No Magic (Мир, которого еще не бывало)

Слэш
PG-13
Завершён
137
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
75 страниц, 6 частей
Описание:
Однажды Рождественским утром Майкрофт просыпается, не помня событий прошедшей ночи, и обнаруживает, что мир тоже его подзабыл.

Примечания автора:
Давайте сделаем этот мир чуточку лучше, используя Публичную Бету.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
137 Нравится 24 Отзывы 50 В сборник Скачать

Эпилог

Настройки текста
Майкрофт просыпается там же, где уснул — в кресле, напротив работающего телевизора. Оглянувшись, просто чтобы убедиться, что морок действительно прошел, он находит себя в собственной скучной, серой гостиной, которой никогда еще не был так рад. Переключив канал в поисках новостей, он с облегчением понимает, что время снова вернулось на круги своя. За вечером Сочельника, когда он нечаянно заснул, закономерно последовало Рождественское утро — а значит, все, что произошло в промежутке между ними, — то безумие, что он себе приписал, — было не более, чем прекрасным — или ужасным — сном. Не решаясь давать ему оценку, Майкрофт делает первое, что приходит на ум — облегченно смеется, а после — рывком поднимается с кресла и, едва ли потратив на сборы больше пяти минут, выскакивает из дома с твердым намерением сделать выводы из собственных ошибок, особенно после того, как его собственное сознание его в них буквально ткнуло. Он закончит начатый вчера разговор, даже если для этого ему понадобится достать Лестрада из-под земли — раз уж тот, как показали события, умудрился достать его и с того света — хотя, справедливости ради, уехать дальше Шотландии Грег все равно не мог. Уже в дороге он понимает, что что-то уже довольно долго не дает ему покоя. Так, словно он что-то забыл. Чтобы он еще хоть раз в жизни о чем-то забыл — брр. Усмехнувшись, Майкрофт разворачивает машину и направляется к дому Грега. По пути он решает набрать Антею — и, вопреки здравому смыслу, делает это с некоторой опаской, боясь, что вместо гудков снова услышит, что абонента не существует, но та снимает трубку уже после третьего, и по ее непривычно глухом голосу, Майкрофт понимает, что единственной нереальной вещью этим утром может быть лишь то, что Антея в кои-то веки проспала работу. — Извините. Дайте мне десять минут, я сейчас соберусь и приеду, — принимается оправдываться она. — Что? Не сходи с ума. Сегодня Рождество, тем более, что я не за этим тебе звоню. — Но мы планировали… — Забудь. Я не собираюсь работать сегодня, и тебе не советую. Тем более, что, если мне не изменяет память, ты что-то говорила про отпуск. Когда твоя сестра выходит замуж? — Завтра. — Отлично. Передай ей мои искренние поздравления и не вздумай показывать свой нос в Лондоне, пока на нем не будет двухнедельного загара. — Но сэр, дела в Корее… — Бога ради, Антея, ты вообще меня слушаешь? Какое мне дело до Кореи, пока я не решил собственные проблемы? Если ты не поможешь мне, уж будь спокойна, здесь разразится кризис почище, чем вялотекущее перебрасывание мандаринов через корейскую границу. Прежде чем ты начнешь набивать чемодан, сосредоточься и сделай для меня кое-что. Мне нужно узнать, где живет сестра Лестрада. — Сэр, — с плохо скрываемым смехом в голосе сказала она. — Я могу надеяться, что в ходе задуманной вами операции ни один инспектор не пострадает? — Может быть, не знаю, — напускает тумана Майкрофт. — Найди мне ее адрес, пока я не передумал. — Передумали что? — не поняла она. — Давать тебе самолет. Даже сквозь закрытый ладонью динамик, Майкрофт расслышал, как девушка взвизгнула. — Одну секунду, и он у вас. Она не разочаровала — едва он успел отключиться, телефон уже оповещал о новом принятом смс. Прочитав адрес, Майкрофт свернул к дому Грега. Очень вовремя — какой-то парень, — очевидно, один из соседей, — как раз