Seducing the Devil

Люцифер понес Хлою на большую площадь. Это было место для торжеств, которое в других случаях редко использовалось и находилось далеко. Хлоя выглядела бледной, она дрожала, как будто ей было холодно, и все время кашляла. Это был пепел. Ему самому было трудно дышать, но ей, должно быть, в десять раз тяжелее. Он расправил крылья, опустошил свой разум и поднялся в воздух. На секунду ему показалось, что он добьется успеха, но затем он наткнулся на невидимый барьер или потолок, который никогда не чувствовал раньше. Он пытался снова и снова, пока не сдался. Удушающий страх начал овладевать им, и черная волна отчаяния захлестнула его. Люцифер шагнул внутрь зала, разогнав демонов работать. Он посмотрел на пыточные приспособления и кровь на полу, пахнущую гнилой плотью, рвотой и экскрементами. Хлоя начала задыхаться, и он положил ее на пол на некоторое время, чтобы очистить место. Люцифер поднял руки, закрыл глаза, сосредоточился и произнес заклинание, которое не часто использовал в этом месте. В комнате стало чисто, приборы исчезли, и посреди комнаты стояла огромная старая кровать с балдахином, красными занавесками и мягкими подушками. Он не мог убрать пепел и запах, но мог создать свечи и благовония, чтобы немного улучшить это место для нее. Он снова поднял Хлою и положил на кровать. Глаза Хлои открылись, и она жестом пригласила его подойти поближе. — Я думаю… думаю, что долго не выдержу, — задыхаясь, проговорила она. Люцифер забрался на кровать рядом с ней и прижал ее к своей груди. — Я пытаюсь что-то придумать. Он услышал отчаяние в собственном голосе, но Хлоя, казалось, никак не отреагировала. Пульс у нее был медленный, и Люцифер увидел, как синеватый румянец залил ее щеки. Он взял ее за руку и крепко сжал. Хлоя тихонько застонала, и Люцифер почувствовал тот же поток между ними, который он замечал каждый раз, когда они спали друг с другом и когда она держала его за руку во время купания после того, как он в последний раз вернулся из ада. — Здесь так темно… — еле слышно прошептала она, но он почувствовал, как участился ее пульс. Люцифер поцеловал ее, сначала целомудренно и осторожно, но потом крепче. Он почувствовал, как она становится более живой, отвечая ему, ее язык встретился с его языком. Он прервал поцелуй и посмотрел на нее. Ее глаза горели неестественно ярко и лихорадочно, но дыхание успокоилось. Она обняла его за шею и прошептала: — Мне нравится, как ты прикасаешься ко мне… но это так плохо, как будто внутри меня люди, которых ты мучаешь, и они кричат. Но почему-то это приносит облегчение. Люцифер не произнес ни слова. Он подозревал, что Хлоя впитала в себя его чувства и переживания, связанные с этим местом. Как будто она реагировала на его положительные чувства, сияя. Он не хотел думать о слове «любовь» или о том, что оно может означать. Он не мог поверить, что способен на такое чувство после того, как целую вечность провел в аду. Но, возможно, его опыт и умение противостоять Аду помогут ей выжить, пока он не придумает что-нибудь получше. Его мысли были прерваны Хлоей, которая забралась на него сверху и сказала почти неузнаваемым голосом: — Возьми меня. Трахни меня, — она начала нетерпеливо раздевать его. Она была словно одержима. Люцифер не мог не возбудиться, хотя и видел, что она не совсем в себе. Они катались по кровати, Хлоя извивалась и шептала ему на ухо бессвязные ругательства, пока Люцифер не перестал сопротивляться искушению. Он взял одну из кисточек на шторах и привязал ее за запястья к одной из колонн. Она была обнажена и повернула голову, чтобы посмотреть ему в глаза измученным, черным взглядом. Люцифер