Семья Блэков

Джон Браун, один из более тихих студентов, смотрел на уходящего профессора в лёгком ступоре, его мысли метались. Он не мог понять, что делать дальше: оставаться в общежитии или направиться в больничное крыло. Внутри него возникло беспокойство. Мальчик быстро вскочил с места и, стараясь проскользнуть мимо хаотично шагающих слизеринцев, побежал к выходу. — Профессор! — окликнул его Браун, когда тот уже собирался войти в кабинет, его голос звучал напряжённо. — Подождите, пожалуйста, мне нужно идти в больничное крыло? Блэк остановился и обернулся, его черты лица смягчились, когда он встретил взгляд Джона. — Если тебя, Джон, ничего не беспокоит, то нет. Но при любом ухудшении состояния бегом в лазарет. Мне не хочется потом находить тебя, да и любого другого студента, умирающего в спальне только из-за того, что никто не удосужился сообщить взрослым, — ответил Фредерик с лёгким упрёком. — Хорошо, сэр, извините, — кивнул первокурсник, отводя взгляд. Он почувствовал, как в груди разгорается небольшая искорка вины. Профессор Блэк, отстранившись от обременяющих слов, вновь принял свой привычный вид. — Ступай в гостиную, скоро ужин, — закончил он, и его фигура исчезла за дверью. Ободрённый этой разрешительной ноткой, Джон повернулся и направился обратно в общежитие. Как только он зашёл в гостиную, около входа его встретили Мэри и Джессика. — Джон, — произнесла Мэри с лёгким сочувствием, — ты так часто попадаешь в неприятности. — Кажется, это мой девиз по жизни, — ответил мальчик с ноткой самоиронии и, пытаясь разрядить обстановку, слегка улыбнулся. — Ты хоть хорошо себя чувствуешь? — обеспокоенно поинтересовалась Джесси, её карие глаза, казалось, смотрели ему прямо в душу. — Да, уже всё отлично, — кивнул Джон. — Все уже отправляются в Большой зал, предлагаю сделать также. — Отличная идея. Будь готов к тому, что тебя будут допрашивать с пристрастием, — с лёгким смехом произнесла Мэри и уверенно шагнула в коридор. Они втроём отправились в сторону Большого зала. — Да ладно, они же знают, что произошло. Вся школа знает. Помните? Мы же в Хогвартсе! — воскликнул Джон, распахнув руки в жестикуляции, наполненной юношеским максимализмом. — Слухи разлетаются моментально. — Тем не менее, подробности никто не знает, — добавила Джесси. — Ладно вам, ничего интересного. Правда, давайте не будем об этом говорить, — вздохнул Джон, его голос теперь звучал немного умоляюще. Его слова заставили девочек обменяться взглядами, и в их глазах проскользнуло понимание. Оставшийся путь прошёл в тишине. Когда они наконец вошли в Большой зал, наполненный звуками дружеских разговоров и смехом студентов, Джон почувствовал, как его напряжение начинает рассеиваться. За гриффиндорским столом сидели их знакомые — Роберт, Терри и Кевин. Гриффиндорцы, как обычно, весело обсуждали последние события, а Кевин, как всегда, пытался вставить свои комментарии, добавляя искромётный юмор в разговор. Рядом с ними удобно устроились когтевранки: спокойная Алиса и Софи, которая всё время кидала взгляд в сторону слизеринского стола и входных дверей. — Джон! Мэри! Джесси! — крикнул Роберт, отрываясь от их оживлённого обсуждения. Его лицо светилось дружеской радостью. — Подходите скорее, освобожу немного места. — Привет-привет, — весело проговорила Мэри, едва оказавшись у стола, и ловко уселась на свободное место рядом с Робертом. — А что это вы тут такое обсуждаете, что Кевин чуть не поперхнулся своим тыквенным пирогом? — Только не говори, что ты пропустила, — с показным ужасом воскликнул Терри, драматично хватаясь за грудь. — Тут было настоящее бедствие — волшебный хаос во всей красе! Мимбулус мимблетонии, и не меньше