silentium

      Мрак окутывал со всех сторон, застилая глаза, но он был словно факел во тьме, словно свет в конце туннеля, заставляющий последнюю, почти умершую надежду снова забиться в сердце — на поломанных ногах подняться, и взмахнуть сожженными крыльями, и заставить поверить в увиденное.       До боли знакомый силуэт рассекал лесное царство, двигаясь медленным и спокойным шагом прямо к ней, к беловолосой девушке, что отчаянно искала его на протяжении последних месяцев. Заклинательнице Солнца, что попыталась встать, но только лишь ещё больше испачкалась в грязи, окружающей её вокруг, — опять она выглядела жалко.       Но ей казалось, что если сейчас не подняться с ледяной, мёртвой земли и не дотянуться, не дотронуться, то он раствориться прямо у неё на глазах, распавшись на миллионы мелких крупиц.       — Твоё тело слишком слабое, — сказала приблизившаяся тень, качая головой, остановившись в пару метрах. — Ты сильно его измучила, Алина.       Дарклинг, тот самый Дарклинг, опустился на колено, оказавшись на уровне лица бывшей правительницей Солнца, и дотронулся холодной рукой до её щеки, мягко погладив тыльной стороной руки. Казалось, что именно этого прикосновения не хватало Алине Старковой всю жизнь, что без него — и жизни-то так таковой и не существовало.       — Ты меня измучил, Александр, — на выдохе ответила она, чувствуя, как от каждого движения властной руки её сердце пропускает один удар. — И при жизни, и при смерти.       — Время идёт, а во всех своих проблемах ты продолжаешь винить окружающих, — покачал головой Дарклинг, грустно улыбнувшись, убирая руку от её щеки, заставив беловолосую девушку судорожно выдохнуть от разочарования и боли, снова накативших на неё, подобно снежной лавине. — И всё же, сейчас это не играет никакой роли. Лучше, — он поднялся на ноги и сделал шаг назад от заклинательницы Солнца, — взгляни на то, что со мной сталось.       Их взгляды пересеклись, заставив пробежаться целый табун мурашек по спине Алины, а в следующую секунду Дарклинг поднял руку, и девушку резко ослепило яркой вспышкой света, заставив зажмуриться. Но, к удивлению, это желание пропало также резко, как и появилось: даже наоборот, казалось, что этот свет звал бывшую заклинательницу Солнца к себе, просил вернуться, ждал её…       — Как я и думал, — произнёс задумчиво Дарклинг, опустив руку, — свет сразу же пропал, — твой же свет не может причинять тебе боль, в отличие от других.       — Как? — пробормотала Алина Старкова, вновь оперевшись об дерево в попытках подняться. Она начинала утрачивать нить разговора: было слишком холодно и темно, тело было слишком истощено, чтобы разум в полной мере мог воспринимать информацию, льющуюся целым потоком в её голову. Дарклинг, свет, тьма… — Откуда?       — Ты пыталась меня убить, Алина, но вместо этого отдала мне часть своего света, уничтожив мою тьму. Я, можно сказать, раскололся на две части, и тогда часть тебя проникла в меня и засела там так глубоко, что позволило мне обратить это против тебя и выжить. — Чёрный Еретик закрыл глаза, словно ему было трудно об этом говорить. — Я не умер, но всё время чувствовал себя так, словно я всё же перешёл черту жизни и смерти. Я размышлял над этим, экспериментировал с тем, что ты мне подарила, и вот к чему пришёл: я нахожусь в этом мире только за счёт той частицы света, что мне досталась от тебя.       — Ты хочешь сказать…       — Я хочу сказать, что я ходячий мертвец, Алина. — Дарклинг посмотрел на неё, задерживая взгляд, словно хотел найти хоть какие-то ответы в её глазах. — Ты — мой спаситель и мой же палач.       Он замолчал.       — Я не хотела твоей смерти... — прошептала заклинательница Солнца, чувствуя накатывающийся ком в горле. Казалось, что тьма леса всё больше и больше наступает на неё, нависает со всех сторон, что ещё чуть-чуть и она умрёт под её тяжестью. — Александр…       — Я не виню тебя в желании меня убить. Мы с тобой всегда оба желали этого. — покачал головой Александр Морозов. — Сейчас я жив, пока во мне существует свет. Но… ты ведь чувствуешь, как он стремится к тебе, стремится вернуться к своей хозяйке, верно?       Заклинательница Солнца смотрела на него. Дарклинг был определенно прав, но она смогла вымолвить лишь: — Я не хочу снова потерять… тебя.       — Знаешь, что будет потом, Алина? Можешь ли догадаться? — и не дожидаясь ответа, Александр продолжил, — Я знаю: ты заберешь весь свет без остатка, по кусочкам вытянешь из меня жизнь, сама даже того не осознавая. — он вновь оказался перед лицом Алины, опаляя её кожу горячим дыханием. — Или же… Я не позволю этому случиться и убью тебя?