Облегчение

      Поздним вечером в воскресенье на Рей что-то нашло. Что-то новое, ей совсем несвойственное.              Она лежала и смотрела на старые, отклеивающиеся обои возле кровати, стараясь не потревожить ссадины после очередной стычки с приёмным папашей — его не устроило её поведение в церкви днём, и он заявил, что ей пора бы окупать своё содержание. Но имел в виду вовсе не работу.              Её мысли постепенно приближались к тому, о чём она никогда в жизни не задумывалась. Рей знала, чем грозит непослушание, но также понимала, на что именно намекал Ункар, говоря, что пора ей прекращать даром есть его хлеб.              Мысли не давали покоя, и она долго ворочалась, не в состоянии уснуть в привычные восемь часов. И думала, прислушиваясь к гулкому стуку сердца.              Наконец, не выдержав, Рей села — эту узкую кровать она переросла ещё лет в пятнадцать. А теперь ей девятнадцать. Вполне достаточно, чтобы делать собственный выбор.              Рей оглядела убогую каморку, служившую ей жилищем, и уверенно слезла с кровати.       

***

      Дорога до соседнего штата заняла несколько часов — «Добро пожаловать в Индиану» гласили большие жёлтые буквы. Никогда не покидавшая Огайо Рей запаниковала и припарковалась у обочины.              Она угнала машину Ункара и украла его деньги. Но ей не удалось найти своё свидетельство о рождении или карточку страховки, а из вещей в спешке она похватала первое, что попалось под руку. Итак, нарушая закон, она за рулём автомобиля пересекла границу штата.              Стараясь успокоиться, Рей глубоко вдохнула, но уже через мгновение начала безудержно всхлипывать.       

***

      Отступать было некуда, и Рей продолжала ехать вперёд.              Нью-Йорк казался огромным и пугающим, а во Флориде, как все говорили, царила невыносимая влажность. Рей вела машину, ориентируясь на указатели с названиями крупных городов и останавливаясь только на заправку, а заодно чтобы чуть-чуть поесть, бережно экономя деньги. Рано или поздно ей придётся искать работу, и Рей не представляла, что делать.              Каждую ночь она засыпала, приткнувшись где-нибудь на большой парковке «Волмарта» или на стоянке дальнобойщиков, тщательно заперев двери старенького пикапа. Никто не беспокоил одинокую девушку-водителя, но Рей все равно боялась постороннего внимания, как и того, что её остановят полицейские. Она украла машину Ункара, и, наверное, этого хватало, чтобы бросить её за решётку.              Страхи не рассеялись даже через пять штатов, между тем как пейзаж за окнами медленно сменился острыми скалами и уходящими вдаль равнинами. Рей держалась допустимой скорости, сторонясь скоростной полосы, чтобы водители не сигналили, с ругательствами обгоняя её. Наверное, такое путешествие могло показаться захватывающим, но Рей было просто страшно.              Ещё через пару дней деньги почти закончились — и страх охватил её бесповоротно.              За порцией картошки фри Рей пересчитала оставшиеся купюры: сотня. Сотня на одну заправку и еду на несколько дней.              Она потёрла лоб и, шмыгнув носом, поглядела в зеркало заднего вида. Дорога привела её в Юту, на стоянку, где повезло сходить в душ. Вокруг тянулись бесконечно длинные пустые шоссе, где неоткуда ждать помощи, если сломается машина или кончится бензин. Возможно, ехать дальше — плохая идея.              Она скользнула взглядом по большому билборду над заправкой, на котором ярко светилось: «Лас-Вегас». Медленно жуя картошку фри, Рей посмотрела на деньги и снова подняла глаза. Да, азартные игры — идея не лучше. Скорее всего, ничего не получится.              …Наверное.       

