Tell me, is my love an illusion?

Нет! Только не это! Это последнее, чего желал узнать Диан от лучшего друга! Ричардс сразу понимает, о чём Леон говорит. Он не понимает почему, но знает, что он знает тоже. И это ужасно. Откуда Леон мог узнать об этом? Неужели он караулил его? Или он говорил с его родителями и они случайно сболтнули? Этого не может быть. Нет, не так, этого не должно было быть! А вдруг теперь Леон оставит его? Ну, знаете, не каждый готов быть другом психа. Не каждый может принять эту особенность и Диан не уверен, что Леон может его выдержать, но отчаянно верит, что Картер сможет. Тем временем, он глухо отвечает в трубку: — Понятно. Леон на том конце стискивает челюсти, чтобы не сорваться. С трудом говорит адрес кафе Диану, где они должны встретиться и сбрасывает. Диан весь дрожит. Но, вопреки этим чувствам, начинает собираться. И дрожит он ещё по одной причине: прямо перед звонком Леона, Диан снова схватил панику. Он занимался своим проектом и на мгновение вспомнил, как несколько лет назад она помогала ему в продвижении своего хобби. Как они вместе выбирали цвета, критиковали рисунки друг друга... Все эти воспоминания ворвались в его голову и спровоцировали очередной срыв, которых в последнее время стало слишком много. Диан корил себя за то, что до сих пор не рассказал родителям, что атаки участились. А ещё он перестал ходить к врачу из-за навалившихся событий. Он пропустил уже три похода точно. И оправдывался перед родителями как мог — прикрывался учебой, проектами и ещё много чем врал. Но сейчас... Звонок Леона буквально перевернул всё. Стало намного хуже, ведь лучший друг может не простить враньё или просто бросить из-за нестабильности Диана. Руки трясутся ещё сильнее и ключи выпадают из рук, когда он пытается закрыть дверь. Пытается снова и с трудом получается сделать это. Глотает таблетки, не запивая, и, на трясущихся ногах, выходит из подъезда.

***

Диан ждёт примерно пять или семь минут, но он ждёт Леона. Ждёт и ужасно боится реакции друга на всё. Его болезнь заняла у него его половину жизни, значит ли это, что Диан теперь должен открыться с другой стороны? Он постоянно скрывал всё и он до сих пор скрывает некоторые моменты от родителей, но он не может по-другому. Он заботится о всех, не распространяясь о своей болезни. Ведь если люди не будут волноваться о тебе, то и самому легче станет. Вот только, это неправильный путь, и Ричардс это понимает, но, опять же, по-другому не может. Парень сидит в самом дальнем углу, не поднимает глаз и в принципе его можно списать на обычного посетителя. Только этот посетитель дрожит так, будто в лихорадке. В голове мысли в беспорядке, а ноги просятся бежать отсюда. Бежать так далеко, чтобы никто не нашёл и не узнал всю правду. Он готов, что Леон узнает правду не от него, но не готов к этому разговору от слова совсем. Желание сбежать усиливается непонятно от чего. Но, когда Диан замечает движения возле его столика, поднимает взгляд и ком застревает в его горле. Леон выглядит настолько мрачным и печальным, что Диан пытается прямо здесь не расплакаться. Он никогда не хотел, чтобы его лучший друг испытывал такие эмоции из-за него. Леон молчит, а Диан вновь опускает взгляд и нервно прикасается к стакану с водой. К слову, кроме воды он больше и не просил у официанта ничего. — Как давно это началось? — Диан резко поднимает голову и даже не сразу осознаёт сам вопрос. Когда же до него доходит, он хмыкает. — Примерно... Три года назад, — и чувствует напряжение всем телом. Леон тяжело вздыхает. У Диана все их совместные моменты перед глазами пролетают, в груди всё сдавливает. И он понятия не имеет, что Леон чувствует тоже самое. Поэтому и начинает первым снова. — Прежде, чем я продолжу, я хочу сказать... — Прости меня! — Диан и Леон смотрят друг на друга и легонько улыбаются. Внезапные одновременные извинения немного уменьшили напряжение. — Твои родители в курсе этого? — Леон задаёт вопросы аккуратно, хоть и понимает, что это уже не нужно. — Да, — снова ком, снова опустошение, — Я спалился почти в самом начале, — он грустно хмыкает и отводит взгляд. А у Леона сердце сжимается от вида такого Диана. Это первый раз, когда Диан настолько искренен в своих эмоциях и в своём поведении. И первый раз, когда Леон видит, как маска