Этот удивительный мир...

— Как быстро люди забывают о том, что ход истории может измениться по воле одного человека. © COD: MW3.

POV Аква.

Мой день рождение, который был слегка растянут на два дня, продолжился по пробуждению. Моя маленькая милая имото проснулась вместе со мной. — Имото, привет. Как спалось? — мягко и с заботой сказал я прижав её к себе покрепче. Не сильно, получилось даже ногу закинуть и глубоко вдохнуть уткнувшись в её макушку. — Извини… Я уснула, — та очень грустно это заявила и даже с долей паники, поэтому стала шариться чтобы найти что-то руками за спиной, не сопротивляясь объятиям. — Что ты ищешь? — я наблюдал за этим с интересом, но несколько ленивым. В теле была лёгкость, удовлетворение от совместного времяпровождения, в груди светило солнышко. Обнимать младшую очень приятно. Куда-то идти и что-то делать абсолютно не было желания. — Эм… П-подарки! — та посветлела и повернулась ко мне лицом со светлой улыбкой радости и облегчения, вручая пустые подарочные коробки. Но как можно не понять по весу? Видимо спросонья не заметила разницы. Я с нежной и чуть снисходительной улыбкой попросил посмотреть на наши запястья. Та в некой неожиданности замерла на несколько секунд. Эрис оглядела, осмотрела под разными углами оба, погладила свой браслет большим пальцем другой руки и улыбнулась, поздравив с днём рождения… Такая глупая, но родная улыбка. Мы снова обнялись, ощущая тепло и заботу друг дружки. Но я вспомнил вчерашнии события и не смог сдержать любопытства: — Слушай, а что ты для меня придумала? — Ну… Поздравление, но уже поздновато… Нет! Никогда не поздно! — та загорелась идеей и посмотрела решительнее. Будто бы щеночек решительно решил таки отобрать какую-то игрушку… Так же мило. Или птенчик надулся. Мой маленький слишком милый птенчик. Больше всего она похожа на… почему-то вижу полярную сову. Не особо большую, но она так нахохлилась… — С днём рождения моя любимая старшая сестрёнка! Держи! — та мне впихнула из-за разгорячённости эти самые пустые коробки. — Тут то что я смогла изготовить. Я конечно не ты, по талантам даже не близко, но я… в общем, вот! — та зажмурила глазки всё ещё толкая мне под подбородок два пустых предмета. — Моя любимая гитара и теперь самая лучшая в мире кружка? — чуть лукаво спросил отодвинув коробки. Смотрел хитро, с добродушной улыбкой и… специально спустил свои силы с поводка давая понять всё моё отношение к этим подаркам. Полное одобрение, восторг проделанной работой за целую неделю. — Ты уже открыла? — задалась та вопросом, видимо хотела подарить. — А, я же уснула и даже не подарила, сама бы не сдержалась и открыла, если бы уснула уже ты. — в спокойном и расслабленном вздохе сказала она, потом начиная чесать свой шрамик и улыбаясь, следом говоря, — Правда понравилось? — Да. Ты же чувствуешь, — я специально прислонил свою руку с браслетом стороной деревца к её браслету. Соединил. Теперь бездумно любуюсь, фонтанирую счастьем, как и любимая младшая сестра напротив, тоже наслаждаясь видом, по глазам видно. Но так же несколько оценивающе, видимо проверяя не накосячила ли нигде. — Мне не важно насколько он дорог в понимании валюты. Лично я готова отдать за такое от тебя… — я задумался и выдал тихо, — очень, очень многое. А в голове стали подниматься мрачные мысли о событиях не далёких и очень седых лет, от двух, за тысячу, и более, которые я на корню задавил. Думаю, не заметила… надеюсь. По крайней мере я сразу же это скрыл. Хотя кто знает. Свои силы отпустил же. — Эм… Ну… Продолжим празднование? Я приготовила яблочный пирог и костюмы, которые ты сшила, примерю по очереди. Чаю налью. Немного стащила зелёного, — усмехнулась та, над мелкой шалостью. — Не готовила его ещё, это будет весело я думаю, — сложила та вместе руки, всё ещё с улыбкой