Ты что-то скрываешь, Тош?

Антон просыпается в 6 по будильнику на почти разряженном телефоне. Он даже не расстилал кровать и не переодевался, он лениво потягивается, скидывает ногой на пол покрывало, в котором несколько раз запутался ночью и нащупывает на полу тот самый листок с докладом на тему «откуда берутся дети?». Антон поднимает его и пытается сфокусировать зрение на криво-выведенных словах. Он набросал несколько вариантов, начиная от «нашли в капусте» до «пестиков и тычинок», там конечно где-то затесался ещё и вариант «ну, трахаются люди, я-то че», но он благополучно заштрихован ручкой, да так, чтобы учитель не смог прочитать. Антон ставит телефон на зарядку, берет чистую одежду и тоналку, чтобы замазать фингал под глазом и идёт в душ. Шастун стоит под горячими струями воды с закрытыми глазами, в сон клонит настолько сильно, что он готов лечь спать прямо в ванну. Он смывает с волос шампунь, а может, и не шампунь — схватил первый попавшийся под руку флакон, пахнет вкусно и ладно. Выходить из душа совершенно не хочется, но опаздывать на уроки и получать выговор от классного руководителя не хочется ещё больше, поэтому он все же выключает воду и оборачивает полотенце вокруг пояса. Одевшись, дело остаётся за малым — замазать все следы вчерашних побоев. Антон в этом уже бывалый, поэтому быстро все маскирует, тушуя тональную основу концом полотенца, в школе одолжит у одноклассниц пудру и никто даже не заподозрит, что вчера он несколько часов лежал без сознания в коридоре собственной квартиры, выдать его может лишь небольшая ранка на виске, но ее Антон благополучно прикрывает челкой. Настроение почему-то хорошее, Шастун выходит из ванной комнаты и пробирается в кухню, чтобы заварить свой любимый чай и, возможно, даже чем-нибудь перекусить. Родители вчера снова набухались, поэтому вряд ли проснутся до ухода Антона в школу, так что тот спокойно отрезает себе кусок хлеба и сыра, купленного отчимом, и делает бутерброд, но на всякий случай все же решает уйти в свою комнату, по пути разливает немного чая, и вытирает все носком. Шастун складывает в рюкзак все нужные тетради и пару учебников, параллельно съедая бутерброд и выпивая чай. Оставшийся час до выхода он решает потратить на прочтение статей в интернете по теме его доклада, чтобы уж точно не облажаться. Он заваливается обратно на кровать так, чтобы хватало длины зарядки от телефона и принимается гуглить. Шастун делает ещё несколько заметок на листе и будучи полностью готовым, смотрит на часы и понимает, что у него есть ещё целых двадцать минут, во время которых он решает просто полежать с закрытыми глазами, эх, а ведь это могла быть легкая утренняя дрочка… — Да, блять, Дим, я и так опаздываю, перезвоню, не хватало ещё от Арса получить, — Антон сбрасывает трубку, слыша от друга в последний момент «ты к нему уже на Арс?» Антон и сам не понял, как заснул, он был твёрдо уверен, что держит всю ситуацию под контролем, ну, а потом… ну, а потом он открывает глаза и понимает, что до начала урока пятнадцать минут. До начала второго урока. Первым был английский, поэтому, возможно, Арсений Сергеевич и не узнаёт о том, что Антон проспал, но вероятнее всего старая грымза уже нажаловалась на него учителю, а опоздание на второй урок ему уже вряд ли бы простили. Антон забегает в школу и смотрит в телефоне расписание уроков, чтобы понять, куда ему сейчас идти и на какой урок он собственно опоздал на целых двадцать минут из-за ебаного автобуса. Блять. Химия. Шастуну хватает десяти секунд, чтобы добраться до кабинета классного руководителя, который, к слову, находится на другом конце школы. — Здравствуйте, извините за опоздание, можно войти? — Антон смотрит на учителя глазами кота из Шрека, и учитель молча кивает на пустующую парту парня, даже не взглянув на него самого. Подросток проходит к своему месту и плюхается на стул, даже не доставая тетрадь и ручку, внутри появляется какая-то тоска, не то, чтобы он ожидал, что Арсений Сергеевич кинется обнимать его или будет