Memento mori

ЦЕЛУЮ неделю Абигор приходил в себя. Раны на теле быстро затянулись, однако боль только усилилась. Всё это время демон практически не вставал с кровати, заставляя мальчишку делать работу по дому, готовить, приносить чай. Да, всё это время юноша выполнял роль слуги, а мужчина в свою очередь оставил его в покое. Перси, измотанный непривычной работой, пытался понять, что его ждет дальше, но пока в мыслях была пустота, и он говорил себе: «Не сейчас. Не время об этом думать». Казалось, что все проблемы, которые есть и которых нет, исчезнут, растворятся со временем сами по себе. А пока... пока он будет словно его раб, прислушиваться к каждому его слову. Конечно, Абигор не просил ничего такого, он даже перестал наблюдать за ним, но если Перси снова пойдет прогуляться, то что будет? Он убьет его любовника, а его самого... страшно представить. За то время, пока Персиваль живет у демона, он начал отвыкать от образа шлюхи. Постоянно краситься и носить неудобный парик, надевать цветные линзы, в которых плохо видно и от которых болят глаза, вместо того, чтобы надеть очки. Нет, Персиваль будет все это делать. Если он скинет с себя образ успешного хастлера, то кем он станет? Он будет никем. После целого дня работы прислуги для демона, Перси решился посмотреть на себя настоящего, чего он не делал с тех пор, как стал домашней птичкой Абигора. Перси снял парик, линзы, одежду, под душем смыл макияж и усталость. Теплая вода падала ему на плечи и стекала по белым волосам. Он пытался не думать, а просто наслаждался моментом. Проводя мягкой мочалкой по коже, он понял как соскучился по ласкам. Руки блуждали по телу, задевая самые сокровенные места. Перси не заметил, как уже сидел, а его руки старались доставить хозяину удовольствие всеми способами. Единение с самим собой... - Перси! Персиваль! - выкрикнул демон, в надежде, что мальчик придёт, однако тот не слышал. Абигору пришлось подняться с кровати, он недовольно прошипел — спина и грудь болели нещадно. Мужчина направился на кухню и сам налил себе воды. Утолив жажду, он направился в ванную комнату, сполоснуть руки. Войдя, он услышал шум воды и хотел сразу выйти, чтобы не мешать мальчишке принимать душ. Его остановил только напряжённый вздох, который демон услышал сквозь шум воды. Он обернулся и посмотрел на душевую кабинку. Несомненно был виден лишь силуэт, но всё стало понятно. «Плохой мальчик», - подумал демон и хищно облизал губы, вставая в дверях. Перси его не заметил, будучи очень увлечённым своим занятием, это было очень кстати. Абигор почувствовал, что начинает возбуждаться от этого, почти целомудренного, зрелища. Вздохи Перси становились громче, с губ юноши срывались откровенные стоны, но стали тише, тише... Какое-то время слышался только шум льющейся попусту воды. Мальчишка со злости ударил кулаком по стене. Ему так хотелось расслабиться, но что сейчас, что раньше он не мог кончить один. Пусть это были незнакомые мужчины, которые грубо с ним обращались, но и с ними Перси мог забыться. Юноша обречённо вздохнул и открыл дверь душевой кабинки. Но увидев Абигора, резко ее закрыл. Он привык быть обнажённым в присутствии других людей, но почти всегда он был в образе. Это был не он сам, это был кто-то другой. Целую секунду на демона смотрел альбинос с розоватой радужкой, мальчик, ребёнок. Перси усилил напор воды и сидел, забившись в угол, желая, чтобы демон притворился, что всего этого не было. Абигор так и сделал. Просто хмыкнул, обернулся и вышел, снова возвращаясь в постель, которая была мягкой, как никогда. Он прикрыл глаза и стал считать. Демон загадал, что Перси войдёт в комнату минут через пятнадцать. «Сколько же терпения нужно с этим мальчишкой. Ненавижу ждать», — подумал демон. Когда Персиваль понял, что демон вышел, он отдышался и успокоился. Он выключил воду, вышел и подошел к зеркалу. Первым делом он надел линзы. Черный парик отталкивал от себя, но Перси, пересилив себя, надел и его, скрывая светлые влажные волосы, а потом взялся за косметику. Она ему ни к чему, особенно на ночь, но если отказаться хоть от одного элемента своего привычного образа, то постепенно Персиваль откажется и ото всех остальных. Без спешки юноша закончил «прихорашиваться», а потом... нужно спать. Если прийти к Абигору, то... Пока Перси думал, ноги сами привели его к комнате демона, но открыть дверь он не решался. Перси хотелось почувствовать чужое тепло, прильнуть к нему, но он знал, демон только этого и ждет. Перси облокотился о прохладную стену и задумался. В последнее время он думал слишком много, раньше он запрещал себе делать это, но теперь, когда он так много времени проводит наедине с самим собой... «Может начать играть по его правилам? Что я от этого потеряю?» Перси повернул ручку, но в последний момент отошел от двери. - Персиваль, - глубоким голосом произнёс Абигор, вставая на локтях. Он слышал дыхание мальчика, слышал скрип двери, он ждал юношу уже слишком долго. Он мог бы взять и втащить мальчишку в комнату, но этого не достаточно. Перси должен прийти сам, должен сделать свой выбор. Снова. - Иди ко мне. «Он зовет меня. Получается, я просто подчиняюсь его воле, как и обычно». - Тебе что-то принести? - спросил юноша, входя в комнату. Демон отрицательно покачал головой и похлопал по месту на кровати рядом с собой. Мальчик на ватных ногах послушался безмолвного приказа и сел рядом с мужчиной. Он не смотрел на него. Мужчина осторожно отстегнул парик, позволяя светлым волосам упасть на плечи. - О ком ты думал, когда удовлетворял себя в душе? - мягко спросил демон, касаясь губами ушка юноши, опаляя его своим горячим дыханием. Прикосновения демона были приятными, но от волнения Перси мутило голову. - О себе, - честно ответил мальчишка, стыдливо опустив голову. - Ты настолько самовлюблён? - горячие ладони мужчины скользили по телу юноши, освобождая от только что надетых вещей. - Мне не о ком думать. Устал быть игрушкой, - возбужденно отвечал Персиваль, подаваясь мягким прикосновениям, которые только распаляли его. Абигор хищно оскалился, но Персиваль не видел этого. Демон аккуратно отодвинул волосы юноши и прижался губами к бледной холодной коже, оставляя на ней нежные поцелуи, лаская её языком. Сейчас мальчик не был игрушкой, он мог сказать «нет» и всё бы закончилось, потому мужчине приходилось его соблазнять, совращать. Он был ласков и нежен, словно был не с бывшей шлюхой, а с любовником. - Если ты меня хочешь, просто трахни. Зачем этот спектакль? - мальчишка зло фыркнул и сделал вид, что собирается встать и уйти. Абигор просто утянул юношу на кровать, нависая над ним, почти забывая о боли. Несколько мгновений демон просто наблюдал за лицом юноши, на нём за несколько секунд сменилась целая гамма эмоций. Демон склонился к обнажённой шее и снова коснулся её губами, прикрыв глаза, не слушая протесты мальчишки. Страх собственной боли сдерживал его демоническую сущность, сейчас он был уверен в том, что не причинит Персивалю никакого вреда. Ласки заставляли мальчишку поддаваться настойчивому демону, но он не хотел забываться с ним. Перси начал отвечать на ласки, с каждой минутой он был всё настойчивее и вёл себя все более развратно. Юноша сам снял с себя последнюю одежду и встал по-собачьи, чтобы демон поскорее начал. Страх уже исчез. Пусть на нём не было парика, но перед Абигором снова оказалась простая шлюха, которая соскучилась по своей работе. Мужчина (не демон) не собирался торопиться. Он всё ещё ненавидел каждую маску своего визави. Взяв смазку из тумбы, он ввёл палец в мальчишку, только дразня, не давая ничего больше. Сводя с ума, раззадоривая. Абигору не нужна была шлюха, по крайней мере сейчас. - Ангелочек, - прошептал он и коснулся губами поясницы, заставляя мальчишку расслабиться и забыть обо всём. - Зачем ты со мной это делаешь? - еле выдавил из себя Персиваль, ему было слишком хорошо, настолько, что он был уже готов на всё, чтобы это продолжалось. Поцелуи, прикосновения... - Возьми меня... Прошу, - прошептал Перси, не дожидаясь ответа на свой вопрос. Оставшись довольным результатом, Абигор сам давно сгорал от желания, только сейчас было не до этого. Оставшись обнажённым, мужчина уложил Перси на спину, он хотел видеть его, хотел как никогда. Мальчишка лежал на кровати, а в глазах его была только ничем не прикрытая похоть. Чистое желание. Мужчина приподнял бёдра своего любовника и медленно вошёл в него, срывая с его губ тихие и протяжные стоны. Он двигался медленно, без грубости, получая удовольствие только от вида мальчика, что метался по кровати и сжимал простыни в руках, кусая губы. Персиваль давно уже позабыл себя, отдавая себя во власть мужчины. Каждым толчком Абигор старался задеть сгусток нервов внутри мальчика, и, судя по вздохам, ему это удавалось. Огрубевшей ладонью он обхватил член мальчика, проводя по нему в такт своим толчкам. На глазах юноши была пелена, демон смотрел в них и сам окунался в этот мир страсти и желания. Чувствуя, как ёрзает Перси, желая большего, Абигор ускорил свои толчки, сохраняя в своих движениях прежнюю сдержанность... МАЛЬЧИК кончил первым, демон излился в него и лёг рядом, прикрыв глаза. Только сейчас он понял, что не испытывает никакой боли, словно не было тех ударов плети и прочих мук. Он был совершенно расслаблен. «И счастлив? Да, наверно». - Ты хочешь, чтобы мое тело принадлежало только тебе, оно твоё, - прошептал юноша, после нескольких минут в сладостной тишине. Так хорошо ему еще никогда не было. Но именно этого он и боялся, однако, посмотрев на Абигора, он понял, что ничего кроме желания к нему не испытывает. «Интересно, что он ко мне чувствует? А могу ли я что-то чувствовать?» - Скажи, мне правду: кроме того, чтобы я был твоим слугой и подстилкой, тебе что-то еще нужно от меня, Абигор? Демон (снова демон) перевёл взгляд на юношу и спокойно улыбнулся. Ему казалось, что из него хирургически извлекли все кости. Ему даже не хватило сил повернуть голову. - Это не важно, Персиваль, - ответил Абигор и снова прикрыл глаза. - Спи. Пальцы демона вплелись в ещё влажные волосы, выражение лица говорило о полном согласии с собой. - Мне остаться с тобой? - тихо спросил Персиваль. Он хотел разобраться в их непонятных и странных отношениях. Вместо ответа, Абигор обнял мальчишку и уткнулся носом в его плечо, практически мгновенно проваливаясь в сон. Перси легко улыбнулся и, к своему удивлению, так же легко уснул. Ему показалось, что это очень похоже на счастье. __________________ Adrian Mølgaard