Девочка, которую любит Солнце.

Шисуи поджал губы, внимательно вчитываясь в новое Задание, выданное Хокаге. Сама Миссия не была слишком сложной, однако могла затянуться ни на одну, и даже не на две недели. Как Учиха мог предположить, эта Миссия могла затянуться на месяц; Шисуи не имел ничего против, в конце концов он был Шиноби, однако на его попечении был ребенок, которого он не мог оставить на долгое время без присмотра. Учиха задумался о том, с кем можно было оставить ребенка. Как назло, пару дней назад его родственники разошлись по Миссиям. Фугаку Учиха, Глава его Клана, взяв с собой небольшую команду, отправился что-то проверять и это могло продлиться несколько месяцев; Микото Учиха, что редко ходила на Миссии после рождения детей, неделю назад отправилась на важную Миссию в компании нескольких своих подруг, оставив младшего сына на попечении соседки. Даже Итачи Учиха находился на Миссии со своей командой. Хирузен Сарутоби, наблюдающий за мыслительным процессом на лице одного из лучших Шиноби, тихо выдыхал дым, слегка усмехаясь. Мужчина прекрасно понимал, что так напряженно обдумывал Учиха. Он тоже долго об этом думал, и изначально даже хотел передать Миссию кому-то иному, но никого лучше Шисуи просто не нашел. Потом Хокаге решил найти человека, что мог бы посидеть с Узумаки, но вскоре отказался от этой идеи — это было слишком опасно для маленькой Джинчуурики. И в конечном итоге Третий Хокаге нашел иное решение. — Не волнуйся, Шисуи, — дружелюбно улыбнувшись, привлекая внимание подростка, Хирузен продолжил: — С Наруко-чан все будет хорошо. — Вы знаете, с кем я могу оставить ее? — ободрившись, слегка сжав в руке листок с Заданием, Шисуи с надеждой посмотрел на Хокаге, что только кивнул, после чего весело произнес: — Со мной. — Ась?

***

Наруко сильнее сжала руку старшего брата, обеспокоенно вертя головой и поджимая губы. За ее спиной висел рюкзак, подаренный Итачи пару недель назад, а в руках у Шисуи находилась спортивная сумка с вещами и всем, что могло понадобиться Узумаки в другом доме. Сама Узумаки с каждым новым шагом сжималась сильнее — девочка, конечно, знала что Учиха направился за новой Миссией и понимала, что какое-то время будет под присмотром кого-то иного. Но она точно не ожидала, что по возвращению домой ее брат скажет ей собирать вещи, а после объявит, что следующий месяц девочка будет жить в Клане Сарутоби, в доме Третьего Хокаге вместе с самим Хирузеном, а также его сыном. Наруко боялась. Она должна была около месяца жить в совершенно не знакомом ей месте, в незнакомом Клане и с незнакомыми людьми. Конечно Наруко знала Третьего Хокаге и уже могла вполне спокойно находится в его компании, и теперь пыталась научиться называться его «одзии-сан», что получалось периодически. Однако одно дело видеться с Хокаге, когда тот приходит в гости, и другое дело жить с ним на протяжении целого месяца. И ладно бы, но ведь с ними также должен был жить сын Третьего Хокаге, которого девочка никогда не видела. — Асума-сан, Куренай-сан, доброе утро! — вздрогнув от голоса Шисуи, девочка медленно повернулась в сторону дома, к которому они приближались. Ничем особым от других он не отличался — двухэтажный, просторный, большой, с ухоженным садом и огороженный забором. Рядом стояли двое молодых людей — восемнадцатилетняя девушка и девятнадцатилетний парень. — Куренай-сан, не думал увидеть вас сегодня. — Я некоторое время поживу здесь, чтобы Наруко-чан не чувствовала себя плохо в мужской компании, — молодая девушка улыбнулась, сощурив красные глаза. Черные, спадающие на плечи, волосы были собраны в тугой хвост. Куноичи была одета в гражданскую одежду, что состояла из обычных брюк и рубашки. — Она просто боится, что мы не уследим за ребенком. — дополнил слегка хриплым голосом молодой парень, стоящий рядом с ней. В отличие от светлокожей подруги, он имел оливковый оттенок кожи и широкий нос. Карие глаза парня не заинтересовано рассматривали территорию собственного дома, когда он растрепал короткие черные волосы. — Не боюсь, а здраво опасаюсь. — заметила Куренай, фыркнув, дополняя: — В конце концов, вы даже нормально омлет не приготовите, не испортив яйца. — Асума только закатил глаза, однако