Surprise

Клаус постарался тихо закрыть дверь, хотя Кэролайн уже мирно спала. Её взгляд был мутным, когда он прижал своё запястье к её губам. Он не сразу почувствовал её клыки, и это стало причиной его беспокойства, что его задержка могла стать причиной непоправимого, пока, наконец, не почувствовал медленные глотки из его вен. Облегчение накрыло его с головой и он нежно прижал её к своей груди. Кэролайн пила медленно, но он видел, как к ней возвращается привычный румянец по мере того, как кровь исцеляла её. Придя в себя, она подняла глаза, чтобы встретиться с его обеспокоенным взглядом, и Клаус позволил себе выдохнуть, освобождаясь от огромного валуна, располагавшегося на его плечах. Она будет жить. Клаус натянул на неё одеяло, легонько провел большим пальцем по её губам, стирая остатки его крови. Он любовался ею ещё некоторое время, лишь однажды отвлёкшись, чтобы убедиться, что её дыхание пришло в норму. Ровные подъёмы и плавные расслабления её груди успокаивали его, пока он не вспомнил о человеке, который вызвал его в Стамбул. Он обнаружил, что его младший брат спустился в бар отеля, и наслаждался шотами текилы. Клаус отметил знакомый выбор алкоголя, особенно любимого Кэролайн, что вызывало ещё больше вопросов. Однако, ему было необходимо знать, что здесь происходит и происходило. — Что случилось? — Ты же знаешь меня, брат. В этом мире ещё не было таких споров, в которых я не хотел бы принять участие, — усмехнулся Кол. Равнодушный взгляд гибрида не произвел на него никакого впечатления, но блондинка, отдыхающая несколькими этажами выше, с величайшим удовольствием врезала бы ему локтем по печени за то, что он не дал прямого ответа, когда её жизнь была буквально на кону. — В баре во время футбольного матча вспыхнула драка, и один из вампиров использовал наше несправедливое преимущество против относительно безобидного человека, и Кэролайн почувствовала необходимость вмешаться. У того вампира был друг, а у друга был шприц с волчьим ядом, а у меня был брат с вакциной от этого яда. И вуаля, Кэролайн в порядке. Клаус внимательно наблюдал за Колом во время его беспечного объяснения событий. Прошло уже тысячелетие, но всё же бывали моменты, когда он не мог понять человека, который когда-то считал его своим героем. Всё что он как правило видел — беззаботные шутки и малейший намёк на ярость, Кол, казалось, всегда избегал реальных эмоций. Тем не менее, сейчас, Кол не смог скрыть легкое подёргивание коленом или капли крови проступившие там, где он яростно прикусывал губу. Неистовая энергия волнами накатывала на Клауса, и он наконец понял — его брат испытывал искреннее беспокойство о Кэролайн. Клаусу инстинктивно захотелось зарычать в знак протеста и заявить все возможные права на Кэролайн, как на свою собственность, несмотря на её, по всеобщему признанию, не признаваемые чувства к нему. Странно, но часть его гордилась тем, что его ранее легкомысленный брат так глубоко связан с кем-то. Он пытался сдержаться, но всё же у него вырвался вопрос: — Почему именно Кэролайн? Ухмыльнувшись, Кол налил себе ещё один шот: — Она любит командовать и буквально поставила ультиматум, что если я намерен остаться неподалёку, я просто обязан стать её лучшим другом, — сказал он. — Хотя я думаю, это было комфортно и для неё. Я не был против её домашних правил, а у неё не было особого желания сживаться с другим соседом. — Вы живете вместе? — у Клауса скрутило живот. Он быстро заказал бурбон, чтобы иметь хоть что-то в руках, надеясь, что этого будет достаточно, чтобы сдержать желание вставить нож в своего брата. Если он был так близок с Кэролайн, как говорил, блондинка никогда бы не простила ему братоубийство. Скорее всего, она не простила бы ему это и в обычное время, но теперь, похоже, Кол был под её двойной защитой. Проглотив всё содержимое своего стакана, он заказал ещё один, прежде чем повернуться к Колу. — Как долго? — Пять лет. Австралия. Это объясняло, почему Кол никогда не появлялся на горизонте, в