро привела себя в порядок. Взмахом волшебной палочки она вызвала своего Патронуса, и по комнате на цыпочках начал расхаживать кот. «Следующее, Гарри Поттеру, главе Департамента магического правопорядка: — отрезала Макгонагалл. — В моей школе произошла смерть, и глава Магического правопорядка не приедет сюда лично? Скажите на милость, что может быть важнее этого? Нужно ли мне отправлять своих учеников домой? Они в безопасности?» Через несколько мгновений кот удалился, но не прошло и минуты, как олень вернулся. — Оставь учеников в школе. Я занят сортировкой вещей на своем конце. Завтра ты поймешь больше. Я ценю вашу заботу, но, пожалуйста, следуйте инструкциям Министерства по этому поводу. Минерва, это хуже, чем мы себе представляли. Пожалуйста, доверься мне. Мы должны обеспечить безопасность учеников.» - Экспекто патронум! - снова объявила Минерва. — Следующее, Гарри Поттеру, главе Департамента магического правопорядка: Понял.» Когда ее кот Патронус удалился во второй раз, Минерва откинулась на спинку стула, сжав губы в тонкую линию, и посмотрела на портреты, окружавшие ее. Большинство дремало в своих рамах, но не все. - Альбус точно успокоит ее, - прошептал Римус. Профессор Дамблдор смотрел на нее своими добрыми голубыми глазами. Минерва задумалась, как долго он разглядывал ее. — Альбус? — спросила Минерва, поворачиваясь к нему лицом. — Ты в курсе, что происходит? — Я навещал свой портрет в больничном крыле, дорогая Минерва. Я это прекрасно понимаю. Просто слышать этот мягкий голос было небольшим утешением. Минерва скептически отнеслась к идее поговорить со своими портретами, которые, в конце концов, были всего лишь отголосками мужчин и женщин, которых они изображали, но в этот момент она была рада компании. - Студент мертв, Альбус, - выдохнула Минерва. — В нашей школе. Я не могу в это поверить. Я думал, что… после всего, через что мы прошли. После войны, что все это закончится. Никогда больше я не представлял себе, что мне придется... - Ты делаешь все, что можешь, — мягко сказал Дамблдор. — Мы не можем знать, что нас ждет, но мы можем встретить это с благодатью, когда оно придет. - Профессор, я знаю что вы любите говорить загадками, и что на их разгадку нужно время, НО ТОЛЬКО У НАС ТАМ ЕГО НЕТ! - крикнула Джинни. МакГонагалл фыркнула. Дамблдор всегда был неизменно поэтичен в своей речи. Минерва предпочитала, чтобы все было просто и по существу. Она никогда не любила поэзию. — Я не уверена, что лучше всех умею оказывать благодать в такое время, Альбус, — призналась она, поправляя очки на носу. - Минерва, если мне позволено быть таким смелым, вы самая блестящая женщина, которую можно иметь рядом в критический момент. То, как вы служили этой школе до сих пор, было восхитительно. Честно признаюсь, вы меня пристыдили. - Я так и знал что у них роман, - радостно сказал Сири. - О, не говори глупостей, — растроганно отмахнулась Макгонагалл. — Я изо всех сил стараюсь следовать твоему примеру, но иногда мне кажется, что я… что я потерпел неудачу. Сначала о том, что случилось с Поттером и молодым Малфоем. А теперь вот это. — Мой пример? — Спросил Дамблдор с огоньком в глазах. — Минерва, ты мне льстишь. Но именно я с радостью наблюдаю за вашим лидерством. Прогресс, которого вы достигли за такой небольшой промежуток времени. Не говоря уже о том, что административные документы никогда не были так хорошо организованы в мое время. Минерва покраснела от смущения, а все стали смотреть на директора и профессора глазами шипперов. Минерва проигнорировала одну из шуточек Альбуса. Сейчас было не время для веселья. — Ты действительно веришь, что студенты уважают меня? Как они поступили с тобой? — спросила она. — Поверить? Я знаю это, Минерва. И осмелюсь сказать, что молодой мистер Боукер был очень высокого мнения о вас. По щеке Минервы скатилась одинокая слеза. Никто не видел чтоб Минерва плакала, но всем, даже Слизеринцам захотелось прибить Дельфи еще сильнее. — Он был хорошим мальчиком, Альбус. Действительно. Славный мальчик. - Не сомневаюсь, - миролюбиво согласился Дамблдор. — Но теперь тебе нужно заняться остальными учениками. Все они будут искать у вас утешения, утешения. Минерва глубоко вздохнула. — Они в безопасности, Альбус? — Ах, этого я не могу вам сказать. И если