ничего не сказал. Что он мог сказать, если это был правда? Сколько он помнил, готовила в их доме его мать, пока не погибла, и с того момента в доме стал готовить Хокаге. — Большое спасибо, — прервав еще не начавшуюся ссору, Шисуи слегка поклонился. Он действительно был благодарен девушке за то, что она оставила свои планы, и пришла на помощь. Шисуи считал, что Куренай вполне могла быстро найти общий язык с его младшей сестрой, он также был уверен в том, что присутствие девушки могло бы немного успокоить Узумаки. — Нару, это Куренай-сан, и Асума-сан, вместе с Хокаге-самой, ты будешь жить с ними. — Привет, Наруко-чан, — Куренай ласково улыбнулась, слегка наклонившись, облокотившись руками в колени. Наруко замерла зайцем, даже не заметив, как активировала Эмпатию, считывая эмоции молодой Куноичи. Не почувствовав ничего плохого для себя, девочка слегка расслабилась, неуверенно кивая. Куренай нежно улыбнулась, после чего повернулась к другу, вскинув бровь. Асума тяжело вздохнул, почувствовав на себе красноречивый взгляд девушки, после чего медленно перевел глаза на девочку, слабо кивнув в приветствии. Куренай только покачала головой, после чего незаметно взяла его за руку, понимающе сжав. Девушка прекрасно понимала растерянность парня. В конце концов они оба прекрасно знали родителей девочки, знали кем она являлась и просто не могли понять, как у людей вообще поднималась на нее рука. И если Куренай была чуть более проинформирована во всей этой ситуации, то Асума, только недавно вернувшийся в деревню, был поражен тем, как люди обращались с дочерью их любимого Хокаге. Он внимательно рассматривал ребенка перед собой, и видел маленькое солнышко — золотые волосы вспыхивали, стоило солнечным лучам попасть на них. Шиноби видел почти сломленного ребенка, и даже боялся представить, во что могла превратиться девочка, если бы однажды ее не нашел Шисуи. Асуме хватало только одного взгляда на запуганного золотоволосого ребенка и почти мертвых льдисто-голубых глаз, чтобы в груди поднималось раздражение. Он прекрасно знал не только ее родителей, но и то, как Наруко была важна его друзьям. О, Асума действительно о многом расспросил своего отца после возвращения, и был готов разрушить несколько зданий, лишь бы погасить ярость. Ярость в нем разжигал один только рассказ, и теперь, видя перед собой саму девочку, Асума был готов убить кого-нибудь. Сжав в ответ руку подруги, игнорируя понимающий взгляд красных глаз, Асума заговорил: — Добро пожаловать, малышка, — он усмехнулся, наблюдая за тем, как девочка слегка расслаблялась, словно прислушиваясь к чему-то. Вероятно, она читала их эмоции, и Асума не был против. Указав на стоящий позади дом, молодой парень слабо улыбнулся. — На ближайший месяц это твой дом. Куренай слабо улыбнулась, слегка щурясь. Она прекрасно понимала, что чувствовал парень; в конце концов, сама девушка ощущала то же самое. Куренай очень сильно любила Кровавую Хабанеро и восхищалась женщиной, что была подругой ее матери. Сильным ударом стала смерть Четвертого и его жены, а новости об их маленькой дочери окончательно ее добили. Ей было жаль медленно угасающего из-за жестокости людей ребенка, и как только Асума рассказал ей о том, что девочка некоторое время будет жить с семьей Сарутоби, Куренай сразу же решила помочь. — Что ж, думаю нам стоит войти в дом, — хлопнув в ладоши, Куренай ласково улыбнулась, протянув руку Узумаки, что продолжала цепляться за одежду своего брата. Неуверенно поджав губы, Наруко замерла — говоря откровенно, Узумаки не хотела уходить, но и задерживать Шисуи девочка тоже не могла, зная, что он уже должен был отправляться на Миссию. Кинув на подростка неуверенный взгляд, золотоволосая вложила свою ладонь в руку девушки, что продолжала мягко улыбаться. Убедившись в том, что Асума забрал у Шиноби спортивную сумку и сейчас о чем-то говорил, брюнетка повела девочку к дому, рассказывая о том, что они уже подготовили для нее комнату, и после того, как Узумаки переоденется, они будут пить чай со сладостями. Войдя в дом, девочка с интересом рассматривала помещения, пока Куноичи вела ее на второй этаж, где располагались не только спальни жителей дома, но и несколько гостевых