и счастливо лёжа передо мной в красном, скорее рождественском, наряде. — Хочу пирог! — почти что крикнул восторженно. Готовка для таких существ как я — отдельное искусство. Мне плевать, пусть это будут хоть угольки, но если они напитаны энергией, причём позитивной… Хочу-хочу-хочу-у-у! — Конечно, а пока приготовь гитару и… настрой, у меня ещё один подарок, — хитро ухмыльнулась она и стала подниматься с кровати. — А пирог? — я растерялся. Хочу пирог, но мне сказали подождать. — Так я его сейчас принесу, а пока несу со своего этажа ты настрой гитару. Просто чтобы тот не остыл я поместила его в температурную тюрьму, вот и некоторое время займёт распутывание и снятие этого. — Беги, я на слух настрою, какая-никакая практика уже есть, — я отпустил её и прокатившись колбаской схватил гитару, усевшись на кровати по-турецки. — Самый лучший день в моей жизни! — зажмурился и умудрился немного станцевать в своей позе. «Только не говорите мне что я сплю, это просто невозможно. Так счастлив сейчас, как маленький щенок», — с улыбкой подумал, крутя колковые механизмы. Да, может быть без медиатора у меня будет не идеально, однако сейчас под рукой ничего другого не имею. Поэтому делаю всё по «пятому ладу». Сложно, требует сосредоточенности… отрешённости… всё внимание на слух. В общем-то после того как пришла Эрис с пирогом — дело пошло веселее. Пирог поглощася мной во время игры на гитаре, а как закончил, то с детским восторгом узнал один факт: Эрис просто восхитительно поёт. Нежный и обнимающий уши мягкой ватой, плотный звук этого голоса, просто преступно красив. Даже под те аккорды, которые сочинял на ходу и с определенной атмосферой… Талант Аквы к искусствам уже становится немного пугающим. Ну, а затем… Началась самая весёлая и приятная для моих глаз часть дня рождения — переодевания Эрис! Мой взор запечатлел и повесил в фоторамочку каждый из моментов: моя любимая имото в костюме горничной со средней по длине юбкой, моя маленькая милашка-стесняшка в закрытом пляжном нежно-голубом купальнике с волнистой, короткой светло-светло синей, немного прозрачной юбкой. Что же говорить о зимней Эрис в белом пальто и белых шерстяных сапожках, с шапочкой, которая имитирует её обыденную, но теплее, на ней были ещё и синие кошачьи, по моему дизайнерскому дополнению, ушки, плюс чёрные тёплые колготки, та чуть не запуталась. Осенняя, в джинсах и лёгком коричневом более лёгком пальто с четырьмя чёрными большими пуговицами. Я вдохновлялась образом шерлока, пусть и в своём исполнении. Или дерзкая Эрис в чёрной кожаной куртке с железными наплечниками, воротником, чёрной водолазкой и «боевыми» тёмными сапогами в которые заправляются те же джинсы, только опять же чёрного оттенка как и весь костюм… Только та всё равно милой была, как бы я не старалась её вертеть. Ну и летнее… Я списал с Крис. Та, конечно, несмотря на смущение и довольно открытую одежду, к моему удовольствию согласилась. Что ж, у богов может быть религия бёдер и гладкого, мягкого и привлекательного плоского животика? Я каждую малейшую деталь запомнил и переполнился вдохновением для живописи. Потом ради своего видения справедливости я вытащил то, что настругал на себя, дабы показаться уже перед своей имото. Ну… Представьте картину: та закрыла руками слегка рот и вздохнула в удивлении. Глаза распахнуты широко, фиолетовый океан будто бы обрёл множество граней от чего блестящей кисточкой отразились лучи света, те закручивались, углубляясь и углубляясь, будто бы пытаясь найти дно у бесконечно-прекрасных лиловых омутов. Знаете, а мне кажется, что шоппинг — это не так уж и плохо. Я откровенно любовался нашими отражениями в большом зеркале и был в полнейшем восторге почти весь день. Моё первое день рождение явно удалось и запомниться надолго. ***

POV Александр.

