Я попробую иначе

Я как две половинки Луны — одна светлая, другая темная... Ты понимаешь меня ? Начинался третий день совместного времяпровождения Сигмы и Гоголя. День был прекрасен настолько, что на описание его ушло бы слишком много времени. А его терять Сигме не хотелось, ведь он решился сделать что-то приятное Николаю. Просто так, без сущего повода. А что может быть приятнее, чем свежеиспечённые блинчики с вишней? Правильно, тут даже думать не стоит. Так он соскользнув с кровати, быстренько переместился на кухню. Конечно, готовить ему никогда не доводилось. Но кого это останавливало? Энергии и решительности сейчас было хоть отбавляй. Поэтому он вооружившись венчиком, и найдя подходящий рецепт в журнале (да, в этом доме ещё и на кой-то черт они есть ...), приступил к приготовлению шедевра. Любимая фраза " все на глаз " была точно не про него. Сосредоточившись, и даже что-то нашептывая мерному стакану, он бережно пересыпал сахар согласно с правилами. На удивление выходило хорошо. Только вот мука постоянно норовила рассыпаться. Как говорится: " если долго мучиться, что-нибудь получится ". И у нее получилось, так что во всей кухне порхало белое облако. Не сказать, что не красиво. Но Сигма морщился , пытался отряхнуться с небольшим успехом, и смешно чихал уже минут пять. Кое-как оправившись, он всё-таки продолжил. Жидкое тесто было готово, и соблюдая все ритуалы для хороших блинов, он аккуратно выливал смесь на разогретую сковороду. Горячие капельки сливочного масла принялись весело подпрыгивать вверх, создавая вокруг себя целый хоровод. Как ни странно,не одна не коснулась и не обожгла Сигму. Может, у него всё-таки получилось подчинить плиту за такой короткий срок? Прям чудо какое-то. Ещё одним чудом света был Гоголь, который притянул себя в такую рань. Пришел он просто на приятный букет ароматов, нежно потирая свои заспанные глаза. - Доброго утречка, Сигма-кун! Ты что, ещё и готорить умеешь? - Доброго, да нет, я пока только учусь... - Это тоже восхитительно! Секрет был раскрыт немного раньше положенного срока, но Сигма не отчаялся. В такой радушной компании было даже приятнее... -Знаа-аешь, -хитро улыбаясь, словно лиса, продолжил Николай - А ведь тебе не хватает моей рубашки ! - Ч-что? Зачем? Но не успел он и опомниться, как волшебным образом его нежно-фиолетовая кофточка сменилась на белую рубашку с прозрачным пуговками-капельками.Её кружева так и блистали всей своей красотой. Какое-то особое эстетическое наслаждение было смотреть на Сигму, все на нем смотрелось прилично,но свободная одежда Гоголя придавала ему вид умиротворения и прелестности. Сигма слегка недоумевал. Смысл в таких приятных и слегка "изъезженных " для многих в наше время вещах он не понимал. Каждое привычное для всех действие для него было целым неизведанным миром, с которым знакомится было интересно, но очень смущающе. Гоголь похоже все понял на первый взгляд. Он видел, насколько, как настоящий ребенок был чист и непорочен Сигма, слишком временами доверчив. Но от ребенка его отличала сдержанность, грациозность и умение хорошо понимать ситуацию. Гоголь временами уже не отдавая себе отчёт засматривался на это изящество. Николай взял его руку, и поцеловал в самый кончик пальцев, как настоящего принца. Сигма отвернул голову в бок, лучезарно улыбаясь и прикрывая лицо второй ладошкой. Но сейчас так хотелось видеть это, уже ставшее родным до боли лицо, и он с увлеченностью, перехватывая руки, говорил: - Знаешь, давай станцуем. Как птицы, голуби например! Они созданы только для счастья, как и мы с тобой. Запомни это, Сигма ! Сейчас он молвил, его слова выходили из самой глубины сердца, каждое слово озаряло пространство с новой силой. Теперь его коротковременные смешки сменились на долгое приятное состояние. Таким видеть его удосуживалось не часто, но это было настолько живо и ярко, что захватывал дух. Гоголь направлял Сигму, постоянно кружа и вовлекая в новый изгиб танца. Густые волны его волос стелились на плечи клоуна. Страха как в прошлый раз уже не было, Коля был прекрасным партнёром в танце. Кружил он конечно слишком сильно, но это было настолько необычайно и дивно, что жаловаться даже в голову не приходило. Время остановило свой непрерывный бег, давая сполна насладиться каждым мимолётным касанием. И вот уже кульминация момента: последний вальсирующий круг. Гоголь направляет Сигму вперёд, и тот понимая, красиво выгибает спину назад. Николай наклоняется вперёд, и целует своего партнёра в тонкую светлую шею. Сигма мгновенно краснел от таких действий, но уже не пытался убежать, но сквозь слегка зажмуренные глаза легко улыбаясь следил за происходящим. -Николай, БЛИНЧИКИ, они же сГоРелИ !!! Идеальный дуэт, только вот кухня не успела отойти и с прошлого раза. Была бы её воля,она бы не колебаясь внесла их в чёрный список.... Но первый блин всегда комом.