встречать с хлебом-солью, но мог бы хоть что-то сказать, да даже если бы отчитал, было бы как-то спокойнее, а тут полная непредсказуемость дальнейших действий. Шастун витает в собственных мыслях, тараня взглядом спины сидящих впереди одноклассниц, где обычно сидят его друзья. Мысли об Арсении сменяются мыслями об этих девчонках. Он их впервые видит, в голову даже закрадывается мысль, что он ошибся кабинетом, но нет, остальные присутствующие — это одноклассники Антона. Неужели, новенькие? Стоило ему об этом подумать, как одна из них поворачивается к нему. — Привет, я Катя, — девушка приятно улыбается, протягивает руку для рукопожатия и Антон пожимает ее. Катя поправляет локон волос, спавший на лицо, и указывает на девушку рядом с собой, которая из них троих явно отличалась ответственностью, так как была занята конспектом и темой урока, — А это Оксана. — Антон. А вы новень… — Давайте вы на перемене познакомитесь? — вмешивается в разговор учитель, заставляя ученицу повернуться обратно. Улыбка Антона спадает, когда он на секунду встречается со строгим взглядом учителя. Ну, здесь два варианта, либо Антону после урока пизда, либо ему пиздец какая пизда. — Так, ну а теперь давайте проверим домашнюю работу. Сердце Антона пропускает удар, он совершенно забыл, что дз нужно делать, а не забивать на него. Но вообще, Антон просто совершенно забыл про него, да и если бы помнил, вряд ли бы успел его сделать. Ясно, ему пиздец какая пизда после урока. Арсений всегда спрашивает его, так что тут без вариантов. Антон виновато смотрит на классного руководителя, и тот называет фамилию другого ученика. Шастун уже приготовился к казни, его в какой-то степени даже обломали. Антон выдыхает и откидывается на спинку стула, наблюдая, как его одноклассник, который, очевидно, тоже ничего не делал, выходит к доске. Звенит звонок с урока, и ученики начинают собирать вещи, — Можете быть свободны, Шастун, а ты останься. Парень неловко переминается с ноги на ногу около парты учителя, пока одноклассники покидают кабинет один за другим, когда они остаются вдвоем, Арсений встает и закрывает дверь, не на ключ конечно, но Антону все равно становится страшно. — Ну и что это было? — учитель садится обратно, сложив руки на груди. — Вы о чем? — Шастун начинает строить из себя дурачка, все же надеясь на спасение. — Вчера ты написал мне только через несколько часов, сегодня пришел ко второму уроку, опоздав даже на него, весь урок ничего не делал и разговаривал с новенькими, домашки тоже нет, это какой-то протест? Я сделал что-то не так? — Что? Нет, простите, я просто… Устал, не выспался и все такое, этого больше не повторится. Но доклад я подготовил! — Антон роется в рюкзаке и достает помятый листок. Учитель кое-как складывает в голове корявые буквы в слова, — Антон, я тебе прописи куплю. Но в целом весьма неплохо, даже, возможно, не травмируешь психику детей. — Химик вчитывается в листок, щурясь, — «Ну, трахаются люди, я-то че?» Надо было получше заштриховывать, Тош. После физики сразу ко мне, я тебя отпрошу с последних двух уроков, понял? Антон сидит на скамейке на первом этаже и смотрит на ливень за окном, пока учитель разговаривает с мамой кого-то из учеников. — Еще раз спасибо, Шастун, — благодарит ученика Попов, но тот морщится. — Вы меня когда по фамилии называете, у меня ощущение, будто я в чем-то провинился. — Тогда, еще раз спасибо, Тош, — Антону этот вариант понравился куда больше, судя по его улыбке, — Ну что, пойдем? Антон кивает, они выходят из здания школы и бегут к машине учителя, чтобы не промокнуть, но это не помогает, и спустя минуту они сидят все мокрые в салоне автомобиля. Шастун вытирает краем толстовки лицо, игнорируя то, что она тоже насквозь мокрая, а учитель заводит машину. — Это что, тональник? — учитель смотрит сначала на рыжеватое пятно на толстовке мальчика, а потом на его лицо, — Ну-ка повернись ко мне. Антон испуганно качает головой, зачем он вообще согласился, чтобы Арсений подвез его… Учитель сам поворачивает голову