Я люблю вас, профессор!

Гарри Поттер, восемнадцатилетний юноша, вот уже битый час сновал по заснеженным улочкам Косого переулка, не теряя надежды отыскать подарки к Рождеству своим друзьям. Вся сложность заключалась в том, что в канун праздника многие магазинчики закрывались намного раньше обычного, не оставляя гриффиндорцу и шанса на какую-либо покупку. Гарри медленно брёл по украшенной яркими лентами и герляндами улочки Косого переулка, не переставая корить себя, за то, что только пару часов назад вспомнил, что совершенно ничего не купил своим лучшим друзьям. Последнее время все его мысли были заняты лишь одним человеком, человеком, который никогда не сможет принадлежать ему, человеком, который никогда не скажет ему и доброго слова, человеком, чьи чёрные глаза никогда не посмотрят на Гарри с нежностью и любовью. Гриффиндорец уже давно осознал, что его мечте никогда не суждено сбыться и что не нужно тешить себя иллюзиями, но, чтобы мальчик не делал, Северус Снейп никак не хотел покидать его мыслей. В коридорах Хогвартса, Гарри как только мог пытался обходить зельевара десятой дорогой, а во время занятий занимал последнюю парту, чтобы находиться как можно дальше от профессора, лишь бы не искушать себя ловя его прекрасный взгляд чёрных очей, который заставлял сердце мальчика буквально выпрыгивать из груди. Как же Гарри хотелось прикоснуться к Северусу, прижаться к его теплой груди, вдохнуть его запах, коснуться своими губами его губ… Дойдя до конца улочки Гарри сел на заснеженную одиноко стоящую лавочку. От нахлынувших воспоминаний стало так тоскливо… Поджав колени к груди, подросток положил голову себе на колени и прекрыл уже наполненные слезами глаза. " Какой я дурак! Столько времени сохну по человеку, которому до меня нет абсолютно никакого дела…» На улице холодало, а ветер, казалось, пронидывал до костей, но Гарри всё сидел на лавочке так и не двигаясь с места. Руки и лицо уже давно онемели и теперь покалывая причиняли нестерпимую боль. Надо было немедленно убираться отсюда куда-нибудь в тепло, но не было ни сил ни желания подняться. Прошел примерно час, прежде чем Гарри почувствовал что кто-то сильно тормашил его за плечо. — Чего вам надо?! — сиплым голосом осведомился гриффиндорец, сильно взбешённый, что какой-то идиот посмел потревожить его сон. — Поттер?! — раздался до боли знакомый голос над ухом. — Что, чёрт возьми, ты тут забыл в такую погоду?! — рявкнул зельевар рассматривая насквозь промокшего ученика. — Сэр? — еле розлепив замёрзшие ресницы, дрожащим от холода голосом произнёс Гарри, сьёживаясь под разгневаным взглядом профессора. — Что вы… что вы здесь делаете? — ошарашенно спросил подросток, пытаясь поднять на ноги, но из-за боли в замёрших конечностях рухнул бы на землю, если бы его не подхватили сильные руки зельевара. — Глупый мальчишка! — рявкнул зельевар. — Сколько времени ты просидел тут? — Не знаю… — дрожащим голосом ответил подросток. — Что за идиотизм, спать на улице в такую погоду. Чёрт возьми, Поттер, вы ещё вырядились как будто май месяц на дворе! Гарри было плевать на ругань Снейпа, сейчас он просто наслаждался моментом близости, о котором он так долго мечтал. — Вы слышите меня, Поттер? — раздалось над ухом мальчишки.  — Да, сэр. — тихо ответил Гарри. — Посмотри на меня. — Снейп аккуратно взял мальчика за подбородок, заглядывая в такие давно любимые изумрудные глаза. — И что мне с тобой делать? — струшивая снег с чёрных волос гриффиндорца поинтерисовался Снейп. Гарри задрожал. — Выпороть бы вас, мистер Поттер за такое отношение к своему здоровью! Мы сейчас будем трансгрессировать, приготовьтесь. — Еле сдерживая гнев на безрасудного мальчишку, зельевар крепко прижал его к себе. Гарри хотел было что-то возразить, но сознание медленно покинуло его.