выгуливал Снежка, который встретил его вилянием хвоста и приветственным лаем. К немалому удивлению соседа, да и, если честно, своему тоже, он остановился, чтобы погладить пса — тот обрадовался ему, как давнему другу. — Ну что за чудесная собака, — сказал он. — Похоже, вы ему тоже нравитесь. Вы друг Грега? Похоже, он никак не решится его забрать, может хоть вы его убедите? Хозяйка больше не может за ним смотреть, а с ним они отлично ладят. Майкрофт задумался. — Если он его не заберет, я сам его заберу, если, конечно, Снежок не против. — Шутите? — удивился парень. — Да это ж было бы офигенски! Снежок гавкнул так громко, что в его согласии сомневаться не приходилось. Ключ обнаружился там же, где и был во сне — в тайнике в стене, — так же как и пакеты с подарками, благополучно оставленные Грегом в коридоре. Поджав губы, Майкрофт огляделся — просто чтобы проверить, не оставил ли тот еще и голову и не нужно ли прихватить с собой еще и ее. Дорога до дома Карен была долгой, утомительной, но крайне плодотворной — по крайней мере, он успел обдумать и уложить в голове все, что увидел во сне и все, на что усиленно не находил времени раньше. Он не знал, зачем едет непонятно куда и чем закончится этот разговор, но — может, именно это называется интуицией — не сомневался в том, что на этот раз поступает по сердцу, и, идя на поводу у своих желаний, а не разума, не одергивал себя и не боялся, что совершал ошибку. Больше того — вжимая педаль и мчась вдоль покрытых свежевыпавшим снегом полей, он чувствовал, что наконец, возможно, впервые за долгое время, поступает по отношению к себе честно, и назвать это неправильным означало поставить это клеймо на самом себе.

***

Грег проснулся от того, что мир вокруг него трясся с силой девятибалльного землетрясения. — Вставай, вставай, вставай! Ты все проспишь! Ты обещал, что поможешь мне лепить фигуры! Грег подавил стон и хлопнул себя ладонью по лицу, одновременно пытаясь спрятать его в подушку. Сквозь гардины несмело пробивалась унылая полоса хмурого зимнего света. — Боже, Сью, что я тебе сделал? — Ты мой дядя! — воскликнула она, для пущей убедительности начав размахивать руками. — Посмотри, какую куклу мне подарил Санта. — Прыжки не прекращались, но Грег не был бы собой, если бы такая мелочь могла оторвать его от долгожданного сна. — Даю подсказку, она рыжая. Слышишь? Слышишь, слышишь, слышишь? — словно в доказательство, в очередной раз взмахнув руками, Сью выронила куклу, и та стукнула его по затылку. — Упс. Неожиданно матрац замер. Грег возблагодарил небеса и почти уснул снова. Сью склонилась над ним, прислушиваясь к дыханию. — А если снег растает, то зима закончится? — спросила она, переставляя ноги по кровати, как будто шагала по сугробам. Грег молился, чтобы ей не вздумалось начать танцевать на его спине, но просыпаться отказывался напрочь. — Почему это зима должна кончиться? — неразборчиво пробубнил он. — Потому что Рождество уже прошло. — Рождество сегодня, и значит, снег не растает как минимум до вечера, и значит, дай мне поспать. Судя по паузе, Сьюзан задумалась. Крепко. Грег услышал, как она спрыгнула с кровати и раздвинула тяжелые шторы на окне, и поморщился от проникшего в комнату света. — Оййй, — выдохнула она; но что именно вызвало ее удивление, Грег узнать не успел, так как в ту же секунду в спальню заглянула Карен. — Боже, Грег, извини. Сьюзан, я же просила! — рванув к окну, она подхватила дочь на руки и потянулась поправить гардины. — Ого, — услышал Грег, вместо звука задергиваемой шторы. — Кого это сюда занесло на такой машине? Грег попытался подняться и одним сонным глазом взглянуть через плечо, но притяжение кровати было сильнее, и тяжелая голова тут же упала на подушку. — Хм, — раздалось от окна. — Похоже, к тебе. Курит. Зря я надеялась, что ты хоть когда-нибудь бросишь. Грег