Тош, ну ты чего?

Сергей Матвиенко: Шастун рвет и мечет. Арсений остановился на предпоследней ступеньке у входа в офис, вытащил из кармана телефон и замер, пробегаясь глазами по строчкам сообщения. Усмехнувшись, мужчина повернул экран в сторону Позова, его вечного товарища по опозданиям, и, легкомысленно пожав плечами, кивнул в сторону входной двери. Ну, а что он еще может сделать с этой информацией? Только расслабиться и получать полный разнос от любимого начальства. Дима его оптимизма почему-то не разделил, лишь закатил глаза и нервно поправил сбившийся галстук. Антона Андреевича слышно почти с самого порога, словно льва в зоопарке. Попов почти физически ощутил атмосферу этой смеси недоумения и страха, которая возникает каждый раз, когда, казалось бы пофигистичный и добрый начальник превращается в топающего от недовольства придурка. Обычно это происходит после его командировок, когда уже все, вплоть до уборщиц, забивают на свою работу, наглея больше, чем мыши без кота. — …Да потому что уже чертов конец квартала, а отчетов на моем столе с гулькин нос! — донеслось до ушей Арсения и он, плохо скрывая дрожь в руках, нервно провел рукой по волосам. А в голове уже начали крутиться тупые шутки про внезапно раскрывшийся словарный запас Шастуна (ни одну из них начальник не оценил бы). Позов, приветственно подмигнувший Сереге, каким-то образом успел проскочить на свое рабочее место и даже разложить по столу какие-то бумаги, имитируя бурную трудовую деятельность. Попов хотел последовать его примеру, уже даже сделал шаг в сторону, однако именно в этот момент Антону Андреевичу приспичило обернуться. В зеленых глазах на секунду мелькнула растерянность, но, с небольшой заминкой, на смену ей все-таки пришла вся серьезность мироздания. Одернув полы пиджака, он бегло провел языком по губам и направился в сторону Арсения, не переставая грозно топать. Если честно, злой Шастун выглядел до комичности нелепо. Да, строгий костюм, галстук и отсутствие уже полюбившихся колечек-браслетиков, несомненно, добавляло мужчине солидности и даже какой-то строгости, однако… Попов перевел взгляд на начальника и чуть заметно улыбнулся, едва сдерживая умиленный вздох. В отличие от других, Антона Андреевича он знал прекрасно, и вместо освирепевшего от злости босса он видел лишь ушастого мальчишку, в глазах которого была вовсе не злость, а искреннее недоумение: ну какого черта его так подводят сотрудники, к которым он со всей душой?.. — Значит, вот так мы встречаем начальника из командировки? — Шастун взмахнул руками, пытаясь изобразить все свое негодование, — совсем уже расслабились? — воскликнул он как можно громче, чтобы все услышали, — Арсений Сергеевич, сколько можно так нагло опаздывать? Мужчина, попавший в поле зрения начальника, замер на месте и скромно потупил взгляд, прикусив губу, чтобы ненароком не выдать довольную улыбку. Скучал… — Так это же, — Попов развел руками и обезоруживающе хлопнул ресницами, — пробки, Антон Андреевич. С губ Шастуна невольно сорвался нервный смешок, а на лице отпечаталось что-то среднее между «тикай с городу» и «хватит смешить меня». Арсений насмешливо сверкнул глазами и с вызовом приподнял бровь, мол, за что еще предъявишь? А начальник вдруг рвано выдохнул и, на секунду прикрыв глаза, приложил ладонь к груди. — Какие пробки, ты что, совсем дурак? — как-то обреченно пробормотал он и плюхнулся на ближайший стул, болезненно морщась, — ох, доведете до инфаркта, меня, молодого… Попов невольно сделал шаг вперед и с беспокойством взглянул в чужие глаза, мысленно удерживая себя от того, чтобы схватить Антона за ладонь. — Тош, ну ты чего? — не особо раздумывая, словно по инерции, произнес Арсений, и тут же осекся, прикрыв рот рукой. А весь офис, с любопытством наблюдавший за перепалкой, смог лицезреть то, как их грозный начальник безбожно краснеет. — Какого ху… — Шастун обескураженно вздохнул и на мгновение потупил взгляд, но затем, собравшись, понизил голос до рычащего шепота: — в мой кабинет. Быстро. Дима с Сережей переглянулись, и один из них бросил нечитаемый взгляд на просиявшего Арсения, но тот проигнорировал невербальный вопрос, лишь бегло подмигнул обоим и скрылся за дверью кабинета, вслед за начальником. Вот же графская задница. Как только они остались наедине, Шастун уткнулся носом в чужое плечо. Запах одеколона, мятного шампуня и еще чу-чуть самого мужчины ударил в голову похлеще любого антидепрессанта, отчего он довольно замычал и прикрыл глаза, прижимаясь ближе. Да, с их разницей в росте проворачивать такое было не очень неудобно, но не наплевать ли? Арсений крепче обнял мужчину и чуть приподнялся на носках, чтобы Антону было удобнее. — Ну почему тебе постоянно нужно меня выводить? — произнес Шастун куда-то в ворот чужой рубашки и, в последний раз вдохнув родной запах, отстранился. Зеленые глаза, до этого метавшие гневные молнии на нерадивых сотрудников, с нежностью взглянули на Арсения. — Я же не специально, — Попов улыбнулся и, схватив мужчину за запястье, потянул его в сторону небольшого диванчика, стоявшего в углу кабинета, — наверное, так соскучился, что уже подсознательно к тебе тянет, — он толкнул Антона на диван и, нависнув сверху, наконец дорвался до любимых розовых губ, — катаешься вечно по своим командировкам, — поцеловал нежную кожу у линии челюсти, горькую то ли от крема для бритья, то ли от одеколона, — котенок мой любимый. Шастун, разомлевший от ласки, прикрыл глаза и чуть ли не замурчал, поддаваясь вперед для новых поцелуев. Кончики его ушей все еще были стыдливо-красными, но проявление чувств наедине смущало чуть меньше. — Ну так, может… Ко мне переедешь? Попов от неожиданности даже замер. Его губ коснулась неуверенная улыбка, а брови приподнялись в немом вопросе. — Ты серьезно? — Антон легко пожал плечами, мол, сам решай, а Арсений лишь вновь наклонился, в который раз касаясь чужих губ своими, — давай тогда ты ко мне? Я же ближе к офису живу, будем вместе по утрам опаздывать. Шастун на секунду замер, обдумывая смысл сказанных слов, а затем, шокировано распахнув глаза, раскрыл рот в возмущении, невольно вновь покрываясь румянцем. — Ну А-арс!.. Сергей Матвиенко: Твою мать, я понял, че ты всегда с такой довольной рожей из кабинета Шастуна выходишь. Дмитрий Позов: Орите там потише, палитесь.