Не-девушка

      Ноябрь подкрался незаметно. Братство, в которое входил Чонгук, собралось, чтобы выбрать самый эффективный способ собрать средства на ежегодную рождественскую вечеринку. И как в каждом ноябре, Гук начинал сомневаться, что решение его мозга подать заявку в вышеупомянутое братство было хорошей идеей.       Чонгук сожалел не о братском житье-бытье, в принципе оно ему нравилось. Только вот каждый год, когда снег потихоньку начинал выманивать из шкафов варежки и вязаные шапочки, наступала пора поиска финансовых ресурсов, что означало: все братья должны засунуть свою гордость в одно место и идти позориться с одной целью — организовать самую грандиозную вечеринку года.       Этот год, естественно, исключением не стал. Чонгук сидел на диване, зажатый между Хосоком и Джебомом, пока их старшо́й, Тэхён, перечислял возможные способы быстро заработать. С каждым озвученным вариантом Гук скисал всё больше и больше, контрастируя с улыбкой Тэхёна, которая с каждой минутой становилась всё шире и шире.       Так что когда президент объявил, что самых симпатичных братьев выставят на аукцион в качестве приватных стриптизёров, Чонгук даже не дрогнул. Ему хватило одного взгляда на ухмылку, которую Тэхён бросил в его сторону, чтобы не сомневаться: он обречён.

~ ~ ~

— Поверить не могу, что я должен носить такое дерьмо.       Чонгук плюхнулся на кровать, уставившись на вызывающе красный наряд, который ему придётся надеть на вечер. Хосок высунул голову из ванной, зыркнул на костюм и, хихикнув, снова исчез.       — Не так уж и плохо! — громко прокомментировал он, стараясь перекричать музыку, гремевшую в комнате Джебома.       — "Неплохо"? — передразнил Чонгук таким обиженным тоном, словно Хосок оскорбил его маму. — Я буду долбаным Сантой! Кто, скажите пожалуйста, дрочит на Санту?!       — Пак Чимин, вот кто, — сообщил Тэхён, входя в комнату и просматривая список в руке. — Кто мы такие, чтобы осуждать потребности другого человека?       — Парень или девушка? — полюбопытствовал Хосок.       — Не уверен, — Тэхён заглянул в бумажку. — Но оплата поступила из Брэндон-холла, так что, скорее всего, девчонка, — предположил он, на что Хосок согласно кивнул, так как упомянутая общага отличалась преобладанием женского населения. — Она заплатила за тебя хренову тучу бабла, Чонгук, так что лучше стань грёбаным Сантой года.       Чон тяжёлым взглядом окинул треники и майку, в которых разгуливал Тэхён, пока они с Хосоком собирались облачаться в костюмы стриптизёров.       — Хорошо тебе говорить, когда не надо этим заниматься, — упрекнул он, но тот лишь пожал плечами:       — Я мужчина несвободный, — ответ всё-таки прозвучал, прежде чем Тэхён покинул комнату.       Хосок вышел из ванной в ковбойских штанах, застрявших на середине крепких бёдер.       — Везёт ему, встречается с президентом, — высказал он своё мнение. Чонгук, скинув футболку, буркнул в знак согласия и начал натягивать белую майку-алкоголичку. — Сокджин всё время позволяет ему сачковать.       — Зацените, ребята, — на пороге появился Джебом в костюме пожарного. — Как я выгляжу?       Хосок посмотрел на него критичным взглядом:       — Восемь из десяти захотели бы трахнуться, только... ты недостаточно вспотевший.       — Надо будет подняться на этаж бегом по лестнице. — Джебом сразу нашёл выход, и Хосок показал ему большой палец вверх. — Ладно, пора идти. Пожелайте мне удачи.       — Кто тебе достался? — спросил Чонгук.       Джебом покопался в кармане и вытянул бумажку.       — Э-э... Джексон Ван, из Йейтс. — Чонгук с Хосоком переглянулись, узнав имя, а Джебом улыбнулся: — Что? Меня ждёт весёлый вечерок?       Только он вышел, как Чонгук упал на кровать, держась за живот от смеха. Хосок подхихикивал. Джексон был знаменит на весь танцевальный факультет своим пылом, не страдавшим от лишней утончённости. Вот уж правда, этот вечер Джебом никогда не забудет.       — Бог с ним, — сказал Хосок, безуспешно пытаясь натянуть штаны. — Чёрт их побери! Гук, ты не мог бы... ну знаешь... — Он виновато глянул на друга.       Тот кряхтя встал и взял крем для кожи. Выдавив на ладони щедрую порцию, он натёр Хосоку бёдра и крепко взялся за пояс штанов.       — Готов? — спросил Чонгук. Хосок схватился за дверной косяк ванной и кивнул. — Окей, на счёт три. Раз... два.. три!       Чонгук потянул.       Хосок заорал.       Штаны поползли вверх.       — Чтоб тебя, — проскулил Хосок, зашнуровывая штаны и едва дыша. — Бляха, чёртов универсальный размер, один на всех.       Чонгук тихо заржал, хватая жилетку Санты:       — Пойдём заработаем немного денег.       — Ага, — прохрипел Хосок, еле переставляя ноги. — Только не так быстро.