промычал что-то нечленораздельное; сон уже забирал его к себе. До того как его покой прервало бесцеремонное вторжение Сьюзи, Грег помнил себя внутри странного видения, где посреди вечерней дороги вел автомобиль навстречу летящему в стекло снегу, пытаясь разглядеть хоть намек на огни встречных автомобилей. Там, во сне, темнота была холодной и жестокой, но ему, нашедшему свое прибежище внутри машины, было так тепло и уютно. Что-то давало ему тепло… — Мама, чья там машина? — пролялякала Сьюзан из коридора. Грег подскочил; запнувшись об одеяло и только чудом не пропахав ковер носом, он подлетел к окну, чтобы увидеть на дороге автомобиль Майкрофта, а рядом и его самого. Задавая себе кучу вопросов сразу, он кое-как натянул первый попавшийся предмет одежды — оказавшийся забавным, но, если честно, совершенно глупым рождественским свитером с оленями, — на секунду заглянул в ванную и сбежал по лестнице вниз. В холле Грег поднял голову и наткнулся на три пары удивленных глаз, подглядывающих за ним из-за угла кухни. Пришлось остановиться и придать себе более-менее степенный вид. — Возьми куртку! — Вофми фуртку, — передразнил он и, пробурчав: — Шеи свернете, — вышел за дверь. Майкрофт стоял у машины, коротая ожидание за сигаретой. Грег надеялся, она не была уже энной по счету, но оправдываться не спешил, решив, что немного помучить кого-то из Холмсов было вопросом восстановления баланса добра и зла, и значит, по умолчанию предписывалось одним из пунктов его должностной инструкции в Ярде. — Кого я вижу! Ты к нам с неофициальным визитом? — окинув гостя взглядом, спросил он, но в следующую секунду произошло что-то уж совсем неожиданное: выбросив сигарету, тот шагнул навстречу и заключил его в крепкие объятия. — Что такое? — опешил он. — Ничего, — чуть отстранившись, глядя на него из-под ресниц, произнес Майкрофт. — Просто я мечтал об этом всю ночь, — объяснил он и, потянувшись к его губам, не оставил простора для раздумий над тем, о чем именно он мечтал. Если до этого поцелуя у Грега еще оставались какие-то претензии, то теперь прошлый вечер напрочь вылетел у него из памяти. Когда они прервались, он с удивлением обнаружил, что крепко держит Майкрофта за плечи. Вот это я называю претензионной работой. — Нужно поговорить насчет… случившегося вчера. — Что? — сначала не понял Грег. — Ах, да. Точно. Если честно, я уже почти об этом забыл. И потом, когда ты так на меня смотришь, — он отодвинулся и с невинным видом расправил складки там, где его пальцы только что сжимали пальто, — я не могу гарантировать конструктива. Конечно, в этот раз ты отличился, полностью втоптав мое самолюбие в грязь, — его ладони, закончив с плечами, переместились на воротник пальто, — но, если так подумать, что такое остатки самооценки, если их можно выторговать на более приятные вещи… — Ты же понимаешь, что у меня были свои мотивы? — хотя Грег и притянул его для поцелуя, от Майкрофта явно не ускользнул сарказм сказанных им слов. — Да, и какие? Грег с удовольствием наблюдал за тем какой эффект произвел на Майкрофта его невинный вопрос; тот, казалось, не знал, как отреагировать. Ведь любому понятно: говоря о «мотивах», тот совсем не собирался их объяснять. — Неужели теперь тебе кажется странным, что мне интересно, что заставило тебя отчитывать меня как младенца перед моими же подчиненными, потому что, видит Бог, Майкрофт, у меня еще есть гордость, и просто знать, что у тебя были «мотивы», ей недостаточно. Майкрофт ответил, избегая встречаться взглядом. — Твоя вчерашняя выход… твой вчерашний поступок, — елейно исправился он, — поставил под угрозу несколько жизней — твою, Шерлока и одному Богу известно скольких людей, которые, как ты правильно заметил, находятся под твоим руководством. Не говоря уже о том, что ты подвел под удар собственную карьеру — хотя уверен, схвати