Ты веришь в любовь?

La di die - Nessa Barrett, jxdn

      - Тэхён-а, - тихо зовёт Чимин, откусывая тонкую белую нить. Ким отрывает осоловелый взгляд от очередного эскиза, вопросительно склоняя голову к плечу.       - Он ведь... - Чимин запинается, тяжело вздыхая, - не вернётся больше, правда?       Тэхён хмурит густые брови, невольно сжимая длинные пальцы в кулак до побелевших костяшек. Ким медленно вдыхает и выпускает воздух, немного расслабляясь. Как же хотелось хорошенько врезать по лицу бывшему Пака.       - Нет, Чимин-и, он не посмеет, - тянет Ким, - не бери в голову, ладно? Он того не стоит.       Чимин тихо вздыхает, вдевая в иголку на этот раз розовую нить. Ему осталось подшить только подол.       - Я не переживаю, - тихо бормочет он, - просто так давно не выходил из дома, что как-то... - Пак прерывисто вздыхает, - воспоминания накатили, что ли...       Тэхён закусывает губу, опуская взгляд. Он знает, какие там воспоминания, и почему-то винит себя, что не смог защитить.       - Что шьёшь? - прерывает Ким короткое молчание, заинтересованно вглядываясь в ткань в чужих руках.       Чимин тепло улыбается, обрывая последнюю нить, и протягивает на прямых руках очаровательное иссиня чёрное платьице с вышитыми на нём пёстрыми цветами на лямках и у подола.       - Я ещё сшил на днях рубашечку, - Чимин осторожно переставляет люльку с Сохён и достаёт из пакета аккуратно сложенную белую рубашку, - как тебе?       Тэхён зачарованно вставляет рубашечку в прорези в платье и разгляживат на полу.       - Красиво, - выдыхает он, закрывая чёлкой заслезившиеся глаза.       Чимин внимательно смотрит за Тэхёном, и от него не укрывается неоднозначная реакция.       - Кто бы обо мне так в детстве позаботился... - вырывается из груди Кима с крохотным всхлипом.       Чимин поднимается, хрустя позвоночником, и подходит к Тэхёну, молча укладывая его голову на своё плечо. Он успокаивающе водит руками по спине, скрытой за огромной олимпийкой, прижимая к себе Тэхёна. Ким жмётся к теплу совершенно неосознано, плачет беззвучно. Облегчение поднимается по кончикам подрагивающих пальцев, которыми он цепляется за белую футболку Чимина.       - Я дома, - кричит с порога Розе, проходя в комнату, - чего ревём? - озадаченно спрашивает она.       Тэхён резко отстраняется, грубо стирая ладонью горькие слёзы.       - Ревёшь тут только ты, когда в душе поёшь, - привычно огрызается Ким, бормоча себе под нос.       Чеён даже не реагирует, лишь закатывает глаза. Она ставит на стол пакет с чем-то ароматным, а из кармана достаёт милую тряпичную куколку-зайца.       - Что это? - ёжась, интересуется Тэхён, не чувствуя никакого желания заглядывать в пакет.       - Это наш ужин, завтрак и обед, я думаю, - пожимает она плечами, - и игрушка для малышки.       Тэхёна передёргивает, и он возращается к эскизам, стараясь не реагировать на раздражающий аромат.       - Как ты купила это? - мягко спрашивает Пак, хмурясь.       Чеён звонко чмокает брата в щёку, а затем щипает его за бок.       - За кого ты меня принимаешь? - недовольно интересуется она, - у Сокджина приступ готовки, он отдал мне немного, а в магазине я купила смеси для Сохён с зарплаты недавней, - девушка залазит рукой в пакет, намереваясь отхватить себе мочи, однако получает по рукам.       Чимин закатывает глаза, поражаясь своей сестре.       - Не хочешь сначала руки вымыть, Чеён-а? - недовольно ворчит он, - у меня даже Сохён-и перед тем, как есть, руки мне протягивает, чтобы я их ей вымыл.       - Ты уверен, что это не потому, что она обниматься хочет? - бормочет девушка, но послушно уходит в ванную.       На столе вдруг трезвонит телефон. Тэхён вздрагивает, подходя ближе.       - Хм, неизвестный, - бормочет он вслух, задумчиво вертя старенький смартфон в руке.       Чимин оборачивается, перекладывая сшитые недавно вещи в другой пакет.       - Не бери, - встревоженно шепчет Пак.       