~ ~ ~

      Если на Чонгука и бросали странные взгляды, пока он шёл по кампусу, в середине ноября одетый Санта-Клаусом, он старался их не замечать. Вернее, не обращал внимания на парней и девчонок, с одинаковым вожделением глазевших на его бёдра в красных штанах, — полный отстой. Он не какой-то там Тэхён и однозначно осуждал любого, кто считал Санту горячей штучкой.       Игнорируя взгляды и один-два непристойных комментария (судя по ним, про стриптизный аукцион знали все без исключения), Чонгук добрался до места назначения вовремя. Он подошёл к списку у домофона и начал искать счастливую обладательницу возможности насладиться его сногсшибательными телодвижениями.       — Пак Чимин, — бормотал он под нос, — где ты, дорогуша?       После непродолжительного поиска нужное имя и номер комнаты обнаружились, и в этот момент какой-то парень, выходя из здания, открыл дверь. Чонгук не упустил возможности прошмыгнуть внутрь. "Без звонка даже лучше, — подумал он, — сюрприз будет". Вместо лифта решил подняться на четвёртый этаж по лестнице, рассудив, что если лёгкая испарина придаёт сексуальности пожарным, то она сделает то же самое и с отвратительным костюмом Санты.       Завернув за угол, Чонгук наткнулся на двух девушек. Он подмигнул им, вызвав смех, и это немного подбодрило, поэтому, оказавшись перед нужной комнатой, парень чувствовал себя намного уверенней.       Чонгук громко выдохнул, поправил жилетку с шапкой и дважды проверил готовность бумбокса.       — Давай, сделай это, — прошептал он и постучал.       Когда дверь открылась, две мысли одновременно пронеслись в голове Чонгука: первая — "ого, это точно не девушка", и вторая — "ах ты маленький извращенец". Перед ним стоял парень с куском пиццы во рту, в трениках, с немытыми чёрными волосами и в очках с толстой оправой. Чонгук едва не фыркнул при виде такой картины. "Едва" — потому что он как-никак Чон Чонгук, он приносил клятву братству, уже будучи знаменитостью, хоть и было это давно. Но ничто не могло застать его врасплох.       Не теряя ни секунды, Чонгук изобразил знойный взгляд, от которого у девушек (да и у юношей, чего греха таить) слабели коленки, затолкал парня внутрь и ногой захлопнул дверь.       Это была обычная комната на двоих, только с сильным запахом сыра и кетчупа, очевидно исходившим из открытой коробки на кровати, хозяином которой, как посчитал Чонгук, был Пак Чимин. Бедняга в пятницу вечером ел пиццу и читал книгу. В ПЯТНИЦУ ВЕЧЕРОМ.       "Разумеется, мне достался ботаник", — подумал Чонгук и ещё раз толкнул парня, отчего тот с громким вскриком повалился на кровать.       — Ты был непослушным мальчиком, Чимин? — спросил он низким похотливым голосом, входя в роль и мысленно поздравляя себя с придумкой идеального вступления к шоу.       — Фто? — произнёс тот с набитым ртом, но Чонгук уже взялся за дело.       Он включил бумбокс, сделал погромче и повернулся лицом к клиенту. Сделав шаг вперёд, подмигнул Чимину и наклонился, изящно изогнувшись в пояснице. Риз Уизерспун, увидев такое исполнение, расплакалась бы от зависти.       Парень подавился едой, когда Чонгук скинул жилетку, бросил ему прямо в лицо и начал покачивать бёдрами, поглаживая себя по торсу, — и всё это не прерывая зрительного контакта. (Отличное представление, Хосок бы им гордился.) Готовый показать немного больше тела, Чонгук взялся за край майки и рванул вверх. Чимин заколотил себя кулаком по груди, пытаясь проглотить остаток пиццы.       Чонгук вошёл в раж, подстёгиваемый шоком на лице парня, и тут дверь за его спиной распахнулась.       — Это что ещё за хрень?       Чон обернулся и обнаружил ещё одного парня. С его волос капала вода, а тощие бёдра были плотно обёрнуты полотенцем.       — Ты сосед? — спросил Чонгук, остановив музыку. — Не мог бы вернуться попозже? Мы тут немного заняты.       — Чимин? — парень будто не заметил гостя. Что за воспитание.       Выражение лица Чимина, как его назвали, с такой скоростью поменялось с потрясённого на гневное, что Чонгук отступил назад.       — Это ты устроил, Сынчоль? — прорычал любитель пиццы, что позабавило Чона, поскольку размером Чимин был с дюймовочку, до этого момента дюймовочку довольно отталкивающую, учитывая сексуальную атмосферу, к которой стремился Чонгук.       Полуголый парень затряс головой:       — Что ты, Чимин, я бы никогда...       — Тогда какого ты здесь? — потребовал ответа Чимин у незадачливого Санты.       Только теперь Чонгук смог рассмотреть, что без пиццы во рту парень был вполне симпатичным, немного мурзатым, но симпатичным даже с хмурым лицом. И какого чёрта заявился этот сосед?       — Так что? — повторил Чимин.       Чонгук моргнул и тоже нахмурился:       — Так это... того... ты же заплатил?       — Ух ты, — изумлённо выдохнул Сынчоль и опёрся о стену.       — Это неправда, — пролепетал Чимин и покраснел.       — Нет, правда, — возразил Чон. Он сдёрнул с головы шапку, в ней было слишком жарко. — Ты заказал стриптиз с Санта-Клаусом, победил на аукционе нашего братства.       — Полный изврат! — резюмировал Сынчоль, явно получая удовольствие от водевиля. — Не знал, что ты на такое способен, дружище.       — Заткнись! — Чимин повернулся к Чонгуку, выставив палец: — Я ничего не заказывал. Ты меня с кем-то перепутал.       — Нет, не перепутал. Ты разве не Пак Чимин? — Чонгук начал закипать. Предполагалось, что транзакция, говоря деловым языком, будет короткой: станцевать под трёхминутную песню — раздеться до полуголого вида — слинять. Возможно, украсть горячий поцелуй, если заказчик выразит желание. Всё, конец истории.       — Я-то Пак Чимин, — немного разочарованно подтвердил парень. — Но я не...       Он умолк на полуслове, поражённый пришедшей мыслью. Догадка озарила его лицо в тот момент, когда полуголый сосед по комнате захохотал, напугав Чонгука.       — Боже мой! Не могу! — задыхался Сынчоль, надрывая живот. Чимин застонал, сдерживая смех ладонью. — Чувак, ты ошибся комнатой!       — Как это? — не понял Чон. И побледнел.       Смех Чимина всё-таки прорвался наружу. Он повалился на кровать, хохоча до слёз. Чонгук разрывался между желанием посмеяться со всеми и умереть на месте. По возможности.       — Есть ещё один... одна... — начал Сынчоль, но его скручивал кашель. — Пак Чимин живёт на третьем этаже, только это деву...       Чонгук побежал. Он не стал дожидаться, пока парень, у которого от смеха началась икота, закончит объяснять. Чон схватил бумбокс, потом рванул через дверь и помчался по коридору, затем вниз по лестнице и через фойе. Встречные провожали его удивлёнными взглядами, но Чонгук их не замечал, без того опозоренный дальше некуда. Он собирался убить Тэхёна, потом разобраться с Сокджином.       Тоненький смех Чимина преследовал его до самого дома.

