Чайка? По другую сторону реки.

Уютный номер на двоих. Тëплая, зеленоватая пастельная гамма интерьера. Органзовые гардины пропускают нежный свет молодого, утреннего солнца, который серебрится и освещает середину комнаты длинной полосой. Изумрудные портьеры с ламбрекенами тяжело свисают по краям окна, плотно завешивая их, тем самым защищая стены номера от проникновения робких лучей. Тэхëн пошевелился и отвернулся от яркого игривого лучика света, который забежал ему на лицо. Он обнял подушку и завернул правую руку в одеяло, прижимая его к губам, чтобы было теплее. Однако заснуть он больше не мог: перевернулся и вдруг почувствовал, как ноет его спина. В недоумении, он попытался приподняться, и сразу резкая тянущая боль вонзилась в ноги. Руки были слабы и тряслись, он не мог держать себя и рухнул обратно. Пребывая в немом шоке от этой беспомощной слабости, он всë ещё не верил своему телу и решил попробовать встать. Тэхён аккуратно сел на край кровати и, оттолкнувшись от неë, встал на небольшой овальный коврик рядом. С ужасом он осознал, как трясутся его ноги — казалось, что обычно безобидный воздух сейчас давит на него своим 250-килограммовым весом. Тэ рухнул на корточки, упираясь руками в пол; в глазах потемнело, и он вдруг почувствовал своë горячее дыхание, частое и сильное. Воздух в комнате показался ему таким сухим, что он будто обжигал и резал нос и горло, дышать было трудно, больно, страшно. Тэ широко открывает глаза от испуга и пытается залезть обратно на кровать, но это даëтся ему с трудом. До этого момента Ви считал подушку счастливой вещью, потому что когда он спал и обнимал еë, то вся усталость проходила на следующий день. Плюсом к этому шло хорошее настроение, с которым он мог радостно начать новый день. Однако этот день, эта пятница, не предвещала ничего хорошего. Тэ чувствовал себя очень тяжело, несравнимо тяжело. «Неужели я… Заболел?» — горько пронеслось в мыслях. Он начал корить себя в том, что доставляет ребятам только проблемы, и в том, что сбежал вчера от сопровождающего его стаффа, промок и так бездумно отнëсся к своему здоровью. Зачем он вообще это сделал? Да ещё и в чужой стране? Он смотрит в потолок, похожий на большой белый ландыш, окружëнный всей этой зеленью комнаты. Горячее дыхание становится всë громче, он чувствует бешеное биение своего сердца, что сильно раздражает. Ви прикладывает свои ледяные кисти рук к пылающим щекам, затем ко лбу, и обжигающие слëзы начинают колоться в глазах, пока наконец не стекают по лицу нервными дорожками. Он чувствует себя очень виноватым, и не хочет, чтоб хоть кто-то увидел, как он дал волю эмоциям, как он жалок во всей этой ситуации. Тэ плачет от своей глупости и беспомощности, зажимая рот рукой, чтобы не издать случайного всхлипа. Он натягивает на себя одеяло, затем наоборот, откидывает его в сторону, не понимая, как лучше. От слëз и брыканий Тэхён почувствовал болезненный импульс в голове, и понял, что лучше лежать смирно. Он прикладывал всë еще ледяные ладони к лицу, переворачивал их и делал то же самое с тыльной стороной кисти. Он раздражëнно двигал ступнями и подгибал ноги, пытаясь найти более-менее комфортную позу. Однако горячие крупные слëзы продолжали литься из прищуренных распухших глаз: некоторые огибали рельеф губ, и Тэ ловил их языком, пробуя, насколько они солëные, а некоторые скатывались по челюсти, падая и оставляя мокрые следы-звëздочки на простыне. Он не мог избавиться от раздирающего изнутри чувства, что он слабак, несмотря на то, что ему было откровенно физически плохо. Ви поискал глазами телефон и нашëл его лежащим на тумбочке рядом с кроватью. Чон поставил его на зарядку. Это хорошо. Тэхëн поднял телефон и разблокировал его, но его рука сразу упала на поверхность тумбочки — он не ожидал, что гаджет окажется таким тяжëлым. «Чего?» — вроде он давно знал, какой вес у его смартфона. 7-е августа, пятница, 7:32. Тэ удивился столь раннему времени, ведь обычно его биологические часы пробуждают его часов в 9. Однако потом он вспомнил, что сейчас находится в другой стране, поэтому его внутреннее ощущение времени не имеет смысла. Пытаясь положить телефон обратно, он выронил его и тот громко шмякнулся о тумбочку, но поправлять его он не стал. Ему уже было все равно. Лихорадка только усиливалась, сводя мышцы парня и не отпуская их; было очевидно, что у него высокая температура. Тэхён не мог больше терпеть это мучение и решил обратиться к своему соседу. Он небрежно попытался вытереть слëзы и немного успокоить свой скачущий голос; затем развернулся направо, в сторону кровати Чона, и резкий свет ударил ему в глаза. Тэ тихо всхлипнул, но секунду спустя комнату заполнил его низкий дрожащий голос: — Чон… Чонгук! — он пытался выдавить из себя эти слова как можно громче. Мало кто знает тот факт, что Чонгука очень сложно разбудить. Вот и сейчас он блаженно погружëн в сон: сомкнутые веки расслаблены, а пряди блестящих каштановых волос раскинулись на белоснежной подушке вокруг головы, как лучи солнышка на детском рисунке. Его левая рука с маленькой книжкой, которую он вчера читал, покоится на груди, а одеяло мято свисает на один бок. Тэхëн упирается одной рукой в прикроватную тумбочку, стараясь, как ему кажется, подвинуться ближе, но чуть не падает с кровати, давя из себя имя Чонгука. Вдруг у него возникает противное чувство в горле. Ви сползает с кровати, еле-еле встаëт и направляется в уборную. Противное ощущение немного отступает и он решает почистить зубы, потому что мятный вкус пасты уже не раз спасал его в такие моменты. Выдавив пасту на щётку, он хватается за раковину, чтоб не упасть, медленно воротит щëткой во рту, затем сплëвывает, промывает водой и напоследок умывается. Тэ не стал вытирать лицо. Ему казалось, что холодная вода должна хотя бы немного освежить и охладить его горящую кожу. Парень смотрит на своë измождëнное отражение в зеркале: взъерошенные кудри, невольно закрывающиеся мутные глаза и слегка нахмуренный лоб, напряжëнные сонные артерии и вены на руках. Капли воды стекают вниз по горячему лицу, спутываясь, переплетаясь, распремляясь и капая с подбородка. Он отпускает раковину и весьма уверенно разворачивается к двери, хватаясь за ручку. Однако при резком неаккуратном вдохе запах мятной пасты ударяет в мозг и появляется сильная тошнота. Мда. Не на это он рассчитывал. Тэ протяжно проскулил, чувствуя, как всë пространство в голове заполняется тяжëлым гулким звоном. Он потянул ручку двери, но понял, что сил у него больше не осталось. На глаза опустилась чëрная пестрящая пелена, неустойчивые ноги подогнулись, и Тэ рухнул на пол, легонько ударившись головой об открывшуюся дверь.