Семья Блэков

Золотистые лучи рассвета пробивались сквозь полупрозрачные шторы, бросая тёплые блики на спящее лицо Джона. В воздухе витал едва уловимый аромат свежесваренного кофе, пробуждая его от глубокого сна. Поднявшись с постели, Джон направился в соседнюю ванную комнату, его шаги отдавались лёгким эхом в тишине опустевшей квартиры. Ванная комната была скромной, но уютной, с белоснежной плиткой и большим зеркалом, на котором ещё виднелись следы утреннего пара. Приведя себя в порядок, Джон облачился в приготовленную для него одежду и спустился в небольшую гостиную. В противоположном конце комнаты находилась кухня, откуда доносились звуки звякающей посуды и шипящего масла. Джон проследовал в том направлении и обнаружил Джошуа, склонившегося над плитой. — Доброе утро! — поздоровался мальчик, заметив Джошуа. — Позволите помочь? — О, доброе утро, — ответил Смит, не отрывая взгляда от сковороды. — Спасибо, но не стоит. Завтрак практически готов. Через пять минут на кухне появилась и Мериэм. Одетая в лёгкое синее платье и с собранными в аккуратный пучок светлыми волосами, она выглядела молодой и свежей, несмотря на раннее утро. С улыбкой поздоровавшись с Джоном, она стала помогать мужу с приготовлением завтрака. Налив чай в чашки, женщина поставила их на стол. Вскоре все приступили к трапезе. — Джошуа, когда вы с Джоном собираетесь идти в Косой переулок? — неожиданно спросила Мериэм, взглянув сначала на Джона, потом на мужа. — После завтрака, — ответил Джошуа. — Джон, ты же взял с собой список, отправленный тебе школой? Браун лишь кивнул, желая соблюдать этикет и не разговаривать с набитым ртом. Наступила тишина, которую нарушал только тихий скрежет вилок по тарелкам. После завтрака Джошуа стал наставлять Джона по поводу способа их перемещения в Косой переулок. — Мы отправимся через камин, — объяснил Смит, беря в руки небольшой глиняный горшочек. — Для этого нам понадобится горсть летучего пороха. Необходимо чётко проговорить место нашего назначения. Запомни, Джон, это критически важно. Даже незначительная ошибка может забросить тебя в опасное место, откуда я не смогу тебя вернуть. — Я понял, — кивнул Браун, со смесью тревоги в голосе. — Отлично, тогда вперёд! — сказал мужчина, протягивая горшочек мальчику.