двух десятков, прорвались в Большой зал и начали поливать всех встречающихся смердящим соком. — Ах, это… — протянула Джесси, не спеша занимая свободное место рядом с Терри. — Мы-то оказались в самой буре событий, а вот кое-кто был немного занят, так что подробностей ещё не слышал. — Джон! — присоединилась Алиса задорным тоном, отрываясь от своей еды и наблюдая за слизеринцем, который пытался втиснуться между Софи и Кевином. — Ты снова в центре очередной сенсации! Мэри подкрепила слова Алисы весёлым смешком, но Джон, вместо того чтобы отвечать, только стиснул переносицу и выдохнул с видимым раздражением, заставив всех замолчать. Казалось, ему уже порядком надоело внимание к его персоне. — Хотелось бы, чтобы в этой школе хоть что-то осталось в тайне, — пробормотал он. Его голос звучал столь тихо, что фраза могла раствориться в шумных разговорах вокруг, если бы товарищи не ловили каждое слово. Алиса рассмеялась, но не с издёвкой, а с искренним пониманием. — Ох, Джон, милый и такой наивный Джон, неужели ты ещё этого не понял? Тут всё на виду. Тайны — это роскошь, которую в Хогвартсе невозможно позволить себе. — Фостер абсолютно права, — поддакнул Роберт, пододвигая кружку с тыквенным соком так, чтобы она не мешала. — Возьмём хотя бы случай на кухне в прошлом месяце. Просто порезал палец, а слухи об этом событии разлетелись до таких размеров, будто я сражался с десятком троллей на старой лестнице. Говорили, что я едва руку себе не отрезал! Общий смех прокатился по столу, даже Браун коротко улыбнулся. — Тем не менее, тебе следует быть осторожнее, Джон, как и всем вам, ребята, — произнесла Алиса тоном, который отличался от её обычной лёгкости. В её голосе зазвучала доля серьёзности, а взгляд скользил по лицам за столом. — Деканы сейчас как натянутые струны. Малейшее движение в сторону, и будьте любезны — привет, отработки до конца года. — Однако мы подсказали Блэку-старшему весьма интересную идею о турнире. Следует сказать, что ближайшие дни он будет занят её реализацией, а значит, у нас хотя бы временно будет передышка от его… скажем так, чрезмерного внимания к нашим «невинным шалостям», — произнесла Мэри с искоркой в глазах. Роберт фыркнул, откусывая наконец своё яблоко, и пробубнил: — Что-то мне всё же подсказывает, что твоя радость, подруга, слегка преждевременна. Мы ведь говорим о Блэке… — А что за турнир? — решилась спросить София, до этого молча слушавшая разговор. Её голос заставил всех остальных ребят с интересом взглянуть на слизеринцев. — Ну, скажем так, мы обменяли своё послушание на участие в турнире, — заговорила Джесси, словно осторожно выбирая слова. — Мерлин знает, как Блэк подхватил эту идею, но, похоже, ему понравилось. Скорее всего, его разобьют на несколько испытаний: сварить зелье, поучаствовать в дуэли или ещё что-то из того, что им покажется забавным. В общем, ничего особенного, но уж точно что-то, что займёт их больше, чем поиски виновников проделок в замке. — Получается, нам нужно уже сейчас готовиться? — София, внимательно выслушав, нахмурила брови, явно обдумывая услышанное. Её глаза сверкнули при слове «зелья», и Джон, как и остальные, однозначно понял: когтевранка мысленно уже утонула в книгах, перечитывая свитки с рецептами зелий или перелистывая страницы заклинаний. — Зачем же так волноваться? Во-первых, у нас ещё есть время: официального объявления по поводу турнира не было, — успокаивающе начала Алиса, скрестив руки на столе перед собой. — Во-вторых, участие наверняка будет добровольным. И наконец, в-третьих, профессора предоставят подготовительный период. Никто не станет требовать мгновенных результатов за одну ночь. — Как бы не так, — хмыкнул