мне позволено говорить откровенно, дорогая Минерва, вы не придаете большого значения словам портрета, я полагаю. Это еще один признак твоей мудрости. Таким образом, мои размышления по этому поводу не принесут большой пользы. — Это ты сказал мне, что ты-краска и память, — заметила Минерва, вытирая глаза. — Действительно. — Однако я ценю твой совет, — призналась Минерва. — Даже если я хорошо знаю, что ты не тот человек, которого я знал. Дамблдор серьезно кивнул. - Разумно, как всегда, — согласился Дамблдор. «Благоразумно думать самому и не увлекаться мнением других. Меньше всего тех, кто всего лишь отголоски своего прежнего «я». — Я должна была поговорить с его отцом раньше, - сказала Минерва. — Этот бедняга. Потерять ребенка, да еще таким бессмысленным способом.… - Боль, которую, я полагаю, мы не можем полностью понять, — печально заметил Дамблдор. - За что в некотором смысле мы должны быть благодарны. Профессор как всегда.-покачал головой Рон. — Поттер и Малфой пропали. Я имею в виду мальчиков. Не их отцы. О, Альбус, а что, если они мертвы? Гарри, похоже, считает, что смерть Крейга и их исчезновение каким-то образом связаны. Дамблдор надолго задумался. Он склонил голову. — Это очень возможно. — Я не могла им сказать.… Я не могла рассказать больше родителям. Только не Гарри. И не бедный Драко Малфой. — Ты полюбила Драко? — с интересом спросил Дамблдор. Драко заинтересованно посмотрел в книгу. - Он… уже не тот мальчик, каким был когда-то. Я признаю, что ему дали не самый лучший старт… - Нет, конечно, — с гордостью согласился Дамблдор. — И сын делает ему большую честь. Мир полон вторых шансов, Минерва. Это странно и прекрасно, что можно искупить свои ранние ошибки, и все же проклятие, я думаю, что никогда нельзя увидеть такую перемену в себе. Это вечный поиск, чтобы исправить свои ошибки. Минерва задумалась, не было ли это тактичным намеком Дамблдора на то, что она несет некоторую ответственность за все это. — Я был небрежен, Альбус? Может быть, это из-за какого-то недосмотра с моей стороны? - Профессор, не вините себя, вы не причем! - крикнул зал. — Тьма всегда найдет способ добраться до света, — миролюбиво ответил Дамблдор. — Какие бы стены мы ни воздвигли. Это, Минерва, было неизбежно. И вы ни в чем не виноваты. — Не думаю, что многие разделят это мнение. Они вполне могут уволить меня за это, Альбус, — прямо сказала Минерва. — Я уверен, что будет проведено расследование. - Ах, ну что ж, все должно кончиться, — неопределенно ответил Дамблдор, уже начиная блуждать, как будто отвлекаясь на что-то, находящееся прямо за его рамкой. — Как раз когда этот разговор подходит к концу. Желаю тебе всего хорошего, Минерва. И знай, что я всегда полностью верю в тебя. - Я… спасибо, Альбус. Это очень много значит. Кивнув головой, Дамблдор исчез. Минерва снова промокнула глаза. Поговорить со своим наставником, со старым другом было большим облегчением. Она очень скучала по Альбусу Дамблдору. Директор улыбнулся, а Сириус все больше смотрел на них взглядом шиппера. — Не слушайте этого старого болвана, — раздался вдруг разгневанный голос Финеаса Найджела, который теперь смотрел со своего портрета, по-видимому, совершенно проснувшись. — Действительно, краски и память! Может, он и не в своем уме, но остальные могут мыслить совершенно ясно! Вы не должны позволить Министерству выгнать вас. Это ниже достоинства директрисы Хогвартса-подчиняться приказам этой надутой организации! Чего этот эксцентричный дурак не понимает, так это- - Как же он достал! - крикнули все. — Спасибо, Финеас, — сурово перебила его Макгонагалл, мгновенно вернувшись к свирепой директрисе Хогвартса, какой она была до слов Альбуса. На самом деле она чувствовала себя вполне выздоровевшей. Как-то сильнее. — Но, может быть, в будущем вы будете держать свое мнение при себе, если вас не спросят? Вы здесь, чтобы дать мне совет. Не комментируйте личные разговоры.» — Вы, гриффиндорцы, все одинаковы, - с большой враждебностью заявил Финес. -Не заставляй меня поднимать занавес, Финес, — заявила Макгонагалл, подняв бровь. — Потому что я предупреждаю тебя. Ярко покраснев от возмущения, Финеас Найджел угрюмо выскочил из портрета. Откуда-то на лице Минервы появилась едва заметная улыбка. - Конец главы, - сказал Римус.