парня к себе, внимательно рассматривая фингал с небольшой ранкой на виске, пока его владелец нервно сглатывает и не знает, куда себя деть от такой близости, посмотреть в голубые глаза не решается, а вот идея рассмотреть коврик автомобиля кажется заманчивой. — Вы слишком близко, — Антон пытается отодвинуться, и учитель отпускает его. — Обрабатывал хоть? — в ответ Попов получает лишь виноватое покачивание головой, — То есть, на тоналку тебе мозгов хватило, а на перекись нет? — Не нашел дома, — пожимает плечами парень. — Значит, поищем у меня дома, — учитель кладет руки на руль, но ученик одергивает его. — Я, наверно, пойду, — Антон хочет выйти из машины, но двери заблокированы, — Выпустите меня, пожалуйста? — Посмотри какой ливень, никуда я тебя не пущу, у меня переночуешь — автомобиль трогается, и Антон понимает, что спорить с мужчиной бесполезно. — Мы можем хотя бы заехать ко мне? Я возьму сухие вещи. — Я тебе свои дам. — Мне неловко, — Антон умоляюще смотрит из-под мокрой челки на учителя, и тот закатывает глаза. — Хорошо, куда ехать? Машина останавливается около старого панельного дома, Шастуну стыдно, что он живет в таких развалинах, но он пытается успокоить себя тем, что так живет половина России. Антон отстегивает ремень безопасности и ждет, когда учитель разблокирует двери. — Может, я с тобой схожу? — Не доверяете мне? — Кто я такой, чтобы насильно тебя удерживать, если настолько не хочешь ночевать у меня, можешь не возвращаться, — Арсений снимает блокировку с двери Антона, и тот выходит. — Я быстро. Шастун забегает в подъезд и бежит по лестнице на свой этаж, ему не хочется сейчас думать о родителях и том, как ему незаметно пробраться в свою комнату, чтобы взять свои вещи, сейчас для него существует лишь его классный руководитель, дома у которого он чувствует себя в безопасности, поэтому он даже не пытается быть тихим в квартире, Антон открывает дверь, не заботясь о том, что та громко ударяется о стену, и идет к себе. Парень быстро хватает зубную щетку, первую попавшуюся в шкафу одежду, берет по памяти нужные на завтра учебники с тетрадями, запихивает их в рюкзак и выходит, задевая плечом разъяренного отчима. Антон весь мокрый бежит по лестнице под крики отчима, слышащиеся за уже закрытой дверью, но на душе от чего-то так тепло и спокойно. Он выходит из подъезда, пытаясь сдерживать улыбку, чтобы учитель не посчитал его странным, но Арсений все же замечает хорошее настроение ученика и улыбается в ответ. — Чего счастливый такой? — спрашивает преподаватель, как только мальчик садится в машину. — Всегда приятно проводить ночь с таким горячим мужчиной как вы. — Я сейчас высажу тебя. — Вы мне в глаз попали! — хнычет Антон, потирая глаз, пока по его голому торсу течет перекись. — Да не попал я, это вода с твоих волос! А вот ты сейчас занесешь ее туда, если тереть будешь, — учитель убирает руки ученика от его лица, держа в своей бутылек с перекисью. Антон встает с бортика ванны и наклоняется над раковиной чтобы умыться, не замечая того, что мужчина встает тоже, поэтому стоит ему отпятить зад, как он упирается им в пах учителя. Тот кладет руки на талию мальчика и отодвигает его. — Дай посмотреть, — Арсений заставляет парня разогнуться и посмотреть на него, — С чего ты вообще взял, что перекись попала? — Щиплет, — хнычет Антон, садясь обратно на бортик ванны, и учитель повторяет за ним. — Ты шампунь плохо смыл, вот и щиплет, — Арсений берет в руки зеленку, и Антон отодвигается от него. — Не не не, я на это не подписывался, да и ранка маленькая, ничего со мной не будет. — Ладно, — учитель откладывает зеленку и берет пластырь, улыбаясь, что настораживает парня, — Закрой глаза, пожалуйста. — Это еще зачем? Не закрою, вы из меня Шрека сделаете, — говорит Антон, кивая на зеленку. — Не сделаю, обещаю, — Попов протягивает мальчику зеленку, чтобы тот был в этом уверен. Антон берет ее в руки и недоверчиво прикрывает глаза. Арсений заклеивает ранку пластырем и разрешает открыть глаза. Антон сразу же смотрится в