Кризис на Панторе

Кайло Рен устало потянулся в кресле и, зевнув как лотальский кот, свернул документ. Он рассеянно отложил датопад, уставившись в потолок. Что и говорить, после миссии на Панторе их дела пойдут в гору. Так, поигрывая небольшим устройством в руках, он довольно нажал на кнопку вызова руководителя финансовым отделом. Через пару минут дверь отъехала в сторону, впуская внутрь отдохнувшего и готового к работе генерала. Хакс в ожидании остановился у стола Верховного Лидера. — Знаешь, что это? — довольно улыбнулся Рен, демонстрируя Армитажу небольшое устройство в своей руке. — Не имею понятия, — и бровью не повел Хакс. Рен довольно усмехнулся, словно и рассчитывал на такой ответ. — Это — наш ключ к ирмиту. Армитаж приподнял одну бровь, скептически глядя на прямоугольный пульт. — Поясните, — попросил он. — Полагаю, ты не совсем в курсе того, что происходило на Панторе в последнее время, так что я лучше начну с начала,— довольно заявил Кайло Рен. — Изначально я планировал потратить большое количество ресурсов на захват Панторы. Конечно, вышло бы дорого, пришлось бы вытянуть кучу войск из важных точек, но другого варианта я не видел. Панторанцы оказались очень преданными своему делу и своей планете, а потому контрабанда оружия и прочего не удавалась из-за потрясающей пропускной системы. И тут удача повернулась к нам лицом. С нами связался приближенный к Председателю человек, который предложил следующую идею: мы направим на планету ресурсы под видом дипломатического груза. Удостоверение на то, что наш груз именно такой, выдавал этот же крот. Взамен Орден обязывался поддерживать это лицо, предпочитавшее сохранять анонимность. Расположившись на планете, я стал заманивать сенаторов на свою сторону угрозами и шантажом. Одной из жертв стал тот самый сенатор-родианец. Наш крот присоединился к движению и попросил выдать и ему порцию подерия. Когда произошло отравление Председателя, я понял, что это Сопротивление, и решил начать предпринимать более активные действия, о которых ты, вероятно, слышал. Действовать по старому плану оказалось невозможно: новый Председатель была настроена против нашего полного контроля над планетой. Тогда нас вновь выручил крот, подсказав новую идею того, как можно получить ирмит и не тратить ресурсы на захват планеты. Пантора решила заключить тайный договор с Сопротивлением и нейтральной фирмой. Единственная в своем роде, она занимается переработкой топлива именно в то, что нам нужно. Поэтому мы воспользовались наводкой и захватили ее руководителя, чтобы вживить ему несколько чипов нового поколения. Это устройство, — он вновь продемонстрировал прямоугольный механизм, — не только знает все о том, где он, но и может ударять его зарядами тока разной мощности при неповиновении. А сами чипы при попытке извлечения детонируют. Армитаж молчал. Рен скривился. Этот рыжий черт никогда не хвалит его идеи. И на что он только рассчитывал? — Мы объяснили владельцу фирмы, что ему лучше находиться в своем офисе и одобрять любые наши решения. Сейчас на его заводе уже достаточно наших людей. Они следят за тем, чтобы нашему знакомому не пришла в голову идея случайно связаться с кем-то, кто может освободить его от чипа. Твоя задача, — Рен небрежно кинул устройство ловко поймавшему его Армитажу, — заставить эту фирму поставлять нам по первому запросу обработанный ирмит по цене его обработки. Без наценок и процентов, уходящих на выплату работникам. Этот бедолага будет полностью под нашим контролем, а Сопротивление будет получать свои драгоценные ресурсы по тройной цене. Однако стоит подкидывать фирме копеечку за старания, чтобы они смогли работать дальше, — Рен сделал паузу. — В общем, Армитаж, тебя ждет увлекательная работа. Установишь оптимальную цену, заполнишь три высоченные стопки бумаг… — Всегда с радостью готов выполнить свои обязанности, — приподняв одну бровь, уголком губы улыбнулся Армитаж. Рен даже не заметил этого, пребывая в восторге от своего продуманного плана.

