Обмен?

Во имя любви беты к Лухану хд Спешл фо ю, Тань) - А я сказал, резать кубиками, а не брусочками! - А еще что? – сложив руки на груди, вкрадчиво спросил Чунмен. - Еще вода! Куда столько воды?! – вопил Лухан, размахивая палочками в одной руке, ложкой – в другой. - Еще? - Зачем ты переключил конфорку на средний огонь?! - Все сказал? – поинтересовался Чунмен, и, не услышав возражений, продолжил, - так вот слушай – что-то раньше ты на приготовленную мной сладкую картошку ты никогда не жаловался. Я всегда ее, между прочим, так резал, а ты покорно ел. - Неважно, - невозмутимо ответил Лухан, - раньше было раньше, а сейчас я хочу, чтобы картошка в это блюдо была порезана крупными кубиками, как мясо - вот, видишь? – для убедительности Лу ткнул под нос своему парню кусочком говядины. - Ты невыносим! – всплеснул руками Чунмен, чудом не смахивая со стола посуду. - Картошку кубиками режут в суп! - Да нет же… - не унимался Лухан, но Чунмен выставил ладонь вперед, предотвращая новый этап баталии. - Так, - серьезно произнес он, бросая взгляд на часы, - мы не успеваем, они скоро будут, а у нас ничего не готово… - Ладно, черт с тобой, режь, как хочешь, только не возникай потом, что в пибимпабе моего авторства лапша будет не длиннее твоего мизинца! *** - Ну. Попробуйте мой кулинарный шедевр, - произнес Лухан, внимательно глядя на каждого. Чунмен смутно попытался припомнить, какую же лепту в приготовлении внес Лухан – последний таки ретировался с кухни, психанув, когда ножик никак не пожелал ровно порезать морковь. (Чунмен даже не успел посоветовать парню попробовать резать лезвием, а не ребром). Сэхун покосился в тарелку, бормоча: - Сотворенный, видимо, потом и кровью. - Ты даже не представляешь, Сэхун, насколько ты близок к истине, - вздохнул Чунмен, - я думал, мы тут подеремся из-за картошки. Честное слово. - А что не так? – недоуменно спросил Чонин, разжевывая мясо и одновременно отправляя в рот еще ложку картофеля, - по-моему офень вкуфно. - Как мое жрать, так ты нос воротишь, - пробормотал Сэхун, а Чонин легонько пнул его под столом: - Дома поговорим. - Итак, мы собрались здесь, чтобы… - начал Лухан, но был остановлен Чунменом: - Ты не достал вино, Лу. - Да? Черт, - Лухан заозирался по сторонам. - Да сиди уже, сам достану, - вздохнул Чунмен, и вскоре на столе оказалась массивная темная бутылка. Дубль два. - Итак, мы собрались здесь… - Бокалы, Лухан, - осторожно подсказал ему Чонин. Сэхун прыснул в кулак. - Блядь, Чунмен, ты своей картошкой все мое внутреннее спокойствие уничтожил просто! - Так, спокойно,- произнес Чонин, и сам достал из шкафчика четыре бокала, - итак, Лухан, для чего мы тут собрались?.. - Мы собрались здесь, - третий раз повторил Лухан. - ПОЗДРАВЛЯЕМ!!!!! – прокричал Чунмен и кинулся обнимать брата. - .. чтобы отметить ваше с Сэхуном поступление в колледж искусств, - пробубнил Лухан, но тут же был схвачен в объятья виновников торжества. - Спасибо вам, ребят, - смущенно ответил Сэхун, - за достижение цели? – робко спросил он, поднимая бокал, искрящийся красным вином. - За достижение цели, – вторили ему три голоса сразу вкупе со звоном бокалов. *** - Лу, ты прекрасный повар и прекрати уже дуться, идем спать. - Чунмен, ты никогда не умел врать, иди один. Лухан невидящим взглядом смотрел в экран телевизора и меланхолично пожевывал щеку изнутри – шутки шутками, а гордость по расписанию. - Ну Лу, совершенству нет предела, - не сдавался Чунмен, - я могу тебя всему научить. Молчание. - Черт подери, идем, я сделаю тебе минет! - Ловлю тебя на слове, - тут же подскочил Лухан, выключая телевизор. - Иди в спальню, я тебя люблю… Ой, то есть, я сейчас приду!.. - Лу-у… - в голосе Чунмена слышалась очевидная улыбка. – А ты знаешь, что только что подписался на ночь без сна?..