To die of love is to live it.

- Ты думаешь, нам и в правду удастся сбежать? Если мы сделаем что-то не так, нас убьют, - пытался вразумить брата Ибрагим, но безрезультатно. - Ибрагим, как ты не понимаешь, если у нас всё получится, мы сможем вернуться к нашей семье и обычной жизни, - навязывал свою идею Касым. - Ну и что ты предлагаешь? - Смотри, - уже шёпотом, дабы их никто не услышал, говорил старший из братьев, - я заметил, что у того человека в чёрном есть меч. Как только он снова сюда зайдёт, мы вырубим его, схватим оружие и выбежим на улицу, параллельно отбиваясь от других людей, если они есть. - Касым, я даже не знаю, гениально это или безумно. Но я за. Когда этот человек должен прийти снова? - Скоро, нам нужно готовиться. Ты возьми тот подсвечник. Как только он придёт, я запру дверь, а ты ударишь его подсвечником по голове. - Я тебя понял, - ответил младший Шехзаде и оба заняли свои позиции. Не прошло и получаса, как тот, самый "палач" показался в дверном проёме. - Шехзаде, ваша еда, - всё, что он сказал перед тем, как не увидел наследников престола в комнате. Как только он прошёл чуть ближе к центру помещения, Касым тут же захлопнул дверь, а Ибрагим ударил его по голове подсвечником. Старший из них быстро обыскал тело пока ещё живого мужчины и достал меч, после чего братья выбежали из из комнаты, где их ждали трое таких же палачей. - Ибрагим, я их отвлеку, а ты беги, - очень тихо, так, чтобы лишь Ибрагим услышал, произнёс Касым, параллельно закрывая брата собой. - С ума сошёл? - так же шептал Ибрагим, - я тебя здесь не оставлю. Если сражаться, то вместе, - сказал и ещё сильнее сжал в руках подсвечник. Ибрагим же был и первый, кто вступил в бой с предателями. Касым же, недолго думая, тоже вступил в схватку. Младший из них дрался с одним, в то время как старшему пришлось разбираться сразу с двумя. Ибрагим смог вырубить ударом по голове этого мужчину и отобрать у него меч и после сразу побежал помогать Касыму справиться с его двумя соперниками. Оба были достаточно натренированы, чтобы выиграть в драке на мечах. Когда вроде бы все были мертвы, они направились прочь из этого дома. На улице, казалось, никого не было, но только на деревьях были лучники. Услышав хруст деревьев где-то сверху, наследники, не видя смысла в сражении, бросились бежать. Бежали не глядя, не зная, куда бегут : вглубь леса или наоборот? Им было не важно, лишь бы оторваться от врагов и найти хоть какое-то поселение или дорогу. Не прошло и десяти минут, как они увидели свет от факелов и голоса людей. Сразу же спрятались за деревом. - Смотри, Касым, это янычары. У нас получилось, - сказал радостный Ибрагим, но тут повернулся и увидел своего брата, который еле дышал и уже терял силы, - Касым, ты ранен? - спросил, как только увидел огромную рану на предплечье Шехзаде, которая истекала кровью. - Не переживай, просто небольшая царапина, - кое-как ответил Касым и взялся рукой за место ранения. - Нельзя медлить. Пошли, - он закинул руку старшего брата себе на плечо и повёл в сторону воинов Султана. - Смотрите! Это Шехзаде! Наследники престола нашлись! - слышались отовсюду голоса янычар. - Шехзаде Касым ранен! Помогите скорее! - в ответ кричал Ибрагим. ___ ___ Уже начало светать. Кесем проснулась от солнечных лучей, которые светили прямо в лицо. Нехотя Султанша протёрла сонные глаза и поднялась с постели, совершенно не обратив внимание на то, что Кеманкеша не было рядом. Она села на тахту перед зеркалом и стала расчёсывать волосы, как вдруг услышала голоса в коридоре. Махпейкер встала и поспешила узнать, откуда звук, где и увидела напуганного до смерти Ибрагима, Кеманкеша, который старался сохранять спокойствие и несколько лекарей. - Валиде! - увидел матушку Ибрагим и поспешил обнимать её. - Ибрагим, сынок, слава Аллаху, ты жив, - ответила на его объятия Кесем, - что здесь происходит? Где Касым? - Валиде, мы сбежали, но как только мы оказались