Deprivation of Sanity

Тони никогда не испытывал сразу столько различных чувств. Ярость. Мучительная боль. Страх. Разбитость. Отчаяние. Глухо хрипя, он открывает глаза и смотрит в потолок кухни. Левая сторона его лица горит адским пламенем, но это просто щекотка по сравнению с мучительной агонией, которую он чувствует «внизу». Эта боль, не похожа ни на что, что Тони когда-либо испытывал –он получал всякие разные травмы за последние четыре десятка лет, включая ожоги, полученные от отца, который частенько любил использовать кожу Тони в качестве пепельницы для сигарет, когда у него было дерьмовое настроение. К физической боли добавляются ещё те парадоксальные чувства, которые мучают его. Чувства к Питеру. Его идеальный сломленный мальчик, который, оказалось, не был ни идеальным, ни сломленным. Во всяком случае, недостаточно сломленным. В конце концов, у Питера все еще хватало достаточно решимости и силы, чтобы атаковать Тони и спланировать бесстрашный побег. Он обманул Тони, обведя его вокруг пальца в его собственной игре, используя его же способы. И теперь мальчик либо уже мертв, либо на пути в безопасное место, и в последнем случае Тони и его друзьям нужно будет как можно быстрее съебаться с этого гребаного острова. Мужчина понятия не имеет, сколько времени прошло с тех пор, как Питер сжег его член, но, так как он все еще может видеть всю свою мебель с выключенным светом, все еще не поздно. Удалось ли Питеру включить двигатель лодки? Он… действительно сбежал? Боже, он так скучает по нему. Борясь со своими путами, Тони пытается сдвинуться с места, но сразу бросает эту затею. Ему очень больно. В отчаянии Тони пытается кричать, но изолента мешает ему, заставляя лежать и просто ждать в надежде, что он останется в сознании. Роуди поймет, что что-то произошло, если Тони не придет в восемь вечера … наверное? Но даже если он и найдет его, может быть, будет уже слишком поздно … Хотя Тони хочет забить пацана до смерти прямо сейчас, мысль о Питере, который перевернулся и теперь умирает напрасной смертью в море, потерянный навсегда, невыносима. Сглотнув комок в горле, Тони вспоминает последний их разговор. Было так невыносимо слушать всю боль, отвращение и ненависть в голосе Питера. Но еще больше было невыносимо осознавать, что мальчик все это время играл с ним. В течение последних двух недель Питер притворялся, что будто и он тоже влюбился в Тони. А сам Тони – влюбленный идиот, каким он всё-таки и был – попался в его ловушку. Когда все стало по-другому? Питер был таким сломленным и покорным, пока … Свадьба. Ну конечно. Питер попросил Тони разрешить ему прокатиться с ним на лодке, а затем полез за сексом у костра. И сразу после того, как Тони рассказал ему о Ваканде, Питер сказал, что ему хорошо рядом с ним и что ему нравится, когда Тони называет его прозвищем или по имени. Вот почему Питер с радостью поскакал убираться во всем доме. Он собирался найти каждую камеру и точно специально отключил одну из них, чтобы узнать, что за этим последует. Вот почему Питер знал, что ДЖАРВИС поднимет тревогу, если будет отключено питание. Этот маленький сучоныш планировал это неделями, держа Тони за полного идиота … Ох, он убьет этого сукиного сына. Движимый ярым желанием отомстить, Тони каким-то образом набирается сил, чтобы перекатиться на живот, почти теряя сознание от мучительной боли, исходящей от его промежности. Может и к лучшему, что болит… Если болит, то значит, что не все нервы сгорели. И все же, что, если ожоги настолько болезненны, что Тони больше никогда не сможет испытать эрекцию или оргазм? Очень маленькая, частичка совести внутри Тони не может не думать, что это наказание – ещё самое наименьшее, чего он заслуживает за то, как он обращался с Питером, но он немедленно делает себе выговор за это. У него не должно быть таких мыслей. Его самоуверенность и в чем-то «хорошее отношение» - вот что в первую очередь повлекло к таким последствиям. А ещёжалкая надежда обрести настоящую любовь. Становится ещё темнее, когда Тони думает, что слышит шаги с улицы. Надеясь, что это не