Символ вечной любви

С неба падали миллиарды капель холодного дождя, что стекали по стеклу окна кареты, в которое смотрел парень, подперев ладонь под подбородок. — Такой же, как и в день ее смерти… — сказал тихо он. Брюнет до сих пор тосковал по ней, в душе была пустота, которую не мог заполнить. — Обычно, когда родители выбирают спутников своим детям по жизни, это заканчивается несчастьем… Но не в нашем случае… » — Сегодня мы собрались, чтобы стать свидетелями вступлення в брак этих двух молодых людей, — говорил священник. Жених нежно смотрел на свою будущую жену, как ее белокурые волосы развивались легким ветерком, но вдруг небо затянулось облаками, из которых пошел дождь. — Сульфус, вы готовы взять Раф в жены? — Да, — сразу ответил парень. — Раф, а вы готова стать… — но он замолчал, когда увидел, как молодая невеста потеряла сознание и упала на красную дорожку. — Раф! Раф! — пытался разбудить девушку парень, но бесполезно, у нее уже не билось сердце. — Не может быть… — с тех пор, улыбка на его лице не появлялась.» Их родители были партнерами по бизнесу, поэтому с рождения хотели, чтобы их дети были вместе, это могло получиться, если бы не страшные обстоятельства. Парень снова ехал по знакомым улицам, к особняку его мертвой невесты. Выйдя из кареты, он позвонил в дверь и ему открыла прислуга. — Добрый день, господин Сульфус. Все уже Вас заждались. — Мы так рады видеть тебя, после того… ну неважно, мы должны жить дальше, — говорила Кессиди, она была мачехой умершей и родной матерью ее сестры. — Думаю ты помнишь Беллу, сестру Раф. Парень кивнул и повернул голову в сторону разбитого горем отца его возлюбленной, он сидел неподвижно. — Да, помню. Я сюда и приехал ради этого, — говорил брюнет. — Мы должны пожениться с ней, — он хотел еще что-то добавить, но женщина перебила его. — Я провожу тебя в твою комнату, дорога наверняка была тяжелая, поэтому тебе стоит отдохнуть. *** — Кессиди подозрительно добра, год назад она и не хотела даже здороваться со мной, а теперь в комнату провела, странно… — через несколько секунд он заснул и потом проснулся глубокой ночью. Открыв глаза, он увидел, как в комнату зашла девушка, одетая в белое свадебное платье, с фатой и букетом засохших цветов, сама она была бледная, в голубых глазах не было живой искры. — Неужели, мне больше не рады в моем доме? Неужели я стала такой чужой, что прислуга забыла сообщить о приезде гостя… а именно моего несостоявшегося мужа… — говорила девушка. В комнате было открыто окно и ветер оттуда качал ее белокурые волосы и фату. Увидев Сульфуса, она повернулась к двери. — Тогда, мне нечего здесь делать, — она ​​хотела уже выйти, но парень остановил ее — Раф? Неужели это действительно ты? Пожалуйста, не бросай меня снова, останься хотя бы со мной этой ночью, — невеста повернулась к нему, на ее глазах блестели хрустальные слезы. Он хотел подойти к ней, но она его остановила. — Прости, но больше нам не быть вместе. Ты сам стоял у моей могилы и видел как закрывают меня в гробу, — ее голос дрожал. — Однако, ты здесь. Не могу поверить своим глазам, но почему ты так холодна со мной? — спросил ее жених. — Прости, но теперь ты обещанный моей сестре. Но прошу, когда ты будешь отдавать ей свою любовь, думай обо мне, — говорила мертвая, — Пока ты будешь помнить меня, я буду иметь хотя бы тонкую связь с живым миром. — Почему я должен представлять тебя на ее месте, если ты здесь стоишь передо мной? — Пойми, я теперь мертва. На рассвете я уйду, больше мы не увидимся, но… — она ​​сняла с себя серебряную цепочку и протянула парню. — Вот, возьми, она будет напоминать тебе обо мне. — Что я могу тебе отдать? — спросил собеседник. — Отрежь прядь своих волос, я хочу даже будучи трупом, помнить их цвет и какие они на ощупь, — после этого, Сульфус отдал ей прядь и хотел обнять девушку, но она отошла от него как можно дальше. — Прости, больше всего я бы хотела коснуться тебя, но я так же на ощупь, как и на вид, холодная, как