Тишина падения

*** Всю ночь мучали кошмары, поэтому уснуть удалось только под утро. Проснувшись первая мысль была: «Люцифер! Время! " На часах было 6:55. — Черт! " Иронично, однако» Умывшись, я одела образ, который, слава Шепфе, с вечера подготовила. Сделав конский хвост, пулей вылетела из комнаты. Добравшись до кабинета, она перевела дыхание и постучала в дверь. — Входи. Зайдя в комнату, она увидела читающего книгу Люцифера. Эта картина вызвала эстетический экстаз. Он отвёл взгляд от книги и перевел его на стоящую у входа девушку. Осмотрев ее, он одобрительно кивнул своим мыслям и вернулся к прочтению книги. — Ты опоздала. — Были неотложные дела. " -Ага, конечно. Самой не противно от вранья? -Замолчи. Все таки решил появиться, давно я тебя не слышала.  — Были дела.» Знакомьтесь, Маль. Мой друг. Голос в моей голове. Он появился в самый трудный для меня момент, когда погибли мои родители. Он помог переступить через боль, встать и бороться. Если бы не он, я бы до сих пор была бы маленькой беззащитной девочкой. Все свое детство я провела с ним. Он заменил мне родителей, стал настоящим другом и советником. Он единственный, кому я доверяю. Я о нем никому не рассказывала, т.к. меня бы сразу посчитали сумасшедшей и отправили бы в психушку (были случаи). Меня уже там встречают, как дома, а если бы они еще узнали о Мале, у меня бы была там пожизненная прописка. Спросите: " А Мими? Как же она?». А здесь все просто, она мне как сестра. Но мы все равно разные. Мы с ней познакомились в начальной школе, когда какой-то парень ее доставал. Я помогла ей, а она увязалась за мной. С тех пор мы все время вместе. Мы переросли дружбу стали парабатаями. Если умрет она, то вслед умру и я. — И какое " неотложное» дело у тебя было? — Не твоего ума дело. Она прошла в глубь кабинета и села в кресло. Его глаза полыхали пламенем, но лицо не подавали никаких эмоций. Оно было холодным, как лёд. " — А он неплохо держится! Мне интересно, на сколько ещё его хватит? Мне уже хочется тебя убить, а ему с тобой ещё целый день возиться. — Он сам себе приговор подписал. Я ещё не начинала, если я начну, то от его нервной системы останутся одни щепки. Как не тебе об этом знать. — О да! Я в курсе.» — Что ж, я сравнил наши расписания и внес несколько корректировок в твою программу. Я заметил у тебя хорошие успехи в учебе, значит ты должна справиться с такого рода нагрузкой. С этого момента ты будешь учишься со мной на одном курсе. — Что ты сделал?! Я была в шоке… Нет, я была в бешенстве настолько, что подскочила с кресла. " — Он совсем охренел?!  — А он начинает мне нравиться все больше и больше!  — Заткнись там! Я не могу понять, вообще-то ты на моей стороне, не забывай.  — Я придерживаюсь нейтралитета.  — Да-а? Ну-ну. Знаешь, я могла начать принимать те таблетки от шизофрении и тебя бы давно не было бы, хотя… Никогда не поздно начать. — Угрожаешь? — Нет, что ты! Всего лишь предупреждаю.» — Кто, черт возьми, тебе позволил изменять мое расписание?! Я готова была разнести этот кабинет в щепки. Я пылала изнутри. Ещё чуть-чуть, и я бы спалила бы здесь все, к чертям собачьим. Он молчал, продолжая читать книгу, что безумно бесило. «Интересно, я также выгляжу, когда со мной кто-то разговаривает?» Она не выдержала. Подойдя к нему, вырвала из его рук книгу и швырнула ее в стену. В тот же миг его рука оказалась у на шее, а она прижата к стене. — Никто! Слышишь, никто не смеет так со мной разговаривать!!! Ты меня поняла?! Ещё раз посмеешь говорить со мной в таком тоне, и я стану для тебя персональным палачом который закончит, то что не смогли закончить 15 лет назад. Ты