Зато следующая партия вышла отменная, и Гоголь то и дело просил добавки (как он оставался в такой хорошей форме ?!). В Йокогаме шли холодные дожди, и похоже было на то, что лето уже прошло и не вернётся сюда, все улицы мокро блестели верхами цветных зонтов прохожих. А тем временем все уже понимали — нынче Достоевский уже закончил свое выступление в тюрьме, и совершенно спокойно вернулся в базу крыс. Сигма понимал свою задачу: ему нужно было узнать способность Федора. Он не скрывался, и ему это не доставляло опасности это сделать. Прощаться с Николаем по-человечески выходило до тех пор, пока тот не вызвался провожать. Хотя это его очень успокаивало. Вышагивающий сначала сзади, потом на ровне, а потом уже тянувшей его вперёд с таким же под цвет себе черно-белым зонтом Коля. Но как он ни крутился, на Сигме все равно оказывались большие капли дождя. Он охнул, сказав что хоть Николай не промокнет. Похоже тот тоже вымок, но совершенно этого не заметил. И Сигма решил взять раскидистый зонт в свои руки. Теперь все выглядело чудесно. Возможно в этот момент он метался и переживал, но они оба влияли на друг друга слишком хорошо, и вот так весело с различными шутками-прибаутками в исполнении Гоголя они продолжили свой путь. Напоследок Коля советовал быть аккуратнее, а после и вовсе отговаривал пойти, говоря что защититься будет крайне сложно. Сигма положив руки на его плечи, посмотрел ему прямо в глаза. -Я должен тебе помочь, я просто узнаю какая у него способность, я конечно могу задержаться, но точно ничего не случиться .... Гоголь кое-как успокоился, и они смогли, пускай и нехотя попрощаться. Вот из-за шумящей зелени деревьев виднелось большое темное здание. Было он мрачно-классическое, если так можно выразиться. Здесь Сигма был не в первые. Но не одного приятного впечатления с собраний в этом месте он не запомнил. Вернее, их не было. Достоевский, страшный человек, как он всегда сам думал, ввязал в такой ужасный и безумный план, который до этого, может ни одному безумцу на ум не приходил. Но сейчас он старался не думать о плохом, и создать самый спокойный вид. Вот он уже видел огромную дверь с деревянной ручкой. Дёрнув за нее, он оказался внутри. А в помещении все было как обычно. Но настолько красиво, что захватывало дух. Огромные мраморные балки, большие столы, для приёмов гостей, по-видимому. Все выглядело очень дорого и изыскано. Сложно было представить Достоевского в других условиях. Свой взгляд Сигма перенёс на Гончарова. Тот нисколько не удивившись, сказал только " если ты к Господину, то он в своем кабинете ". Сейчас он был слишком занят приготовлением чая. Но все же его смутила эта ситуация. Его абсолютно точно уже ждали , никто не удивился его так называемому " воскрешению". Поежившись ,он тихо ,сам себе прошептал : -Ну убежать я уже в любом случае уже не смогу. Эх, остаётся только идти вперед.... Приоткрыв последнюю дверь, он с вымученной спокойностью заглянул внутрь. Комната была окутана предвечерней темнотой. Единственным источником света было широкое окно, и глядевший с опаской Сигма. - Чего мельтешишь ? Присаживайся. Достоевский спокойно развернулся в своем кресле. Его черные волосы, переливающиеся фиолетовым светом, эффектно подлетели вместе с ним. Взгляд его был слегка уставший и надменный. Но глядел он, словно рентген, заглядывая прямо в душу. - Ну что, не можешь решиться ? Со второй фразы Сигма вернулся в происходящую с ним реальность. Он сел напротив стола, в мягкое кресло.Что же он чувствует и думает, сидя в этом раковом кресле? Наверное тоже что и все мы, грешные чувствуем и думаем в таком случае. Сидел, цепенел, задавал себе всякие глупые вопросы, глядя прямо перед собой. Из окна пахло поздним садом, вечер был торжественен, лучше всякого радио пел дождь на неизвестном, или не сохранившимся старом языке. - Хочешь узнать, какая у меня способность ?