Кевин, закатив глаза. — Подобные заверения уже звучали на ЗоТИ в прошлом году. Тогда нас всех заставили участвовать в дуэлях, будучи абсолютно не готовыми. Вначале провели пробный поединок, а затем, словно в насмешку над нашими безуспешными попытками, объявили, что обязательно будут оценивать наши умения. Видимо, профессор Корниш тогда полагал, что за сорок минут урока можно превратить поток студентов в профессиональных дуэлянтов. Помнится, эта идея закончилась плачевно. — Ах, Корниш, — протянул Роберт с лёгкой, почти насмешливой улыбкой. — У него был талант, это точно. А именно — способность делать из мухи гиппогрифа. — Что ж, на вашем месте я бы откинул все волнения и наслаждался последними тремя днями каникул, — промурлыкал Терри, прикрывая рот ладонью, чтобы сдержать громкий зевок. — Потому что, смею вас заверить, следующие будут куда менее приятными. Экзаменационный стресс начнёт медленно преследовать нас уже с апреля, и, поверьте мне, отдохнуть по-настоящему тогда будет невозможно. Он потёр заспанные глаза и потянулся, как ленивое кошачье создание. Его руки едва не задели Джесси, которая поспешно спасла свой стакан с тыквенным соком, и Роберта, который, в свою очередь, ловко отодвинулся и приподнял бровь в тихом укоре. — Видимо, я обречена познавать стресс уже сейчас благодаря твоим акробатическим упражнениям, — сказала слизеринка, с трудом сдерживая раздражение. — Терри, дорогой друг, если ты надумаешь задеть ещё кого-нибудь или что-нибудь, клянусь, я наложу на тебя «Левикорпус», — с улыбкой произнёс Хоффман. Терри даже не стал спорить. Вместо этого он лишь криво усмехнулся, махнув рукой, словно бы соглашаясь с неизбежностью. Поднявшись со скамьи, он провёл рукой по слегка помятой футболке, пытаясь придать своему виду хоть немного опрятности. — Лучше, наверное, я пойду в гостиную, — проговорил Бирн, лениво потирая затылок. — Мытьё туалетов в больничном крыле сегодня полностью истощило мою энергию. Он развёл руками в явно преувеличенном жесте извинения и, не теряя своей обычной расслабленности, переступил через скамью. Но не успел он сделать и двух шагов, как его нога зацепилась за чей-то небрежно брошенный учебник. С громким грохотом подросток рухнул на пол, привлекая внимание почти половины студентов, находившихся в зале. — Ох уж этот наш Терри, — лениво заметил Роберт, качая головой, но в его голосе звучала тёплая насмешка. Вспыхнул общий смех, кто-то даже попытался изобразить аплодисменты. Издалека послышались возгласы: «Ты в порядке там, Терри?». Однако сам виновник падения лишь поднял голову и обвёл зал взглядом. — Конечно, всё именно так, как я и планировал! — с трудом поднявшись, он старательно стряхнул с колен пыль, пытаясь сохранить хоть кроху достоинства. Зал вновь разразился смехом. — Пойду-ка я провожу его до общежития, а то он займёт твою забронированную больничную койку, Джон, — сказал Роберт и со смехом поспешил на помощь другу. Джон с другими ребятами проводили гриффиндорцев взглядами, а затем каждый уселся обратно за свои факультетские столы. Вскоре после этого шум в зале затих, и остались лишь звуки посуды и шёпот разговоров. С минуты на минуту друзья покинули Большой зал, расползаясь по общежитиям. Хотя от Кевина и поступало предложение сыграть в плюй-камни или шахматы, у всех были свои планы на вечер. Алиса, сгорая от вдохновения, собиралась провести вечер рисования с другими когтевранками, Мэри решила написать письмо родителям и попрактиковаться в трансфигурации с Джесси, а Софи в момент, когда ужин подошёл к концу, бросилась в библиотеку. Джон же предпочёл уединение и тишину, чтобы спокойно почитать книгу по зельям в своей спальне.

