Их глаза

      Вот и настал этот день. День встречи с братьями Учиха и их «сокровищем», как про себя Тобирама называл ее. Оказывается, она довольно известна как травница и целительница. Люди ходят к ней за лекарствами в квартал Учиха. Почему-то девушка не старается выходить за клановые территории. И никто из деревенских не знал, что ее называют шаманкой. Видимо знает лишь он, брат да Мадара с Изуной. Вот поэтому и Хаширама хочет, чтобы он разведал об этом.       24 декабря — первый день встречи вечных врагов — Сенджу Тобирамы и Учихи Изуны. Но не только этим примечательна эта дата. Но чем именно альбинос так и не вспомнил.       Зимний вечер. Все люди сидят дома, пьют чай с родными, занимаются рукоделием, дети играют с отцами, которые вечно пропадают на работе. В деревне стоит уют и покой. Второй Сенджу тоже хотел бы сейчас сидеть дома и заниматься любимым делом, а не переться к Учихам с визитом. Хаширама подозрительно счастлив. Лыба от уха да уха. Раздражает.       -Тоби, мы уже на пороге их поместья. Ээх, никогда не думал что буду праздновать день рождение Мадары под мирным небом в родной деревне. Нашей с ним деревне. — Мечтательно изрек хокаге.       -Что ты сказал? День рождения? А раньше сказать не судьба? - об этом он оказывается и забыл.       -Не кипятись. Не кипятись. Подарок у меня уже готов, да и речь поздравительная, — Хаширама с тупой улыбкой чесал затылок, виновато косясь на младшего брата.       -С чего это Черный Дикобраз захотел праздновать свой день рождения с нами?       — А дело в том, что он всегда забывает о своем празднике. Лишь Изуна и пара советников его поздравляют из года в год. Но почему-то они всегда делают это на день позже. Обычай вроде.       -Значит Учиха даже не знает, что мы идем к нему праздновать?       -Именно. Он думает, что мы идем к нему обсуждать дела деревни.       -Брат, ты не выносим, — с такими словами они вошли в поместье главы клана Учиха.

***

      -Как ты себя чувствуешь, Маками?       -Оо, уже просто Маками? Голова чуток болит, И-зу-на, — язвительно произнесла его имя по слогам. Настроение было у нее скверное.       -Не язви с утра пораньше. Слушай, из нас получилась неплохая пара.       -Пара? - сердце предательски забилось быстрее. В горле стало сухо.       -Да, мы хорошие напарники. К брату вернулось зрение. Видит лучше чем раньше, но не идеально. Все же моя техника и твой ритуал не могут полностью исцелить глаза. Ну, благо последствия мангеке хотя бы снимает.       -Это и было твоей целью, а подсобила, чтобы с голоду не умереть. Мы бы никогда не смогли полностью вернуть зрение. Не думаю, что мы напарники в истинном значении этого слова. У нас четкий контракт. Союзники, не напарники.       Маками осознанно пыталась отгородиться от Изуны. Привязанности до добра не доводят. Изуна идет на смертельные риски ради брата, а она так не хочет. После исцеления Мадары она решила оставить все. Бросить. Исполнить волю Небес и уйти. Благо Клык сказал, когда наступит решающий момент. «Коготь красноглазого песца пронзит тело молодого ворона», — таково предсказание. Жаль, что она сама не видит будущего уже 3 года. Раньше она могла хоть частично, но узнать о грядущих событиях. Раны дают о себе знать. Сосуд силы, что находится на ее правом боку, был поврежден множества раз. Поэтому способность видеть будущее ей не подвластно.       -Ну и вредная же ты иногда. Вставай с кровати. Уже неделю лежишь. Хоть и очухалась раньше меня.       Изуна был в хорошем настроении. Улыбался, шутил, разговаривал непринужденно. И даже колкости девушки не могли омрачить его светящееся лицо.       -Дай мне отдохнуть. Я не только Мадару-сама лечила, но и других, — свернувшись в одеяло, она демонстративно отвернулась. Обладатель ониксовых глаз сел на край ее кровати. От футона девушка избавилась сразу же как освоилась в доме, и заказала деревянную кровать. Спать на полу ей не по нраву.       -Не заставляй меня просить. Ты знаешь, что я добьюсь желаемого. Ты же сейчас лежишь в комнате моего дома, а не в лесу или где-то еще, — наклонившись к ее уху, Изуна тихо прошептал соблазнительным голосом. Дрожь окатила все тело девушки. Кровь хлынула к щекам и к ушам. От былой сдержанности ничего не осталось. Изуна выбросил ее старую жизнь на дно колодца. Изменил ее, вырвал засохшую душу и заполнил собой. Маками не дура. Свои чувства понимает.       -Лад-но… Встаю уже. Брысь отсюда! — ели прохрипела девушка.       — Это еще почему?       -Одеваться перед тобой не собираюсь. Не выходи за рамки приличия. Брысь.       Изуна ретировался, пока на него не свалился праведный гнев девушки. Выйдя в коридор и улыбаясь, он тихо сказал: «Входить утром в комнату молодой девушки, без согласия и стука, тоже не входит в рамки, но ты была не против».       Через минут десять молодые уже завтракали в обществе друг друга. Все свободное время они проводили вместе, гуляя, обсуждая шинобье ремесло и книги, которые прочитала Маками, в основном это были сказки. Девушка все еще не умеет читать должным образом, за пару месяцев грамоту не выучишь, поэтому доступна ей только детская литература. Завтраки вдвоем и ужины втроем стали обыденностью. В клане женщины начали шептаться, что Маками не только союзник, но и любовница младшего Учихи. Живут как семья, ходят по окрестностям вместе, Изуна чуть ли не пылинки с нее сдувает и локоть всегда предоставляет.       -Ну, говори. Что такое важное случилось, что понадобилось вынимать меня из теплой кровати.       -Завтра мы должны поздравить брата с днем рождения.       -У него завтра день рождения?       -Точнее сегодня, двадцать четвертого.       -Тогда почему завтра, а не сегодня?       -Таков обычай. В нашем клане людьми считаются только те, кто смогли пережить свою первую ночь. Дети, что умерли в течение суток после рождения, у нас считаются за частью души Ками. Поэтому с рождением ребенка поздравляют только на завтрашний день.       -Мм, интересно. Значит сегодня идет подготовка к празднику?       -Да, но он будет лишь в кругу семьи. Старики как всегда поздравят, а люди помолятся, затем повесят таблички за здравие главы, и на этом все.       -Понятно.       Черноволосый красавец уже решил, что подарить брату, но еще не купил. Ему захотелось показать Маками деревню. Провести с ней этот радостный день, а вечером втроем выпить дорогого саке, которое он заранее приобрел у монахов соседней страны. Напиток отменный, с тонким вкусом древесины, цветов и меда.       Они подошли к лавке, где лежал еще не купленный подарок для Мадары. Удивительной красоты мужской гребень лежал на прилавке. Хоть это мужская вещица, но драгоценные камни украшали темное дерево. У старшего Учихи вечно проблемы с гребнями и расческами. Ничто не берет его царственную гриву. Этот же должен стать отличным вариантом, так как дерево из которого он изготовлен, весьма редкое, ценное и крепкое.       Маками ходила между полками с разнообразными безделушками. Ее внимание привлекли серьги с прозрачными камнями. Украшение было выполнено из серебра в виде лиры с пятью подвесками в виде растянутых капель, на конце которых были драгоценные камни. Необычный узор на металле привлек ее внимание. Украшение отдаленно напоминало любимые серьги ее матери. Ушные украшения в виде лиры были национальным достоянием ее народа.       Серебро всегда было дорогим в этих краях. Маками не могла позволить их себе. Ее кормили, одевали, Изуна даже давал деньги на личные расходы, и есть у нее специальный бюджет на лекарства и травы для клана. Денег на украшение ей не хватало, но и попросить не могла. Язык не поворачивался.       Изуна заметил заинтересованность девушки. Ее легкая улыбка и теплота взгляда сказали громче слов. Не только же Мадаре получать подарок.

***

      Она была прекрасна. Красивее всех химе и богинь.       Легкой походной девушка вошла в комнату, где ужинали мужчины. Она смотрела прямо. Глаза цвета весенней земли, зеленый с карим, очаровывали своей красотой и проникали в самую душу. Блеск этих глаз ни с чем не сравнить. Разве бывают каре-зеленые глаза на столько волшебными? Бледная нежная кожа, что манила к себе, соблазнительные алые губы, маленький аккуратный носик с ели заметной горбинкой разве могут принадлежать простой женщине?       Подол ее нарядного кимоно струился по полу словно медленный ручей. Нежный ее стан был облачен в неземной красоты одеянием. Широкий черный пояс оби плотно сидел на девичьей талии и был подвязан красной плетеной шнуровкой. Темно-синий, почти черный шелк кимоно был вышит серебряными нитками. Изображение танцующих журавлей красовалось от нижнего края оби до подола. На подоле были вышиты дивные травы и цветы. Сама природа жила на этом шелку, а между девичьих лопаток красовался гордый герб Учиха. Это подарок Мадары Макаме за спасение его глаз и за ее дружбу с Изуной. Хотя она не считала себя его другом.       «Она одета в иротомэсоде? Что это значит?» — но ни капли удивления не было на его бледном лице. Тобирама забыл обо всех своих мыслях, когда девушка учтиво поклонилась гостям и представилась: -Добрый вечер, Хаширама-сама, Тобирама-сама. Спасибо за то, что посетили нас. Меня зовут Маками из рода Черного шамана. Мир остановился для Тобирамы. Неужели та?