Пойдем домой

      Она зашла к нему в кабинет. Что само по себе не было чем-то необычным — она заглядывала к нему время от времени, особенно когда у нее была утренняя смена. Обычно чтобы спросить, надолго ли он задержится.       Поэтому он не удивился, увидев ее у себя. Зато был очень поражен, когда после обычного короткого поцелуя в губы и быстрого вопроса, как прошел его день, она подтащила стул сбоку от стола и села.       — Что? — Спросил Мадара.       Сакура только пожала плечами и подперла рукой подбородок.       — В чем дело? — Попробовал он еще раз.       — Да так, ни в чем… — задумчиво произнесла она, не сводя с него глаз.       — Должна же быть причина, по которой ты пришла сюда…       Сакура только промурлыкала «нет» и продолжила пялиться на него. Это начало его раздражать. Он не любил, когда за ним наблюдали.       — Если тебе нечего сказать, думаю, будет лучше, если ты пойдешь домой. А я смогу сосредоточиться на работе, — он указал на стопку бумаг, лежащую перед ним, решив не говорить «потому что не могу ни во что вникнуть, пока ты так смотришь на меня». — И вернусь домой раньше.       Сакура надула губы. Те выглядели очень красиво.       — Но я просто хочу побыть немного со своим мужем…       — Твой муж на работе.       — А я просто сижу и даже тебя не трогаю. Видишь? — Она прижала палец к губам. — Я тихая, как мышка!       Он попытался прочитать торговое соглашение, которое держал в руках. Он уже второй раз перечитывал раздел, касающийся таможенных правил, и так и не понял, о чем писал чиновник из Камня. Начал читать в третий раз. И остановился на середине абзаца. Дело было не в формулировке документа. В Сакуре.       Боковым зрением он видел Сакуру, ее красный фрак, или как там называлась та непристойность, которая совсем не прикрывала ее пупок. Он никак не мог отвести взгляд от приоткрытых губ и глаз жены.       Он не мог работать в таких условиях. Мадара отложил ручку.       — Я бы предпочел, чтобы ты ушла домой. — В ответ Сакура лишь покачала головой. — Что тебе вообще здесь понадобилось? — Раздражение, которое он испытывал с тех пор, как она начала на него пялиться, наконец, послышалось в его голосе. Сакура провела рукой по губам, словно закрывая рот на замок. Какое идиотское и ребяческое поведение. Для подобных жестов он был не в настроении. — Чего ты хочешь от меня, женщина?!       Сакура улыбнулась и захлопала ресницами.       И тут до него дошло. Глаза у нее были потемневшие, зрачки расширены. На ее щеках появился слабый, но все же заметный для тех, кто хорошо ее знал, румянец. И ее губы были чуть краснее, чем обычно, и нет, это была не помада.       Она была возбуждена, ведь так?       Если бы он активировал свой Шаринган, то, вероятно, смог бы увидеть, затвердели ли ее соски. Но он не хотел. Он не доставит ей такого удовольствия. Она пришла сюда, явно с какой-то определенной целью, сидела и ничего не говорила, как будто была одержима желанием вывести его из себя. Он бы с радостью согласился на секс, если бы она вежливо попросила. На самом деле, очень охотно. Но нет. Ей обязательно надо было просто сидеть и играть в какие-то игры.       Она до сих пор молчала, надув губы, пальцами касаясь щек. Внезапно он почувствовал, что не хочет ничего, кроме того, чтобы эти пальчики скользили по его члену и обхватывали его яйца.       Жена невинно смотрела на него. Надо сказать, ее невинность была совершенно фальшивой. Ее мизинец был почти у нее во рту!       Мадара с силой захлопнул папку с проектом торгового контракта.       — Че ты хочешь и молчишь? — Недоверчиво спросил он. — Хочешь и молчишь?! Хочешь и молчишь?!       Сакура посмотрела на него с притворным удивлением. О, неужели она наконец отбросит свое притворство? Ему правда оно надоело!       Однако, нет. Она даже не шелохнулась.       Мадара встал. Она уже достаточно его разозлила. С него хватит.       Схватив ее за руку, он поднял ее на ноги. Он ненавидел этот наряд. В обычные дни — за красную верхнюю часть. Сегодня — за то, что к нему полагалось носить брюки. С платьем было бы проще.       Он толкнул ее, прижав грудью к столу, и дернул за пуговицы брюк. К счастью, те легко поддались. Он спустил брюки ей до колен. Сакура так и не издала ни единого звука. Ну что ж, скоро издаст, подумал Мадара, расстегивая свои штаны.       Без всяких прелюдий он резко в нее вошел. Он даже не потрудился проверить, достаточно ли она влажная. Она вывела его из себя. Готова или нет, переживет.       Ну, она была готова, судя по тому, как легко он проник внутрь. Тем не менее, она закричала, выгибаясь и пытаясь приспособиться к явно неожиданному вторжению. Он этого не хотел — он прижал ее к столу, сдерживая ее движения, и злобно качнул бедрами. Сакура хмыкнула. Ее голова лежала на столе, щека наверняка неудобно прижималась к дереву. Он вбивался в нее со всей силы; каждый рывок сопровождался ее вздохом.       Но он желал совсем другого. Хотел, чтобы она смотрела на него, если сегодня она так одержима им. К тому же он слишком хорошо знал свою жену — в такой позе она вполне могла испытать оргазм, даже если он не будет дополнительно ласкать ее. Даже если он будет активно пытаться не дать ей кончить.       Он вышел из нее и потянул за левую штанину ее брюк. Удивительно, но Сакура не воспротивилась и позволила ее снять. Но этого было недостаточно, чтобы успокоить его.       Он схватил ее за талию и подсадил на стол. Не имея какой-либо опоры, Сакура откинулась назад и легла. Мадара схватил ее за бедра, раздвигая их пошире. Когда он вошел в нее до конца, выражение ее лица было куда ценнее, чем ощущение ее влагалища, сжимающего его член.       Он начал с бешеной скоростью трахать ее, каждый раз заполняя до конца. Распростертая на скользком столе, она не могла двигаться ему навстречу — только принимать его. И она принимала. Все его толчки, а потом и всю его сперму.       Когда, тяжело дыша, он выскользнул из нее, удовлетворенный и уже не разгневанный, она быстро села и широко ему улыбнулась. Видимо, ее совсем не задел такой грубый секс, — с облегчением заключил Мадара. Теперь, когда он пришел в себя, у него появились сомнения.       — Может, сядешь, ты, кажется, устал?.. Ты так усердно трудился… — Проворковала она. Он подчинился — после оргазма действительно было неплохо посидеть. А еще лучше полежать, но они были в кабинете Хокаге… Мадара тяжело плюхнулся на стул, не сводя глаз с Сакуры, которая, вместо того чтобы подобрать свою одежду, уперлась обеими ногами в край стола. И начала трахать себя пальцами. Его сперма вытекала из нее, когда она ласкала себя прямо перед ним. Он чуть снова не возбудился, когда она, выгнувшись, кончила.       Только тогда она натянула через левую ногу нижнее белье и брюки (предварительно дочиста облизав свои пальцы), подтянула их, поправила свое типа платье и наклонилась, чтобы чмокнуть его в губы.       — Не задерживайся слишком долго, ладно? — Сказала она и ушла.