Его грудь охватывает неприятное волнение. Такое, что дышать становится тяжело, но он медленно вздыхает, силясь успокоиться. Тэхён пожимает плечами и спокойно сбрасывает вызов. В конце концов, будь это менеджер, так его номер забит в контактах. А больше и звонить-то особо некому.       - Готово, - довольно изрекает Чеён, возвращаясь.       - Отлично, - бормочет Пак.       Розе ловит его взгляд, зрачки расширены от страха. Девушка вскидывает бровь.       - Чимин? Что происходит? - она взъерошивает розовые пряди у корней.       Пак прячет взгляд, начиная разбирать пакеты с едой. Он достаёт всё, что необходимо для ужина и убирает в сероватый холодильник с царапиной через покосившуюся дверцу всё, что может понадобиться только завтра.       - Всё в порядке, Чеён-а, - Чимин слабо улыбается, пытаясь понять, что на него нашло.       Розе не верит брату, но оставляет в покое. Кредит доверия между ними слишком высок, если Чимин не хочет рассказывать, значит ещё не время.       - Кстати, не хочу нагнетать обстановку и всё такое, - начинает Чеён, - но у дверей ошивается какой-то стрёмный тип, я забежала, когда он отвернулся... Но что-то подсказывает мне, что он ещё зайдёт.       Чимин украдкой вздыхает, настраиваясь на то, что вряд ли посетитель будет доброжелательным.       - Значит, так, сейчас я готовлю еду. Это займет буквально минут пятнадцать. Чеён, ты берёшь Сохён-и, Тэхён берёт ужин, и вы поднимаетесь в квартиру и сидите там тихо до моего прихода. Всё ясно?       - Чимин, может нам стоит закрыться, если это может быть опасным? - интересуется Розе, нервно обнимая себя за плечи.       - Я сказал, вы услышали, - жёстко обрывает Пак, - и, да, Тэхён должен съесть хоть что-нибудь. Если меня не будет больше часа, а внизу будет тихо, Розе - звонишь Джин-хёну, он скорее всего либо приедет со своими головорезами, либо вызовет полицию.       - Чимин, давай просто закроем тату-салон, чёрт возьми, - Тэхён ласково закрывает ушки проснувшейся Сохён, пока Розе пытается образумить брата.       Чимин хмурится, убирая готовый салат и заваренную лапшу по контейнерам. Он замешивает кашку для Сохён и кладёт по булочке к уложенному ужину.       - Чеён, ничего такого не произойдёт, - Пак смотрит в чужие глаза, передавая ей в руки пакет с едой, - это простая мера предосторожности, никто не застрахован от случайностей... - мягко улыбается Пак, целуя сестру в макушку.       Розе обеспокоенно заламывает брови, покусывая нижнюю губу.       - Почему бы тебе просто не закрыть салон? - жалобно просит она вновь.       - Чеён-а, деньги на дороге не валяются, тем более, что может этот парень вообще не к нам зайдёт, - Чимин целует пухлую щёчку дочери, ласково улюлюкая.       - Нет, - бурчит Розе, - он точно к нам. Я слышала телефонный разговор, должен приехать его друг ещё или что-то вроде того.       - Не имеет значения, - качает головой Пак и мажет губами и по щеке притворно поморщившегося Тэхёна.       Это несносный подросток в теле взрослого парня должен знать, что он важен и нужен. Колокольчик на двери оповещает о позднем визите, и Чимин буквально заталкивает на лестницу домашних.       Тэхёна не отпускает чувство лёгкой тревоги. Он хочет сунуть кулёк с ребенком в руки Чеён и вытолкать парней из салона.       - Я не могу успокоиться, - доверительно шепчет он, чувствуя себя бесполезным.       Розе бросает на Тэхёна невидящий взгляд.       - Я тоже, не поверишь, - холодно отрезает она.       Тэхён прижимает Сохён поближе к себе, девочка тихонько хнычет во сне от жара чужого тела. Чеён замечает, как хочет отгородиться от неё Ким. Телефон привычно ложится в ладонь, и Розе печатает сообщение Сокджину.       - Давай сейчас просто поедим, - она смягчает тон, аккуратно забирая к себе племянницу, - я за этот день вымоталась жутко, - устало улыбается она.       Розе щебечет о своей работе, переложив Сохён в люльку. Она рассказывает о забавных клиентах и о реакции Джина на представление RM в его клубе. Тэхён неожиданно для себя заслушивается мелодичным голосом и открывает контейнер. Он подцепляет палочками лапшу, пока Розе всё продолжает одну интересную историю за другой.