ты пулю, тебя бы похоронили со всеми подобающими почестями. Моим мотивом было желание, чтобы ситуации, подобные этой, больше не повторялись. Твое самолюбие удовлетворено? Грег почувствовал, как щеки, против воли, становятся горячими от стыда. Ему повезло и не повезло одновременно: румянец можно было списать на холодное утро, но то, что он снова стоял перед Майкрофтом, как провинившийся ребенок, не могло обрадовать. — Испугался, значит. — Можешь называть его страхом, я называю это здравым смыслом и разумной предосторожностью. — Называй это как хочешь, это был не вопрос. Майкрофт обнял его за плечи и притянул к себе. — Ты весь дрожишь. Извини. Грег втянул воздух и едва не застонал. — Боже, как ты пахнешь. — Он прикрыл веки. — Почему ты не сказал всего этого вчера? — Ты не дал мне вставить и слова и в итоге наговорил столько всего, что мне понадобилась целая ночь, чтобы собраться с мыслями. Грег открыл глаз. — И кто-то еще пустил слух о том, что ты гений. — Полагаю, тот же, кто назвал тебя рациональным человеком, — вскинув брови, невинно размышлял Майкрофт. — Я рациональный человек, — возмутился Грег, надувшись, в этом красном свитере до смешного напоминая взъерошенного снегиря. — Ты хочешь серьезных отношений со мной, что из этого рационально, позволь узнать? Все ясно, подумал Грег. Он просто пришел поиздеваться над тобой напоследок. — Если ты внимательно слушал меня вчера, то заметил, что я передумал, — отодвинувшись, оповестил Грег, пытаясь сохранить остатки гордости. Почему завести интрижку с этой чопорной сосулькой когда-то казалось хорошей идеей? Если подумать, ту же порцию удовольствия и боли можно получить, просто облизав ледяные качели. — Правда?

А?

Что-то в этом поспешном вопросе Майкрофта — то ли, что он не контролировал свой дрогнувший голос, то ли тень разочарования, как показалось на миг, омрачившая его лицо, — заставило Грега смягчиться. — Нет. Но ты дал понять, что у нас на уме разные вещи. Я не хочу быть с тем, для кого я ничего не значу, кто воспринимает меня как способ скоротать вечер. — Чепуха, — возмутился Майкрофт. — Это не вопрос твоего значения: уверяю тебя, ты не имеешь и малейшего представления о моем отношении к тебе. Посмотри на меня, — Майкрофт запнулся, — как я могу дать тебе то, чего ты хочешь? Чего ты достоин, это абсурд! Ты ведь и сам это понимаешь, ты понял это вчера. Грег молчал; он, потративший не один час на размышления о мотивах Майкрофта, и в конце концов решивший, что эти размышления ни к чему не приведут, сейчас, когда тот действительно говорил о них, не находил слов. Больше того… ему вдруг захотелось уйти, закончить этот разговор и никогда не возвращаться к нему снова. Видимо, это чувство легко угадывалось в его взгляде, потому что в следующую секунду Майкрофт замолчал и взял его за предплечье. — Я не хочу стоять здесь и слушать, как ты не можешь быть со мной, потому что недостоин меня. Если бы мне давали пенни за каждый раз, что я слышал эту фразу, я бы уже давно стал миллионером. Я не знаю, с чего ты взял, что задолжал мне какие-то объяснения. Он повернулся, и направился к дому. — Если бы мне давали пенни каждый раз, когда я не оправдывал чьи-то ожидания… Ты же в курсе, что я миллионер, правда? — произнес ему в спину Майкрофт. Грег обернулся и прищурившись, сделал шаг навстречу. По тому, как он скрестил руки было видно, что еще немного, и уродливому снеговику Сьюзан пришлось бы потесниться на этой выставке ледяных фигур. — С чего ты взял, что не оправдываешь мои ожидания? — спросил он с курьезным выражением лица. Ну, по крайней мере, этим нонсенсом Майкрофту удалось задеть его природное любопытство и веру в торжество правды. — Я знаю тебя уже кучу времени. — И все же ждешь, что я изменюсь, не так ли? Вчера ты сказал… — Не ты, а твое отношение ко мне. Мало ли что я