***

Армитаж распахнул дверь кабинета директора ирмитовой фирмы так, словно заходил к себе домой. Ее владелец, лениво распластавшийся на стуле и закинувший ноги на стол, встрепенулся, быстро вставая на ноги. — Господин гендиректор! — вытянулся по струнке владелец фирмы. Армитаж поднял уголки губ, покровительственно кладя руку на его плечо и заставляя сесть. — Директор Йен, что это с Вами? — усмехнулся он. Владелец фирмы усмехнулся в ответ, поняв намек. Армитаж повернулся, оборачиваясь лицом к книжным полкам, пребывающим в идеальном порядке. Он рассеянно взял в руки знакомую статуэтку, покручивая ее в руках. — Орден требует, чтобы фирма поставляла обработанный ирмит по цене его производства, — серьезно начал Армитаж. Директор знакомым движением хватился за нужный документ. — Йен, сколько у нас стоит обычно бак? — Уже ищу,— привычно отозвался мужчина. — Семь миллионов кредитов! Армитаж задумался, высчитывая что-то в голове. — Накинь сверху полмиллиона. Директор Йен понимающе рассмеялся, переписывая нужные документы. Армитаж безразлично развернулся, направляясь к выходу из своего кабинета. — Подождите же, — громко донеслось из-за стола. Хакс медленно развернулся. Йен сменил выражение лицо с беззаботно-придурковатого на серьезное. — Я же тоже не дурак, — многозначительно начал он. — Я знаю, что, узнав о заварушке между Сопротивлением и Орденом, Вы решили, что можете извлечь из этого выгоду. Встретив яд, о котором так много слышали, Вы не помедлили и сразу нашли его противоядие. Оно пригодилось Вам на балу. Там Вы и так планировали втереться в доверие к панторанской верхушке и предложить им услуги своей фирмы, но все вышло куда лучше. Вы стали героем и получили всеобщее уважение. А затем подсказали молодому Председателю выход из сложившийся ситуации: переложить ответственность за ирмит на кого-то другого. Это Вы предложили им вывести на орбиту взрывчатку, движение которой высчитывается секретной формулой. Это Вы предложили заключить договор с Сопротивлением и сказали намекнуть Ордену на то, что можно добиться ирмита напрямую от нас. Это Вы подослали стражника в испорченной броне, чтобы он вначале притворился сообщником орденцев, а потом вызволил меня. — Да, таков был план, — холодно согласился Армитаж. — Говоря коротко — убедить панторанцев, что имрит нужно передать третьему лицу и заставить Сопротивление и Орден бороться уже на другой территории, оставляя Пантору в покое. — Видите, у меня тоже голова неплохо соображает, — заметил Йен. — Директор, только когда же Вы… — Не директор, — холодно поправил его Армитаж. — Извлечете этот чип? — закончил свою мысль Йен. Армитаж позволил себе слегка улыбнуться, прежде чем коснуться старомодной ручки двери. — Работай, Йен. А я устрою все наилучшим образом. С этими словами он вышел из кабинета, оставляя позади возмущения нового гендиректора компании. Впрочем, вся прибыль все равно шла в карман ее основателю.

***

Прошло почти два месяца с событий на Панторе. Рей находилась на нейтральной территории по особому заданию. Она уверено держала при себе и бластер, и световой меч: наученная горьким опытом панторанской кампании, она больше никогда не выпускала оружие из рук и не позволяла втягивать себя в авантюры. Определившись со своими приоритетами, она поставила на первое место обучение ремеслу джедая, оставив остальное на потом. Что касается ее личного панторанского расследования, то Рей, дождавшись суда над Морисом за измену, просто предположила, что это он устроил на Панторе черт знает что. Конечно, слишком многое в ее выводах не сходилось с ее наблюдениями, но она больше не собиралась гадать. Не было смысла. Единственное, что заставляло ее считать это приключение не таким уж провальным — так это то, что Сопротивление регулярно получало свои ирмитовые поставки от надежной фирмы, в отличие от того же Ордена. Ходили слухи, правда, что владелец фирмы на руку не чист, и ведет свои дела точно так же и с Орденом, однако разведка регулярно докладывала, что это не так. Полностью оправданная и восстановленная в правах, Рей сейчас выполняла небольшие ответственные поручения. Сейчас ей досталось одно достаточно большое. Ей было необходимо встретиться со шпионом Ордена. Войдя в полуразрушенное здание, Рей свернула в единственную уцелевшую комнату. Сырое помещение встретило ее пустотой. Что же, видимо шпион еще не появился на месте. — Ты как всегда невнимательна, — раздалось за спиной. Рей почувствовала, как сердце забилось чаще, едва она узнала знакомый голос. Она медленно повернулась. В дверном проеме, опираясь одним плечом на стену, стоял Армитаж. Девушка почувствовала, как губы вопреки ее воле тронула улыбка, которой она не могла противостоять. Мужчина улыбнулся ей в ответ одними зелеными глазами. — Неужели сменил приоритеты? — подняв бровь, шире улыбнулась Рей. — Мне есть, ради чего, — лениво ответил Армитаж, приподнимая уголки губ. — Вот информация по Ордену. С этими словами он протянул Рей небольшую карту данных. Девушка убрала ее в герметичный пакет, бережно опуская в карман. — Ты сообщал Сопротивлению, что не можешь пересылать данные, — хитро заметила Рей. — Конечно, не могу. Только передавать лично, — насмешливо-серьезно ответил Армитаж. Рей не сдержала ответной улыбки. Они говорили так, словно и не было тех месяцев, которые они не виделись. Рей понимала: что-то намечается. Но на этот раз изменения в ее жизни вряд ли будут плохими.