уяснила? Отпрянув от меня он подошёл к своему столу и достал оттуда какую-то бумагу. — Это твое расписание. Ознакомься. Осмотрев список занятий, я заметила, что там отсутствует один предмет. — В расписание нет крылоборства. — Ах да… Крылоборство я лично буду тебе преподавать. — Уверен что осилишь? — Не сомневайся. После его слов они собирались выходить, но его рука застыла на дверной ручке. — Если ты думаешь, что можешь меня оскорблять в своих мыслях, то ты глубоко ошибаешься. После этих слов он вышел из кабинета. " -Вот это па-па-поворот. — Твою мать! Он читает мысли! Fuck, fuck, fuck! Он тебя тоже слышит? — Не волнуйся, он меня не слышит. Когда ты разговариваешь со мной твои мысли блокируются. Я об этом позаботился. — Спасибо, ты лучший! Не хватило чтобы он меня ещё и сумасшедшей считал. — С каких это пор тебя стало волновать чужое мнение, а? Или ты… — Не смей, даже не думай заикаться насчёт этого! Понял? — Посмотрим- посмотрим.» Выйдя из кабинета, Люцифер со своей новой подопечной отправились на первый урок. В коридоре царила тишина. Не выдержав, Валери спросила: — Зачем это все? -Конкретнее. — Зачем ты хранишь мою тайну и зачем возишься со мной? — Сложно ответить точно, но скажем так, я преследую свои цели и не могу не отметить то, что мне понравилось твое резюме. — Серьезно?! Ты в этом уверен? — Вспыльчивая, упрямая, с прекрасным аттестатом и со справкой из психиатрии с пометкой — социопатические наклонности. Знаешь, если бы я не видел чья это анкета, я бы с 100% точностью сказал, что она принадлежит мне. Это во-первых, а во-вторых, ты мне должна. Не забывай об этом " Да как тут забудешь» " Я все слышу. Учись блокировать мысли " Вспомнив про, то, что Малю удается блокировать мои мысли во время нашего разговора, я перевела взгляд на него. — Я слышала про обмен мыслями и блокировку разума, но не знала, что можно этому научиться на школьном уровне. — На школьном уровне ты этому не научишься. Посмотрев на девушку, он задумался и одобрительно кивнул. — Я научу тебя… Не дав ему договорить, я его перебила — Ты серьезно?! — Ещё раз ты меня перебьешь, и я… — Все- все- все. Усмехнувшись свои мыслям, он продолжил. — Я научу, но не сегодня. Каждое утро перед занятиями, у тебя… Он посмотрел на меня. -Будет тренировка, а также вечером. — Ты издеваешься? А спать мне когда? -Найдешь время. Идя по школе, в конце коридора Валери заметила Мими, повернувшись к Люциферу уже хотела бы сказать, но проследив за ее взглядом, он опередил. — У тебя ровно минута. Время пошло. И зашёл в кабинет. Она пулей полетела к соседке. Увидев ее, Мими расплылась в улыбке. — Ну что? Как ты? " Это откровенный пиздец, прошу прощение за мой французский.» — Не из такой ямы выбирались. " — Да, Маль?  — Эт, точно, но боюсь в этой яме мы задержимся.  — Это мы ещё посмотрим.  — Нас ждёт шоу?  — Ещё какое!  — Узнаю Валери! Приключения на задницу, мы идём, жди! От своих мыслей она улыбнулась. — Смотрю, тебя надолго затянула эта яма. Смотри мне! — она пригрозила пальцем. — Ты мне еще нужна целая! Делай что хочешь, но чтобы приползла живая. " — Значит, мне не показалось.» — Я еще посмотрю кто из нас еще живой останется. — Ты готова к уроку? — Кстати, насчёт этого… Тут такое дело… " Минута прошла!» — Черт! Мими, прости, мне пора, не хочу нарушить и так шаткое положение. Я все объясню, но позже. Хорошо? Поцеловав ее в щеку, я полетела в кабинет. — Прошу прощение, можно войти? — Проходите. Присаживайтесь на любое свободное место. Все в классе обратили на ее появление особое внимание. Удивительно, но она разделила их непонимание, тишина-тишина и тут БАХ! Заходит