***

Неделя февральских каникул, словно мимолётное видение, осталась позади. Студенты, вкусившие свободу за пределами Хогвартса, вновь заполнили его коридоры, вдохнув в старинные стены привычный гул учебной жизни. Первые пару дней были посвящены мучительному возвращению в колею: мозг отчаянно сопротивлялся натиску знаний, а глаза отказывались воспринимать бесконечные страницы учебников. Горы домашних заданий, казалось, выросли в геометрической прогрессии, словно профессора сговорились лишить юных волшебников даже намёка на свободное время. Студенты, в погоне за успеваемостью, практически поселились в библиотеке, просиживая там до самого комендантского часа. Впрочем, каждый был уверен, что профессора, наконец наслаждаясь тишиной и отсутствием юношеских шалостей, втайне ликовали, наблюдая за усердием своих подопечных. Близилась пятница, и напряжение нарастало. Студенты Хогвартса с нетерпением ждали объявления, которое должно было развеять туман неопределённости, окутывавший последние дни. Мисс Блэк, наконец, решила положить конец томительному ожиданию. Она приблизилась к кафедре, выполненной в форме огромной совы, пристальным взглядом обводя ряды студентов, сидящих за факультетскими столами. Лёгким взмахом руки директриса призвала к тишине, и гул голосов постепенно стих. — Дорогие студенты, — её голос, мягкий, но отчётливый, заполнил зал, — с седьмого по двенадцатое марта будет проходить фестиваль на территории тренировочной площадки. Будет установлено несколько зон с разными заданиями. Все желающие смогут поучаствовать в дуэли, попробовать трансфигурировать любой предмет, посостязаться со своим сокурсником, ответив на несколько вопросов по любой дисциплине, собрать необходимые ингредиенты для зелья… — Профессор! Для всех курсов будут одинаковые задания? — раздался голос со стола Пуффендуя. — Нет, конечно, нет, — ответила Рэйвис с лёгкой улыбкой. — Вы сможете зарегистрироваться перед попыткой выполнения задания. Профессор, контролирующий свою зону, выберет вам соперника с вашего же курса и определит задание, которое соответствует уровню ваших знаний. Она сделала паузу, обводя взглядом учеников. — Важно помнить, что это не экзамен, а возможность проявить свои таланты и обрести новый опыт. В этот момент к ней присоединился Фредерик Блэк, который поднялся со своего места и встал рядом с ней. — Мы полагаем, — начал он своим глубоким, бархатистым голосом, — что подсчёт итогов будет вестись следующим образом: за успешное прохождение задания вы будете получать специальный жетон. Факультет, который наберёт наибольшее количество жетонов, станет победителем фестиваля. Чуть позже профессора обсудят, сколько баллов будет присуждаться за определённые места. Новая информация подлила масла в огонь. Если до этого перешёптывания были осторожными и сдержанными, то сейчас зал буквально взорвался от обсуждений. Профессор Алекс Браун, второй заместитель мисс Блэк, увидев на лицах некоторых учеников признаки беспокойства, решил вмешаться. — Дорогие студенты, нет причин для излишнего волнения, — успокоил он их. — Повторюсь, участие в этом мероприятии является исключительно добровольным. С теми, кто захочет попробовать свои силы, будут проведены дополнительные занятия. Студенты, которые решат, что эти занятия им не нужны, но при этом планируют участвовать в фестивале, могут получить рекомендации по литературе из библиотеки для самостоятельного повторения пройденного материала. Кроме того, в их распоряжение будет предоставлена тренировочная комната на пятом этаже, рядом с классом рисования. Слова профессора Брауна подействовали успокаивающе. Напряжение в зале начало спадать. Студенты начали обдумывать услышанное, ощущая странную смесь волнения и предвкушения. Некоторые уже представляли себя триумфаторами, другие же, напротив, лихорадочно перебирали в уме