брюнета рушится прямо на глазах. С каждым мгновением он раскрывает настоящего себя и Картер поверить не может, что творилось у Диана все эти три года. Ричардс никогда ни на что не жаловался, всегда улыбался, радовался всему и видеть его таким сейчас приносит невыносимую боль. Как будто и не было того Диана. И Леон понимает чувства Диана и знает, что должен также открыться перед ним. — Я тоже должен тебе кое-что сказать, — голос дрожит, у Леона нервы на пределе, но он выдерживает взгляд Диана и даже смотрит в ответ, — Лили находится в коме. Сознание Диана переворачивается неизвестно в который раз. Он знал Лили, она ему была такой же старшей сестрой, что и для Леона. А теперь, когда он узнаёт, что она в коме, то просто не может поверить в услышанное. Он любил её как сестру и любил её отношение к своему младшему брату. Их взаимодействия были очень идеальны, они помогали друг другу в любой ситуации, даже самой безобидной и никогда не скрывали перед другими свою привязанность. А теперь получается, что Леон какое-то время находится без своей любимой сестры? А ведь говорил, что она на работе. — Что? Когда? Почему?.. Как долго она уже в таком состоянии? Почему ты ничего не рассказывал? — на последнем вопросе Диан дёргается и прикусывает язык. — Да-а, оба хороши, — протягивает Леон и грустно усмехается. Они оба скрывались друг от друга и позволяли фальшивым эмоциям брать своё. Браво! Когда вручение Оскара? — Леон, — Диан дотрагивается до ладони блондина и тот поднимает взгляд, — Прости, что не говорил тебе о моей болезни. Я обещаю, теперь я всегда буду докладывать тебе обо всём! Только прошу... Может это эгоистично с моей стороны, но я хочу чтобы ты мне также ответил искренностью и докладывал обо всём, договорились? — Диан, — выдыхает Леон и опускает голову, начиная шмыгать носом. Ричардс подрывается и садится рядом с ним. — Эй, ты чего? — Леон начинает плакать, а Диан немного в шоке и у самого глаза на мокром месте, — Успокойся, всё будет хорошо! Мы со всем справимся, я обещаю! Теперь мы полностью раскрыты перед друг другом! А Леон слышит и кивает, одновременно позволяя слезам скользить по щекам. Диан успокаивает его, обнимает и легонько хлопает по спине, прижимая к себе. И через некоторое время Леон успокаивается и обнимает друга в ответ. — Отлично, теперь вдохни и позволь себе выдохнуть настолько легко, чтоб прям всё плохое вышло, — Диан советует и активно жестикулирует руками. А Леон улыбается. По-своему солнечно улыбается и, наконец-то, искренне. — Что за наставления? Я старше, — Картер смеётся, но следует указаниям Ричардса. А Диан подхватывает его смех и также успокаивается, — Кстати, меня недавно спас один парень из долгов... Да, я погряз в них из-за больших счетов, прости, что и про это не рассказывал. — Ты мог попросить помощи у меня, но я знаю твою эту черту, так что, проехали, — Диан одобряюще кивает, — Что за принц на белом коне? — Ах, — Леон тушуется. Не хочет, чтобы Диан думал о нём, как о ветреном человеке, — Он не сказал своего имени, но сказал, что пришёл по поручению сестры. Оказывается она как-то давно наказала ему, что он должен позаботиться обо мне, если что-то случится. И вот, он забрал меня к себе, погасил все долги, ещё и в торговый центр сегодня проводил. Вот. А Диан сидит и лыбу давит. — Ты чему так улыбаешься? — Леон прищуривается и уже чует неладное. — Просто ты так легко позволил ему помочь тебе во всём, что у меня такое впечатление, что он тебе нравится, — Диан говорит спокойно, потому что Леон сделал свой каминг-аут перед ним уже давно. Но отношений не заводил, так как было не до них. К слову, с остальными близкими он тоже поделился этим, так что хотя бы это было не секретом. — Ты дурак? — серьёзно смотрит Леон, а потом оба заливаются смехом. И вновь успокаиваются. Они сидят так некоторое время, позволяя чувству облегчения заполнить весь организм и запомнить этот момент. Леон ещё рассказывает Диану о таинственном спасителе и брюнет видит в нём счастье при рассказе. Но всё-таки есть кое-что, что ещё волнует Диана. — Леон, как... Как ты узнал о том, что я... Задыхаюсь? — А, мне сказала об этом Кейт, — а потом понимает, что сморозил и прикрывает рот рукой, испуганно смотря на друга, — Ох, прости пожалуйста, я не должен был говорить о ней. Но