ЩИТ, Тони кричит в ленту так громко, как только может, старясь, чтобы было слышно, несмотря на включенный телевизор, и через несколько секунд дверь открывается — Тони? —Мммпх — кричит мужчина, морщась при включении света. — Ёб твою мать! —Роуди бросается к нему, его взгляд скачет то на раненое лицо Тони, то на его голую задницу. Блять. Может быть, было бы лучше получить пулю в голову и избавиться от позора, что его найдут таким . По крайней мере, это просто Роуди … — Что-что произошло? —Роуди больно срывает ленту со рта Тони. — Пацан сбежал, — шипит он, — он … заставил меня выдать ему код от сейфа. Я думаю, он угнал лодку. — Блять, значит, Локи был прав. — бормочет Роуди, изо всех сил пытаясь убрать ленту с рук Тони. — Локи? Он его в-видел? — Нет, но он слышал, как отъезжала лодка. Но из-за плохой видимости он несколько раз пытался позвонить тебе, чтобы спросить об этом, но ты не ответил. Когда он написал в беседу, я подумал проверить тебя, на всякий случай … — Когда это было? — Где-то двадцать минут назад? —Роуди наконец-то удается полностью сорвать ленту. Как только Тони перевернулся, он вздрогнул — Г-господи Иисусе, что-ч-что случилось с твоим… боже мой. Чувствуя себя еще противнее, Тони показывает на утюг, все еще подключенный к розетке — Этот маленький сучоныш мучил меня. Скажи остальным, нам нужно бежать за ним. Он не мог уйти далеко – прошло всего двадцать минут. Не знаю, взял ли он мой телефон, но … это неважно, он там . С помощью трекера я очень скоро узнаю, где он. Тони пытается встать, а Роуди спешит за телефоном. Дрожащими пальцами Тони удаляет уведомления о том, что Питер вышел за пределы допустимого радиуса территории, и открывает приложение для отслеживания, глаза расширяются от шока, когда он видит, что Питер движется вниз по шоссе SC Boоtle на острове Абако. Как, блять, он узнал, куда плыть? Раньше – когда на улице было светлее – видимость была настолько ужасной, что остров отсюда даже не было видно. — Он…он на юге в миле от КуперсТауна. — Не может быть, — вопит Роуди, наклоняясь вперёд — Твою же мать, Тони. М-мы в дерьме. На секунду Тони подумывает о том, чтобы запустить дрон, чтобы последовать за Питером, но идёт слишком сильный дождь, да он даже и не работает должным образом. А ещё … его нет в гостиной, где он его оставил. Пиздец. — Скажи остальным. Следовать плану Б. Нам нужно свалить отсюда как можно скорее. Берите только самое необходимое. — Ч-что насчёт денег? Тони, у нас еще примерно 400 миллионов налом. Это около четырех тонн, и нам понадобится время, чтобы … — Насрать на них. — На-насрать? Мы это все сделали, чтобы… — У нас нет другого выбора. Гидросамолет может выдержать максимум две тонны. Нас тринадцать, это уже одна и ещё одна на наш багаж. Каждый может взять максимум 10 миллионов. Я тоже не хочу бросать их, но даже без этого на наши счета переведено больше, чем мы сможем потратить за всю жизнь. Подойдя к сейфу, Тони сталкивается еще с одной проблемой — Скажи, пожалуйста, я давал тебе запасной ключ от самолёта. — Эм… д-да, я думаю. То есть … я посмотрю. Но почему?» — Я убью этого маленького сучонка. Ругаясь, Роуди выходит за дверь —Ты должен был сделать это ещё тогда. Да. Он должен был. Но это уже не имеет значения. Теперь единственное, что важно, так это то, что они свалят с этого странного острова до того, как Питер попытается предупредить властей. Хорошо, что в этой местности малое население… если им повезет, он ни на кого не наткнётся следующие несколько часов и заблудится. Несмотря на то, что Тони едва может двигаться, он каким-то образом добирается до ванной. Вздыхая, он смотрит в зеркало, разглядывая свое отражение. Его лицо выглядит ужасно. Он сильно обжёгся, и на его красной покрытой волдырями коже появились рубцы . Однако это пустяк по сравнению с его членом и яйцами … Чувствуя внезапную тошноту, Тони падает перед унитазом. Когда его наконец рвет, он весь дрожит, его голова трещит и кружится. Ему нужно взять себя в руки … Питер дорого заплатит за все, но сейчас не время быть распускать сопли или жалеть себя. Сменив