***

Гарри не без усилия разлепил глаза. — Что уже соизволили проснуться? — послышался неподалёку знакомый голос. — Сэр… что произошло? — поднимаясь на локтях спросил Гарри. — Ничего хорошего! — резко ответил зельевар. Взгляд его чёрных глаз метали молнии. — И всё-таки… что произошло? — Вы получили серьёзное обморожение, идиотский мальчишка, и всё потому, что вы зачем то решили поспать на улице в разгар метели! Вы ещё и додумались надеть лёгкое пальто, вместо тёплой куртки! Ну как я мог забыть, вам же главное покрасоваться перед девушками! — не выдержав Снейп резко поднялся с кресла и подошел к замёрзшему окну. — Покрасоваться? Перед девушками?! — Гарри тоже терял терпение. Как же хотелось всё рассказать, рассказать всё до мельчайших подробностей, что он чёртов Поттер, вот уже как год влюблён в своего злобного учителя зельеварения. Как же хотелось рассказать! — Что ты этим хочешь сказать, Поттер? — Снейп резко повернулся. — Какая разница, вы всё равно не поймёте! — чуть ли не плача произнёс Гарри. — А может и пойму. — зельевар сделал несколько шагов в сторону гриффиндорца. — Я… Я наверное ненормальный? — начал Гарри. —  Мне… мне… — слёзы хлынули из изумрудных глаз мальчика. — Тише, тише. — оказавшись совсем близко зельевар нежно погладил подростка по волосам и аккуратно обнял его. — Я… Я… дело в том, что мне не интересны девушки… — Здесь ничего такого нет, Гарри, это абсолютно нормально. — ещё крепче обнимая мальчишку, пытался успокоить Снейп. — Я люблю вас, профессор! — набравшись смелости вдруг выпалил Гарри. — Что? — не веря своим ушам переспросил зельевар. — Вы наверное возненавидете меня, сэр и захотите сейчас же выставить меня за дверь, но…но это правда. Вот уже как год вы мне небезразличны. Я не могу ни спать ни есть. Я пытался держаться подальше от вас, думая, что всё это пройдёт, но это ни черта не прошло. Простите меня… — на последних словах Гарри пересиливая себя и свои желания попытался всё-таки отстраниться от мужчины, но ему не позволили сильные руки еще крепче прижимая мальчишеское тело к себе. — Какой же ты всё еще ребёнок, Поттер. Почему ты не сказал мне раньше? — Снейп обеими руками обхватив заплаканное лицо юноши. — Я боялся, что вы отвергните меня, сэр… Вы очень много для меня значите. Я обещаю, что я больше никогда не заговорю на эту тему, обещаю. — глухо отозвался юноша. — Гарри, признаться, я люблю тебя уже много лет. — В мгновение зелёные глаза подростка округлились. — Это правда. Я очень боялся своих чувств, понимая, что они далеко не отеческие. Боялся напугать тебя. Боялся смертельно, что слишком многого хочу, что если позволю чувствам взять верх надо мной, то не остав­ляю тебе свободы, завладеваю тобой всецело, сделаю тебя своей собственностью. Я давно живу только одним тобой, Гарри. — Я согласен быть твоей собственностью, Северус! — одними губами промолвил Гарри, всё ещё находясь в состоянии аффекта после услышанного. " Так это значит, правда? Он правда любит меня? Это не сон? " — Нет, Гарри, не сон. — ехидно улыбнулся Снейп. — А читать мысли нехорошо! — деланно обиженным голосом отозвался Гарри. — Извини. — лилейно пропел Северус, страстно целуя такие мягкие долгожданные горячие уста Гарри. — Прощаю.