Женя, Колдовстворец и с чем это едят

— Но… Это ведь… Просто гора, где Колдовстворец? Женя выглядела крайне озадаченно. Елена Кощеевна ухмыльнулась так, будто ждала этой реакции. — В Колдовстворец, Женечка, можно попасть только пройдя распределение, поэтому сейчас мы туда и отправимся, — преподавательница замолчала на несколько секунд, подготавливаясь к более длинному рассказу, — Распределение ученики проходят на острове Ольхон, который в Байкале. Там тебе нужно будет за сутки отыскать Алатырь-камень. Учти, камень видит все помыслы. — И я буду там одна? А если не найду камень? — заволновалась девочка. — Не найдёшь — придётся всю жизнь на острове просидеть, — ответила Елена Кощеевна, — Шучу, — улыбнулась она, — В любом случае выйдешь на камень. Он большой и белый, ты его сразу узнаешь. — И какие же у вас факультеты? — поинтересовалась Женя. — У нас не факультеты, — поправила её преподавательница, — Они в Хогвартсе. Мы называем это отделениями. Их у нас четыре — Ярила, Хорс, Сварог и Дажбог. Цвет Дажбога — зелёный, а попадают туда в основном дети восприимчивые, с хорошей интуицией. Дажбожьи обладают удивительной способностью любить, несмотря ни на что. Сварог красный. Все люди уникальны, но сварожичи — особенно. Они всегда стремятся к саморазвитию и самопознанию, никогда не сидят на месте. Алатырь-камень очень придирчиво выбирает людей на это отделение, поэтому оно самое немногочисленное. Цвет Хорса — серый. На Хорс попадают самые трудолюбивые и амбициозные люди. Хорсичи дальновидны и честолюбивы. Кто-то говорит, что лучшее описание, подходящее им — «Через тернии к звёздам», — Елена Кощеевна перевела дыхание и продолжила рассказ, — На Ярила же попадают самые упрямые и деятельные. Цвет отделения — синий. Жизнь яриловичей — сплошная борьба. Женя молчала и обдумывала сказанные спутницей слова. Почему-то ей казалось, что ни одно отделение ей не подходит. Скорее всего её даже не примут никуда… — Что, переживаешь? — со смешком спросила Елена Кощеевна, — Не боись, куда-нибудь да и определят. Собой владеть — всё одолеть, так что бери себя в руки и отправляемся к Байкалу. Готова? — мягко спросила она, протягивая девочке руку. Дамы переместились на остров. Дул неимоверно сильный ветер. У Жени заслезились глаза, и ей пришлось вытереть влагу рукавом. — Я тебя оставляю, — проговорила Елена Кощеевна, — И буду ждать у Колдовстворца. После распределения тебя перенесёт на прежнее место. Удачи! — и исчезла. Такое поведение девочке показалось предательством. Вот так бросить её одну непонятно где! Но делать было нечего. Женя вспомнила, что надо искать Алатырь-камень. Он большой и белый, да… Она осторожно двинулась вниз по крутому склону. Но осторожность ей не очень помогла, и Земская оступилась. За пару секунд она оказалась внизу, но с содранной на коленках кожей. Глаза заслезились, но уже не от ветра, а от боли и обиды. Девочка поревела пару минут. Выходили эмоции, накопленные за последние дни. Ещё некоторое время она сидела, просто уставившись на колыхающуюся от ветра траву. Никто на помощь не приходил, не успокаивал, а ситуацию брать в свои руки надо было, поэтому Женя и встала на ноги, отряхнулась и пошла вглубь острова, скрытую загадочной чащей. Девочка шла, чертыхаясь на ходу — одежда цеплялась то за ветки, то за что-то ещё. За что конкретно определить было трудно, но Земской казалось, что это было нечто живое, но это нечто исчезало настолько быстро, что его даже рассмотреть не удавалось. Было довольно тихо. Ветер успокоился, светило и грело солнце. Тишина нарушалась лишь ненавязчивым щебетанием птиц, собственными шагами и дыханием Жени, как вдруг из-за кустов послышался громкий звук, будто что-то упало. Девочка тут же остановилась, будто напуганный зверёк, замерла и стала напряжённо глядеть в сторону звука. Кусты молчали. Женя тоже. В такой атмосфере прошли следующие несколько секунд. Земская расслабилась и пошла дальше, но из кустов тоже послышалось какое-то шевеление. Ещё секунд двадцать Евгения колебалась, а потом скоро направилась к кустам и раздвинула ветки. На земле полулежала девочка. Она казалась то ли казашкой, то ли монголкой — Женя не слишком-то разбиралась в подобных вещах. Красивое и утончённое лицо незнакомки было искажено в гримасе боли, которая быстро была наполовину вытеснена страхом, а потом и облегчением, которое посетило девочку, наконец разглядевшую Женю. — Ты кто? — вымолвила девочка. — Я Женя, — честно ответила Земская, — А ты? — А я Айнур, — проговорила в ответ другая, теперь недовольно морщась, — Помоги, пожалуйста. Я упала и кажется у меня что-то с ногой. Женя тут же вылезла из кустов полностью и присела у новой знакомой в совершенной растерянности. Она никогда не сталкивалась с подобным и не знала, что делать в таких ситуациях. Айнур, видя замешательство Земской, решила сама ей помочь. — У тебя есть какой-то длинный кусок