- С этими словами он поднялся, словил мимолётный взгляд, и подошёл в плотную, -Я? Нет, не знаю.... Он слегка заметался. Скрывать что-то было бесполезно. Федор знал человеческую сущность, видел насквозь их души.Только сейчас он осознал, что для Достоевского это может являться предательством.Что он сделает неясно. И смерть в таком случае не самое страшное. Невольно он вздрогнул. По его телу промчалась волна дрожи. Может, от грядущего на его взгляд бедствия, а может от холодного ветра, который дул все сильнее в открытое окно. Заметив это, Федор снял с себя чёрное пальто, и взмахнув им, накинул на плечи Сигме. " Русские более закалённые и предусмотрительные "- только и смог понять он в этой ситуации. Пока Достоевский закрывал форточку, явился Гончаров с подносом. И вот на столе уже две аккуратные чашечки (скорее всего из очень дорогого сервиза) с горячим черным чаем. Напоследок Иван закинул в камин несколько свежих поленьев, что с треском начали гореть, делая комнату немного светлее и уютнее. За минуту управившись, Иван не задерживаясь, вышел вон. Так называемый гость уже не понимал, радоваться такой несказанной заботе, или нет. Но такое поведение, слишком "домашнее " для такого холодного и высокомерного человека окончательно выбило его из колеи. Он оцепенел в этом страшном и необычайно дивном событий своей жизни. -Чай стынет ...Отпей же скорее, он действительно прелестен. - Но вы ... - Ты,- поправил его Фёдор. С трудом сглотнув, он продолжил: -Ты...разве я не предатель для вас всех ? - Предатель ? -Дост задумался лишь на секунду, а потом продолжил, глядя куда-то в сторону . Для "Смерти небожителей"? Возможно ...Бог с тобой Сигма, это совсем не постыдный поступок. Убедившись в том, что он вернётся домой хотя бы целым, Сигма немного успокоился. Стоп. Домой ? Но ведь теперь то место, где он живёт уже три дня, можно им назвать? На этой мысли он лучезарно улыбнулся. Это оказывается слишком приятно, если тебя кто-то ждёт .... В ответ на такую улыбку Федор только фыркнул. Он уже примерно понимал, в чем дело. -Ладно, воля твоя. Можешь воспользоваться своей способностью. Сигма не ожидал такого ответа. Так просто, так легко.... Сейчас оставалось только дотронуться до Достоевского, и бежать от сюда со всех ног, в идеале не возвращаясь никогда. Но что же происходит? Сейчас Фёдор Достоевский — террорист, преступник не кажется таковым. Сейчас он наблюдал только обратную сторону луны. У нее две половинки, темная и светлая, ведь так ? Хотя может он просто не верил в то, что у Гоголя это хоть как-то получится... Наверняка кроме его одного сказать никто не мог, но все же первая версия выглядела более реалистично. Да и кажется весь этот план его изрядно вымотал. Темно-синие круги под глазами в завершении его образа смотрелись эстетично. Но насколько Сигма не уставал даже в казино, поэтому смотреть ему на это было больно. -Хах, неужто так быстро передумал ?-сказал Федор, отпивая очередной глоток благородного сортового чая. -Нет просто вы ...то есть ты ...такой уставший ,я не могу сейчас узнавать информацию.- "Сделать сейчас так равносильно тому, как поступали со мной три года назад" пронеслось в его мыслях - Ей богу,Сигма,ничего страшного.Ты пришел только за этим -Нет ,-Сказал он решительнее. Самому ему было ещё далеко до решительности Федора. Но подкупал он поэтому не безсомнительностью. Его голос и настойчивость,которые искрились из самого сердца. Отвергнуть его идеи сейчас значило поступить очень грешно. - Хорошо,может ты прав .Но что же ты хочешь ? -Ну для начала отдохнуть тебе хотя бы нужно...сон помогает например... Федор на секунду застыл в раздумьях. Отдыхал хоть как-то он крайне редко. Даже когда у него не было очень важным дел, что бывало пару раз за все житие, его одолевала бессонница. Но сейчас спорить с Сигмой крайне не хотелось. Глаза парня полные надежды и веры смотрели в его собственные, такие уставшие и темные. -Что ж, пускай. Достоевский опустился на раскидистый диван. Но сделал он это очень странно: полулежа, полусидя,его ноги в обуви были все ещё на полу. Похоже только что Сигма узрел его единственное неумение — отдыхать. Тот не смог сдержать лёгкий смех. Действительно прекрасно видеть людей в таких ситуациях. -Нет и ещё раз нет ! Так люди не ложатся спать ! Позволь.... Подойдя ближе, он наклонился к его обуви.