почувствовал, что остатки его самообладания рушатся, а внешность меняется. Он схватил ее за волосы и вошел в нее сзади, без всякой прелюдии или нежности. Хлоя закричала и предложила себя, направляя его пылающие руки на свою грудь и крепко прижимаясь к нему. Она светилась ярко, но свечение было красноватым, и казалось, что она горит. Сквозь туман похоти и желания что-то пронзило сознание Люцифера. Это был его сон, образ Хлои с пустыми глазами и ее телом в неестественной позе. Это плохо кончится. Он заставил себя отстраниться и отпустить ее, прежде чем животное внутри него снова взяло верх. — Нет, нет, нет, — она задыхалась, но Люцифер обнял ее, притянул к себе и стал ласкать, пытаясь успокоить. — Это не решает проблему, — сказал он дрожащим голосом. — Это может только ухудшить ситуацию. Сделать тебя тем, кем ты не являешься. Хлоя попыталась сопротивляться и пробормотала: — Но мне это нужно, очень нужно, пожалуйста. Он зарылся лицом в ее волосы. Казалось, она успокоилась, но через некоторое время снова задрожала и прошептала: — Мне хочется утонуть. После этого она не произнесла ни слова. Она лежала на спине и смотрела куда-то в потолок. Она обгорела и обмякла, и Люцифер почувствовал, как ее пульс угасает, а кожа становится белой. Отчаяние и страх душили его, и он чувствовал, как слезы гнева и отчаяния щиплют глаза. Что толку быть повелителем Ада, если он не может вытащить отсюда ни одного человека? Затем он увидел черную воду, льющуюся из-под двери. Он чувствовал их: его демоны, по крайней мере некоторые из них, приближались вместе с Левиафаном. Инстинктивно он протянул руку и, когда дверь открылась, силой удержал их на расстоянии. — Ты привел сюда живого человека, и мы решили, что нам нужно обсудить, что с ней делать. Это был Асмодей, демон похоти. — Она умирает здесь, так что нам не о чем договариваться, — прорычал Люцифер. — Ты ошибаешься, — улыбнулся Асмодей. — Мы можем сохранить ей жизнь, как только что сделал ты. Я не был с человеком ну, очень долго, и Левиафан согласен со мной. Они не могли двигаться дальше из-за невидимой стены, которую Люцифер держал между ними, но он не сможет держать их вдали вечно. Он не хотел превращать Хлою в рабыню в аду, даже если она будет его собственной рабыней. И хотя он найдет способ защитить ее, он не знал, что тогда произойдет. Никто никогда не был защищен в аду. Его демоны были непостоянны в своих лучших проявлениях, и что-то подобное могло легко привести к войне. Единственной альтернативой, казалось, было позволить ей умереть здесь. Он посмотрел на Хлою. Ее глаза были почти безжизненны, а кожа холодна как камень. Люцифер решил попробовать то, чего никогда не делал с тех пор, как его бросили в это богом забытое место. Он прижался губами к ее губам и начал шептать, Не совсем осознавая, что слова срываются с его губ: Господь Бог Всемогущий, Прости меня, ибо я согрешил. Позволь мне жить так, как тебе нравится. Этой женщине здесь не место Я умоляю тебя вернуть ее к жизни на земле, И я умоляю тебя защитить ее. Пусть она живет полной радости и счастья жизнью, И пусть твои ангелы ведут ее по ее пути Дай мне силы отправить ее туда, где ей самое место. Я сдамся. Я вернусь и займу свое место здесь, И я приму любое наказание, И я никогда больше не буду драться с тобой… Когда он все еще говорил, Хлоя открыла рот, и белый ослепительный свет начал течь из ее рта, ее тело сияло и светилось, как никогда раньше. Она была словно покрыта бриллиантами, которые отражали свет повсюду. Демоны в дверях попятились и с криком закрыли глаза. Она начала кружиться, забирая Люцифера с собой, когда они купались в свете. Люцифер