~ ~ ~

      — А потом он сбежал.       Комната взорвалась смехом на финальной реплике Хосока, и Чонгук, вздохнув, закрыл лицо руками. Был вечер воскресенья, прошло целых два дня, как он почти разделся, причём задаром, а его сосед по комнате без устали пересказывал историю всем желающим послушать. О, желающих было хоть отбавляй, ибо ничто не доставляло братьям большего наслаждения, чем публичное унижение их собрата.       — Поверить не могу, что ты едва не обнажился перед ним, — сказал Тэхён, вытирая слёзы.       — Ты попал на гендерно-нейтральное имя, — вступился Джебом, похлопав Чонгука по плечу. — Такое могло приключится с каждым.       — Неа, только с нашим Гуком! — слишком уж радостно хихикал Хосок.       — Может, он оказался настолько горячим, что Гук не удосужился предварительно проверить, — подлил масла Тэхён и подозрительно прищурился.       — Напомни, что это было за общежитие? — заинтересовался Хосок. — Выкладывай, Гук, будет тебе.       — Отъебись.       — Я, наверное, смогу найти записи, если Югём их не выкинул. — Тэхён задумчиво застучал пальцем по подбородку, а Хосок возбуждённо закивал, показывая, что он только за.       — Подождите, получается, Гук должен сам возмещать деньги за несостоявшийся стриптиз? — спросил Джебом.       — Ненавижу вас всех. — Чонгук показал средний палец и направился к себе в комнату. Сессия не за горами, и ему нужно получше высыпаться. Не-девушка-Чимин уже в прошлом, не́ из-за чего больше беспокоиться.