С осторожность потянув за шнурки, он освободил его ноги из плена ботинок. -Ноги должны лежать тоже на диване ....О, ещё подушка под голову... Достоевский крайне удивился: Но не смея возразить, он пристально следил за его движениями. Так он ещё не давал никому к себе относится, подходить настолько близко.Но не чувствуя какой-либо опасности с его стороны, просто давался диву. -И твоя ушанка, она будет мешать .... Дост даже прикрыл глаза, сделав вид, что с его сняли главную святыню. Но Сигма уже окончательно узрел в нем уставшего кота, и поэтому все делалось согласно классике жанра. В конце обряда, Сигма по традиции заснул сам. Можно описать такой исход романтично -" на коленях ".Но все же как в ногах по другому не назовешь... Взяв прядь волос Сигмы, Федор потянул уже окончательно соскользнувшего гостя ближе к себе. Мягкая улыбка скользнула по лицу. В итоге голова светловолосого оказалась на груди у Достоевского. Волосы дали действительно нужный эффект.Вдыхая и перебирая эти распластавшиеся волосы, сам не заметил как крепко спал. Старые часы на стене вешали о 10 часу ночи .Кукушка нехотя выглянув из своего гнезда, тотчас вернулась, сама удивившись, почему ей не спится. Проснувшись, Дост-кун почувствовал себя необычайно свежим. Он встал, и отошёл на несколько шагов. Вероятно, чтоб Сигма не видел их спящих вместе. Но своего решения он не понял и сам, ведь уже через мгновение он пристально глядел на эти светлые, полупрозрачные ресницы, улыбку как у дитя. На первый взгляд несколько глуповатое, доверчивое и откровенное выражение. Конечно радость, необычайная искренность - и нежность, нежность, нежность — вот вам и весь Сигма. -Благодарю тебя - И эта фраза была сказана Достоевский действительно искренне. -Да не за что ..., -подобные фразы его часто смущали. -Ну что, приступим ? Сигма одобрительно кивнул, ровнее сев на диване, и поджав под себя ноги. Федор же, присев, взяв его руку в свою. Сосредоточившись, они уже отчётливо видели ответы на свои вопросы. "Преступление и наказание ".Звучит красиво, выглядит не менее завораживающее.Только вот кажется у Гоголя с самого начала не было ни единого шанса на победу. Обыграть такого высококлассного эспера...под силу ли это хоть кому-то в этом мире? Получив ответ на свой вопрос, он немного отшатнулся назад. Кажется, уже закончил и Федор. Ночная синяя чернота после дождевого неба в тихо плывущих облаках. Были они везде белые, словно пух, а возле высокой луны нежно-голубые. Загляни вглубь неба, приглядись — не облака плывут – луна плывет. Достоевский боком сидит прямо на полу, у колен Сигмы. Но какой вопрос был у него ? Вроде бы про план он знал и так ...Что же ещё остаётся? На удивлённый взгляд тот лишь объявил, что в скором будущем тот и сам возможно узнает,а пока разглашение будет не целесообразным. Согласившись с таким ответом, Сигма нерешительно потянул руку, думая что на свой главный вопрос он уже получил ответ, и лишний раз задерживать Федора не стоит.Но стильная рука Достоевского продолжала держать его ладонь. -Ты ответил на все свои вопросы ? Такой реакцией, и этим блиставшим фиолетово-туманным взглядом он дал разрешение спросить ещё что-нибудь интересующие. Тут Сигма подумал, а ведь узнать что-то про Николая будет интересно.Ведь они с Достом вместе столько знают друг друга, работают не первый год в одной организации. Секунды летели слишком быстро. Минута сменялась другой. На блестящем личике Сигмы выступили слезы. Это не было похоже на то, как от счастья рыдают люди, услышав, что их близкий человек выиграл в необычайно важном состязании... Или когда люди рассматривают старые фотографии.....Хотя второе это отдаленно все же напоминало. Ещё одна волна прокатилась по телу Сигмы, слезы брызнули с новой силой. Разомкнув руки, он не прощаясь выскочил из особняка. По пути он чуть не сбил Гончарова, который хотел поинтересоваться, не нужно ли им ещё чего-нибудь. А то их тишина сопутствующая продолжительному сну весьма настораживала. - Он в вашем пальто...не жалко?-только и сказал Иван -Нет, пускай останется у него. Все равно ещё свидимся на этой земле... Надеюсь, когда я уже сделаю её обетованной, хотя кто знает. - Он плачет ? -Да, похоже Герда не будет спасать павшего Кая. Всё-таки все люди грешны, ничего не поделаешь.... Ещё долго он думал о чем-то своем, но вслух он больше ничего не молвил, отдавая себя тишине.