заклинания, надеясь вспомнить всё, чему их учили. За слизеринским столом, на удивление, царила спокойная, почти зловещая тишина. Слизеринцы, в отличие от своих более импульсивных собратьев по Хогвартсу, не выказывали бурной радости или явного беспокойства. Лишь изредка между ними пробегали тихие перешёптывания, как змеи, скользящие в траве. — Кажется, нам будет чем заняться на неделе, — пробубнила недовольно Мэри, вздыхая. — Я считаю, что если целый год учился, то готовиться не имеет смысла, так как ты уже всё знаешь, — сказал Корвин, один из третьекурсников Слизерина. — Подтверждаю. Хоть обычно новенькие в таких мероприятиях волнуются и устраивают переполох, пытаясь судорожно выучить всё за все курсы, — посмеялась Тея, студентка седьмого курса, чья циничная усмешка давно стала её визитной карточкой. — Всегда полезно освежить знания или узнать что-то новое, — произнесла Джесси, стараясь сгладить некоторую резкость в голосе Теи, и взглянула на задумчивого Джона, который с утра не проронил ни слова. — Джон, не желаешь ли сходить в библиотеку после ужина? — Извини, Джесси, у меня занятие по зельеварению с профессором Блэком через двадцать минут, — ответил мальчик, не отрывая взгляд от потрёпанной книги, лежавшей перед ним на столе. Его пальцы, испачканные чернилами, нервно перелистывали пожелтевшие страницы, испещрённые странными символами. Он даже не поднял головы, целиком поглощённый текстом. — И потом, я думаю, мне больше пригодится практика, чем теория. Беннет едва заметно нахмурилась. Джон в последнее время был слишком увлечён учёбой, практически не отвлекаясь на что-либо другое. — Может быть, после занятия? — не сдавалась девочка, чувствуя, как лёгкое раздражение начинает прокрадываться в её голос. Ей не нравилось видеть, как Джон отгораживается от них, погружаясь в эту лихорадочную одержимость знаниями. Браун лишь неопределённо промычал в ответ, продолжая углубляться в текст. Джесси вздохнула и отвернулась. Она почувствовала укол обиды, но всё же не стала мешать другу, заводя разговор с Мэри.

***

Джон стоял перед дверью профессора Блэка, витая в облаках. Ненужные мысли заполонили его голову, не давая оказаться в реальности и наконец-то постучать в кабинет. Он потёр вспотевшие ладони о мантию. Занятие по зельеварению! Как же он этого ждал. Но сейчас, стоя перед кабинетом Блэка, Джон чувствовал не энтузиазм, а странное предчувствие. Собравшись с духом, он неуверенно постучал. Тихий голос профессора Блэка пригласил его войти. Слизеринец приоткрыл дверь, и тяжёлый запах трав и зелий сразу же ударил в нос. — Джон, проходи. Ты как раз вовремя, — произнёс Фредерик. В полумраке кабинета, освещённого лишь мерцанием свечей и отблесками огня из-под котлов, Джон разглядел небольшую группу учеников. Несколько слизеринцев, две когтевранки с серьёзными лицами, одинокий гриффиндорец с растрёпанными волосами и застенчивая пуффендуйка — все они уже стояли у рабочих столов, расставленных вдоль стен кабинета. Браун молча кивнул в ответ на приветствие профессора и, стараясь не привлекать к себе внимания, прошёл к одному из свободных рабочих столов, на котором одиноко возвышался медный котёл. — Через неделю уже наступит фестиваль. Будете ли вы участвовать или нет, не имеет значения, так как близятся экзамены. Однако, учитывая, что мы на прошлом занятии уже довольно глубоко продвинулись в программе второго курса, я решил, что сегодня нам стоит повторить основные зелья. Пока отвлечёмся от самой части приготовления и сосредоточимся на ингредиентах. Это — основа, фундамент, без понимания которого невозможно стать хорошим зельеваром. Профессор Блэк подошёл к длинному столу в центре кабинета, на котором были разложены всевозможные склянки, баночки и мешочки, наполненные самыми разнообразными ингредиентами. — Итак, — продолжил мужчина, грациозно беря в руки