в лесу, на нас напали лучники. Я сам не знаю, как так произошло, но как только мы увидели янычар, я заметил, что мой брат тяжело ранен. Вы не переживайте, всё уже прошло. - Я пойду к нему, - резко высвободившись из объятий младшего сына, направилась в лазарет, где увидела своего старшего Шехзаде с перемотанным предплечьем, - как он? С ним всё будет хорошо? - спросила Госпожа у лекарши, которая уже убирала свои вещи, садясь на край кровати. - Не волнуйтесь, Госпожа. Я дала Шехзаде снотворное, он поспит ещё некоторое время, а так с ним всё хорошо, - ответила женщина и поспешила удалиться. - Касым, мой лев, как я за вас с Ибрагимом испугалась. Слава всевышнему, что и с ним, и с тобой все хорошо и вы оба живы. Дай Аллах, ты поскорее поправишься и мы вернёмся во дворец, - говорила ему, будто бы он слышал и взяла его руку в свою. ___ ___ Кеманкеш и Ибрагим были в коридоре. Через некоторое время к ним подошла Хатун. - Шехзаде, по моему приказу для вас были подготовлены покои. Эта Хатун вас туда отведёт, - сказал Паша и указал рукой на девушку. - Благодарю, Кеманкеш, - ответил Шехзаде и пошёл за служанкой. Пользуясь моментом, Мустафа прошёл в лазарет. Он осторожно сел рядом с Кесем на кровать и заключил её в объятия, а она покорно прижалась к нему в ответ. - А ведь они могли и не вернуться, - очень тихо сказала, чтобы никто кроме Кеманкеша её не услышал. - Твои сыновья очень смелые и сильные. Они не могли не вернуться. Тем более, всё уже прошло, всё хорошо, - оставил поцелуй на макушке, - пойдём пока. Лекари скажут когда Шехзаде проснётся, а тебе надо позавтракать. - Но Мустафа, - развернулась к нему и не успела что-либо возразить, как он заткнул её требовательным поцелуем. Но на такую хоть и неожиданность, Махпейкер с удовольствием ответила. Рука его легла на её талию, а другая держала её голову за затылок. - Никаких но, милая. Я вижу, ты любишь голодать, но поверь, я этого не позволю, - улыбнулся и, поцеловав в висок, крепко обнял её за талию и поднял с кровати. - Хорошо, но только если лекари мне тут же скажут, если Касым проснется, - сменила тон на более серьёзный и также посмотрела ему в глаза, что немного позабавило Мустафу. - Разумеется, моя Госпожа, - улыбнулся и повёл её к выходу. ___ Вечером ___ - Сынок! Касым! - Кесем в слезах радости кинулась обнимать только пришедшего в себя сына. - Валиде, это правда вы? Я не сплю? У нас получилось? - Касым сам не верил всему происходящему и обнял матушку в ответ. - Да, мой лев, вы смогли. Как твоя рана? Всё хорошо? - немного отстранилась от него и провела рукой по забинтованному месту. - Не переживайте, мама, рана совсем не болит. Думаю, совсем скоро мы сможем вернуться во дворец. - Да, Шехзаде через три-четыре дня вы сможете уехать, - подтвердила его слова лекарша. - Прекрасно, - ответила Кесем и перевела взгляд на Касыма, - ну что же, тебе, я думаю, нужен отдых. Я приду к тебе завтра, - напоследок ещё раз обняв сына, она покинула лазарет. ___ ___ Кеманкеш был в покоях и читал книгу, но вскоре к нему пришла радостная Кесем. - Ну как Шехзаде? Ты поговорила с ним? - сразу же отложил книгу в сторону. - Да, он сказал, что рана совсем не болит, а лекарь сказала, что через три-четыре дня мы можем вернуться во дворец, - ответила Султанша и села к нему на колени. - Я рад, что у вас всё хорошо. Но ты знаешь, я пробыл вдали от тебя очень долго. И теперь ты должна мне много ночей, - убрал выпавшую из причёски прядь волос за ухо и этой же рукой прошёлся по скуле и там задержался. - Ну что же, не буду медлить, - прошептала ему прямо в губы и впилась в них горячим и страстным поцелуем. Руки обоих изучали тела друг друга, словно в первый раз. Миг, и женщина уже начала снимать с него кафтан. Кеманкеш медлить не стал. Начал стягивать с плеч платье. Поцелуи перешли с губ на шею, потом на ключицы. Верхнее платье осталось на бёдрах. Осталось полупрозрачное нижнее. Кафтан уже поддался женским