Черный Клинок

      Минуло около пяти лет с тех пор, как магическая Британия пала от молниеносного удара объединенных сил Плети и Пожирателей Смерти. С тех пор утекло очень много воды, обстановку в магическом мире трясло настолько сильно, насколько это вообще было возможно. Некогда закостенелое магическое сообщество стремительно шло курсом, который указывал Черный Клинок. Менялся мир вокруг, а с ним менялись и сами волшебники.       После показательного суда и казни Альбуса Дамблдора, начались чистки и реформы. Гоблины, вступившие в сговор с силами Плети, без всякого стеснения передавали в распоряжение Черного Клинка сокровища уничтоженных семей. Просто потому, что право победителя на трофеи никто не отменял и если один клан смог полностью вырезать другой так, что в течение полугода никто не подтвердил приема, то все уходило победителям. Так и выходило. Почти под корень вырезанное семейство Уизли, например, не смогло принести пользы в золоте. С другой стороны, у них в распоряжении была дикая земля в огромном количестве, которую никто и никогда не обрабатывал - то ли из непроходимой тупости, то ли от банальной лени. Документы на землю хранились, само собой, в банке, так что совсем без добычи Орден Черного Клинка не остался. Земля тут же была пущена в дело. Семейство Уизли, обращенное в довольно жутких с виду вурдалаков, исправно следило за благосостоянием многочисленных посевов редких магических растений.       Работали все рыжие предатели крови, кроме одной особы. Джинни Уизли нашлось совсем другое применение. Кто бы что ни говорил, эта девица была более-менее здорова, находилась в репродуктивном возрасте, да и внешне - после наведения некоторых чар - была ничего так. Собственно, ее бы тоже могли казнить и поднять как нежить, однако лорд Ледяная Длань не забыл и не простил ее идею женить Гарри Поттера на себе любыми средствами. Собственно, это и стало решающим аргументом, чтобы определить рыжую в инкубатор - нечто вроде публичного дома и тюрьмы в одном флаконе, где взращивались новые люди и существа, принудительно порождаемые вот такими вот невольницами. При помощи магии, ритуалов и зелий из организмов "сотрудниц" выжимался максимум их возможностей - новые волшебники и существа появлялись на свет уже через шесть месяцев вместо положенных девяти, им банально ускоряли развитие, а тела "родительниц" очень быстро восстанавливали и цикл повторялся снова. Ритуал для этого дела подсказали гоблины, а уж у каких демонов они его выторговали, никто не рисковал спрашивать.       Джиневра продержалась всего три года, после чего иссушенное, почти лишенное магии и энергии тело - ведь выносить ребенка-волшебника тяжелее, чем простого смертного - было передано в Орден Черного Клинка на правах низшей нежити. Похожая участь постигла и Нарциссу Малфой, правда совсем ненадолго. Лишенная всего и вся, опущенная из положения аристократки до состояния простой носительницы в инкубаторе, бывшая леди Малфой быстро тронулась умом - не была ее психика рассчитана на такое. Она продержалась всего год или, как говорили в самом инкубаторе, "два цикла". После чего обезумевшую от отчаяния волшебницу было решено добить, чтобы не мучалась. Да, это было жестоко. Вот только и в сам инкубатор попадали, в основном, за различные тяжкие преступления. Логика была проста: "Убила человека - будь любезна произвести нескольких новых, подчинила или пыталась подчинить - отрабатывай".       Старую школу, естественно, новые реформы не обошли стороной. Впрочем, фактически, это уже не был Хогвартс, его переименовали. Так с карты магического мира исчезла школа чародейства и волшебства Хогвартс и прилегающая к ней деревенька Хогсмид, а на их месте возник Акерус - полноценное магическое поселение с собственной крепостью, собственными лабораториями, фермами, полями и производственными ресурсами. Академия Акеруса, впрочем, никуда не делась, хотя и здорово преобразилась под управлением мадам Вектор.       