Обмен?

«Здравствуй, крошка*». Чонин терялся в догадках, вестником чего могло быть подобное сообщение. Предвещало ли удачный день и хорошее настроение или же череду новых неприятностей, норовящих свалиться на его темную макушку с первым же сигналом. И какое-то волшебное предчувствие или шестое чувство, да не важно, в принципе, что именно, но что-то совсем не тонко намекало Каю о том, что гораздо более вероятен второй вариант развития событий. Сообщение пришло с неизвестного номера, хвостик которого мутно что-то напоминал парню, но тот никак не мог спросонья сообразить, что именно. И, что более странно, игривое сочетание цифр «69» , встречающееся в номере по меньшей мере трижды, смущало Кая гораздо меньше, чем странно щекочущее чувство в груди, сулящее что-то знакомое. Да. Номер определенно был Каю известен, только вот беда – тот ни разу в жизни не утруждал себя запоминанием номеров своих знакомых – даже номер брата при всем своем желании парень воспроизвести бы не смог, будь то хоть тысячи и миллионы раз экстренная ситуация. Чонин проигнорировал сообщение, как и легкий холодок, пробежавшийся по его спине, когда взгляд невольно зацепился за звездочку в конце строки. Внезапно телефон заверещал во второй раз, оповещая о новом сообщении с того же номера. «Как тебе в новом теле? Пообвык уже, наверное? Если хочешь, могу на досуге поделиться, где у него эрогенные зоны ;) А могу и показать…..» Понимание пришло так же неожиданно, как если бы вдруг обладатель сообщения воочию возник перед Каем прямиком из воздуха, с широкой улыбкой и игриво блестящими глазами. Да. Номер определенно был знаком Каю. Более того, его оленеподобный друг приобрел эту сим-карту при Чонине, откровенно достав тогда консультантов в салоне связи своей просьбой о вышеупомянутых сочетаниях «69». И не нужно быть гением, чтобы объяснить маниакальную любовь маленького извращенца к этим цифрам. Пара щелчков клавиш, выбор из двух вариантов ответа «да» и оба сообщения улетели в никуда, провожаемые победоносным возгласом Чонина. Последнему оставалось надеяться, что Лу не настолько умен, чтобы пытаться добраться до Сэ через телефон Кая, а сам Сэхун не так беспечен, как кажется на первый взгляд, и не поддастся очевидному обольщению со стороны старшего. А вот тот факт, что причины последующего раздражения кроются вовсе не в нежелании Чонина вновь отдавать свое тело на растерзание Лухану, тот отметал всеми правдами и неправдами. *** Как и предполагалось, день не сулил ровным счетом ничего приятного или просто хоть чуточку хорошего. Воскресенье тянулось подобно дешевой жевательной резинке – медленно и безвкусно, а вот время обеденного перерыва пронеслось мимо в два счета, сменив раздражение Чонина на полное безразличие ко всему происходящему. Как назло, телефон парень умудрился оставить дома, и поэтому возможности доставать Сэхуна у него не было, равно как и глумиться над попытками, неосведомленного об обмене телефонами, Лухана дозвониться до младшего. Вечером парень, как и предполагал, обнаружил уйму сообщений от Лу весьма скучного пикаперского содержания. Слова перемежались со звездочками, коими каждое сообщение было усыпано просто донельзя, и примерно к четвертому сообщению Каю наскучило читать сопливые попытки его друга достучаться до бессердечного младшего, который на самом-то деле вообще был ни сном ни духом о том, что его откровенно домогаются уже несколько часов подряд. К слову, от самого Сэхуна сообщений не было. Равно как и пропущенных. И Чонин не то, чтобы ждал проявления знаков внимания от этого парня (роль достающего и треплющего нервы из них двоих по умолчанию была отведена Каю), но настроение как-то совсем поползло к отрицательной отметке, и, успев прочитать новое сообщение от Лухана с наисладчайшими пожеланиями хороших снов, Кай уснул. *** На следующий день ситуация не спешила меняться – все происходило по изъезженному сценарию, и Чонин уже даже переставал задаваться вопросом, действительно ли О Сэхун живет такой серой и расписанной жизнью, какую проживал сейчас сам Кай. Радости нисколько не прибавил и первый снег, выпавший в этом году подозрительно рано и быстро покрывший все горизонтальные поверхности улиц тонким белым бархатом. Чонин возвращался с работы, лениво пиная банку из-под 7up, когда его светлую (от снега) голову посетила интересная мысль. Вернее сказать, он вспомнил мысль, посетившую его голову в один из дней что он кантовался у Лу. И улица, заполненная самыми разными магазинами, пестрящими яркими вывесками всех цветов, оказалась так кстати, когда Кай принял решение осуществить свою идею, не медля. Ведь если жизнь одного окрашена в скучные серые тона, что мешает другому добавить в нее своих красок?