растение с чёрным, словно обугленным, стеблем и нежными белыми цветками, напоминающими капли застывшего молока, — кто скажет, как называется это растение? И что, самое главное, нам известно о его свойствах? — Это — Моли, профессор, — ответило несколько студентов одновременно. — Это растение используют для нейтрализации чар, — продолжил слизеринец, которого, вероятно, звали Астор. — Отлично, — кивнул Фредерик, в глазах которого мелькнула едва заметная улыбка. — В каких зельях мы можем его использовать? — Рябиновый отвар, — подал голос Джон, чувствуя лёгкий укол гордости, когда профессор с одобрением кивнул в его сторону. — Какие ещё ингредиенты в него входят? — продолжал задавать вопросы профессор, внимательно наблюдая за своими учениками. — Кора волшебной рябины, бадьян, сок мурлокомля, слизь флоббер-червя… — начали перечислять студенты, перебивая друг друга в своём стремлении назвать как можно больше компонентов. Профессор Блэк, удовлетворившись ответами, отложил Моли. Настала минутная тишина, словно вся аудитория затаила дыхание, ожидая следующего указания. — Хорошо. Пусть каждый подойдёт к столу и выберет те ингредиенты, которые ему понадобятся для его зелья. Итак, Бьянка, у вас зелье для излечения фурункулов. Прошу. Когтевранка отлично справилась с заданием. Она твёрдым шагом подошла к столу, уверенно выбирая нужные ингредиенты: змеиные зубы, рогатого слизня, иглы дикобраза. После того как Блэк одобрил её выбор, девочка, сияя улыбкой, направилась к своему котлу, чтобы начать приготовление. Следом последовали и остальные ребята. Джону же досталось противоядие от обычных ядов. — Мне понадобится безоар, стандартный ингредиент, рог единорога и ягоды омелы, — ответил Браун, уже мысленно прокручивая рецепт, пытаясь найти все ингредиенты на столе. Мальчик уверенно подошёл к длинному дубовому столу. Безоар найти не составило труда — небольшой бурый камень лежал в отдельной стеклянной витрине. С рогом единорога пришлось повозиться, но вскоре он обнаружил его, аккуратно завёрнутым в шёлковую ткань. А вот с ягодами омелы возникли сложности — их нигде не было видно. — Профессор, — хмуро обратился Джон к мужчине, который наблюдал за ним с непроницаемым выражением лица. — Здесь нет ягод омелы. — Хм… Ты уверен? Проверь ещё раз, — услышал он спокойный ответ от Фредерика. Джон снова осмотрел стол, тщательно, будто искал иголку в стоге сена. Но ягоды словно испарились, растворились в воздухе. Внутри зарождалось неприятное чувство, смесь разочарования и зарождающегося гнева. — Ну я же не слепой, сэр, — процедил слизеринец, невольно закатывая глаза. Его природная самоуверенность, граничащая с дерзостью, давала о себе знать. — Смени свой тон, — резко оборвал его профессор, и от его ледяного взгляда по спине Джона пробежал холодок. — Если здесь их действительно нет, есть ли альтернатива данному рецепту? Ты знаком с модификациями? Джон на мгновение замер, словно ошпаренный, и глубоко вдохнул, стараясь унять разгорающийся гнев и сосредоточиться на задании. Механически сжав кулаки, он начал лихорадочно перебирать в памяти все изученные рецепты. — Профессор, — неуверенно произнёс мальчик, — я читал о том, что мандрагора может использоваться в качестве альтернативы в некоторых противоядиях… Она обладает схожими свойствами с омелой. Но я не уверен, подойдёт ли это в данном случае. — Хорошее предположение. Давай ты постараешься ответить мне на этот вопрос в конце пятого курса? — подмигнул Фредерик, нарушая напряжённую атмосферу и возвращая на лицо Джона лёгкую улыбку. Профессор протянул ребёнку прозрачную стеклянную банку, наполненную до краёв белыми, словно жемчуг, ягодами омелы. — А пока приступай к работе. Спустя час все они справились со своими заданиями и были свободны. Впереди плескались два выходных дня, обещавшие долгожданный отдых от зубрёжки и практики.