зеркало и видит в отражении розовый пластырь с принцессой и улыбающегося мужчину, гордящегося своей работой. — Мне идет? — спрашивает ученик, кружась перед зеркалом, держась за края невидимого платья. — Безусловно. Я боялся, что тебе не понравится. — Мне очень нравится, но откуда они у вас дома? — Племяннице покупал, осталось пару штук. По-моему, тебе пора делать уроки, принцесса, ну или как минимум одеться, — учитель протягивает мальчику его футболку, и тот с грустным видом надевает ее. — Можно я все завтра в школе сделаю? — Шастун умоляюще смотрит на классного руководителя, который собирает аптечку. — Ну, Тош, я понимаю, что тебе неохота, но у тебя в этом году экзамены… — Нам задали только географию, физику и английский на завтра, а я их не сдаю, у меня даже ваших уроков завтра нет, представляете, как долго мы с вами не увидимся? Поэтому предлагаю посмотреть вместе фильм или просто пообщаться, я скоро умру без общения, я же кроме Сережи, Димы и вас ни с кем не общаюсь, а они болеют и… — быстро тараторит Шастун, и Попов его перебивает. — Ладно, ладно, посмотрим фильм, иди в гостиную, выбирай, что смотреть будем. Антон чуть ли не вприпрыжку убегает в гостиную, едва не сшибая дверной проем. Когда Арсений заходит в комнату, его встречает счастливый Антон и надпись «коллекционер» на экране телевизора. — Ты же не уснешь потом, — Арсений выключает свет и садится рядом с мальчиком, включая фильм. Не разложенный диван недостаточно широкий, чтобы на нем можно было удобно улечься, но Антон все же делает попытки, поджимая длинные ноги. Шастун пожалел, что выбрал ужасы еще на первых минутах фильма, но к середине его сердце вообще грозило остановиться, в то время, как Попов сидел совершенно спокойный. — Я в туалет, — Попов хочет встать, но в него тут же вцепляется Антон. — Я с вами! — Прости, но вынужден отказать, Тош, — Арсений высвобождается из хватки парня и ставит фильм на паузу, понимая, что один тот смотреть его не будет. — Только включите свет, пожалуйста. Учитель выполняет просьбу мальчика и выходит из комнаты. Через минуту Антон слышит звук включенного крана, что значит, что Попов должен скоро вернуться, но того все нет и нет, хотя Антон отчетливо слышал, что мужчина вышел из туалета. Каждая минута для Шастуна кажется вечностью, и тот не выдерживает. — Арсений Сергеевич, вы скоро? — кричит Антон, не решаясь встать с дивана, потому что подкроватных монстров никто не отменял, но ответа не следует, и Шастун все же поднимается. Он выглядывает из гостиной и видит, что свет нигде не горит. — Я знаю, что вы пытаетесь меня напугать, но, пожалуйста, не надо, у меня же сердце не выдержит! Антон делает первые шаги вне гостиной и вглядывается в темноту. Он почти доходит до кухни и хочет включить свет, как вдруг за его спиной в ванной комнате раздается стук, и Шастун вскрикивает, впечатываясь в стену коридора. Он переводит дыхание и решительно идет в сторону ванной комнаты, откуда был слышен стук, понимая, что Попов там. — Бу! — учитель слегка толкает Антона в спину, но тот отлетает от него аж в другой конец коридора с громким криком. — Арсений блять Сергеевич блять! Я вас ненавижу! Вам что, десять таким заниматься?! Я же просил меня не пугать! Чего вы смеетесь?! — Антон начинает лупить Попова, а тот пытаться успокоить мальчика. — Прости, Тош, — Арсений крепко держит руки парня, но тот начинает брыкаться, и ему приходится повернуть мальчика к себе спиной и крепко прижать к себе. — Не прощу! Не прощу! Отпустите! — Антон пытается высвободиться, но мужчина явно сильнее. Попов приподнимает его и несет обратно в гостиную, укладывая на диван и начиная щекотать. Шастун извивается под мужчиной, елозя по всему дивану, но увернуться от рук учителя не выходит. — Арсений Сергеевич, прекратите! Я сейчас умру! — Антон хихикает, уже даже не пытаясь отбиться от учителя. Попов седлает бедра мальчика, одной рукой держа его руки над его головой, а второй задирает футболку и начинает блуждать по его телу, заставляя сильнее прогибаться