комнат; одна из которых была занята самой Куренай, а вторая подготовлена для Наруко. Комната, в которую Куренай привела Наруко, была светлой и довольно просторной. Она имела просторное окно, мягкую кровать, удобный диван и кресло, напоминающее мешок; в комнате также находился телевизор и стеллаж, скрепленный с полками, а в углу комнаты примостился стол со стулом и небольшая полка. Куренай помогла девочке переодеться, старательно игнорируя все шрамы на бледном теле, после чего повела на кухню, пообещав, что после вкусного завтрака они разберут вещи девочки. Асума уже находился на кухне, расставив на столе приготовленный ранее завтрак для девочки, и теперь делал для нее чай, одновременно с этим заваривая кофе для себя и подруги. Завтрак не проходил в тишине — Куренай рассказывала Наруко о том, чем они могли заняться в ближайшее время, пока девочка с интересом слушала. Иногда Асума вставлял свои комментарии, но в основном молча слушал, попивая собственный кофе. За время завтрака Узумаки окончательно успокоилась, определив, что никто из Ниндзя не желал ей вреда, и потому уже под конец вставляла редкие и односложные комментарии. После завтрака, как и было обещано, Куренай достала упаковку печенья и небольшую миску разных шоколадных конфет, после чего разговоры продолжились. На этот раз девочка только молчала, слушая разговор между старшими — было решено, что Асума направится в магазин со списком продуктов от Куренай, и заодно навестит своего отца, сообщив тому, что Шисуи успешно передал младшую сестру и отправился на Задание. Женская часть небольшой компании тем временем разберет вещи девочки, разложив их по своим местам. Спустя полчаса все разошлись по своим делам. Получив подробный список всего, что нужно было закупить, Асума покинул дом, оставляя Узумаки на попечение Куренай. Та быстро ополоснула грязную посуду, после чего вместе с девочкой направилась в новую детскую спальню, где им предстояло разобрать спортивную сумку и рюкзак. На то, чтобы аккуратно разложить все на свои места, у них ушло почти два часа. Закончив, Куренай устало опустилась на диван, откинув голову к потолку, пока все еще стоящая на ногах Наруко раскладывала принесенные альбом и наборы фломастеров на столе. Периодически девочка кидала взгляды на Куноичи, не зная, как задать ей вопрос. Собравшись с силами, золотоволосая тихо заговорила, привлекая внимание: — …Куренай-сан, — Куноичи повернулась к ребенку, заметив, что та мялась около нового стола. — Что такое, милая? — Можете научить меня готовить…? — Узумаки неуверенно посмотрела на девушку. — Я хочу помогать Шисуи-нии. — О, — Куренай ласково улыбнулась. — Я обязательно научу тебя готовить, но когда ты станешь немного старше, хорошо? — Наруко сникла, но покорно кивнула. — Однако, ты можешь мне помочь, как тебе идея? — Да. В очередной раз улыбнувшись, Куренай поднялась на ноги, радуясь тому, что девочка окончательно расслабилась, раз обратилась к ней с просьбой. По ее мнению, это была очень милая просьба, созданная из-за желания Узумаки снять часть обязанностей с ее старшего брата, однако девочка была еще слишком маленькой, чтобы научиться полноценно готовить. — Тогда нам осталось дождаться возвращения Асумы, — Узумаки слабо кивнула, после чего Куренай продолжила, направляясь к выходу из комнаты: — Я пока подготовлю кухню, а ты можешь немного отдохнуть. Я позову тебя, хорошо? — Да, Куренай-сан. — улыбнувшись, девушка скрылась за дверью, оставив девочку одну. Еще раз осмотревшись, Наруко села за стол, после чего раскрыла альбом на одной из страниц, где был изображен почти законченный рисунок. Задумчиво надув щеки, девочка вытащила из одного набора несколько нужных ей фломастеров, после чего начала аккуратно доделывать изображение. Закончила Узумаки спустя полчаса и только потянувшись, разминая конечности, услышала приглушенный крик с первого этажа: — Нару-чан, иди сюда! Поднявшись из-за стола, оставляя фломастеры разбросанными по нему, девочка быстро выбежала из комнаты, оставляя альбом открытым. На одной из страниц, красовался новый рисунок, на котором был изображен Девятихвостых Лис. _______________ Написано — 05.04.24 г. В 18:36. Автор: Глава кажется сухой, хнык.