сказал! Господи, Майкрофт, — возмутился Грег, — мы же не в сказке. За кого ты меня принимаешь? Я знаю, что ты не изменишься, но я не хочу мириться с тем, что ты пытаешься саботировать наши отношения. Правда не в том, что ты не тот человек, а в том, что ты пытаешься быть со мной и придумываешь причины, чтобы делать это наполовину. Захотеть Майкрофта Холмса, чтобы переделать его — что это, конкурс на самое необычное хобби? А что, самое то для любителей острых ощущений. Грег не заметил, как пока говорил, шагнул к нему ближе. — Ты прав. — Что? — опешил он. — Сегодня ночью я понял, все это время убеждал себя, что ты просто прихоть. Так я устроен — стараюсь запихнуть подальше и отрицать то, что слишком сильно беспокоит меня. — Прихоть, — передразнил Грег. — Не делай такое невинное лицо, как будто думал, что по вечерам я гуляю по Лондону, ища, в кого бы влюбиться. — Значит, я тебя беспокою? Майкрофт сдвинул брови и неохотно признал. — Крайне. — Очень оригинально, — прокомментировал Грег, с удивлением замечая, что снова оказался рядом. — Если ты думаешь, что от этого я растаю, то боюсь, в такой холод… Он не договорил, потому что Майкрофт поднял руку и, потянув за свитер, привлек его к себе. — Я слышал, — промурлыкал он, — есть одно хорошее средство. — Вы вообще собираетесь заходить в дом? — доносится до них спустя несколько долгих, но очень теплых минут. — Как дети, ей-Богу! Следом за голосом Карен раздается стук захлопнутой рамы, и Грег наконец отпускает Майкрофта. — Лучше послушаться, поверь моему слову, — предупреждает он. — А это что? — спрашивает он, только теперь заметив стоящие на переднем сидении пакеты. — Ои! Как ты узнал, что я их забыл? Майкрофт наклоняет голову — «серьезно?», — заставляя его смущенно чесать затылок. — Ну да, глупый вопрос. — Вчера вечером ты выглядел так, словно окажись на месте Снежка оленья упряжка, ты бы не заметил подмены и повел ее гулять по району. Майкрофт забирает пакеты и, заблокировав машину, следует за Грегом по узкой, очищенной тропинке, ведущей к дому. — О, Господи, — бормочет он, когда они проходят мимо снеговика странной геометрической формы. — Какой уродливый. — Почему ты обзываешь моего снеговика? Это Олаф! И он не уродли… Не дав племяннице договорить, Грег хватает ее и поднимает на вытянутых руках, так что ее лицо оказывается на уровне глаз Майкрофта. Взвизгнув от неожиданности, Сью заливается смехом. — Симба! — в конце концов объявляет она. — Как тебя зовут? — Майкрофт. А ты, как я понимаю, Сьюзан. Они пожимают руки. Девочка щурится. — Ты не кажешься таким уж плохим. Грег мысленно хлопает себя по лицу. И только вздыхает в ответ на, конечно же, последовавший вопросительный взгляд Майкрофта. — Благодарю за столь лестную оценку, — весело отвечает тот. — Ну спасибо, Сьюзан, — войдя в дом, притворно сердится Грег и возвращает племянницу на пол. — Значит, так в этом доме встречают гостей. Уверен, твоя мама этому тебя не учи… Он не договаривает, потому что Карен и Теннер оказываются тут как тут и уже пожимают Майкрофту руку. — Забавно, — говорит Карен после всех положенных представлений, явно приятно удивленная манерами гостя. — Вы выглядите совсем не так, как я представляла вас со слов Грега. О, не удивляйтесь, он только и делает, что болтает о вас. Грег стискивает зубы, призывая на помощь всю доступную ему выдержку. — Как мило, — сдержанно произносит Майкрофт. — Надеюсь, вы не откажете мне в шансе оставить о себе хорошее впечатление. Далее в разговор вступил Теннер, вдруг обзаведшийся королевскими манерами (так что даже Карен покосилась на него в удивлении), хотя единственной королевской вещью в его жизни была полная дискография группы Queen развешанная вдоль лестницы вместо фотографий в рамках. Грег досчитал до десяти, до двадцати, до тридцати… На пятидесяти дзен начал постигать его. Он отвлекся — Карен, через плечо Теннера, зыркнула на него так, словно своими рассказами о Майкрофте, которые он, несомненно, выдумал, чтобы оговорить такого хорошего человека, он не только подставил ее, но растоптал любое доверие, что между ними когда-то было. — Я ужасный, он прекрасный, — несколько минут спустя, глядя в потолок со скрещенными руками, пробормотал Грег. — Я ужасный… он прекрасный… Боже, как хочется курить. Он не заметил, как все замолчали и уставились на него. — Ну неужели, — не растерялся он. — Теперь, когда вы закончили с любезностями на сто лет вперед, может дадите мне показать Майкрофту его королевские покои… Не то чтобы королевские, — пояснил он в ответ на курьезно поднятые брови, — всего лишь моя комната. Майкрофт поджал губы и посмотрел на него так, словно тоже испытывал вину за его манеры. Похоже все в этом доме испытывали вину за его манеры, даже Сьюзан, как ему показалось, глянувшая на него с укором. К счастью, Майкрофт, похоже, внял его мольбам, потому что, вручив Карен и Теннеру их подарки, обратился к Сьюзан. — Знаешь, по пути сюда я встретил своего старого знакомого. Он сказал, что вчера ночью очень торопился, и не успел отдать тебе это, — с этими словами, он протянул ей пакет, в котором — сюрприз-сюрприз, — оказалась долгожданная кукла Эльзы. Сьюзан так и застыла — с куклой Анны в одной руке, и Эльзы — в другой, и, казалось, готова была разрыдаться на месте. — Но ведь у меня уже есть кукла, — выпятив губу, едва сдерживая слезы, произнесла она, чем повергла в шок не только Грега, но и, кажется, даже своих родителей. Майкрофт, если и был удивлен, то вовсе не подал вида. Что ж, его умению игнорировать чужие эмоции оставалось лишь позавидовать. — Видишь ли, Санта сказал мне, что ты очень хотела именно эту. Сьюзан кивнула. — Как думаешь, было бы правильно разлучать их? Сьюзан помотала головой и, отложив кукол, бросилась обнимать Майкрофта, а затем — всех по очереди. Путем недолгих расспросов выяснилось, что слезы Сьюзан были не чем иным, как слезами негаданного счастья — через минуту она уже неслась прочь, показывать куклам их новый дом. — Ты просто ужасен, — прокомментировал Грег, когда они с Майкрофтом поднимались наверх. — Ты подумал, как будешь смотреть ей в глаза, когда она выяснит, что никакого Санты не существует? — С каких это пор ты стал таким циником, — удивился тот, проходя мимо «A Kind of Magic», сразу за которой группа Queen в четыре лица провожала их взглядами с обложки «Miracle». Едва за ними закрылась дверь, Грег без долгих церемоний стащил с себя свитер и упал на расправленную постель. — У нас еще есть время до того, как этот дом наводнят мои родственники. — Время для чего? — Для того, чтобы я отомстил тебе за то, что ты выставил меня лжецом перед собственной сестрой. И чтобы стереть с твоего лица этот отпечаток праведности, — он подтащил Майкрофта к себе. — Позволь глупый вопрос, а Сьюзан не удивится, что мы в одной комнате? — Она современный ребенок, их сейчас такому не учат. Тем более, что после твоей выходки с подарком, она уверена, что ты святой, раз знаком с Санта Клаусом лично. — Неужели ты даже ни разу не пытался меня оправдать, — устраиваясь рядом, уязвленно поинтересовался Майкрофт. Грег приподнялся на локте. Курить расхотелось. — Как будто ты нуждаешься в этом. Признайся, тебе ведь просто нравится быть плохим? Майкрофт притянул его за плечо. — Если ты признаешься, что тебе это нравится тоже. — Эй. Вообще-то я здесь веду допрос, — пожурил он и склонился, чтобы легко коснуться губ Майкрофта. Постепенно игривый поцелуй перетек в нечто большее, так что, когда Майкрофт отстранился, он почувствовал себя ребенком, у которого отобрали подарок, который только что собственноручно втиснули в руки. Майкрофт тихо рассмеялся. — Это правда, что Шерлок сказал, что ты влюблен в меня? — Ты заказал