Над замком в течении трех лет работали самые лучшие мастера из имевшихся в распоряжении, однако, в итоге, дело пошло. Замок усилили, укрепили, кое-где пришлось вообще перестраивать все заново, а кое-где - и вовсе возводить совершенно новые строения. Картины были сняты и перенесены в специально созданную ради этого дела галерею. Статуи и доспехи вычистили и надраили. Старшие курсы, как и обещали, анимировали их, так что теперь коридоры Акеруса патрулировали, фактически, полноценные рыцари, у которых можно было спросить направление или которым можно было донести про нарушение. Учились теперь не только дети волшебников, но и дети сквибов, и магических народов, примкнувших к силам Черного Клинка, пусть и обучали их на других курсах - все же, программа была уж больно различна. Гоблины, получившие за свои услуги право на ношение волшебных палочек и равные права с магами, присягнули Плети на верность. Вслед за ними потянулись и дворфы, и гномы, и эльфы.       Обучали теперь не семь лет, а целых двенадцать - начиная с шести-семи лет и заканчивая восемнадцатью-девятнадцатью годами. Сменилась программа обучения - в ней теперь присутствовали и маггловские дисциплины тоже - новый курс, взятый Черным Клинком, должен был помочь будущим бойцам не теряться в мире простых смертных и не слишком выделяться. Изучение маггловедения стало обязательным для всех выходцев из магического мира, равно как и изучение традиций стало обязательным для всех магглорожденных и большей части полукровок.       Мир волшебников постепенно объединялся под железной рукой и эгидой Черного Клинка. После падения магической Британии, почти сразу Орден разослал своих эмиссаров по всем мало-мальски крупным волшебным странам и не без результатов. В Скандинавии и Франции были подняты два мятежа, возглавляемых студентами Дурмстранга и Шармбаттона. Захватив власть почти без всяких лишних жертв, эти люди объявили о готовности присоединиться к Черному Клинку. За ними потянулась Магическая Русь и различные европейские страны. Постепенно этот союз креп, эгида Плети стала очень уж популярной у волшебников по всему миру. Впрочем, не только у магов, а и у простых смертных.       Первое ноября две тысячи первого года стало для нового мира днем, который разделил жизнь волшебников и магглов на "до" и "после". После длительных влияний, переговоров, подкупов и осторожной подготовки в союзе с правительствами самых крупных стран, пал Статус Секретности - и два мира, столь плавно подводимые друг к другу силами Плети, сошлись и стали незаметно срастаться. Обеим сторонам было что предложить друг другу. Знания, опыт, преимущества магии и технологии...       Однако, долго радоваться миру было не суждено...       - Лорд Кальзар! Ответьте! - Громогласно заговорила трубка телефонного аппарата, поставленного на автоответчик. Судя по записи, звонил никто иной, как сам Невилл Лонгботтом, занявший в Ордене позицию военачальника, в то время, как сам лорд Ледяная Длань занимался общим руководством. Кальзар проклял тот день и час, когда магглорожденные волшебники убедили его добавить современности в Акерус, в том числе - провести телефоны и защитить их от магии. - Лорд Кальзар, умоляю вас! Это очень срочно. Ответьте!       - Нет! - Поморщился рыцарь смерти. - Нет, я не отвечу, нет... Отвались...       Впрочем, безмятежный сон главы Черного Клинка был нарушен. Осторожно, чтобы не разбудить спящую рядом Тонкс, Кальзар Делен поднялся с кровати, подошел к телефонной трубке, набрал номер.       - Чего тебе, Нев?       - Лорд Кальзар! Слава всем богам, вы в порядке... Милорд, у нас тут такое творится...       - Жди, сейчас приду.       Чтобы экстренно собраться, ему потребовалось семь минут, на трансгрессию по отметине - не более минуты. Кальзар уже готовился высказать встречающему его лучшему другу и товарищу все, что он о нем думает, когда зеленая вспышка привлекла его внимание. Глава Ордена Черного Клинка повернул взгляд на необычную вспышку, пригляделся - и от удивления выронил из рук собственное оружие, с которым почти никогда не расставался.       На границе видимости, прямо на одной из очень удобных равнин Годриковой Впадины, в которой жила семья Лонгботтомов, сиял, наполняясь болотного цвета сиянием, обыкновенный такой портал.       Портал Пылающего Легиона.