***

      Колокольчик повторно переливается звоном в момент, когда Чимин скрывает розовые пряди под надвинутой на глаза бейсболкой. В звенящей тишине слышится низкий голос посетителя.       - Есть тут кто?       - Да, секундочку, - кидает Чимин. Голос вечернего клиента хрипит, и Пак делает вывод, что мужчина часто курит. Вместе с уличным ветром в коридоре повеяло сигаретным дымом.       - Санхо, я не думаю, что это хорошая идея, - едва разборчиво вступает ещё один голос, - омега не справится с такой работой. Мы только теряем время.       Чимин подходит ближе, и ничто не мешает теперь рассмотреть ему альф из-под козырька низко надвинутой на лоб кепки.       - Не делай поспешных выводов, Сухо, - тирада разбивается о спокойствие Санхо словно пенистые волны о старый причал, - сможешь повторить? - внезапно обращается он к подошедшему Чимину, - Или тату делает другой омега?       Чимин дёргается, когда мужчина протягивает ему испещренной шрамами рукой сложенный втрое эскиз.       - Я тут и швец, и жнец, и на дуде дудец, - бормочет Пак, осторожно цепляя потрёпанный лист.       Чимин разворачивает и бережно оглаживает его, всматриваясь в замысловатые линии.       - Четыре омеги и едва заметный запах альфы, - произносит тем временем Санхо.       Чимина слегка передёргивает. Он чувствует табун мурашек, противно сбежавших по позвоночнику, но не позволяет себе оторваться от рисунка.       - А, нет, есть ещё более старый запах альфы, - задумчиво тянет мужчина.       Чимин закусывает губу и мгновение смотрит на альф, цепляясь взглядом за кобуру.       "Оружие... Вау", - суетливо мелькает мысль.       - Феромоны у этого альфы... Неприятные какие-то, - продолжает Санхо, - Сухо, что это может значить?       Сухо переступает с ноги на ногу и вскидывает бровь, складывая руки на груди. Тугие жгуты натренированных мышц плавно перекатываются под плотной тканью цвета хаки. Чимин упустил из виду момент, когда альфы избавились от верхней одежды.       - Это значит, что альфа угрожал омегам в попытках пригрозить авторитетом, - равнодушно изрекает он.       - Тц, какой слабенький альфа, - притворно расстраиваясь, качает головой Санхо, - авторитет проявляется лишь тогда, когда не требуются феромоны, чтобы люди вокруг опасались подойти, - назидательно произносит он, стремительно поворачивая голову в сторону Чимина, - верно, омежка?       Чимин вздрагивает, рывком возвращая рисунок.       - Я... - сердце в груди бешено стучит, - пожалуй, справлюсь с этой работой.       Альфа встаёт с пуфа у входной двери, и Чимин буквально задыхается. Выпусти Санхо свои альфа-феромоны и Чимин просто напросто умер бы от разрыва сердца. Животный страх затапливает бурлящую в венах кровь.       - Расслабься, - внезапно закатывает глаза Сухо, молчавший до этого, - тебе нечего опасаться, на суповый набор не кидаемся, к тому же, - альфа отодвигает ворот чёрной водолазки, демонстрируя припухшую метку на крепкой шее, - у нас есть омеги.       Санхо недовольно цыкает, но тоже сдвигает воротник клетчатой рубашки, показывая наличие и своей пары.       - Ну, мне было весело, - пожимает он плечами.       - Я заметил, - недовольно отзывается Сухо, и альфы проходят в кабинет.       Чимин унимает колотящееся сердце осознанием, что сегодня никто не будет пытаться его убить и ступает следом.       - Татуировка, которую вы хотите, - начинает он, стараясь контролировать свой срывающийся голос, - похожа... М, на герб или что-то вроде того.       - Именно, - кивает Сухо, - это знак клана...       - Клан - что-то вроде байкерского клуба, - хищно улыбается Санхо, - не бери в голову.       Чимин неосознанно вжимает голову в плечи и кивает.       - Но, омега, тебе стоит озаботиться своей безопасностью, потому что на улице не так далеко ошивается пара, не таких мирно настроенных как мы, альф. Твой дом спасает то, что обоняние у них ни к черту, и они не прознали ещё, что тут ребёнок и три никому не нужные омеги... - усмехается он.       - Я предпочитаю говорить "свободные омеги", но спасибо за беспокойство, - морщится Чимин, подготавливая инструменты.       Гордость и усталость берут свое, и сил на страх уже не остаётся.       - Более поздний запах альфы хорошо мешается с чужим омежьим на тебе, - невзначай бросает Санхо.       "Замечательно, вокруг меня ошиваются истинные", - проносится в голове Чимина.       - Кто первая жертва? - флегматично интересуется Пак, когда всё готово.       - Интересная постановка вопроса, - шипит Сухо и садится в кресло.       - Где будем бить? Наиболее удобные и безопасносные варианты, разумеется, в связи с особенностями человеческой анатомии - икры, ягодицы, спина, грудь и плечи. Учитывая вашу татуировку могу предложить набить на предплечье, - заученно произносит Чимин и выжидающе смотрит на альф.       - Давай предплечье, - пожимает плечами альфа, склоняя голову, - нам, в целом, туда и надо, либо же на икру.       Чимин отходит к рабочему столику, захватив эскиз. Он усаживается в старенькое кресло и начинает перевод будущей татуировки на трансферную бумагу, проводя стандартный опрос.       - Настроение хорошее? - старательно выводя контур ожурных сов, спрашивает Пак.       - Ч-что? - раздается удивленный возглас позади, - какое это вообще имеет отношение к...       - Самое прямое, - закатив глаза, отвечает Чимин, перебив альфу, - если вы нервничаете или находитесь не в духе это может повлиять на то, как вы будете переносить боль, - Чимин на мгновение остановился, вырисовывая глаза тёмной совы, - если у вас хорошее настроение, и вы выспались, то вам будет проще высидеть период процедуры и вытерпеть боль.       - Настроение в норме, сон... - Санхо намного замялся, - пойдёт.       - Хорошо, - чуть кивнул Пак, выводя крылышки, - вы выпивали сегодня?       - Нет, но это как влияет на тату? - Сухо сложил руки на груди, чуть нахмурившись.       - Опять-таки, очень сильно. Этиловый спирт повышает давление, расширяет кровеносные сосуды, кровообращение идет интенсивнее, в связи с чем бледнеет свежий рисунок, заживлении идет труднее и дольше, а сам процесс становится более болезненным, - Чимин ещё спрашивает о наличии различных болезней, когда, наконец заканчивает переводить рисунок.       Чимин плавно поднимается со своего места, потягиваясь и разминая затекшие косточки.       - По моим подсчётам нам понадобится около двух часов, чтобы я мог набить тату вам обоим, - Чимин надевает перчатки и присаживается у кресло.       - Отлично, - отвечает Санхо, пока Сухо снимает водолазку, оголяя плиты грудных мышц.       Чимин не первый раз бьёт татуировку, так что даже не отвлекается на подтянутое тело, приступая к привычной работе. Он очищает кожу антисептическим средством, отмечая, что она хотя бы подготовлена к нанесению рисунка.       Перенос тщательно выведенного рисунка не занимает много времени, и Чимин начинает кропотливую работу под жужжание контурной роторной машинки.