какая-то, ей бы тоже не понравилось. В классе было всего два свободных места: с Люцифером и за следующей партой. Она решила попытать удачу и выбрала второй вариант. Практически дойдя до парты, Люцифер перехватил ее руку и усадил рядом на соседний стул. -Твое место здесь. Урок вел Геральд. Самый востребованный из учителей школы. Она была уже знакома с его писаниями. —… — Превосходно, Андрес. — Правда? — Да, превосходное изображение идиота. По классу прошла волна смешков. Люцифер наклонился к уху и прошептал: -Между нами говоря, почему они не думают? Тебя это не бесит? Почему бы им просто не подумать? — Поверь, я этим вопросом задаюсь второе десятилетие. Усмехнулся с ее слов. Они продолжили слушать преподавателя. Почувствовав взгляд устремлённый на нее, она обернулась и увидела парня, ангела. Длинные светлые волосы, голубые глаза, щетина, белая рубашка. Подмигнувши, он устремил свой взгляд на учителя, а она в свою тетрадь. Задумавшись о своем, Валери не заметила, как к ней обратился преподаватель. -… Вы меня вообще слушали? " -Вообще-то, это к тебе обращаются.» -Черт» — Прошу прощение, я прослушала вопрос, не могли бы повторить? — Структура восьмого круга. — 8 круг (содержит 10 рвов, самый популярный из кругов) Злопазухи, или Злые Щели. Злопазухи отделены друг от друга валами. По направлению к центру область Злых Щелей поката, так что каждый следующий ров и каждый следующий вал расположены несколько ниже предыдущих, и внешний, вогнутый откос каждого рва выше внутреннего, выгнутого откоса. Первый по счёту вал примыкает к круговой стене. В центре зияет глубина широкого и тёмного колодца, на дне которого лежит последний, девятый, круг Ада. От подножья каменных высот, то есть от круговой стены, к этому колодцу идут радиусами, подобно спицам колеса, каменные гребни, пересекая рвы и валы, причем над рвами они изгибаются в виде мостов, или сводов. В Злых Щелях караются обманщики, которые обманывали людей, не связанных с ними особыми узами доверия. Стражем является Гелион. -Верно, но за вашу невнимательность на моем предмете, подготовите реферат по структуре девятого круга. Развернувшись, Геральд собрался подойти к своему столу. — Я могу сейчас. Он обернулся и посмотрел на меня. — Прошу прощения? — Я могу рассказать про девятый круг без подготовки реферата. — Прошу. И указал рукой на сцену возле доски. Спустившись, она начала объяснение. — 9 кругом является Ледяное озеро Коцит. Круг делится на несколько поясов: Пояс Каина, Пояс Антенора, Пояс Толомея, Пояс Джудекка. Также, девятый круг является серединой, центр вселенной. Стражами этого круга является Гиганты (Бриарей, Эфиальт, Антей). Томящиеся: Обманувшие доверившихся: Предатели родных; Предатели родины и единомышленников; Предатели друзей и сотрапезников; Предатели благодетелей, величества божеского и человеческого. Вмёрзший в льдину Дит терзает в трех своих пастях предателей величества земного и небесного (Иуду, Брута и Кассия). Вид наказания: Вмёрзли в лёд по шею, и лица их обращены книзу. — Абсолютно верно. Присаживайтесь, наказание снимается. Севши на место, Люцифер наклонился к моего к уху от чего по моему телу пошли мурашки. — Впечатляет. -… На сегодня урок закончен. Всех жду завтра. Выйди из кабинета. Меня уже ждал Люцифер облокатившись о стену. — Через 15 жду тебя в саду, одетую в спортивную форму. Сказавши это, он ушел в сторону своего кабинета. Дойдя до комнаты, Валери услышала стоны доносящиеся из спальни. " — Серьезно?! Меня всего день не было?! И что делать? Если бы это не была Мими, я бы уже давно зашла во внутрь и мне было бы все равно на происходящее. — Я могу