мог видеть, как серые стены начали рушиться и падать вниз, великолепный гром сотрясал ад. Когда они снова достигли Земли, то рухнули на пол перед лифтом — на то же самое место, которое оставили. ——————————— Когда Хлоя села на пол, ей показалось, что она очнулась от ужасного кошмара. Она чувствовала во рту привкус пепла, и ее платье выглядело немного пыльным, но самым тревожным было воспоминание о том, что происходило в ее голове, пока она была в аду. Люцифер сохранил ей жизнь, но образы тьмы, обезглавленных людей, движущихся под черной водой, ужасные крики, которые эхом отдавались от большого костра, безумный смех, чувство насилия, которое она испытывала, скручивали ее изнутри, давили на ее тело и конечности, как будто пытаясь разорвать на части, вызывали у нее тошноту. Образы хлынули из него потоком, словно он был каналом между ней и адом, и она поняла, что без него, скорее всего, очень быстро умерла бы. Она вспомнила сильную похоть, которая овладела ею, и покраснела от своего поведения и слов, сорвавшихся с ее губ. — Ты в порядке? — услышала она вопрос Люцифера. Хлоя посмотрела на него. Он выглядел усталым и бледным, но в остальном был здоров. — Как мы выбрались? — спросила Хлоя. Она не помнила, что произошло после того, как он отказался продолжать заниматься с ней сексом. Люцифер избегал ее взгляда, и поначалу казалось, что он вообще не ответит. — Я только что нашел нужное заклинание, — сказал он и схватил Хлою за руку. — Вообще-то я удивлен, что оказался здесь, — добавил он. — Тебе лучше пойти и немного освежиться, — сказал он Хлое, и она подчинилась без возражений. Она чувствовала себя грязной, хотя не видела ничего, кроме волдырей, оставленных Люцифером на ее коже. Вернувшись, она увидела, что он сидит на диване, пьет виски и погружен в свои мысли. Хлоя все еще чувствовала легкое головокружение, поэтому села рядом с ним. — Знаешь, я тоже чувствую пепел. Раньше меня это никогда не беспокоило, но теперь… Не знаю почему, но мне кажется, что это как-то связано с тобой. — Может быть, это хороший знак, — предположила Хлоя. Люцифер горько рассмеялся. — Вряд ли. — Что ты сделал, чтобы вытащить меня оттуда? — спросила она. — И я хочу получить правдивый ответ прямо сейчас. Люцифер ответил не сразу. Потом он поморщился и признался: — Я молился. Впервые за все время моего существования в роли дьявола. Это был отчаянный шаг, но он сработал. — Люцифер. Аменадиэль сказал, что свет имеет какое-то отношение к твоим чувствам. Ты видел свет в Аду, когда… — Да. Аменадиэль напомнил мне о факте, который я забыл. Мое имя происходит от силы, которой я когда-то обладал. Я полагал, что потерял его. Если я любил что-то, я заставляла это сиять светом. Люцифер, несущий свет по-латыни, — вот мое имя. И теперь, по прошествии тысяч лет, мне кажется, что я снова обрел любовь. Он выдержал небольшую паузу и продолжил: — Тебя. Хлоя проглотила комок в горле и почувствовала, как одинокая слеза потекла по ее щеке. Она вскарабкалась на Люцифера и обхватила его голову руками. — Я знала, что это должно быть что-то особенное, — прошептала она и поцеловала его в губы. Он уткнулся лицом в изгиб ее шеи. — Я знаю, что чувствую, но насчет тебя я не была уверена. Я никогда не чувствовала ничего подобного — как будто ты часть меня. Я не знаю, что буду делать, если потеряю тебя. Хлоя почувствовала, как Люцифер напрягся и вдохнул, прежде чем заговорить: — У меня здесь не так уж много времени, Детектив. Так случилось, что я дал обещание вернуться. Хлоя изумленно уставилась на него. — Я обещал это сделать. Вообще-то, я обещал сделать все, что угодно, если вытащу тебя оттуда живой.