***

Через пару минут Джон и Джошуа стояли посреди оживлённого Косого переулка. Браун с необъятным восторгом стал осматривать витрины с магическими вещами, волшебников и волшебниц, снующих туда-сюда в своих необычных мантиях. — Ого, как тут много всего! — воскликнул мальчик. — Да, действительно, — усмехнулся Смит. — Поэтому нам нужно делать всё быстро. Иначе мы тут застрянем на несколько дней. Давай, доставай список. — Но, сэр, на что мне всё это купить? — поинтересовался Джон. — Всё просто, дружок, — ответил Смит. — Сначала мы отправимся в банк Гринготтс. У них есть специальный фонд для сирот и малоимущих, который предоставит тебе средства на приобретение всего необходимого. Идём? Джон кивнул, его сердце бешено колотилось, когда они направились к гигантскому белому зданию. Они прошли через тяжёлые, бронзовые двери и вошли в просторный холл, освещённый мерцающими люстрами. К ним подошёл один из гоблинов. — Чем я могу вам помочь, мистер Смит? — спросил гоблин, его голос сухой и скрипучий. — Нам нужен доступ к фонду помощи сирот, — ответил мистер Смит. — Вот документы мальчика. Гоблин внимательно изучил документы, прежде чем жестом пригласить их подойти к стойке. Джон наклонился над стойкой, его руки дрожали от волнения. Гоблин достал мешочек с монетами и протянул его мальчику. Они вышли из банка и снова окунулись в суматоху Косого переулка. — Куда мы теперь? — спросил Джон, весело подбрасывая мешочек с деньгами. Смит проворно перехватил его в воздухе и спрятал у себя во внутреннем кармане. — Осторожнее, здесь полным-полно мошенников, только и ждущих, чтобы обчистить карманы таких доверчивых сирот, как ты, — сказал он, взлохмачивая чёрные кудри мальчика. — Думаю, нам нужно выбрать тебе одежду. Они направились к небольшой лавке, заваленной до отказа всевозможными предметами одежды. — Итак. Для начала нам нужно три комплекта рабочих мантий, остроконечная шляпа, одна пара защитных перчаток и один зимний плащ. Всё в чёрном цвете, — сказал мужчина полноватой девушке тёмными волнистыми волосами, собранными в пучок. Её приветливое лицо и тёплая улыбка заставили Джона почувствовать себя немного более комфортно в незнакомой обстановке. Через несколько минут девушка принесла всё необходимое и стала подшивать под размер Брауна, так как мантии оказались достаточно велики для его худого телосложения. Закончив, она сложила всё в пакет и протянула его Джошуа. — Отлично, спасибо, — улыбнулся мужчина, принимая пакет. — Джон, выбери себе ещё что-нибудь на повседневное время. — Но у меня всё есть… — протянул мальчик, растерявшись. Смит тяжело вздохнул, но в его глазах не было раздражения. Он отложил пакет в сторону и неспешно обошёл магазин, собирая на ходу внушительную кучу одежды. На полпути он обернулся к Джону и спросил о его любимых цветах. — Точно чёрный, — ответил Браун. — Может быть серый. В результате получилась целая коллекция: несколько футболок серого и чёрного цветов, две пары чёрных джинсов и брюки, две водолазки и белые рубашки, свитер цвета антрацита, толстовка с большим капюшоном, а также семь пар носков. Мужчина не забыл и про нижнее белье с белыми и серыми майками. Напоследок он добавил в пакет лёгкую и тёплую куртку, шарф, шапку и перчатки. Положив одежду на прилавок, взгляд Смита упал на обувь, поэтому он захватил ещё кроссовки, чёрные классические туфли и утеплённые ботинки. — Я думаю, этого достаточно, — сказал мужчина, удовлетворённый своим выбором. — Теперь нам нужно только заплатить. Джошуа протянул девушке несколько блестящих галлеонов из своего кошелька и один — из мешочка Джона. Затем он взмахнул волшебной палочкой. В мгновение ока одежда разлетелась по пакетам, а затем уменьшилась в размерах, став не больше ладони. Спрятав всё это в карман, они отправились за следующей покупкой — волшебной палочкой. Выбор не занял много времени. Волшебная палочка из ясеневого дерева с волосом единорога притянулась к руке Джона Брауна, словно они были созданы друг для друга. После покупок других магических принадлежностей, оба уставших и голодных направились в кафе, чтобы перекусить. Кафе было уютным и тёплым, с камином, потрескивающим за спинами посетителей. — Я угощаю, выбирай, что хочешь, — сказал Смит, усмехнувшись с довольной моськи мальчика. — Можно мне кусочек тыквенного пирога и горячий шоколад? — спросил Браун после изучения меню. — Сладкоежка, да? — улыбнулся мужчина и направился делать заказ. Во время перекуса Джошуа решил обсудить с Джоном важный вопрос. — Я утром общался с Министерством. Было предложение, что ты можешь остаться у меня до начала учебного года, — начал Смит, пристально следя за реакцией мальчика. — Конечно, учитывая твой голос. — Я согласен, сэр, — обрадовался Джон. — Брось, просто Джошуа, дружок, — мягко ответил Смит.

***

В течение двух недель, проведённых в доме Мэриэм и Джошуа, Джон испытал неподдельное счастье. В отличие от приюта, где он подвергался постоянным насмешкам, здесь он обрёл покой и умиротворение. Он мог спокойно углубиться в чтение, наслаждаясь обществом любящих и заботливых людей. Самым же благоприятным обстоятельством явилось то, что его пагубная привычка к курению временно осталась в прошлом, хотя пачка сигарет, затаившись в кармане его куртки, терпеливо поджидала своего часа. Приближался последний день августа, и Джону предстояло отправиться на вокзал Кингс-Кросс. Несмотря на обрушившиеся на него магические способности, прорываясь наружу порой непроизвольно, он всё ещё не мог полностью осознать себя как волшебника. В глубине души Браун сомневался, что эти проявления не случайны, хотя недавние события заставляли в этом усомниться. Сборы давались Джону нелегко, ведь он не хотел разлучаться с Мэриэм и Джошуа, но они заверили его, что разлука не будет долгой, и приглашали его вернуться к ним на каникулы. Без десяти одиннадцать утра Браун уже находился на вокзале. К счастью, ему заранее объяснили, как добраться до платформы 9 и ¾, избавив его от необходимости беспомощно блуждать по зданию вокзала. Ровно в одиннадцать часов Джон оказался в поезде и, наблюдая в окно за родителями, провожающими детей, погрузился в размышления. Поезд тронулся, и Браун, не сумев найти свободное купе, с лёгким сожалением, что не предпринял попытку раньше, подсел к двум незнакомым детям. Так и не дождавшись освобождения, он принялся гадать, что ждёт его в стенах Хогвартса. Погруженный в свои размышления, Джон не заметил, как поезд набрал скорость, унося его навстречу новому и неизведанному. Он не мог избавиться от волнения и предвкушения, хотя в глубине души ощущалась лёгкая тревога. Он никогда не покидал Англии, а теперь отправлялся в совершенно чуждую и незнакомую страну. Однако он постарался отогнать эти мысли, сосредоточившись на увлекательных перспективах, открывавшихся перед ним.