рукам и оказался на полу. Платье тоже долго не задержалось на бёдрах его прекрасной обладательницы и упало вслед за кафтаном. Как произошло и с верхним, Паша начал стягивать нижнее. Воздух накалился. Любовь пылала во всю. Резко Султанша встала с колен возлюбленного и поманила его за собой в сторону кровати. Мужчина понял её намерения. Тут же подошёл к ней, резко вовлёк в поцелуй и так же быстро сбросил с неё нижнее платье, оставляя женщину полностью обнажённой перед ним. Она, поняв, что силы не равны, стала молниеносно расстёгивать его рубашку. Вскоре работа была сделана и мужчина остался с оголённым торсом. Он в свою очередь, резко повалил её на белоснежные простыни, не прекращая целовать ключицы и грудь. - Ты прекрасна, - вновь поднялся к губам и посмотрел ей прямо в глаза. - Как и ты, дорогой, - ответила Кесем и, взяв его лицо в свои руки, притянула к себе для поцелуя. Вскоре Мустафа оторвался от неё и поднялся с постели, дабы снять с себя последнюю часть одежды, которая так мешала на данный момент. Вновь вернулся к любимой. В глазах увидел то самое ответное желание, которое и хотел видеть. Приблизился к ней, начал целовать шею, слегка покусывая и оставляя красные следы на белоснежной коже Султанши, от чего послышался первый, одобряющий его действия, едва слышный стон. Медленно раздвинул её стройные ноги и резким движением вошёл в неё. Послышался гортанный стон. Кеманкеш, услышав стоны, немного замедлился, давая Кесем больше времени на привыкание. В душе каждого проносился ураган эмоций и мыслей. Сбавив темп своих движений, мужчина не прекращал уделять внимание её телу, лаская и целуя каждый его участок. Снова поднялся к её лицу и взял его за подбородок, заставляя посмотреть ему прямо в глаза. Делал он умелые и аккуратные движения, а вызвал на лице возлюбленной бурю эмоций. Страх, боль, наслаждение, страсть : всё это ещё больше заводило Пашу и заставило ускорить темп. Становилось всё жарче. Где-то из глубины вылетали всё новые и новые стоны и звуки наслаждения. Совсем скоро темп стал ещё быстрее. Ещё быстрее. Он уже с бешеной скоростью двигался в ней. Махпейкер не сдерживалась, порой стали слышны и крики удовольствия. Вскоре возлюбленные почувствовали подступающий конец. Несколько мгновений, и по телу женщины растеклась река удовольствия и она издала последний сладкий стон. Мустафа, доведя и себя до пика наслаждения, накрыл её губы своими, страстно входя языком в её рот, аккуратно вышел из неё и лёг рядом с ней на мягкие простыни. - Это было великолепно, - прошептал, смотря на любимую, которая пыталась восстановить привычный темп дыхания. - Согласна, - ответила ему Кесем, едва отдышавшись, и легла ему на плечо, - может как-нибудь повторим? - Обязательно, моя душа, обязательно, - сказал Кеманкеш, притянул к себе и поцеловал в макушку. Достаточно долго они ещё просто лежали в обнимку и разговаривали. Сами не заметили, как уснули. ___ ___ - Любимая, ещё рано. Ты почему так рано встала? - спросил, как почувствовал прикосновение женских рук, которые обняли его со спины. - Ты же знаешь, я не могу спать без тебя. Когда тебя нет рядом, я всегда начинаю переживать, - ответила Кесем, сильнее прижимаясь к его телу. - Я же только встал закрыть балкон. К чему такое беспокойство? - пустил смешок и развернулся к ней, заключая в объятия. - Но видимо, ты задержался здесь, дорогой, раз я проснулась, - также улыбнулась, обнимая в ответ. - Хорошо-хорошо, на этот раз я виноват, - провёл рукой по её длинным, густым волосам, - пойдём, тебе надо ещё поспать, ведь этой ночью ты не спала, - последовал нежный поцелуй в лоб. - Хорошо, но только с тобой. - Разумеется, - с лёгкостью подхватил её на руки и уложил в постель, а сам лёг рядом. Султанша перебралась к нему на грудь и почти мгновенно уснула. Мустафа ещё долго любовался столь милым моментом,периодически поглаживая возлюбленную по волосам, - я тебе обещаю, однажды всё