***

— Он говорил, почему хочет меня видеть? — Чу Каи твердой походкой шла по коридорам тюрьмы. — Боюсь, нет, — извиняющимся тоном ответила пухленькая молодая смотрительница. Они остановились у входа в камеру. Смотрительница поднесла руку с картой разблокировки к замку, однако в последний момент остановилась. — Вы уверены, что Вам не нужна дополнительная охрана? — спросила девушка. Чу Каи уверенно кивнула. Дверь открылась, пропуская ее внутрь, и тутже закрылась за ее спиной. Моррис, поникнув головой, сидел на своей жесткой койке. Стоило Чу Каи появиться на пороге, как он поднял небритое лицо и, прищурившись, посмотрел на нее. — Что тебе нужно, Моррис? — сложив руки на груди, спросила Председатель. Вместо ответа Шер вскочил на ноги, не спеша, однако, подходить к ней. — Меня ошибочно объявили в смерти твоего отца и заговоре. Как ты думаешь, что мне нужно? — тихо сказал он. — Я не знаю, продления срока? — равнодушно протянула Председатель. — Выдашь второй пожизненный? — горько усмехнулся Шер. Лицо Чу Каи оставалось непроницаемым. Неожиданно Моррис разразился сухими, лающими смешками, отдающими хрипотцой. Он неверяще покачал головой. — Интересно, что же ты сейчас ощущаешь. Наверное, нравится? Ощущать, что кто-то отсиживает твой срок за тебя? Чу Каи нахмурилась. — Что? Шер Моррис вновь разразился лающим смехом. — Да ты же сама все знаешь. Я глуп, не догадался с самого начала. Твой отец был настолько уверен в прочности своей власти, что когда обнаружили ирмит и пошли данные о готовящимся вторжении Ордена, он не шевельнул и пальцем. Ничего не делал, чтобы предотвратить нападение. Ты его предупреждала, а он не слышал. Даже тогда, когда Орден уже собрал войска и начал вытягивать военные части из разных зон, он ничего не делал. Тогда ты связалась с Орденом и, надеясь отсрочить вторжение, предложила им провести на планету любую контрабанду под видом дипломатических грузов. Ты выдала им удостоверения через кабинет отца. Только он имел к ним доступ. Затем Орден начал предпринимать активные действия. Но даже это не убедило твоего отца в необходимости принятия стоящих мер. Становилось очевидно, что Пантора пойдет ко дну вместе со своим вечным капитаном. В этот момент ты и связалась с Орденом, попросив Церре, свою бедную помощницу, встретиться с поставщиком в том баре и забрать тайную посылку. Наивная девочка даже не знала, что она принесла. — Шер, — голос Чу Каи дрогул, и она в изумлении приоткрыла рот. — Как ты смеешь… — Затем наступил бал. Ты была такой веселой и искренней. В то время пока обрабатывала руки подерием, очевидно. Стоило появиться твоему отцу, как ты бросилась приветствовать его. Я видел по записям: ты обхватила обеими руками его шею и держала их там достаточно долго, чтобы он получил свою порцию яда. А затем, будто случайно, вляпалась в блюдо, найдя удобный предлог для того, чтобы тщательно обработать руки и принять противоядие. — Шер… Губа Чу Каи дернулась, пока она сложила две ладони поверх нагрудного кармашка напротив сердца. Ее рот приоткрылся. Придя в себя, она резко опустила сжатые в кулак ладони и зло сморгнула слезы. — Ты смеешь обвинять меня в отравлении отца?! После всего, что между нами было, ты… ты… Ты смеешь предполагать подобное? После того, как суд установил твою вину… — А те бедные официанты, унесшие испорченное блюдо? Не они ли скончались несколькими днями позже в местной больнице? Не им ли поставили странный диагноз, не решив копаться в причинах смерти? Странное стечение обстоятельств. Стоит ли упомянуть странное поведение бедняжки Церре в театре? Поняв, какому монстру услужила и виной чего является, она решила искупить свою вину, отняв твою жизнь, и выбрала символичный способ ухода из этого мира: с помощью яда. Итак, воспользовавшись неожиданной отставкой любимого отца, ты заняла пост Председателя. Орден и Сопротивление терзали планету со всех сторон, а потому нужно было делать выбор. Но тут счастливый спаситель покойного Председателя услужливо подкинул идейку. Продать ирмит третьему лицу, заминировать систему так, чтобы суда могли проходить по безопасному маршруту, известному