под собой. — П-пожалуйста! — уже скорее стонет, нежели говорит мальчик. Попов прекращает пытку, позволяя ученику отдышаться, и тот жадно хватает ртом воздух. — Досмотрим фильм? — как ни в чем не бывало, спрашивает учитель, выключая свет, пока вспотевший, взъерошенный и раскрасневшийся Антон пытается отдышаться. Тот кивает и откидывается на спинку дивана, продолжая просмотр. За эти пятнадцать минут Антон истратил свои последние силы, и даже страшные моменты фильма не заставляют его взбодриться. Шастун начинает потихоньку засыпать, постепенно скатываясь на учителя, и уже через двадцать минут он мирно сопит на коленях мужчины, пока тот поглаживает его волосы. Арсений нежно проводит пальцами по розовому пластырю, и на него накатывает такой приступ злости на родителей Антона. Что вообще им сделал этот маленький мальчик, боящийся фильмов ужасов и любящий внимание к себе? Да он же как котёнок. Арсений досматривает фильм, переодически любуясь спящим Антоном, после аккуратно встаёт, чтобы не разбудить мальчика, приносит ему подушку и накрывает одеялом, а сам уходит в свою комнату. Время только одиннадцать, но по ощущениям часа два ночи, не меньше. Несмотря на всю усталость, Арсений не может заснуть, в голове намертво засел этот мальчишка. Неужели Попову придётся просто отпустить того домой, смирившись с побоями в его семье? Стоит ведь только завести речь про его родителей, как тот сразу же просит отстать и перевести тему. Из раздумий вырывает тихий стук в дверь и шёпот. — Арсений Сергеевич? — Антон переминается с ноги на ногу, заглядывая внутрь комнаты. — Что такое, Тош? — Арсений включает свет и смотрит на мальчика, укутанного в одеяло. — Можно с вами лечь? Мне одному страшно, я не буду вам мешать, честно, — просит мальчик, потирая сонные глаза. — Ложись, — сдаётся учитель и двигается на край кровати. — Спасибо большое… за всё, — Антон ложится на противоположный край и ещё сильнее укутывается в своё одеяло. — Не за что, Антош, сладких снов, — учитель выключает свет. — Сладких, — отвечает мальчик и почти моментально засыпает, в отличие от Арсения, который слишком занят мыслями об Антоне. Мужчина не может заснуть уже около сорока минут, но и Антон, которому явно снится кошмар, не может похвастаться спокойным сном, он то и дело елозит по кровати, иногда бормоча что-то невнятное во сне. Шастун лежит впритык своей спиной к спине учителя, тот поворачивается и обнимает его за талию, проклиная себя за это. «Блять, Попов, какого хуя, это же твой ученик!» — кричит его разум, но он лишь ближе притягивает к себе податливого спящего мальчика. «Ладно, наши тела все равно разделяют два одеяла, к тому же я всего лишь его обнял.» Антон снова начинает копошиться, и учитель убирает руку, давая ему свободу. Мужчина решает сходить освежиться, он умывается и наливает в стакан холодной воды. Арсений сидит за столом и пялится в одну точку, попивая воду. — Вы меня довести хотите? Мне же страшно одному, — бубнит сонный Антон, укутанный в одеяло, вошедший в комнату, — Или я вам мешаю? Я могу уйти, если хотите… — Не мешаешь, Тош, просто спать не хочется. А вот тебе бы следовало поспать, завтра снова не выспишься ведь. — Вы меня прогоняете? А ведь по ночам происходят самые душевные разговоры, — Антон садится напротив учителя и наклоняется к нему, показывая всю заинтересованность разговора. — Тебе не кажется, что нам не стоит выходить за рамки отношений учитель/ученик? — Но вы ведь сами эти рамки и переходите, — голос Антона звучит немного раздраженно. — Знаю, я просто хотел узнать твое отношение к этому, я просто подумал, что слишком давлю на тебя и действительно чуть ли не насильно затаскиваю тебя к себе в квартиру, вдруг тебе все же комфортнее дома. — С вами я могу быть собой, не бояться показывать свои эмоции, у вас дома я чувствую себя максимально спокойно, и сейчас мой круг общения состоит только из вас, Димы и Сережи, поэтому, если вы вдруг захотите общаться только в рамках учитель/ученик, то я действительно многое потеряю. — Останешься