лед, — Сульфус не слушал ее больше и накрыл своими губами ее холодные, как могильная плита, губы. Она ответила ему взаимностью и с ее глаз потекли горячие слезы счастья. Ему было все равно, она мертвая или живая, главное, что она была здесь с ним. Раф сливалась с постелью на кровати, такой же белой как и она. Брюнет обнимал ее и покрывал поцелуями. — Мне не важно, что ты холодная, ведь ты самое дорогое в моей жизни, — говорил он, гладя ее плечи, пока девушка не встала с постели. — Я так не могу. На рассвете я уйду от тебя в могильный холод, снова буду тосковать по тебе, поэтому прошу, не надо этого, — она ​​встала с кровати, а парень сзади ее обнял. — А я не хочу больше так жить. Уже целый год я живу в кошмаре, я скучаю по тебе и проливаю за тобой слезы. Не хочу жениться на твоей сестре, потому что она не ты, — он развернул девушку лицом к себе. — Неужели нет способа, чтобы я был с тобой? — Способ есть… Но это только см…— в комнату ворвалась Кессиди, которая все это время слушала их разговор, не понимая с кем говорит Сульфус. Ее глаза распахнулись на всю возможную ширину, когда она увидела свою падчерицу. — Раф? Но ты мертвая. Как такое возможно? — говорила женщина, лицо девушки сразу изменило выражение на злое. — Да, мертвая. Именно ты сравняла меня с сырой землей в день моей свадьбы, отравив, — говорила яростно девушка. — Ты хотела, чтобы Сульфус женился на твоей дочери, поэтому решила убрать меня с дороги. В тот день, свадьба превратилась в мои похороны… Уже начало светать и Раф обернулась лицом к брюнету. — Прости меня опять, но я должна идти, — она пыталась отойти, но Сульфус держал ее за руку. — Пожалуйста, дай мне уйти. — Теперь, когда я знаю правду, я не смогу жениться на дочери твоей убийцы, а потому… — он взял нож которым отрезал себе волосы и воткнул себе в сердце. Через секунду он упал на пол, теряя сознание. От страха Кэссиди выбежала из комнаты звать мужа и дочь. — Зачем? Зачем ты это сделал? — говорила плача Раф. Она поддерживала голову парня, а на его лицо падали слезы его избранницы. — Твои слезы… они так согревают сейчас мою почти мертвую душу. Я люблю тебя, потому и сделал это, — он гладил ее лицо, вытирая соленые капли. — Обещай, что будешь моей женой на том свете. — Для тебя все что хочешь, *** — Раф! — крикнул парень, сев на кровати. — Это был только сон? За завтраком, он не стал с кем-то говорить, а думал о своем сне. Все было так как на яву. После завтрака он пошел на кладбище. Утро было прохладное, свежее после дождя, небо чистое и голубое и на траве блестела роса. Ее могила находилась в тени под деревом, из листьев которого также капала роса. — Я принес тебе цветы. Красные розы, твои любимые, — он положил их на каменную плиту, сдерживая слезы. — Сегодня ты мне приснилась и я такую ​​боль сейчас чувствую, потому что ты не со мной. Теперь я знаю, кто твой убийца, если верить сну, но мне от этого не лучше… — дул легкий ветерок в лицо парня и от этого ему стало легче, даже вызвало улыбку. Он долго рассматривал ее портрет на надгробии, пока не почувствовал нежное прикосновение к своему плечу. Обернув голову, он увидел, что возле него сидела Раф, такая же как и во сне, бледная, с гнилыми пятнами, в рваном свадебном платье и фате, отличал лишь взгляд, он был живым. Сульфуса не испугало ее присутствие, он долго смотрел ей в глаза, никто не мог сказать и слова. Он едва сдерживал слезы, но некоторые все-таки покатились по щекам, Раф их вытерла и нежно улыбалась ему. — Это был не сон, — сказала хриплым голосом девушка. — Я только хотела, чтобы ты жил, потому что твоей смерти, я бы себе не простила, — она ​​протянула ему ту самую серебряную цепочку — А волосы я действительно обрезал, — он приблизился к ее лицу и поцеловал, но потом девушка начала превращаться в пепел, которой разнесся по ветру. Он просидел на ее могиле до захода солнца, проливая слезы. Позже, на месте его слез вырос куст красных роз, а все знают, что роза — символ вечной любви.