свои узкие шорты и боксеры на свободные трусы, Тони, хромая, обходит дом, чтобы собрать немного одежды, немного еды и свои самые ценные вещи: телефон, жёсткий диск, ноутбуки, оставшиеся дуговые реакторы и сервер ДЖАРВИСа. Также он забирает все свои личные вещи, которые ему важны: часы, самодельную книгу Питера с рецептами, документы и некоторые фотографии. И последнее, но не по значению: он тащит к двери две сумки, каждая из которых наполнена по четырьмя миллионами. К его огромному облегчению, Стив, Баки и Роуди приходят, чтобы погрузить его чемоданы, сумки и рюкзак в гидросамолет. Он видит, какие они хорошие друзья, потому что никто из них не ругает его. Ну, по крайней мере, пока. — Ты в порядке? — спрашивает Стив, когда Тони остается в позади, выглядя очень озабоченным. И раздражённым. — Да, и-иди дальше, мне просто … мне нужны обезболивающие и лед для моих …п-просто иди. Выпив две таблетки, Тони достает из морозильника немного кубиков льда и сворачивает их в полотенце. Затем он возвращается обратно к двери и, проходя мимо стола в гостиной, его взгляд бросается на головоломку, которую Питер и он начали собирать еще несколько дней назад. Жестокая реальность, что они никогда ее не закончат, бьёт по мозгам. Тони охватили эмоции, настолько яростные, что он уже не может дышать. Полностью истощенный, он пинает стол, крича от злости. Прежде чем он осознает это, по его щекам уже текут слезы, и он падает на пол в рыдании. Какого черта он расслабился и позволил себе влюбиться в Питера? Каким-то образом этому ребенку удалось зажечь огонь, который погас в нем вместе со смертью его матери, растопив льдину, защищающую его сердце от любой другой боли. Почему Тони не мог просто … остаться холодным и устоять от соблазна найти такого чистого человека, как Питер, который бы действительно полюбил его, несмотря на его огроменные недостатки? Может, ему не стоило все время быть таким жестоким. Но всё-таки было необходимо установить правила и наказывать Питера за непослушание, чтобы сломать его, Тони знает, что почти все из того, что он с ним делал, особенно в банке, было слишком травмирующим. Он мучил Питера забавы ради и потому, что это доставляло ему удовольствие. Он изнасиловал его прямо на глазах у его друзей, чтобы унизить его и нанести ему душевную травму на всю оставшуюся жизнь. И даже после того, как он понял, что чувства, испытываемые к Питеру, гораздо более искренние, чем он предполагал, он не упускал шанса причинить ему боль. Он изо всех сил пытался подавить эти чувства, постоянно наказывая Питера , хотя его вины ни в чем не было. Если бы Тони рассказал ему о своих настоящих чувствах раньше и начал бы относиться к нему хорошо, то, возможно, у них был бы шанс быть счастливыми вместе… Тони не знает, как долго просидел здесь в ненависти к себе, но он не сдвинулся с места, пока не почувствовал руку на своем плече. —Тони… Нам нужно идти. —прошептал Роуди своим мягким, но решительным голосом. — Мне-мне так жаль … Я не знал, что он … Я, блять, любил его, — вздыхает Тони, но потом останавливается. Он не понял, зачем сказал это, но в первый раз в своей жизни он чувствует, что хочет поговорить о своей боли и объясниться, почему Питер обманул его и сбежал. — Я знаю… Но он сбежал, Тони. Ты не можешь повернуть время вспять. Вставай. Пожалуйста. Тони даже не может найти в себе силы злиться. Неохотно он позволяет Роуди помочь ему подняться и выйти из дома. Дождь успокоился, но уже довольно темно. Его друзья уже сидят внутри гидросамолета, поэтому Тони быстро вытирает слезы. Он может жить с тем, что Роуди всё знает ( какого хрена он сказал о том, что тот уже знает ?!) , но он не может рассказать никому другому. Многие Мстители пристально смотрят на Тони, когда он заходит в самолет, тяжело вздыхая. С болезненным шипением он садится на одно из свободных мест, чувствуя, что сможет потерять сознание. Как только они уйдут достаточно далеко, он попросит Стивена посмотреть на его промежность. Но сначала… Вздыхая, Тони роется в рюкзаке в поисках телефона. — Ты уверен, что мы не должны