— Кха… ха… Кха-ха… — выкашливал я последние остатки крови в лёгких, которые регенерация сама выталкивала в разжиженном варианте… Без понятия что это за регенерация и как она работает, но эта кровь даже снаружи не свёртывалась. Такой себе защитный механизм организма, видимо из-за дара. Но мне не грозит потеря крови — потому что регенерация и затягивает эти раны. Недавний бой с каким-то отродьем от которого несло чем-то противным, который убил человека чтобы начать пользоваться его кровью. Позже я понял почему. Да это же грёбаный упырь оказался… отродье вампира. И это нечто противное было раза в два выше по характеристикам, чем я. — Если бы не регенерация, не помогла бы мне блять магия, — начал я уже более-менее свободно говорить, всё откашлял, но одышка всё ещё была, как и крайне сильная слабость. — Если бы не регенерация, то кирдык. Этот, нынче мёртвый, ублюдок просто двигался на грани моей реакции, он даже в один момент сердце вырвал. Это очень сука неприятно! Если регенерирую — не значит ничего не чувствую! — разгневанно непонятно на кого вскрикнул я. А так же заметил что уж слишком мало стал я материться, словно сам факт такого мне противен. — В любом случае, тот хотел разорвать меня пополам, на этом и подловил. Он вонзил руки мне в грудь, а я якобы не смог заблокировать — на самом деле же поставил их так, чтобы для удара не нужны были мышцы груди. В общем «ножницами» святых клинков я отсёк ему голову, а затем на всякий пробил голову и сердце. А потом пришли ещё и его дружки, бой был долгим, затем ещё какие-то упыри, хрен поймёшь как назвать полуразложившеися в воде трупы людей, которые ожили и пытаются тебя убить. В общем было весело зачищать гнёздышко относительно около реки… Некроманты не такие опасные противники как мне казалось. Хотя тот вполне может быть начинающим. В любом случае я встречаю рассвет на окраине леса, видев сны только прошлой ночью. — Я ещё слабоват, мне нужно больше тренировок. Фу-ух, — глубоко выдохнул я и снова вдохнул полной грудью. — Но хоть есть понимание что Аква явно тоже не веселится, а работает, бог же, а у неё две территории за которыми приглядывать надо… я думаю. Может она ещё не стала одной из религий в том мире? Я немного поразмыслил над этим вопросом, подумал-подумал, ожидая долечивания поломанной ноги, и пришёл к умозаключению: — Ничего в этом не смыслю. Хотя, учитывая что те аж пантеон образовали, а в мире богов много, те же христианские, одиновские или как там эта религия… скандинавские?.. А, плевать, в любом случае много соперников и раз уж аж паладина решила себе сделать, то явно не из-за того что успевает охранять своих верующих, — я себя похлопал по щекам и засунул в инвентарь клинки, после стал подниматься. — Не одному тебе плохо, Алекс. Аква тоже не радостную жизнь ведёт, нужно постараться и оправдать ожидания, — взбодрился непонятно чему и направился по дороге к знакомому уже храму, с книженцией некроманта. Всё-таки мне не нравится что внезапно объявилось три вампира, плюс некромант который упырей создавал. Просто хочется паранойю угомонить и спросить у того кто хоть что-то знать должен. Естественно я подразумевал… *** — Так вот кто охотился в деревнях… — пробормотал настоятель, коему я и сдал на руки книжку. Он внимательно листал её, просматривая что-то для себя понятное. — Не в первый раз, но хоть не ёкаи что-то опять не поделили и не демоны заявились. Нужно будет помолиться за их упокой, да смилостивятся над ними Богини. Он захлопнул книгу и передал парнишке. — Опять гайдзины. В архив… Эх, я слишком стар для этого. — Яхико-сан, вам всего пятьдесят, — проворчал парень. — Мне уже пятьдесят! Столько