***

      Сокджин просто зашивался в своём собственном баре. Он задыхался от ответственности и количества обязанностей, в которые, безусловно входил контроль всего обслуживающего персонала. Всё же бар - не то место, где легко поддерживать чистоту.       Сокджин устало опускается в кресло, не расслабляя перетруженных мышц спины и рук. Он осторожно цепляет на нос квадратные очки в прозрачном креплении и берёт с утра его ожидающие документы. Цифры упорно не хотят выстраиваться в ряд на белоснежных листах, и Сокджин устало прикрывает глаза и вздыхает, потирая переносицу.       - Чёртов Намджун, - едва слышно вылетает из пухлых губ.       Выступление RM'a взбудоражило людей, и прилив посетителей был действительно невероятный. Но и работы сильно прибавилось.       Сокджин растирает лицо ладонями, особенно сильно потирая убогий шрам в глупой надежде, что, быть может, он исчезнет. Он похлопывает себя по щекам и решает начать с чего попроще. В конце концов, его смена подошла к концу и у него есть остаток ночи, чтобы заполнить все нужные бумаги, так что Сокджин решает проверить сообщения и, конечно, же замечает весточку от Розе. Он подрывается с места, хватая кожаную куртку с крючка и, вылетая из кабинета, делает знак одному из охранников, чтобы шёл вместе с ним.

***

      Чимин удовлетворённо потягивается, когда, наконец, заканчивает со второй татуировкой.       Он тянется рукой за плёнкой и бережно обматывает ею готовую работу. Альфы довольно усмехаются, что напоминает больше короткий оскал, однако жмут Чимину вспотевшую ладонь и честно платят за работу.       - Спасибо, омега, - подмигивает Санхо, однако тут же теряет теряет из взгляда веселье и очарование, - следи за дочерью тщательнее.       На последок бросает он, скрываясь за входной дверью вслед за Сухо.       Чимин цепенеет, не в силах сдвинуться с места. Он остекленевшим взглядом смотрит в пустоту, боясь, что если сдвинется с места, случится непоправимое. Грудь вздымается от рваного дыхания.       - Если они что-нибудь успели сделать... - дверь распахивается с ноги и в салон тяжёлым шагом заходит Сокджин.       Он замечает Чимина в нескольких метрах и в судорожном порыве прижимает его к себе, быстро преодолевая разделявшее их расстояние.