устроить. — Нет! Не стоит… Пусть насладиться, давно я не давала ей отдохнуть.» Спустя 10 минут из комнаты вышел рыжеволосый парень. — Ади? — Валери? Ты все это время сидела здесь? Я кивнула в знак согласия. — Черт… Прости. Закатив глаза она вошла в комнату. — И как он тебе? — Вал?! Какого черт?! — Боюсь, черт ожидает меня в саду, а из-за вашего с Ади чаепития, я могу опоздать. — Ты все слышала? — Да. Так ты не ответила как он тебе? — Если мне не изменят моя память, то мы договаривались не лезть в личную жизнь друг-друга. Прищурившись, она осмотрела меня снизу-вверх. — Ты же знаешь, я всегда беспокоюсь за твое счастье. — Не ври, Валери. — Любопытство. — Я не Мира, я знаю, когда ты врешь. — Мне интересно, зря я буду сейчас буду отдуваться за опоздание или оно того стоило? — Ясно. — И что ты скажешь? — Я пока ничего не могу тебе сказать. — Мой тебе совет, чем раньше ты поймёшь, тем лучше. — И с каких это пор ты записалась в советчики по любовным делам? Но Валери проигнорировала ее вопрос и одевшись в спортивный топ и лосины вышла на улицу. В саду ее уже ожидал Люцифер. — Всё-таки соизволила прийти? — Мими задержала. — Что мне с этого. 30 приседаний. Возмущавшись и проклинаю Мими с Ади, она выполнила упражнение. — Ну что ж, начинай свои му… учения. Люцифер оглядел ее с ног до головы. Зрелище не впечатляло. Мурашки на коже, и ноги, по привычке занявшие боевую стойку… — Убери свою угодливую улыбку. Голос Люцифера был таким же безжизненным, как его глаза, но Валери показалось, что ей полоснули бритвой по коже. Улыбка, конечно же, была фальшивой, но Валери и не подумала сменить выражение лица. — Я не понимаю, о чем ты говоришь. Люцифер подошел ближе. Приоткрыл рот, обнажая клыки: — Первый урок, который тебе надлежит усвоить. Забудь о своих остреньких словечках и ухмылочках. Со мной такие штучки не проходят. И мне ровным счетом наплевать, что внутри у тебя все кипит от злобы и бешенства. — Сомневаюсь, чтобы тебе захотелось увидеть, как мои злоба и бешенство выплеснутся наружу. — Что ж, принцесса, валяй, показывай весь арсенал своих мерзостей. Только учти: я в десять раз мерзостнее тебя, и мой опыт по части мерзостей несравнимо превосходит твой. Валери сдержала первый порыв. Люцифер не представлял, что за сила таилась у нее внутри, словно когтями впиваясь в кишки. Улыбаться, однако, она перестала. — Уже лучше. А теперь — превращайся или показывай тьму. — Такие вещи у меня не получаются по желанию, — сердито ответила Валери. — Если бы мне понадобились твои объяснения, я бы так и сказал. Превращайся. Валери и вправду не знала, как это делается. В детстве ее этому не учили, а потом жизнь круто изменилась и она делала все, чтобы забыть о подобных вещах. — Надеюсь, ты захватил с собой перекусить? Если мне непременно нужно превращаться, мы проторчим здесь еще очень долго. — Смотрю, ты добиваешься, чтобы уроки с тобой стали для меня развлечением, — бросил ей Люцифер. Он вполне мог бы сказать не «уроки с тобой», а «поедание тебя живьем». — Я уже достаточно побыл в шкуре учителя и насмотрелся на разных учеников. Может, не будем тратить время на глупости? Люцифер притушил улыбку, отчего та стала еще коварнее и опаснее. — А теперь закрой свой остроумный ротик и превращайся. Валери содрогнулась всем телом. Это было как удар молнии, достигшей бездны. — Нет. И тогда Люцифер ее атаковал. Валери все утро раздумывала над особенностями его ударов. От первого удара она сумела увернуться, стремительно сдвинувшись в сторону. Предвидя второй удар, Валери метнулась в противоположную сторону. Но Люцифер был дьявольски быстр. Настолько быстр, что