~ ~ ~

      Конечно, одно дело — пытаться верить, что ты нравишься всем на свете в достаточной степени, чтобы тебя избавили от дальнейших унижений. Совершенно другое — заставить этих всех поступать по-твоему.       Но вот как обстояли дела в реальной жизни Чонгука.       Наступил понедельник, но звонок будильника не сработал (или он его проспал, неважно). Важно то, что Чонгук проснулся всего за десять минут до начала лекции по истории искусств. Проще говоря, опаздывал.       Он слетел с кровати, натянул на себя первое, что попалось с пола, и помчался вниз к выходу. Сокджин, увидев, как тот торопится, ничего не сказал, просто придержал дверь пошире, уступая дорогу. Честно говоря, десяти минут Чонгуку хватало выше крыши. У него совершенно точно была уйма времени, чтобы добежать через весь кампус до здания факультета к началу занятий. Более того, он успел бы схватить стакан кофе с пончиком и нормально позавтракать.       Однако вселенная в который уже раз оказалась не на его стороне, и Чонгук, завернув за угол, на полном ходу врезался в парня, шедшего навстречу. От столкновения тот потерял равновесие, а бумаги, которые он нёс в руках, разлетелись во все стороны.       — Вот чёрт! — Чонгук присел и начал собирать листки. — Ты в поря...       О нет.       Гуку потребовалась секунда, чтобы узнать эти очки, и ещё меньше времени, чтобы разглядеть лицо пострадавшего. Разинув рот, в котором сегодня не было пиццы, не-девушка-Чимин уставился на него взглядом, в котором угрожающими темпами росло узнавание.       — Санта? — пробормотал он и поправил очки маленькой ладошкой.       Чонгук вскочил, сунул бумаги ему в руки и поспешил прочь.       — Эй, подожди!       Чонгук ускорил шаг и для верности надел наушники. Может, если очень постараться, получится сделать вид, что он не сталкивался с ходячим напоминанием своего позора. Можно притвориться, что этого Чимина на самом деле вообще не существует. И точка. (Что было легче сказать, чем сделать, как позже выяснил Чонгук, когда, сидя на занятиях, постоянно отвлекался, вспоминая губы не-девушки-Чимина.)