изменится, - прошептал ей и оставил поцелуй на макушке. ___ ___ Вскоре рана Касыма зажила полностью. Валиде Султан со своими сыновьями вернулась в Топкапы. Дабы её сын Повелитель дал своё согласие на казнь Гюльбахар, ей нужно было написать ему письмо и рассказать о предательстве. Но о похищении Султанша решила умолчать, и написать только про попытку покушения. Кеманкеш же вернулся в свой дворец. - Паша, дай Аллах вы вернулись с добрыми вестями, - пересёкся он в коридоре дворца с Гюльнихаль. - Да, Шехзаде нашлись и уже в Топкапы. Дай Аллах, такого больше не повторится. - Аминь. Паша, могу я вас кое о чем спросить? - Что-то произошло? Спрашивай, - явно заметил беспокойство в её голосе. - Нет, ничего серьёзного, просто... Я даже не знаю как начать. - Говори как есть. - Хорошо, - выдохнула, - между вами и Валиде Султан что-то есть? - в ответ лишь удивлённый взгляд и молчание, - я понимаю, вопрос очень личный, просто я видела, что она пишет вам, как вы переживаете за неё и её детей. Просто если это так, то вы можете быть уверены, что я вас ни за что не выдам. Я хочу, чтобы вы были счастливы вместе и постараюсь сделать всё, чтобы это было так. Вы помогли мне, а я помогу вам, - осмелилась посмотреть ему в глаза. Её прелестный взгляд был полон надежды, любви и невероятного желания помочь. - От тебя ничего не скроешь, - сказал со смехом, поняв, что сейчас перед ним стоит один из самых надёжных людей, - да, между нами есть чувства. Мы любим друг друга и никак иначе. Надеюсь то, что ты сказала - правда и ты нас не сдашь. - Ну что вы, Паша, как я смею? Я просто хочу, чтобы вы знали, что у вас есть человек, на которого вы можете положиться, - улыбнулась и, присев в поклоне, пошла к себе. - Это точно, Гюльнихаль, это точно, - сказал сам себе и уже было хотел уйти к себе в покои, но столкнулся с далеко нелюбимой женой. - Мустафа, где ты так долго был? Ты вернулся всего на несколько минут и тут же уехал. Мне интересно, какие у тебя могут быть дела, которые не могут подождать до утра? Да ещё и эту противную девчонку сюда привёз, - тут же начала, злобно смотря на него. - Нергес, мне нужно было уехать на несколько дней. Повелитель мне сам приказал уехать в Манису и проверить обстановку там. И запомни, если ты хоть как-то попытаешься избавиться от Гюльнихаль, тебе будет очень плохо, - равнодушно ответил, но сделал акцент на судьбе лекарши. - Что ты в ней такого нашёл? Ты поставишь под угрозу наш брак ради какой-то первой встречной девушки? Она ещё же мне угрожала, дерзила мне, и ты считаешь, что это нормально? - уже перешла на крик. - Гюльнихаль мой главный лекарь, а не простая Хатун из борделя. Она мне важна и тебе тоже. Я её знаю, как очень спокойную и сдержанную, поэтому не думаю, что она будет просто так тебе угрожать. А теперь извини, я очень устал, - окинув её презрительным взглядом, пошёл к себе. - Ну ничего, Гюльнихаль, ты ещё увидишь, с кем связалась, - сказала сквозь зубы и пошла по своим делам. ___ ___ Эстер была на рынке. Было достаточно темно, но выйти на оживленную площадь было необходимо. Ночная торговля также кипела. Неожиданно её хватают и заводят за угол. - Кто вы? Что вам от меня нужно? - пыталась вырваться Хатун, но хватка человека, который держал её, была довольно крепкой. - Молчи! - с рыком сказал мужчина и сжал её горло, - так-то ты нам не важна. Нам важна только месть, - миг, и её отводят от стены, к которой она была прижата, рука больше не держит её горло, но вместо этого на шее затягивается шёлковый шнур. Уже не хватало сил просто чтобы хоть как-то вырваться. Даже просто крикнуть не могла, настолько резко ей перекрыли кислород. Минута, и её бездыханное тело со следом от шнурка на шее уже лежало на холодном камне, - отнесите труп Хатун в вакф и положите рядом с ним эту записку, - скомандовал своим людям, которые и душили Эстер и те двое тут же пошли делать своё дело, - скоро эпохе Кесем Султан настанет конец...