***

      Уже подъезжая к Лас-Вегасу, Рей чуть было не повернула назад.              Затормозив у какого-то пригородного бара, она ещё раз посмотрела на город, маячащий на горизонте — большой, сияющий посреди пустыни. В кармане у неё сиротливо болтались восемьдесят долларов, но играть она совсем не умела. Господи… О чем она только думала?              В смятении Рей схватилась за оставшиеся деньги и зашагала к бару. Был день, а бар находился у шоссе, так что поесть тут и посидеть, собираясь с мыслями, казалось вполне безопасным.              Но, едва войдя внутрь, она чуть не попятилась назад — остановил её только обращённый к ней взгляд бармена. Рей смущённо спросила, где можно сесть за столик. Череду обособленных кабинок занимали, по меньшей мере, полдюжины мужчин, по залу разносилась негромкая музыка. Обстановка выглядела обшарпанной, в воздухе висел устойчивый запах пива и сигарет.              Бармен указал ей на кабинку рядом с замызганным окном, и Рей поспешила туда. Усевшись на потёртое красное сиденье, она вытащила меню, зажатое между кетчупом и барбекю. Кто-то смотрел на неё. Она чувствовала.              Сердце тревожно забилось. Надо валить отсюда. Не стоило вообще заходить сюда. Мутное местечко.              — Что принести, дорогуша?              Над столиком, сложив на груди руки и выжидательно подняв брови, стоял бармен. В безрукавке, с пирсингом в брови и кучей татуировок. И ещё с блестящей лысиной.              Рей сглотнула.              — Эм-м… Жареный сыр с беконом?              — У, хороший выбор, — улыбнулся бармен и указал пальцем в сторону стойки. — Хочешь ещё чего-нибудь? Мой приятель Кайло, вон там, говорит, что заплатит за все.              — Простите?..              — Ты показалась ему хорошенькой. Сказал, что оплатит твой счёт. Так чего, не пропустишь стаканчик? Как насчёт «Лонг-Айленда»?              Прежде чем Рей сумела выдавить ответ, бармен повернулся и ушёл. Она выглянула из кабинки и заметила черноволосого мужчину — прислонившись к барной стойке, он крутил сигарету в пальцах. Кивнув проходившему мимо бармену, он улыбнулся.              Рей опустилась на место. Стиснув руки на коленях, она подумала, что не стоит тут задерживаться, как вдруг кто-то устроился напротив неё.              В стукнувшем об стол стакане плескалось что-то коричневое… Даже на костяшках незнакомца — Кайло — были татуировки. Рей поморгала, глядя на них, прежде чем решилась поднять глаза на его лицо — длинное, скошенное и бледное. У него был большой нос, лёгкая небритость и тёмные глаза. Он был рослый. И смотрел на неё, невозмутимо покуривая.              Он выдохнул дым в сторону окна, и Рей замерла. В вороте черной рубашки блеснула серебристая цепь, рукава были закатаны до локтей, на крепком запястье сверкнули большие часы.              Незнакомец стряхнул пепел в стакан.              — По тебе видно, что ты проголодалась.              Рей не пошевелилась, впившись ногтями в ладони. Мужчина поднял брови, вновь затянувшись сигаретой, и выпустил дым в потолок.              — Хочешь есть? — полюбопытствовал он. Его глубокий голос пронизывал… почти завораживал.              Рей отрицательно качнула головой.              — А мне кажется, что как раз да.              Появился бармен со стаканом какого-то непрозрачного напитка и опустил его прямо перед Рей. Мужчина напротив откинулся на спинку сиденья и вновь стряхнул сигарету в стакан.              — Принеси нам тушёной свинины, Том, — бросил он, забыв добавить «пожалуйста».              Бармен по имени Том молча кивнул. Почесав подбородок, Кайло затушил окурок о стакан, и бармен забрал его перед уходом. У Рей внезапно пропал аппетит. И захотелось самой заплатить за себя.              Кайло пододвинул к ней стакан.              — Ты из Огайо? — Она нерешительно кивнула в ответ. — Что ты здесь делаешь?              — Я… я не знаю.              — У тебя есть работа? Семья?              Рей покачала головой.              — У меня есть для тебя работёнка, — заявил Кайло, складывая руки на широкой груди. — Тебе она, вероятно, не слишком понравится, но жизнь — сложная штука.              