~ ~ ~

      В следующий раз, когда Чонгуку выпало несчастье пересечься с Чимином, он по крайней мере имел вид попрезентабельней, то есть одет был более подобающе, да и глаза не слипались со сна. Выглядел он, конечно, гораздо лучше, но всё равно оказался не готов к сюрпризу.       Позвонил Джебом и пригласил их зайти на ланч в кафе факультета социальных наук, где он встречался с Джексоном. Хосок согласился довольно быстро, когда Джебом объявил, что еда за его счёт. Чонгук тоже был не из тех, кто отказывается от халявного угощения. Семестр подходил к концу, и его баланс на карточке выглядел весьма уныло.       — Не верится, что Джебом начал встречаться с Джексоном, — радостно тараторил Чонгук, когда они шли, щурясь от порывов холодного ветра и прижимаясь друг к другу, чтоб хоть как-то согреться. — Он только что заплатил чуваку за стриптиз!       — Тот случай, когда можно не сомневаться, что всё прошло наилучшим образом, — поиграл бровями Хосок.       — Такое могло произойти только с Джебомом, — фыркнул Чонгук, хотя где-то глубоко в душе считал, что это классно. Короче, судьба.       Внешне Чонгук может и демонстрировал непрошибаемость, но на самом деле был безнадёжным романтиком. На его жёстком диске имелся секретный плейлист, озаглавленный "Для моей второй половинки". Не то чтобы он планировал остепениться в ближайшем будущем (слишком много горячих особей на этом свете), но ему нравилась сама мысль, что он всегда наготове. Чон Чонгук и "врасплох" не упоминаются в одном предложении, никогда.       Именно с такими мыслями о своей половинке он переступал порог кафе, следуя за Хосоком. Джебом скучал в одиночестве, когда они подсели за его столик.       — Джексон уже в пути, — сказал Джебом в качестве приветствия. — Он неожиданно встретил какого-то приятеля, немного опаздывает.       — Придётся немного подождать, — хмыкнул Хосок.       Джебом заказал всем лапшу и колу, и они занялись едой, коротая ожидание. Оглядывая по привычке зал, Чонгук обнаружил за одним из столиков своих однокурсниц. Одна из девиц (Гук знал, что она к нему неровно дышит) помахала рукой, облизнув губы, и он самодовольно усмехнулся. Чонгук чаще предпочитал не девушек, но для этой можно было сделать исключение. У неё были пухлые, сочные губки и довольно интересная тыльная часть — два пункта, наиболее им ценимые.       Он так увлёкся перемигиванием и обменом улыбками с девчонкой, которая явно будет не против провести с ним пятничную ночь (скрестить пальцы), что не заметил, как кто-то приближается к их столику. Только когда они подошли вплотную, Чонгук поднял глаза. Взгляд наткнулся на Джексона, потом на его спутника... знакомого ему спутника: чёрные волосы, очки с толстыми стёклами, всё те же дурацкие штаны. Проклятье. Не-девушка-Чимин. Что. Реально. За. Фигня?       Взаимодействие между мозгом и телом Чонгука дало сбой, и пока мозг уговаривал оставаться спокойным, двигательный аппарат уже включился в режим "бей или беги". Кончилось тем, что он нырнул за спину Хосока, изображая, что ударился о соседний стул.       Просто замечательно.       — Гук, ты в порядке? — забеспокоился Джебом, и Чонгук залился краской от всеобщего внимания. Он кивнул и уставился в стол. Джебом нахмурился, но странности друга решил не комментировать. — Ребята, вы ведь знаете Джексона?       — Конечно, — заулыбался Хосок. — Как житуха, чувак?       — Лучше всех! — ответил Джексон и тыкнулся носом Джебому в щёку.       — Фу, как неприлично, — поморщился Хосок, и все засмеялись.       И тут Чонгук совершил вторую за день ошибку: он поднял голову и наткнулся на пристальный взгляд Чимина.       — Простите за опоздание, — сказал Джексон, усаживаясь. — Заболтались с Сынчолем, потом появился Чимин. Ты же со всеми здесь знаком? — он повернулся за подтверждением.       Чонгук слегка позеленел и с мольбой посмотрел на Чимина, быстро качнув головой. Тот усмехнулся и громко выдохнул.       — Не совсем, — сказал он сладким голосом.       Это было последнее, что запечатлелось в мозгу несчастного Чонгука до конца ланча. Пока остальные, как нормальные люди, болтали и смеялись, он не отрываясь следил, как его лапша размокает в бульоне, и проклинал тот день, когда решил присоединиться к братству, что в конце концов разрушит его репутацию. Хотя ни Хосок, ни Джебом, похоже, пока не видели связи между Чимином Джексона и не-девушкой-Чимином Чонгука. И на том спасибо.       Хуже всего было видеть, что мелкий прям-таки наслаждался этим цирком, успевая бросать на Гука хитрые взгляды. Когда Хосок толкнул его локтем, намекая, что им пора идти, Чонгук вздохнул с облегчением.       — Было весело! — с энтузиазмом прощался Джексон. — Надо повторить, согласны?       — Определённо да, — подхватил Джебом. — Мы должны блюсти дух праздника. Чимин, ты за?       Чонгук решился посмотреть на парня. Он был всё в тех же огромных очках, которые, казалось, поглощали лицо целиком, и выглядел хрупким и чертовски милым (Гук ни за что бы в этом не признался).       — Конечно, — легко улыбнулся Чимин. — В конце концов, когда ещё заводить друзей, как не в рождество.       — Мы должны вести себя хорошо, — согласился Хосок, — иначе Санта ничего нам не подарит.       — Ну не знаю, не знаю, — ухмыльнулся Чимин. — Держу пари, он всё равно явится, примерно мы себя вели или нет, — последние слова сопровождались подчёркнутым взглядом в адрес Чонгука.       Джексон добавил какое-то не совсем приличное замечание, и Хосок заржал, словно ничего смешнее в жизни не слышал.       Чонгуку хотелось умереть на месте.