не живут, — забрюзжал настоятель, когда книгу унесли. — Александр, не хочешь меня сменить? Тебе Богини доверились, значит и я могу, — а голос такой льстивый и добрый… — Нет. Я паладин, а не настоятель, — я был честен и спокоен. — Я не могу оставаться тут навечно. Относительно скоро — в течение года — в округе будут лишь те от кого вы и сами с пол-пинка сможете защититься, тогда мне нужно будет идти в следующий регион, — закончил я. — Да и… То что богини мне доверились, не значит что я стал кем-то кто может всё, я не наши богини, я — паладин наших богинь и веры! — но эта часть уже была такой, в которой сквозь моё спокойствие якобы «пробивалась» ярая вера и уверенность. — А, это я и так знаю, — вздохнул настоятель так, словно и ждал такого ответа. — Говоришь правильно, но мне от этого не легче. Тяжело всех координировать. Я слишком стар для всего этого, — опять скатился в брюзжание. — И да, в мои нынешние годы ты поймёшь меня. Я уж своё отслужил, но вера и долг держит меня. Жду не дождусь когда помру. — Так быстро хочешь покинуть то, чему посвятил всего себя? — я действительно не понимал этой логики. — Хахаха! — искренне рассмеялся он. — Не недооценивай меня, мальчишка! — вытер он слёзы с уголков глаз. — Тебе ещё не понять этого Александр-кун. Я не могу, как ты сказал, «бросить» это дело, так как принёс присягу сначала Рикиддо, а потом и Эрис. Самого себя не пойму, не то что честь потеряю. Однако жаловаться на мою жизнь здесь мне никто не мешает, потому что я действительно устал… да. «Жизнь здесь» — это словосочетание крайне сильно мне врезалось вслух, пролезло по нервным сигналам и излилось уже в мозге, заставляя крутиться шестерёнки размышлений. — И то верно. Многие в этом мире и в это время умирают от болезней, повального голода от неурожаев, войн междоусобиц, да ещё и теперь реальна нечисть с демонами и другими «не теми» с кем мне предстоит разобраться, потому что сами они чаще всего почти ничего не могут этому противопоставить. Особенно обычные жители явно не смогут одолеть демона лишь вилами и копьями. Если те хотя бы такие же по силе что и вампиры, которых мне довелось встретить. Если сравнивать ещё проще, то я играю, допустим на средне-высокой сложности. Они же на уровне кошмар. Ни лекарств, кроме народных, которые не от всех болезней явно; ни способа защититься от угрожающих факторов. Если будет, то нужно просто надеяться на удачу выжить… Если бы я был на их месте, то видимо «проснусь ли завтра» или так и останусь спать мертвым сном — это не то, чем бы я смог управлять. «И я ещё жалуюсь? — с неким скрипом сжал я зубы. — У меня появился шанс, так какого хрена я его разбазариваю?» — пронеслась правильная мысль. Я расслабился и спросил у настоятеля, посмотрев тому в глаза с решительностью. — Настоятель, я сейчас тренироваться. Смогу ли я, вернувшись через несколько часов, узнать, что за «гайдзины» и где их искать? «Всех перебью без остатка», — с болью отозвалось у меня в голове шипастой лозой часть воспоминаний связанная с этой мыслью. — Ступай, — чуть задумчиво сказал тот. — Я пока подготовлюсь к этому рассказу. — Буду вечером, надеюсь продукты для ужина есть и я приготовить смогу, — отозвался я, выходя из церкви. — До свидания, Яхико-сама. Настоятель куда-то ушёл в свои мысли и был несколько мрачен, от него прямо и несло напряженностью, однако он ответил вполне спокойно, миролюбиво. — Запасы есть, нас прихожане и Сёгунат поддерживают. До вечера, Алекс-кун, — и с ровной спиной пошёл, судя по направлению, в свой кабинет. Он обычно строит из себя добродушного старичка, сутулится… «Надо же», — отметил я факт про свой организм и закрыл за собой двери.