Рей не очень поняла, о чем он, но под взглядом Кайло кивнула в ответ. Он молчал, темными глазами оглядывая бар, и Рей чувствовала, что не должна ничего говорить. Что-то странное происходило здесь…              Вернулся Том с тарелками и выпивкой для Кайло. Тушёная свинина была вполне себе неплоха, а Рей не ела толком почти неделю, но аппетита это не прибавило. Кайло тем временем отхлебнул из стакана.              — Ешь, — просто сказал он.              И Рей начала есть, робко отрезая кусочки жареного сыра. Аппетит понемногу проснулся, и она съела все, даже справилась с тарелкой тушёной свинины. Кайло пододвинул к ней стакан, и, едва попробовав, она чуть не выплюнула все. Рот обожгло — алкоголь!              — Мне нет двадцати ле…              — Пей.              От его резкого голоса Рей уткнулась в стакан и, морщась, попыталась пить. Вкус был ужасным! Чистый бензин!              Но ей было слишком страшно сказать «нет» — она всегда боялась говорить это. Кайло следил за каждым её глотком, пока она не выпила половину, — и сразу же ощутила рвотный позыв. Ей стоило научиться говорить «нет»…              Он достал из кармана рубашки пачку жвачки и протянул ей полоску. Пробормотав «спасибо», Рей сунула её в рот, надеясь избавиться от неприятного привкуса. Она чувствовала себя плохо — устала, объелась и была взбудоражена после выпивки. И алкоголь никогда не пила… Совсем-совсем.              Кайло тоже закинул в рот жвачку. Махнул и, когда подошёл Том, вручил ему пару банкнот, после чего бармен столь же проворно удалился.              — Оставим твою машину здесь, — подытожил Кайло и, осушив стакан до дна, встал. — Подъем.              — Мне нужно…              — Вставай.              Рей взглянула на него. Помещение повело перед глазами, ноги плохо слушались, но Кайло поймал её за предплечье, когда она неудачно попыталась подняться. Он был такой страшный! И высокий!              — К-какая… работёнка? — выдавила она, чувствуя, как её тащат к выходу.              — Увидишь.              Он вывел её на парковку и обогнул здание. Там одиноко стоял черный внедорожник «Шевроле», и Рей запнулась, уставившись на него широко раскрытыми глазами. Это не её машина! Куда они собрались?!              Кайло потянул её за собой. Рей начала упираться, но от слабости и головокружения лишь вяло встрепенулась в его железной хватке, в следующий миг оказавшись возле внедорожника.              И мужчина без слов швырнул её в борт.              Потрясённая, испуганная Рей сумела лишь всхлипнуть, когда Кайло сжал её за подбородок и повернул лицо из стороны в сторону. Большими пальцами он приподнял уголки её губ, и до неё дошло — он проверяет её зубы!              — Все целые? — протянул он и кивнул. — Хорошая девочка.              Он положил ладони ей на талию и опустил ниже, проверяя карманы. Из её левого заднего кармана Кайло достал несколько купюр, и Рей захныкала, когда он деловито пересчитал их.              — Это… Это м-моё.              — Там, куда ты поедешь, деньги тебе не понадобятся. Как тебя зовут? Документы есть?              — Пожалуйста…              — Ну, я в курсе, что твоё имя не «Пожалуйста».              — Меня зовут Р-Рей, — выговорила она, с трудом сдерживаясь от слез.              Этого просто не могло случиться с ней! Кайло сунул её деньги себе в карман и открыл дверь машины. Ее… Ее похищают?.. Он похищает её?              Щёлкнув жвачкой, он втолкнул её внутрь. Рей затрясла головой, задыхаясь, но Кайло без труда запихнул её на заднее сиденье. Распахнув глаза, она перекатилась на спину, но он уже наклонился надо ней, придавив под своим весом. Его губы оказались у самого её уха.              — Спокойнее… — прошептал он. — Все в порядке, солнышко. Мы всего лишь едем на собеседование. — И понизил голос: — Веди себя прилично, иначе с поиском работы возникнут сложности.              Наступила пауза, и Рей поняла, что от неё ждут ответа. Она быстро кивнула, и тогда Кайло чмокнул её в щеку, вылез из машины и захлопнул дверь. Она решилась приподняться, когда он сел за руль.              Двигатель машины ожил, и Рей, дрожа, прижалась к запертой двери.