завтра ночевать у меня? — Арсений видит виноватое лицо мальчика и догадывается, что ответ отрицательный, — Так и будешь через день ко мне бегать? — Нет, это последний раз. — Почему? — Я чувствую себя домашним питомцем… Ну или вашим ребенком… Или содержанкой… Я просто не понимаю, чего вы добиваетесь, у вас вряд ли получится изменить моих родителей, жить вечно у вас или ваших знакомых я тоже не смогу, этот учебный год последний для меня в школе и скорее всего последний для нашего общения, как бы грустно для меня это не звучало. — То есть, для меня это пиздец веселые слова? — ученик впервые слышит, как матерится мужчина, и его глаза округляются. — Ну, вы для меня значите больше, чем я для вас, у вас же есть буквально все, я для вас как игрушка, которую можно в любой момент выкинуть, и я уверен, что вы это сделаете, потому что я невыносим. — Думаю тебе пора спать, раз ты такой бред несёшь. — Хотите сказать, что после моего окончания школы мы не перестанем общаться? Не смешите. — Конечно перестанем, если ты так настроен, ты-то мне нравишься. Антон понимает, что учитель имеет ввиду дружескую симпатию, но все равно расплывается в довольной улыбке. — Эх, а ведь это мечтает услышать от вас половина девочек школы, Вика вообще с вас глаз не сводит, не удивлюсь, если она уже обручальные кольца купила. — Антон, ну как тебе не стыдно, так одноклассницу выдавать? — смеётся учитель. — Она мне в шестом классе списать не дала, так ей и надо, — обиженно бурчит Шастун, — Кстати я так и не познакомился толком с новенькими. — У тебя ещё будет время, только не на уроке, понял? — Хорошо. Арсений видит, что Антон задумался о чём-то, — Что, понравились? — с ухмылкой спрашивает Попов. — А? Вы о чем? — Ты так задумался после упоминания девочек. — Да не, я просто засыпать начал. Но они милые, выглядят так, будто дали бы мне списать в шестом классе. — Пойдём-ка спать? — Арсений встаёт из-за стола и выходит из кухни, — Ты со мной будешь спать? — Угу, — Шастун догоняет мужчину маленькими шажками, путаясь ногами в одеяле. Антон ложится на самый край кровати, но постепенно начинает подползать к учителю, и в итоге прикасается своей спиной к спине Попова. — Ты вроде говорил, что не будешь мне мешать, — сонный голос учителя немного хриплый, и у Антона от него пробегают мурашки по коже. — А в прошлый раз вы меня обняли. Черт. Черт. Черт. Он не спал. Арсений сначала входит в ступор, но потом поворачивается и обнимает мальчика, — Доволен? — хрипло спрашивает мужчина на ухо парню, и если бы Шастун сейчас не был пиздец уставшим, ему бы уже пришлось придумывать план под названием «Как незаметно подрочить в квартире своего классного руководителя». — Пообещайте, что мы не прекратим наше общение после моего выпуска. — Обещаю, Тош. Арсений чувствует запах своего шампуня от волос мальчика, из-за чего на душе становится теплее, но стоит ему вспомнить, что уже завтра ему придётся отпустить парня в его же квартиру, где с ним могут сделать все, что угодно, как сердце сжимается. Попов сильнее прижимает к себе мальчика, дыша ему в затылок. — Очень по-натуральному, — бурчит в полудреме Шастун и тут же засыпает. 01:23 Косичка: Антоха снова пропал Че делать? Когда в розыск подавать? 01:26 Очкарик: Он утром обещал мне перезвонить Не перезвонил Да он небось с Арсением Сергеевичем обжимается) 01:28 Косичка: ??? Без меня????? Я тоже хочу!!!!!! 01:29 Очкарик: А если серьезно, где он может быть? Вдруг его родители того? 01:29 Косичка: Сплюнь Все с ним хорошо Наверно просто уснул рано 01:31 Очкарик: Ладно Ты прав А может он реально снова у Попова остался? 01:31 Косичка: Думаешь наш Тоха прямо сейчас на хую крассрука скачет? 01:32 Очкарик: Нет конечно Пол-второго ночи Они уже натрахались и спят 01:33 Косичка: Помнишь ты говорил, что ты всевидящий? Посмотри, где там сейчас Тоха 01:34 Очкарик: Это было в 3 классе… Но мои ведения говорят, что он сейчас спит в обнимку с Поповым) 01:34 Косичка: Впервые верю твоим ведениям Ладно, после больничного получит от нас