течение более чем десятилетия: — Она никогда не упоминала об этом, — сказал он. — Мы пересеклись в прошлом году в Лондоне, когда она навещала двойника. Кол в негодовании стукнул кулаком по барной стойке: — Я знал! Я знал, что она была переполнена эндорфинами после той поездки. Я полагал, что они с младшим Сальваторе… Но это был ты! Закатив глаза, Клаус сделал медленный глоток. Стекло помогло скрыть самодовольную ухмылку; это был отличный уик-энд, но Кол не нуждался в подробностях: — К чему такая скрытность? — Я мог бы спросить тебя о том же, — возразил Кол. — Но вопросы задаю я, — строго напомнил Клаус. Пожав плечами, Кол легко улыбнулся: — Было забавно скрываться от тебя. Он уже собирался вцепиться ему в горло, но его остановило жужжание телефона Кола. Вместо этого он выхватил телефон из рук брата и ответил на звонок от Кэролайн: — Как ты, милая? Её голос был хриплым, но усилен гневом: — Ты убил его? — Он не посмеет, — поддразнил Кол. — Спускайся к нам, дорогуша. Кэролайн вздохнула с облегчением, а Клаус разрывался между раздражением и трепетом от того, что доказал, что достоин её доверия: — Сначала мне нужно принять душ, — сказала она. — У меня отвратительно сухая кожа. — Если ты приглашаешь, — протянул Кол, прежде чем глаза его брата вспыхнули золотом. — Только если с неба польётся лава, Кол, — усмехнулась Кэролайн, его подкаты были главной шуткой между ними. — Я спущусь через полчаса. Пьянство продолжалось до самого утра. Кэролайн постоянно чувствовала некое напряжение, будучи буфером между братьями, но она была счастлива видеть, их подшучивания друг над другом, что действительно не очень-то и возражала. Кол скучал по своим братьям и сестре больше, чем показывал, и сейчас он начал принимать, что бессмертная семья вампиров это отлично. Кэролайн знала, потому что Кол был последним остатком от её семьи. Она, конечно, навещала Елену, и братья Сальваторе всегда были рядом. Но через столетие всё было не так как раньше. Кол был первым, кому она звонила, была то плохая или хорошая новость. Они спорили из-за выбора квартиры, из-за оплаты продуктов и всё время спорили, кто первым сможет соблазнить жертву, Кэролайн редко спала с ними, а Кол никогда не упускал возможности. Для него это было предметом гордости. С Колом она чувствовала себя тем человеком, которым начинала своё мировое путешествие. Жажда новых впечатлений превратилась в прискорбную скуку. В Австралии Кол помогал ей каждым проявлением окружающего мира. Каждый день в её уже устоявшейся зоне комфорта появлялось что-то неизученное и совершенно новое. И все эти пять лет это чувство не притуплялось. Но сидеть между Колом и Клаусом было не просто комфортно. Полноценной. Она чувствовала себя полноценной. Клаус вложил свою руку в её, когда они стояли, готовые отправиться спать после всех переживаний, обрушившихся на них за этот день. — Она сказала спать, идиот, — упрекнул Кол, игнорируя раздраженный взгляд Кэролайн. — Я ничего другого и не предлагаю, — спокойно ответил Клаус. Он казался спокойным, непринужденным, таким, каким Кэролайн привыкла видеть его в их обычные встречи. Она перевела взгляд на него; его кровь всё ещё бежала по её венам, и её мысли были полны воспоминаний о времени, которое они провели вместе. Сжав его руку, она повела их к лифтам: — Спокойной ночи, Кол, — сказала она немного пренебрежительно. — Увидимся на завтраке, — крикнул Кол. — На ужине, — возразила Кэролайн, встретив самодовольную ухмылку Клауса и помахав его недовольному брату. Когда двери лифта закрылись, Кол пробормотал что-то себе под нос и зашагал к стойке регистрации, чтобы найти себе другой номер: — Мне нужно, чтобы он был как можно дальше от шестого этажа, — потребовал он. Хотя учитывая размеры отеля, он опасался, что и такой дистанции будет недостаточно. — Скажите, у вас есть ещё какие-нибудь отели по близости? Моя лучшая подруга собирается трахнуть моего брата, и я действительно не хочу слышать лишние звуки, если вы понимаете о чём я говорю.