у него расследование, — немного раздраженно ответил Грег. — Не стоило так далеко ходить. — Как долго тебе удавалось скрывать это от меня? — Примерно с того момента, как увидел тебя, за минусом, в общей сложности, пары-тройки дней, когда я искренне тебя ненавидел. А что? — Почему не сказал? — А что бы это изменило? — отмахнулся Грег. — Никому не хочется, чтобы их чувствами пользовались — до тех пор, пока они не станут обузой. Майкрофт задумался. — Я бы хотел знать, что из всех людей, ты выбрал любить именно меня. — Почему? — Тогда бы я точно знал, что во мне есть что-то, что можно любить. Это как подарок на Рождество, — качнул рукой Майкрофт. — Ты можешь хотеть многое, но выберешь что-то одно. Ладони Грега скользнули ему за спину. — В тебе столько всего, за что тебя можно любить, но ты никогда не даешь окружающим этого увидеть. — Но ты увидел. — Я детектив, помнишь? — скривился Грег. — Провел собственное расследование. Теперь, когда ты понял, что я люблю тебя, могу я узнать, что ты собираешься с этим делать? — Я собираюсь воспользоваться положением и заставить тебя навестить моих родителей вместе со мной. — Да что ты? И где они живут? — В Брайтоне. — О, Боже мой. Я даже не взял купальник! — успевший замерзнуть Грег не мог упустить своего шанса съязвить на тему того, какой фантастический контраст составляло приглашение Майкрофта по сравнению с этим чудесным богом забытым местом. — И… в качестве кого? Тот ничего не сказал, но возникшая пауза сказала все за него. — Ясно, — Грег повернулся на спину. — Итак, что мы имеем. Я люблю тебя. Это льстит твоему самолюбию, но судя по всему, в этом, также, наша проблема. Хорошо, если так — тогда я готов перестать. Майкрофт моргнул. — Что? — Послушай, Майк, я не хочу никому доставлять проблем… — Он повел плечом. Майкрофт нахмурился, выглядя одновременно в замешательстве и порядочно раздраженным. — Ну, знаешь ли, если ты так легко бросаешься словами, то можешь отправляться к черту и перестать морочить мне голову. — Почему? Ты же именно этого хотел, или мне показалось? Я прекращаю любить тебя, и мы продолжаем хорошо проводить время. Майкрофт раздул ноздри так, словно ему поставили мат в два хода, а он не заметил, как. — Так ты блефуешь, — понял наконец он. — Неа. Всего лишь пытаюсь найти решение нашей проблемы. Ты не любишь меня, я не люблю тебя — наконец мы решили наше уравнение. — Но я хочу, чтобы ты любил меня, — пробормотал Майкрофт. — Я тоже хочу, чтобы ты любил меня — поверь, очень, — но ты сам сказал, это как с подарком на Рождество. Не всегда получаешь то, чего хочешь. — Но я люблю тебя! — Значит, мы снова равны. Извини меня, Майкрофт, я просто не понимаю, в чем проблема, — честно объяснил Грег. — Ты отказываешься от вещей, которых даже не пробовал, из страха того, чего никогда не происходило. Если хочешь знать, твое недоверие ко мне меня оскорбляет. — Это очень остроумно, но к твоему сведению, я пробовал… — Что? Неужели я уже любил тебя раньше? — повернувшись на локте, нахмурившись, словно запамятовал, поинтересовался Грег. — Потому что, при всем уважении к твоему гениальному мозгу, ты не можешь знать о моих чувствах больше, чем я. Майкрофт расправил плечи — произнесенные им слова, похоже, доставляли ему физическое неудобство. — Я понимаю, что в твоей логике провал, но не могу объяснить, где. — Видишь, — оживился Грег, — я научился этому от тебя. — Да, и обставил меня моими же методами. — Майкрофт чуть приподнялся и, обняв его, подмял под себя. — Теперь ты действуешь моими методами, — с наигранным недовольством заметил Грег, позже отдавая должное тому, как, решив не терять времени, Майкрофт начал действовать сразу с запрещенных приемов. — Мне они нравятся. — А мне понравилась та часть, где ты говоришь, что любишь меня… — Я…
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты