Заклинание, убивающее миры

      Ещё два испытания в книге говорили о том, что должен сделать Драко перед последним, непереведённым.       Он должен был преодолеть физический страх и победить в неравной борьбе. Для выполнения второго испытания нужен был оппонент. Драко не сомневался в себе, но было очевидно, что победить надо человека, более сильного. Сильного магически или имелась в виду сила человеческая. Книга не давала никаких комментариев. Грейнджер предложила Дуэльный Турнир, на который Драко должен был вскоре ехать, защищать честь школы.       Значит, неравная борьба откладывалась на несколько дней.       Со страхом было немного проще. В книге написано, что страх этот должен быть физическим. Это не мог быть дементор, дементор высасывал силы, но не мучил тело. Это не мог быть Тёмный Лорд даже с условием того, что Драко безумно боялся его и много раз испытывал физическую боль от заклинаний, отправленных в его сторону. Тёмный Лорд умер, справиться с этим страхом ему уже не удастся.       Драко боялся смерти родителей.       А больше, казалось, он не боялся ничего…       Он не боялся высоты, прекрасно летая на метле. Он не боялся утонуть. Он не боялся тварей, которых показывали ему на уроках по уходу за магическими созданиями. Может быть, подошли бы драконы. Но книга требовала, чтобы человек преодолевал именно физический страх.       Драко опёрся руками о столешницу, нависая над бумагами. Признаться себе в том, что ты чего-то боишься, было, наверное, страшнее самого страха. Богарт на третьем курсе на занятии по Защите от Тёмных Искусств принимал форму гиппогрифа. Позже Драко, наверное, посчитал бы своим страхом профессора Грюма. Где бы сейчас найти богарта?       Драко покачал головой. Он видел в своей жизни такое количество жутких вещей, делал столько страшных дел. Пытал пленников, на его глазах Тёмный Лорд убивал неугодных ему людей. Он помнил, как хохотала его безумная тётка. Он помнил запах крови в холле Малфой-мэнора. Драко видел смерть, но не боялся больше убивать. Он не смог убить Профессора Дамблдора. Старый профессор не заслуживал смерти… но были люди, которых Драко смело прикончил бы своими руками! Он убедился в этом, избивая в сарае Теодора Нотта. Если бы Гермиона не остановила его тогда, он наверняка воспользовался бы палочкой и если не убил, то по крайней мере очень сильно покалечил бы Тео…       Смерть не была больше его настоящим физическим страхом. Скорее нет. Крики пленников, запах крови, зелёные вспышки, вылетающие из палочек Пожирателей Смерти. Это всё приходило по ночам в кошмарных снах. Но ни один из этих образов не был физическим страхом…       …Искать свои страхи в ночных кошмарах…       Оживить в воображении всё то, что снилось ему последние годы. Найти в этих ужасных образах самое страшное, справиться с этим и иди дальше. Сможет ли он когда-нибудь справиться со всеми своими ночными кошмарами? Нет… Такое вряд ли забывается.       В кошмарных снах был Тёмный Лорд, были дементоры, была смерть.       В кошмарных снах умирали родители.       В кошмарных снах убивали Грейнджер…       А ещё в кошмарах по ночам все еще приходил Кребб, падающий в Адское пламя. Скользкая от крови и пота рука, грузное тело товарища, тянущее их обоих вниз. Его душераздирающий предсмертный крик и языки огня, лижущие тонкую ткань мантии, захватывающие Винсента в жуткие объятия. Наверное, ни один крик пленника, умирающего от брошенного Авада Кедавра, не сравнился бы никогда с предсмертным криком Кребба.       Драко позволил ему упасть. Он позволил своему школьному товарищу сорваться с метлы и стать частью огромного, пожирающего всё вокруг пламени. Драко знал тогда и знал сейчас, что мог бы, наверняка, спасти Винсента. Но он не сделал этого. Он испугался. И, возможно, именно то, что он не удержал Кребба на метле, то, что позволил ему упасть, произошло вовсе не от того, что они не смогли бы спастись вдвоём. Драко всего лишь испугался, что он сейчас сам упадёт в Адское пламя.       Люди не боятся высоты. Люди не бояться глубины. Люди боятся упасть или утонуть.       Драко знал, что смерть от непростительного заклятия наступает быстро. Крики пленников обрывались молниеносно, и в ушах звучало лишь эхо, отбивающееся от стен. Кребб кричал иначе. Его крик пронизывал комнату ещё очень долго. Он мучился, умирая медленно. И приходя в кошмарных снах по ночам, Винсент Кребб винил Драко именно в том, что Драко не добил его, падающего в огонь.       Физический страх вырисовывался в голове довольно чёткой картинкой. Драко боялся огня.       Когда Драко был ещё совсем маленьким, мама отправилась с ним через каминную сеть куда-то. Он тогда раскапризничался, дёргал маму за платье, требовал внимания. Мама отвлеклась, неверно произнеся пункт назначения. И Драко полетел по каминной сети один. Маленький, напуганный ребёнок, оказавшийся в одну секунду в объятиях пламени, несущего его неизвестно куда одного, без мамы. Нарцисса нашла сына очень быстро. Он не успел даже толком понять, что произошло. Но путешествие каминной сетью он недолюбливал всю свою оставшуюся жизнь. Если была возможность, он выбирал любой другой способ перемещения. Шагнуть в огонь камина было для него нестерпимым.       Именно поэтому год назад, выпуская из ладоней руку Кребба, Драко не боялся умереть. Он боялся тогда, что смерть от языков пламени будет мучительной и долгой. Что в момент своей смерти он будет одинок и напуган, как в детстве.       Драко развернулся, яростно сверля глазами комнату. Они с Грейнджер провели в этой комнате много дней. И каждый раз, когда нужно было разводить огонь в камине, это делала она. Каждый раз, когда они засыпали на диване перед камином, закутавшись в плед, он старался отодвинуть ткань подальше от огня. Огонь не согревал, не дарил тепло и свет. Огонь приносил только мучение и смерть. Физический страх, который предстояло преодолеть Драко, находился прямо перед ним, пылая в камине старой башни.       Молниеносное решение, движение руки, сопровождающиеся безумием в голове. Он не дал себе даже несколько секунд на то, чтобы подумать, осознав свой страх, глядя на него в упор. Если он сейчас немного помедлит, то не сможет сделать это уже никогда. Преодолеть страх. Сделать это для того, чтоб спасти родителей, спасти себя, дать надежду на жизнь.       Он обернулся к огню, протянул руку и, не давая себе опомниться, сунул ладонь в угли.       Ужасающая боль пронзила пальцы, обжигая кожу, пробираясь под тонкие ткани тела. Драко отдёрнул руку, отскакивая на несколько метров назад. Боль не прошла, она казалось, начала расползаться выше по руке. Драко взвыл, перехватывая обожжённую ладонь другой рукой, стараясь как можно больше остудить её. Распахнул окно, сгреб горсть снега, и погрузил обожжённую ладонь в холодную, спасительную субстанцию. На мгновение стало легче. И даже показалось, что боль ушла. Но уже через несколько минут начала возвращаться, всё также распространяясь выше по коже, доползая до Метки.       Надо было попасть в Больничное крыло. Надо было показать руку Мадам Помфри. Но для начала он должен был понять, выполнил ли он условие заклинания. Драко сгрёб ещё одну горсть снега, стараясь держать руку в холоде. Быстрым шагом вернулся к столу, заглядывая в листок, который дала ему Грейнджер.       Взглянуть в глаза своему страху, преодолеть его на физическом уровне. Боялся ли Драко огня как прежде? Да. Однако теперь он знал, что это больно, но это не убивает, если вмешаться вовремя.       Можно ли считать, что он выполнил второе условие книги? Можно…       С пониманием пришло мимолётное облегчение. А следом Драко снова ощутил все ту же колючую боль в предплечье. Как удар копьём, будто разрезая плоть, выпуская наружу покалеченную душу. Драко закричал, упал на колени посреди комнаты, прижимая к себе руку, разрываемую чёрной магией и обожжённую в огне. Магия покидала его тело, не желая расставаться с пристанищем на его предплечье. Ещё немного, и он просто сдастся. Терпеть такое еще минимум два раза — смерти подобно. Но боль отступала, а в душе по-прежнему сохранялось ощущение пустоты и свободы. Значит, он всё делает верно. Значит, это скоро закончится.       Драко поднялся. Нетвёрдой походкой подошёл к столу, заглянул в бумаги. Медитация и страх: он поставил напротив первого и второго пунктов заклинания галочки, чертя дрожащими пальцами.       Ему оставалось всего два пункта заклинания, и он будет у цели.