она не успела ни увернуться, ни отразить второй удар. Третий он нанес не по лицу, а по ногам. Казалось, Люцифер слегка шевельнул ногой, и вот уже Валери падала. Она попыталась сжаться в комок, но это не уберегло ее лоб от соприкосновения с камнем, сглаженным временем и стихией. Валери покатилась по камням, видя перед собой то серое небо, то серую каменную толщу. Что-то мешало ей дышать. Эхо удара и сейчас отзывалось у нее внутри головы. Но Люцифер на этом не успокоился. Склонившись над ней, он прижал Валери к камням. Сильные, мускулистые бедра больно упирались ей в ребра. Никак он не выдержал и собрался ее задушить? Она и так почти не дышала. Голова отчаянно кружилась. Валери было не напрячься и не сбросить Люцифера с себя. Она не могла даже пошевелиться. Противник превосходил ее весом и силой. Впервые в жизни она почувствовала: ее переиграли по всем статьям. — Превращайся, — потребовал Люцифер. Валери ответила смехом. Хриплым, прерывистым, звучащим жутко даже для ее ушей. — Что, не ожидал? Боги, голова у нее просто раскалывалась. С рассеченного лба ползла струйка крови. Люцифер теперь восседал у нее прямо на груди. Валери снова засмеялась. Разумеется, сдавленно. — Думал, разозлишь меня и я послушненько превращусь? Люцифер что-то прорычал. Его лицо Валери было видно сквозь хоровод звезд перед глазами. Даже простое моргание вызывало боль. Таких синяков она еще не получала. — Мне тут пришла мысль, — превозмогая боль в голове, сказала Валери. — Мне тоже пришла мысль, — прорычал Люцифер. — Не знаю, на что еще ты ухлопала эти пятнадцать лет, кроме дрянной игры в воина. Но расхлябанность сделала свое черное дело. Ты совершенно не умеешь управлять собой. Ни самообладания, ни дисциплины. Я говорю не о поверхностной, а о глубинной дисциплине. Ты как была, так и осталась ребенком. Капризным, избалованным ребенком. А еще… — карие глаза Люцифера были полны откровенного презрения, — ты трусиха. Будь ее руки свободны, она бы расцарапала ему физиономию. Валери извивалась, пробуя все известные ей способы высвобождения из хватки противника. С таким же успехом она могла бы пытаться сдвинуть каменную глыбу. — Что, не нравится это словечко? — спросил Люцифер, отвратительно посмеиваясь. Он наклонился ниже, и теперь глаза Валери, в которых еще мелькали цветные полосы, видели только его татуировку. Валери больше не слышала его слов. Все вокруг и внутри ее остановилось. Это ощущение было не с чем сравнить. Может, с погруженностью под воду. Или с мгновением, когда она вбежала в спальню родителей и увидела изуродованные тела. Она лежала и смотрела на небо, на которое наползали облака. Вроде бы Люцифер говорил что-то еще, но она не слышала. Она ждала его удара и почему-то была уверена, что не почувствует боли. — Поднимайся, — вдруг сказал Люцифер и встал сам. Мир снова стал ярким и просторным. — Поднимайся. Те же слова однажды сказал ей Маль. Тогда ее боль, горе и страх казались непреодолимыми. Но она их осилила: в ночь гибели родителей, в ночь расправы. Но тишина потянула ее в эту пропасть. Она и сейчас продолжала падать. Подняться невозможно, поскольку у пропасти не было дна. Грубые сильные руки подхватили ее. Окружающий мир качнулся вбок, завертелся. Перед глазами опять мелькнуло оскаленное лицо Люцифера и его жуткая татуировка. Чего он медлит? Свернул бы ей шею, и дело с концом. — Жалкое зрелище, — поморщился он, сплевывая на землю. — Жалкое зрелище бесхребетной девчонки. Она должна попытаться. Ради родителей. Она должна попытаться… Но когда она достигла того места внутри себя, где обитало чудовище, там обнаружились лишь тишина и паутина.