лишь нескольким людям и высчитывающемуся по специальной формуле. Ты предложила Сопротивлению конвоировать суда, дала им выгодную сделку и заставила их поверить, что ты исключительно на их стороне. Однако ты также сообщила и Ордену о заключении договора и предложила ему захватить владельца фирмы, чтобы иметь контроль над обработанным ирмитом. Так и Сопротивление, и Орден получили ценного союзника в лице Панторы, а сама Пантора благополучно передала тяготы владения ирмитом обыкновенной фирме. Чу Каи приложила руки ко рту, отрицательно качая головой. В уголках глаз начали скапливаться слезы. Затем, резко одернув ладони, она пошла в сторону Морриса, преодолев разделявшее их расстояние за несколько секунд. — Я решала сложный политический конфликт, став главой погибающей планеты тогда, когда мой отец лежал по вине неизвестного отравителя в коме. Следила за его состоянием каждый день, заставляя себя думать о нуждах моего народа. Заставляя себя не думать о… тебе. О том, что я поступила с тобой неправильно. Шер… Она подошла ближе, глядя ему в глаза. — Ты знаешь, что я разорвала наши отношения только потому, что твои действия могли навредить моей семье, — она прикоснулась рукой к его лицу. — Все, что я когда-либо делала, я делала ради своей семьи и своей планеты. И я знаю, что тебе было нелегко. Знаю, что могла произойти ошибка, но если произошла, Шер, то я не тот, кого нужно винить! Ты искренне уверен в том, что говоришь. Значит, ты невиновен в отравлении моего отца. Но как я могу тебе верить после… Шер оборвал ее. — То, что ты сказала о чувствах ко мне. Это правда? Чу Каи широко раскрыла глаза, глядя на него в замешательстве. Вместо ответа, она нежно поцеловала его. Медленно, чувственно. Однако стоило Шеру коснуться ее, как она тутже отпрянула, словно сбросив наваждение. — Я не могу, Шер. Я постоянно разрываюсь, — покачала головой она. — Но я…— растерянно начал Моррис. — Я попрошу, чтобы твое дело рассмотрели заново, — тяжело сказала она. Не дожидаясь ответа, Чу Каи вылетела из камеры. Сразу за дверью ее встретила пухлая смотрительница. — О боже, Вам принести салфетки? — У меня есть, спасибо, — всхлипнула Чу Каи, готовая сорваться на рыдания. Достав из кармана плотную тканевую салфетку, пропитанную какими-то отвратительно пахнущими веществами, она приложила ее к лицу, тщательно вытирая нос и, особенно, губы. Затем протерла руки. — Боги, Вам успокоительного принести? — сочувствующе спросила девушка. — Нет, в последнее время всегда ношу его с собой, — печально улыбнулась Чу Каи, доставая из кармана синюю пилюлю и сразу же ее проглатывая. Смотрительница сочувственно покачала головой. — Не представляю, каково Вам. Вы недавно потеряли отца, теперь Ваш… бывший…— она опасливо глянула на дверь, словно не зная, имеет ли право об это говорить. — Все в порядке. Я справлюсь. Я всегда справляюсь. Хотя некоторые люди считают иначе, — она ободряюще положила руку на плечо смотрительнице, а затем медленно направилась прямо по коридору. Шаги ее были неровными, словно ей тяжело идти. — Мисс Каи! — неожиданно окликнула ее девушка. Чу Каи медленно повернулась, глядя на нее посеревшим лицом. Смотрительница замялась, подбирая слова. — Я просто хотела сказать Вам, что я действительно восхищаюсь Вами, как человеком. Вы попали в такую непростую ситуацию, потеряли отца, вывели планету из кризиса, разбили в пух и прах своих оппонентов, и при этом не потеряли во всей этой круговерти человечности и силы. Вы — лучший человек из тех, что я знаю. Чу Каи улыбнулась. — Спасибо, мисс Шеррил. Благодаря таким людям как Вы, я понимаю, что пока все делаю правильно. С этими словами она направилась дальше по коридору, оставляя смотрительницу глядеть ей вслед с широкой улыбкой. На следующий день мисс Шеррил сочувственно покачала головой, прочитав отрывок одной из газетных статей. Оппозиционер Шер Моррис, приговоренный к пожизненному заключению за отравление Председателя Каи, скоропостижно скончался в своей камере вчера вечером. Подробности не разглашаются. Независимая экспертная комиссия предполагает, что причиной смерти стало отравление редким ядом.