она правда волновалась об этом. А Диан не слышит. У него за один день мир рушится чуть ли не десяток раз, а теперь и это. Если инцидент с Леоном прошёл гладко, то вот этого он не ожидал вовсе. — Н-нет... Нет! Почему... Почему она?! — Диан дышит прерывисто, перед глазами всё плывёт и он понимает, что сейчас будет, но не может это контролировать. Не слышит взволнованный голос Леона, что зовёт его, не видит подходящего официанта, и позволяет себе потерять сознание. Возвращается в реальность на широком подоконнике в туалете. Медленно открывает глаза и щурится от света, а в лёгкие поступает свежий воздух, от которого начинает кружиться голова. Оборачивается и видит обеспокоенное лицо лучшего друга. — Боже, как же ты напугал меня! — Леон бросается к нему и обнимает. А Диан легко улыбается, чтобы успокоить друга. Правда, лёгкая улыбка всё-таки больше походит на вымученную, но Леон не смеет об этом говорить. — Паническая атака, — тихо произносит Диан и видит непонимание в глазах Картера, — Это была паническая атака. Она же и причина моего... Затрудненного дыхания. Леон слышал об этой болезни, но и подумать не мог, что это она и есть у Диана. Были подозрения, но Леон пытался их опровергать. — Ты всегда после них теряешь сознание? — это, наверно, самый важный вопрос для Леона сейчас. — Нет, — Диан пустым взглядом сверлит пейзаж за окном, — Обычно я успеваю принять таблетки. Кстати, они у меня в сумке, не мог бы ты... — Держи, — Леон быстро протягивает упаковку и стакан воды, что принёс официант. Диан садится, быстро глотает таблетки и теперь позволяет себе запить их водой. Проходит минута и Диан спрыгивает с подоконника. Берёт свою сумку и убирает таблетки. — Спасибо, что вытерпел это, — Ричардс усмехается и закидывает руку на плечо блондина. Тот кивает и лучезарно улыбается. Они выходят из кафе, в котором расплатились за воду деньгами и своими нервами. Но, к счастью, стало намного легче и их дружба стала только крепче. Кристиан, что всё это время ждал своё солнце, очень разнервничался и пошёл им навстречу. И когда он видит, как какой-то парень обнимает Леона, то начинает беситься внутри, но снаружи показывает равнодушие. Когда парень замечает его, Кристиан узнаёт Диана, лучшего друга Леона. С ним они постоянно конфликтовали. А почему, до сих пор остаётся загадкой. Когда Кристиан замечает красные глаза Леона и немного потрёпанный вид, то уже мысленно добавляет Ричардса в чёрный список. Потому что из-за него пришлось переться через половину города в это кафе для очень важного разговора. Хорошо, разговор может и важный, но вид у его солнца неважный, и это самая главная вещь, что сейчас волнует Кристиана. А Диан места себе не находит. Он хочет сбежать от этих яростных взглядов в свою сторону. В голове только мысли о побеге и "Да что я ему сделал?". А ещё, этот парень очень кого-то напоминает. И когда Диан вспоминает его, то озирается круглыми глазами на Леона, но молчит. Может он обознался. А Леон тем временем улыбается во все тридцать два и начинает их знакомить. — Диан, это мой спаситель, — сердце Кристиана перевернулось на бок и тепло разлилось по всему телу, — Спаситель, это мой лучший друг — Диан! У Диана челюсть практически встречается с тротуаром. Да, он видел звёздочки в глазах Леона, когда он рассказывал о "человеке, что помог ему". Но сейчас он смотрит на Кристиана и понимает: этот спаситель слишком палится. Слишком. Из рассказов Леона Диан также запомнил странный фетиш на экскурсии. Причислил этого человека в людей со странным хобби. Бывает, наверное. Ричардс делает вдох-выдох и протягивает свою руку. Она не дрожит, лицо так и показывает этому человеку весь негатив из-за его взглядов. Но Кристиану, видимо, всё равно. — Приятно познакомиться, Диан, — Кристиан в ответ притягивает руку и, "не рассчитав", с силой сжимает руку Ричардса. Улыбается, но брови, сведённые к переносице, говорят за их хозяина очень красноречиво. — Взаимно, — а в мыслях "Хочу домой!". Нет, Диан понимал, что Леон не может подпустить к себе плохих людей и всё такое. Возможно этот парень просто неправильно понял дружеские взаимодействия между ним и Леоном. — Ну, пожалуй я пойду, — улыбается Диан, замечая, что спаситель расслабляется, — Пока! И на прощание снова легко улыбается. По-настоящему легко.