ткани? Бинт, лента? Женя полезла в карманы и через пару секунд выудила оттуда грязную, потрёпанную жизнью розовую ленту. — Давай сюда, — протянула руку Айнур и взяла вещь у девочки из рук. Она быстро и ловко начала перевязывать больное место. — Я из семьи колдомедиков и знаю, как справляться с подобным, — сказала она, откидываясь на землю и прикрывая глаза, — Сейчас пару минут полежу и дальше пойдём. — А у меня обычная семья. Мы не волшебники. Но вот бабушка, — Женя на секунду запнулась, решив, что пока всего рассказывать не стоит, — Бабушка волшебница. — А мама или папа? — Мама поему-то нет. Не знаю почему, мне не объяснили, — вздохнула девочка, — Столько надо всего узнать! Я ведь первые четыре года пропустила, как думаешь, сложно будет? Айнур молчала, словно раздумывая, что ответить. — Не должно быть. Нас таких, кто пропустил первые года, поэтому за месяц по всей России и странам СНГ собирают, чтобы успеть всему обучить и всё рассказать. — Зачем тогда этому учить четыре года, если можно пройти за месяц? — озадаченно спросила Женя, склонив голову набок. — Да чтобы нормально всё дети усвоили, а не как мы, галопом по Европам, — вздохнула Айнур. Земской показалось, что она чем-то раздражает новую знакомую, иначе почему она так устало и безэмоционально говорит? — Ну, идём? — спросила девочка и стала аккуратно подниматься, придерживаясь за ствол дерева. — Давай помогу, — Женя тут же подлетела и неловко коснулась руки Айнур, стараясь дать опору. — Всё нормально, — ответила, покачнувшись, девочка, — Только надо идти помедленнее, ладно? — Конечно, — засуетилась Евгения. Девочки двинулись в путь. — У тебя есть кольцо? — спросила Земская. — Есть. Я даже колдовать немного умею, — с некоторой гордостью произнесла Айнур, поднимая руку и демонстрируя кольцо. Чёрный камень с обилием синих прожилок, заключённый в объятия сверкающего металла. — Содалит и железо, — похвасталась девочка, — А у тебя что? — А… Я даже не знаю, — Жене стало неловко, ведь она ещё даже не видела своего кольца, — Оно пришло рано утром, и бабушка запихнула его вглубь чемодана, не знаю зачем. Но я тогда даже не проснулась и не видела его. А потом пришла Елена Кощеевна, забрала меня и вещи и… — дальше она не помнила. На самом деле Премудрая ещё в самом начале перенесла вещи Жени в Колдовстворец, и теперь они стояли в одном из коридоров, но никто из домашних и самой Евгении этого не заметил. — А, вот как. Ну ничего, потом разберёмся. Женю приятно согрело это «разберёмся». Значит ли это, что теперь они с Айнур заодно и дружат? Так они и шли довольно долго. Причём обе молчали, словно не знали, о чём говорить. Но внезапно смолкли крики птиц и далёкий шум волн, бьющихся о подножие острова. Звуки вытеснила тяжёлая, гнетущая тишина. Девочки ощутимо насторожились, пусть ни одна не говорила другой о своих опасениях. Из-за камня на Женю и Айнур выпрыгнуло нечто. Точнее, это Жене так показалось. Это было что-то громадное, тёмное. Оно будто заполняло собой пространство и вытесняло всё хорошее и светлое. Земская попятилась, с ужасом глядя на существо. — Отойди за меня! — услышала она крик Айнур, донёсшийся до девочки так, будто она находилась под водой. — Ⰹⰸⰳⱁⱀⱔⱓ ⱅⰵⰱⱔ! — проорала Айнур, а из её кольца вырвался луч света, мигом пробившись дыру в существе. Дыра быстро расползалась, да и сражавшаяся девочка тоже не тратила времени даром, а уже каким-то образом преобразовала луч в целый шар. Нечто уже улепётывало, а шар отправлялся за ним. Айнур повернулась и осторожно села на колени рядом с ошалевшей Женей. — Ну, тише, это обычное Лихо, — говорила она, поглаживая Земскую по рыжеватым волосам. — Л-лихо? — Знаешь боггартов? — со вздохом спросила Айнур, усаживаясь поудобнее, — Лихо — тот же боггарт, но слегка сильнее. — А-а, — нервно хихикнула Евгения, — Этого стоило ожидать. Айнур не торопила девочку. После такого стресса нужно время, чтобы прийти в себя. Минут через пять девочки вновь выдвинулись в путь. Ольхон — остров довольно большой, по нему можно бродить неделями и постоянно открывать что-то новое. Но на поиски Алатырь-камня даётся двенадцать часов, и если ребёнок не справляется — остров помогает ему найти верный путь. Девочки нашли Алатырь-камень через шесть часов тридцать две минуты после встречи с Лихом. Камень они узнали ещё на подступах к нему. Такую огромную энергию и силу просто нельзя было не почувствовать. Словно заворожённые Айнур и Женя приблизились к монолиту. Камень был практически идеально белым и просто огромных размеров — казалось, на него можно поставить две машины! Девочки коснулись камня. На удивление он не был холодным — наоборот, очень даже тёплым. В сердцах девочек поселилась какая-то беспричинная радость и полнейшее торжество. А тем временем камень окутывал их мягкой белой дымкой, то тут, то там отдававшую проблесками разных цветов — синего, красного, серого и зелёного.