все тут сжечь? — спрашивает Брюс. — На это нет времени, — бормочет Тони — И потому что они смогут увидеть это еще с берега, а значит, доберутся сюда быстрее. Если повезет, Пи-мальчик попадет под машину в темноте или заблудится и умрет от голода. Тогда мы, вероятно, сможем вернуться когда-нибудь и забрать остаток денег … Вы убедились, что уничтожили или забрали все, что могло бы дать понять властям, что они не должны знать? двенадцать «да» раздались в самолёте . — Никаких забытых паспортов, документов, гаджетов, фотографий? —Нет. Отлично. Будем надеяться — Хорошо. Тогда убери нас к отсюда к чертовой матери, Роуди. —Куда? — План Б – Бак-айленд. —Но это… далеко. С нашим грузом и топливом мы едва доберёмся и … — У нас нет другого выбора. Это единственный остров, где ни одного из нас ещё не было. Не забудь выключить передатчики, как только установишь курс. — Значит, Ваканда нам не поможет? — спрашивает Нат позади Тони дрожащим голосом. — Нет. Вообще, это наш один и единственный вариант, но мы сперва должны на некоторое время залечь на дно и придумать, как туда добраться. А в аэропортах проверяют паспорта и пассажиров, даже если летают на частных самолетах — Если Питер расскажет им о Т'Чалле, то… —Ваканде нужно будет закрыть границы и сказать, что они делали атомные бомбы, да. На самом деле, это не так уж и важно. Ну, типо, как в Северной Корее. —Это все ты виноват. — шипит Нат, явно на грани истерики. В приступе злости Тони поворачивается, чтобы посмотреть на нее — Я хотел бы напомнить тебе , что ты была единственной , кто всегда хотел , чтобы я был добр с ним? Теперь посмотри, что получается из твоей доброты. Если бы ты просто не лезла не в свое дело, он бы никогда не … — Если бы ты не забрал его, ничего бы этого даже не было — вмешивается Клинт, защищая Нат, как ожидалось. Какой же он ебучий лицемер. Он хотел Питера ещё с того момента, как увидел, как Тони дрочит ему в банке. Фыркнув, Тони решает пока игнорировать их. Когда Роуди уводит гидросамолет подальше от острова, Тони наконец-то находит телефон в своем рюкзаке. Поскольку ему пришлось выключить ДЖАРВИСа, Тони получает доступ к трекеру через другое приложение, его сердце бьётся при его включении. Холод пробегает по спине Тони, когда он не может настроить связь. Этого никогда раньше не происходило … Интернет работает, а технология не может дать сбой, значит, есть только одна адекватная причина: каким-то образом Питеру – или кому-то еще – удалось отключить трекер, потому что он бы все равно показывать его местоположение, даже если бы он умер. К счастью, Роуди ускоряется всего через несколько секунд и взлетает, унося их прочь с острова БонефишКей. Вопреки адекватности Тони открывает свою галерею, пролистывая десятки фотографий Питера, которые он сделал за последние пару месяцев … Питер спит как ангелочек – лицо Питера, покрытое спермой – Питер сидит, скрестив ноги, на диване и держит джойстик для Нинтендо – Питер пытается встать на руки на кухне – Питер в ванной, наполненной пеной – Питер посасывает свою нижнюю губу в секундах от оргазма – Питер держит сигарету, пытаясь выдохнуть дым в виде колечка – Питер весь в зелёной жиже после того, как забыл закрыть крышку миксера – Питер мило улыбается, его лицо в сантиметрах от Тони, когда мужчина делает селфи с ними и с собранной головоломкой из пяти тысяч деталей. Каждая фотография кажется ударом в сердце, и когда глаза Тони снова начинают заливаться слезами, он понимает, что не сможет обрубить связь. Неважно, насколько обозленным – и раскаявшимся – чувствует себя Тони сейчас, он и Питер созданы, чтобы быть вместе . Питер создан для Тони. Они рождены друг для друга. Питер тот самый. Вторая половинка Тони. Лучик света в его жизни, которого Тони никогда не знал, что хотел (или нуждался), но теперь, когда это произошло, он не может представить жизнь без него. Если когда-нибудь они снова будут вместе, Тони сделает все, чтобы Питер больше никогда не захотел сбежать от него. Но сначала ему нужно найти способ вернуть его. И когда-нибудь он это сделает . Будь он проклят.