***

      Тэхён чувствует, как желудок растягивает порция острой лапши. Живот отзывается ноющей болью, но Ким продолжает улыбаться. Розе рассказывает очередную интересную историю, подкладывая в его контейнер ещё немного лапши. И ещё...       Тэхёну так стыдно, что хочется умереть. Ему становится противно от радостной улыбки Чеён, которая впервые видит, что Тэхён так много ест, ему противно от самого себя. Он такой слабый, опять объедается.       Желудок словно распухает с каждой порцией, попадающей внутрь. Тэхён чувствует как больше не натягивается кожа на рёбрах, как он моментально обрастает жировыми складками. Он такой уродливый и жирный, что не сможет больше зарабатывать даже своим лицом и телом. Слабовольный и жалкий, как только может он продолжать есть всё это.       Но Тэхён не может остановиться. Он съедает абсолютно всё, едва не облизывая палочки.       Тэхёна тошнит, тошнит. Тошнит...       Ким вскакивает с кровати, схватившись за живот рукой. Он размазывает отвратительные слёзы по распухшим щекам и заходится в кашле от сдерживаемых рыданий, пока несётся в туалет.       Он захлопывает за собой дверь и безвольной куклой падает на колени, раздирая их, когда проезжается по кафелю.       Живот будто разрывается от количества еды.       Тэхён клялся себе, что больше никогда не будет этого делать, но он не может сдержать своё слово.       Длинные пальцы привычно забираются в рот, задевая узловатыми костяшками зубы. Тэхён щекочет заднее нёбо, чувствуя к себе отвращение. Он склоняется над унитазом, надрывно кашляя.       С первого раза никогда не получалось.       Он повторно проталкивает пальцы внутрь, и на этот раз всё получается. Тэхён крепко зажмуривается, не обращая внимания на слёзы, пока вместе с тошнотой выходят его страхи поправиться хоть чуть-чуть от того количества, что он съел.       Кто-то вдруг распахивает дверь, но Тэхён не может обернуться. Он в очередной раз щекочет во рту теперь уже дальний язычок и склоняется над унитазом.       - Тише, Тэхён-а, - раздаётся над самым ухом, и рыдающий Ким чувствует, как одной рукой Чимин обнимает его, присев сзади, а другой придерживает его волосы, пока ужин наружу выходит вместе с желчью, - ты уже сделал всё, что хотел. Больше не надо, Тэ-Тэ, - ласково приговаривает Пак, пока Тэхён отталкивает себя ногой от унитаза в чужие объятия, позволяя себе захлёбываться в слезах, - там больше ничего не осталось, никакой еды...       Чимин гладит Кима по спутавшимся волосам, и его спокойствие в этот момент дорогого стоит. Тэхён хватается обессилившеми руками за толстовку Пака, жмётся как можно ближе. Он чувствует облегчение, но от этого стыд поднимается по телу, вызывая ещё большее презрение к себе.       - Прости, прости, - бубнит Тэхён без остановки, - я не хотел, пожалуйста, прости меня...       - Тэхён, - резко одергивает Чимин, - пожалуйста, успокойся. Ты справишься с этим...       - Мне неловко прерывать важный для вас момент, - от двери раздаётся голос Сокджина, - но там внизу только что прозвенел колокольчик.       Он стоял в дверях, не решаясь смотреть на парней на полу.       - Да, сейчас, - Чимин поднимается и помогает встать Тэхёну, - сходи, пожалуйста к Чеён, - просит он тихо, поглаживая Кима по плечу, - она позвала меня к тебе, так что сильно переживает, я думаю.       Тэхён кивает, низко склонив голову, и уходит, утирая дрожащей ладонью слёзы на лице.       Чимин спускается к входной двери, потупив в пол усталый взгляд. Он подходит ближе и поднимает голову.       - Ты? - невольно вырывается из груди Пака, а сердце заходится учащенным стуком.       На пороге салона стоит Мин Юнги. Мужчина, который спас Чеён и отвёз их домой. Надо сказать, не самый приятный для Чимина.       - Я не хотел тревожить вас так поздно, - криво улыбается он, - но все мои средства заблокированы, я не могу переночевать в своей квартире.       - Это всё, конечно, очень печально, - медленно проговаривает Чимин охрипшим голосом, - но причём тут я? - Пак вскидывает бровь, - мой дом - не приют для обездоленных или бездомных.       Юнги закусывает внутреннюю сторону щеки, устало потирая переносицу. Чёрт бы побрал Хосока и его умение решать проблемы.       - Чимин-а, - спустя минуту напряжённой тишины слабо раздаётся с лестницы.       - Да, Тэ? - взгляд Пака заметно теплеет, и он поворачивается к Киму.       - Хосок звонил, - бросает Тэхён, - он сказал, что придёт некий Мин Юнги, его надо пустить...